Всем привет! Мы уже не раз говорили: наши пользователи – лучшие. И сейчас снова это докажем.

8 января читатель circassian* обратил внимание на странные комментарии под новостями о Романе Ротенберге – первом вице-президенте ФХР и главе штаба сборной России (а если проще, то главном человеке русского хоккея).

К примеру, через 5 часов после публикации новости Роман Ротенберг: «Представьте, что каждый китаец купит клюшку или коньки. Это огромные деньги» 7 января начали появляться и проникать в топ вот такие комментарии. Они очень быстро собрали много плюсов.

В тот же день подобное случилось в комментариях под новостью Роман Ротенберг: «Бренд «Красная машина» объединяет всех в России». Вот эти два комментария к вечеру вышли на первые места, собрав много плюсов. Это нестандартная тенденция: топовые комменты появляются и набирают большую часть рейтинга в первое время после появления новости, а комментарии ниже собрали несколько сотен плюсов спустя 5 часов после публикации новости.

 

Эти две новости появились 7 января – но, как заметил circassian*, проблема началась еще раньше. 4 января вышла новость Роман Ротенберг: «Все видели, насколько были сильны шведы. Мы преодолели все сложности», а утром 5-го числа в топ неожиданно выбился такой комментарий.

И это только три примера: наш пользователь нашел еще несколько новостей с похожей пользовательской активностью (к примеру, раз, два, три). Мы увидели его пост и пообещали вместе с модераторами проверить все подобные комментарии, быстро собравшие множество плюсов, несмотря на разницу во времени с публикацией новостей.

Покопавшись в базе данных сайта, мы выяснили:

1. Оказалось, что эти комментарии массово плюсовали с одних и тех же IP-адресов, то есть это были специально созданные боты.

Ниже – пример ботов, плюсовавших комментарий пользователя icantplaygood под этой новостью. Цифра 8 – количество плюсов, которые пришли с одного и того же IP-адреса этому комментарию (следовательно, с одного IP-адреса действовали восемь ботов).

А вот другой пример из этой новости. Здесь под одним и тем же IP действовали 6 ботов, плюсовавших комментарий пользователя erik22.

2. Мы забанили всех авторов комментариев и ботов – всего их было 37. Авторами комментариев тоже были аккаунты-боты, созданные ради одного или нескольких комментариев под новостями или постами про Романа Ротенберга.

Даже вроде бы обычные комменты в недавнем посте про жену Романа Ротенберга тоже писали боты.

Забавно, что некоторые аккаунты-боты начали ставить плюсы комментариями.

Не можем не написать, что нечто похожее с новостями или материалами о Романе Ротенберге случалось и раньше.

Например, в апреле 2017 года на Sports.ru вышел опрос «Роман Ротенберг – лучший менеджер КХЛ?». Вариант «Нет» сразу вышел вперед – за него голосовали примерно 80% человек из первых 4-5 тысяч участников. Но потом что-то пошло не так.

Через два дня после публикации опроса, когда он уже почти скрылся с главной страницы Sports.ru, за Ротенберга начали массово голосовать. К 11 часам утра по Москве вариант «Да» набрал 40%, к 15.00 – 45%, а к 16:40 статистика достигла заветной цифры в 51%.

Каждую минуту количество проголосовавших увеличивалось на 200-300 человек – нормальная статистика для свежего опроса, но очень подозрительная для старого.

Погружение во внутренности сайта показало: с 15:40 до 16:50 очень, очень много людей для чего-то пришли в опрос про Романа Ротенберга и его коллег. А среди зарегистрированных пользователей только 17,8% голосовавших нажимали «Да» (82% - «Нет»), а среди незарегистрированных – 55,1% (44,9% - «Нет»).

После срезания накрученных голосов картина стала такой.

Еще несколько похожих случаев. В феврале 2015 года опрос на лучшего менеджера сезона проводился на «Чемпионате», и с очень солидным отрывом победил Роман Ротенберг: 

Одновременно с этим опросом реклама с призывом голосовать за Ротенберга активно гуляла по соцсетям. Например, ее распространял твиттер Коффбой (почти миллион подписчиков).

С подобной накруткой сталкивались не только спортивные сайты, но и хоккейные группы «ВКонтакте». Например, в опросе паблика «Новый уровень» «Кто должен стать новым президентом КХЛ?» в последний момент сменился лидер – Александра Медведева подвинули. Уточнять кто?

 
Circassian* и другие пользователи, которые отозвались в комментариях под его постом и заметили проблему – спасибо! Вместе делаем спорт лучше.
 

В 2019-м вы оставили 9 млн комментов (много смешных!) и написали в блогах 28,5 млн слов («Война и мир» – 145 раз!). Спасибо 🤗

развернуть

Привет!

На прошлой неделе мы рассказали вам о ботах, которые писали и плюсовали хвалебные комментарии про Романа Ротенберга. Сеть аккаунтов обнаружил пользователь Sports.ru circassian* – еще раз большое спасибо.

Материал собрал больше двух тысяч плюсов, но еще активнее вы плюсовали вот этот комментарий Кирилла Голивца под постом.

Другие пользователи тоже обратили внимание на проблему. Вот несколько избранных комментариев (их было реально много).

Речь о голосовании за лучшего комментатора десятилетия, которое мы запустили на сайте в начале года. Победу в нем одержал Дмитрий Губерниев. Вот так разделились голоса.

Проголосовали почти 90 тысяч человек. В абсолютных цифрах с небольшим перевесом победил Губерниев.

Но есть одна статистическая странность: за комментатора «Матч ТВ» очень активно голосовали незарегистрированные пользователи (21 тысяча голосов из 65 в этой категории, у второго места – 14 тысяч). Залогиненные пользователи Sports.ru активнее поддерживали вариант «кто-то другой»: 6,5 тысячи из почти 22, Губерниева выбрали только 1,5 тысячи.

Возможно, объяснение вот в чем: в личных соцсетях (телеграме и сторис инстаграма) Губерниев выкладывал скрины опроса на Sports.ru.

Как бы то ни было, итоги голосования вызвали подозрения у наших пользователей – и мы решили проверить, все ли там было честно. Оказывается, нет.

1. Мы обнаружили, что несколько раз за день вариант «Дмитрий Губерниев» получал больше 50% всех анонимных голосов внутри одного часа. Это аномалия: в остальные часы процент голосов за него был на уровне 10%.

Вот разбивка по голосам и часам в один из дней голосования. До 21:00 мск Губерниев набирал обычное количество голосов за час – 301, 216, 162. Но после 21:00 цифры резко увеличились – за следующие 60 минут поступило 893 голоса, а затем – 3279 и 3769. В нормальной ситуации такого не бывает.

На следующей картинке разница между голосами зарегистрированных и незарегистрированных пользователей еще заметнее. Губерниев набрал 6,84% от всех голосов зарегистрированных читателей и почти 33% – от анонимов. Такого разброса в нормальных условиях не бывает.

2. К сожалению, в тот момент мы временно не могли идентифицировать IP-адреса тех, кто голосует в анонимном режиме, поэтому не могли быть уверены, что все дополнительные голоса за Губерниева прилетели с одного IP-адреса. После этого мы взялись за решение проблемы и теперь можем идентифицировать анонимных голосовавших и массовое голосование с одного устройства.

И вскоре это нам пригодилось.

3. 13 января мы выкатили опрос «Губерниев ругается с Тихоновым – вы за кого?». И теперь знаем, что голоса за Губерниева в опросе были массово накинуты с одного IP-адреса (первая строчка на скриншоте ниже). 8887 голосов (мы решили замазать IP-адрес из этических соображений)!

Внутри часа все голоса с одного IP прилетали равномерно в течение нескольких минут. По окончании часа гиперактивное голосование обрывается и возвращается к нормальной динамике. Это указывает на работу скрипта для накруток. Вот скриншот с поминутной разбивкой:

Этот IP-адрес принадлежит сервису, который предоставляет доступ к своим серверам (то есть кто-то арендовал серверы с определенными мощностями, которые нужны для его/их проекта). С этого IP на Sports.ru никто никогда не заходил – и мы никогда не проследим связь между IP-адресом и нашим пользователем.

Мы не хотим блокировать возможность голосования с одного IP-адреса – в таком случае из домов или офисов, где используют одну и ту же точку доступа к сети, сможет проголосовать только один человек. Но сообщаем всем, кто продолжит накручивать голоса или плюсы: мы все видим и обязательно расскажем нашим пользователям.

Боты постят и плюсуют хвалебные комменты про Романа Ротенберга. Это обнаружил пользователь Sports.ru

развернуть

Главным ледовым событием в новогодние праздники стала «Спящая красавица» Татьяны Навки: мощное промо, щедрая реклама, Алина Загитова в главной роли.

22 представления за 12 дней, аншлаги в «Мегаспорте», трансляция на Первом канале – проект получился настолько успешным, что Навка уже объявила продажу билетов на шоу следующего года. У него еще нет сюжета, названия и подробностей, зато известна цена – от 3900 рублей.

Ну и как там Загитова без спорта? Катает в шоу Навки (в роли принцессы), уже выучила парную поддержку

Пока хозяева OOO «Навка шоу» (кстати, его учредителем и гендиректором является не Татьяна Навка, а ее младшая сестра Наталья, креативным директором – их мама) думают о будущем, мы изучили портал Единой информационной системы в сфере закупок и выяснили любопытные подробности об организации «Спящей красавицы» с участием Алины Загитовой.

• во-первых, если это и бизнес, то с активным участием бюджетных денег – Навка получила на шоу крупную субсидию из федерального бюджета для выполнения госзадания (это цитата из договора);

заказчиком шоу выступал Росконцерт – государственное учреждение, подведомственное Министерству культуры. Проект имел госфинансирование, а контракты с актерами-фигуристами заключал директор Росконцерта Андрей Малышев;

большинство фигуристов, катавшихся в шоу, подписывали договор об оказании услуг в качестве индивидуальных предпринимателей – это законно, упрощает налогообложение и почти вдвое сокращает сумму, которые нужно вернуть государству.

• договор заключался на услуги по участию сразу в 22 постановках (с 25 декабря по 7 января) в качестве актера, в нем прописывалась общая сумма гонорара;

• зарплата фигуристов в шоу – отдельная тема, ставшая популярной в последнее время. В «Спящей красавице» минимальная ставка – 187 440 рублей (за 22 спектакля) – полагалась актерам из массовки, фигуристы с эпизодическими ролями получали чуть больше (например, Татьяна Розанова – 351 тысячу, Вера Базарова и Юрий Ларионов – по 468 тысяч).

А главные герои имели самые дорогие контракты: Маргарита Дробязко (Королева Аргона) – 2,3 млн, Нодари Майсурадзе (Тролль) – 1,8 млн, Петр Чернышов (Эриан) – 2,8 млн, а Татьяна Навка (Элифеанта) – 6,6 млн.

Все данные открытые, поэтому не спешите возмущаться – тем более, что главное знание впереди.

Вы заметили, что среди высокооплачиваемых фамилий нет хедлайнера шоу Загитовой, а самый высокий контракт у Навки. Да, в реестре документов вообще нет договора с Алиной – мы проверили несколько раз.

Зато мы нашли человека, который заработал больше всех (даже больше Навки). Судя по документам, он тоже выступал на льду в качестве артиста и получил от Росконцерта за участие в театрализованной постановке «Спящая красавица. Легенда двух королевств» больше 8 миллионов рублей. 

Знакомьтесь – это Эдуард Аксенов.

Он занимает должность заместителя начальника отделения «Хрустальный» по общим вопросам – того самого, где работает Этери Тутберидзе и тренируется Алина Загитова.

До 2013-го Аксенов был директором спортшколы №37 (прежнее название «Хрустального»), но после слияния нескольких московских школ в Центр спорта и образования «Самбо-70» пошел на снижение в должности. 

 

Договор Росконцерта с Аксеновым напоминает странную схему, которую невозможно не связывать с Загитовой.

Иначе вообще непонятно, что он тут делает и почему в договоре прописано, что при определении цены учитывались «уникальность мероприятия, неразрывно связанная с личностью исполнителя (Аксенова – Sports.ru), высочайший уровень его мастерства, профессионализм, эксклюзивность и зрительский интерес».

Сейчас нет смысла рассуждать, насколько законен это документ, но есть подозрение, что нет – в акте сдачи-приемки услуг четко прописано, что Аксенов принял участие в шоу в качестве артиста, а Росконцерт своими силами провел экспертизу его услуг и остался удовлетворен.

Среди наших пользователей точно есть люди, ходившие на шоу Навки, поэтому вопрос к ним: вы видели на льду Эдуарда Аксенова – самого высокооплачиваемого артиста «Спящей красавицы»?

Вопросов на самом деле еще больше, но все они крутятся вокруг одного слова: зачем?

Возможно, этот договор – плата за разрешение Алине выступать в шоу от руководства школы, в которой она тренируется, но тогда каким законом это регламентируется? В России давно не существует крепостного права, нет и закона о субподряде на аренду школьников и учеников. Тогда какая часть этой суммы положена Алине, а какая – лично Аксенову?

А может, объяснение еще проще: у Аксенова оформлен налоговый статус ИП, а у Алины – нет?

Или это нежелание Росконцерта заключать трудовой договор с несовершеннолетней, которая по закону уже имеет на это право, но требует дополнительных условий и внимания? Но тогда почему договор заключили не с родителями Алины, а совсем с посторонним человеком?

Существует, конечно, вариант, при котором Загитова вообще ни при чем, но тогда Эдуард Аксенов – гениальный артист, который невидимо, но здорово катался в «Спящей красавице».

🎧 Когда Трусову трясет на льду, кто похож на швабру и где в танцах предварительные ласки? Мы запустили подкаст о фигурке!

Фото: navka.show/; РИА Новости/Владимир Астапкович; самбо-70.рф

развернуть

Виталий Суворов – о больших тектонических сдвигах.

Зимой 2009 года Лео Месси и Криштиану Роналду были лучшими игроками планеты, Фрэнк Лэмпард проводил феноменальный сезон на «Стэмфорд Бридж», Неймар мечтал о трансфере в «Барселону», а я неспешно набрасывал текст о главных событиях десятилетия, полагая, что именно он, наконец-то, и сделает меня суперзвездой. Иначе говоря: за последние десять лет немногое изменилось… и все же о паре-тройке вещей нам точно стоит поговорить.

В период с 2010 по 2020 год футбол пережил, возможно, мощнейшую встряску с того момента, как человечество придумало телевидение, а лучшие игроки мира перестали впахивать в угольных шахтах между матчами и завершать карьеры из-за войны. Тактическая революция, которая бабахнула в европейском футболе на финише нулевых, изменила игру почти так же, как меняли ее тотальный футбол, итальянское катеначчо и трюк Гуса Хиддинка с переводом Юрия Жиркова в защиту перед Евро-2008. Цифровая революция повлияла на то, как мы эту игру смотрим и обсуждаем.

Клубам больше не нужно выигрывать, чтобы оставаться успешными брендами, а игрокам – необязательно слушать тренера, чтобы оставаться в команде. Прибавьте к этому громадные телеконтракты и новые стандарты величия, а также войну поколений вперемешку с этическими конфликтами и бесконечными попытками найти победную формулу... короче говоря, пора бы мне уже завязывать со спойлерами и переходить к делу.

(Необходимое уточнение: чуть ниже мы поболтаем только о тех явлениях, которые а) кажутся мне самыми интересными; б) обсуждались не так часто по ходу десятилетия / не обсуждались вообще; в) позволят мне поиздеваться над «Арсеналом» в связи со всей этой заварушкой с Китаем и без проблем вкрутить это в текст. Так что на этот раз обойдемся без VAR, Football Leaks и прочих важных вещей, о которых уже и так все сказали).

Нескончаемые попытки взломать футбол: манибол в АПЛ, волшебные напитки, специалисты по сну

В конце 90-х Арсен Венгер попросил игроков «Арсенала» чуть чаще есть брокколи, выставил в клубном автобусе температуру, которая помогала мышцам восстанавливаться быстрее, а затем пригласил всех в столовую и зачитал пронзительную лекцию о том, как именно стоит размешивать сахар в чае – так, чтобы точно растворить все без исключения гранулы. Само собой, в тот момент все это казалось революцией похлеще розовых бутс от Nike в 2009-м (особенно на фоне других английских команд, которые по-прежнему слизывали кляр из пупка стриптизерши после каждого удачного навеса) – но со временем выяснилось, что милые трюки Арсена и близко не стояли к тому, что произойдет в европейском футболе в следующие двадцать лет.

На финише нулевых Пеп Гвардиола собрал в «Барселоне» величайшую команду в истории и моментально заставил всех в футболе сделать тройное сальто назад. Что же делать? Почему же до этого не додумались мы? Ну то есть... разве можно вообще обыграть ВОТ ТАКОЕ? Примерно в тот же момент до Европы, наконец, долетел запоздалый эффект бейсбольного манибола (спорное мнение: ни один человек не повлиял на футбол 21 века сильнее, чем Брэд Питт; поговорим об этом в тексте по итогам 2099-го) и клубы массово закрылись в лабораториях в поисках секретной победной формулы – а еще через несколько лет произошел сперва технологический, а затем и статистический бум, что окончательно привело нас к феномену под названием «Дайте-ка мне парочку астрофизиков из Гарварда и я вообще всех порву!»

Конечно, топ-клубам понадобилось некоторое время, чтобы привыкнуть к новой реальности. Скажем, в «Челси» аналитический отдел появился еще в 2008-м (первый в Премьер-лиге), но было бы странно предполагать, что тренеры старой формации тут же доверятся цифрам. Больше того, иногда этим цифрам и правда стоило верить чуть меньше (ну или просто лучше их интерпретировать) – считается, что в 2012-м «Арсенал», купивший статистическую компанию StatDNA за 2 млн фунтов, отказался от 21-летнего Антуана Гризманна в том числе потому, что его показатели совершенно не впечатлили аналитиков.

В похожую ловушку попали и ребята из «Ливерпуля». В первые годы правления FSG американцы активно пытались построить на «Энфилде» свою версию «Окленд Атлетикс», но вместо этого потратили уйму денег на Энди Кэррола, Чарли Адама и Стюарта Даунинга и чуть не заставили меня броситься под автобус. К счастью, уже через несколько лет ошибки остались в прошлом: в 2016-м шеф-аналитик «Ливерпуля» и выпускник Кембриджа Йэн Грэм объяснил Джону Генри, что провал «Дортмунда» в последнем сезоне Юргена Клоппа был аномалией – а еще через пару лет проделал такой же трюк с Мо Салахом и его «неудачным» отрезком в «Челси».

Разумеется, попытки взломать футбол не заканчивались на аналитических упражнениях. Вдохновившись ранними методами Венгера, клубы в панике бросились улучшать абсолютно все аспекты жизни игроков в надежде получить хотя бы минимальное преимущество над соперником. В 2012-м в Дортмунде построили футбонаут – монструозную клетку, будто из рекламы Nike c Эдгаром Давидсом, которая пуляла мячи с бешеной скоростью и помогала футболистам работать над реакцей, координацией и приемом. Согласно популярному мнению, именно футбонаут помог Марио Гетце не растеряться у ворот Аргентины и выиграть для Германии чемпионат мира. В том же году своя клетка появилась у «Хоффенхайма».

В других лигах пошли еще дальше и в буквальном смысле залезли к игрокам в спальни. За год до переезда Криштиану Роналду в «Ювентус» репортеры The Independent выяснили, что португалец стабильно падает на кровать по два раза в сутки и спит циклами продолжительностью в полтора часа – причем исключительно в позе эмбриона. За правильный сон Криштиану отвечает Ник Литтлхэйлс, британец, который также консультирует «Манчестер Юнайтед», «Челси» и «Ливерпуль», а заодно уже много лет учит высыпаться Райана Гиггза, Джона Терри и прочих футбольных звезд.

К концу десятилетия глобальная гонка вооружений в европейском футболе достигла совсем уж абсурдных масштабов – и привела к тому, что у клубов появились отдельные тренеры даже по аутам («Ливерпуль»), а среди партнеров команд можно найти «экспертов по поту» («Вулверхэмптон») и бывших агентов израильских спецслужб, помогающих футболистам избежать травм («Хетафе»). При этом похожая гонка развернулась и среди компаний-мошенников, которые играют на страхе клубов остаться в прошлом. По данным The Athletic, одна из команд АПЛ несколько лет выписывала шестизначные суммы неизвестной статистической компании и получала цифры с кучей ошибок; еще одна фирма предложила протестировать кровь футболистов, «найти в ней слабые места» и создать волшебный витаминный напиток за 1,25 млн фунтов.

Пространство для роста в футболе, конечно, по-прежнему есть – вопрос только в том, насколько оно большое. Прошлый сезон АПЛ с безумными показателями «Манчестер Сити» и «Ливерпуля» неизбежно заставил нас задаваться вопросами в стиле «неужели можно играть в футбол ЕЩЕ лучше?» и «как же жить, если пара команд НАСТОЛЬКО круче других?» С одной стороны, возможно, мы и правда находимся на пути к бесконечному фотофинишу – с футболистами-киборгами, магическими эликсирами и армией математиков с кофейком из Старбакса. При этом в 2009-м нам тоже казалось, что обыграть «Барселону» с Испанией уже нереально – и, может быть, победная формула будущего заключается как раз в долголетии; командах-династиях, которые доминируют десятилетиями, а не допрыгивают до великой планки однажды – чтобы через пару сезонов снова полететь вниз.

Впрочем, скорее всего, футбол просто станет еще чуть быстрее, умнее и зрелищнее, а глобально ничего не изменится – потому что когда к маниболу «Атлетикс» добавляются деньги «Ред Сокс», побеждают все равно последние.

Клубы стали развлекательными корпорациями: борьба за новую аудиторию, абсолютный контроль, проигрывать уже не страшно

За несколько дней до финала Кубка Англии 2004 года BBC показал документальный фильм о сэре Алексе Фергюсоне и его сыне Джейсоне. По информации репортеров, «МЮ» регулярно подписывал клиентов агенства Elite Sports, которым по невероятному совпадению руководил как раз Джейсон, – а сам Ферги настоятельно рекомендовал молодым футболистам сотрудничать именно с его сыном. Реакция Джейсона на расследование BBC давно растворилась в архивах новостных лент. Зато реакцию Сэра Алекса точно запомнили все: Фергюсон пообещал никогда больше не разговаривать с сотрудниками канала и объявил BBC вечный бан – а заодно в очередной раз опередил время.

В 2010-х лучшие клубы планеты окончательно перестали заниматься только футболом и превратились в полноценные транснациональные корпорации – никакие посредники им теперь в принципе не нужны. YouTube-канал того же «МЮ» собрал почти в 10 раз больше подписчиков за полтора года, чем BBC Sport за четыре – с точки зрения клуба, разговаривать с журналистами сегодня не только неприятно, но и невыгодно. Клубное телевидение «Юнайтед» первым сообщает новости о трансферах, первым снимает послематчевые интервью и не делится с прессой вообще никаким эксклюзивом – а в отделе медиа, который занимается сайтом, социальными сетями, MUTV и программками, работает около 120 человек. И да, этим ребятам точно не стоит волноваться о сокращениях: пока репортеры BuzzFeed, CNN и прочих медиагигантов еженедельно оказываются на грани увольнения, репортеры «МЮ» радостно сообщают о новых контрактах клуба c азиатскими конгломератами (с другой стороны, писать им приходится еще и о Джессе Лингарде... но это уже другая история).

С того момента, как Эд Вудворд стал исполнительным директором «МЮ» в 2013-м, «Юнайтед» ни разу не забирался дальше четвертьфинала Лиги чемпионов. За те же шесть лет Эд подписал контракты с Adidas (£750 млн), Chevrolet ($559 млн) и еще кучей спонсоров, запустил самое скачиваемое спортивное приложение в 70 странах, вышел на китайский диджитал-рынок после партнерства с Alibaba Group, заработал громадные деньги на летних турах в Азию и Америку, анонсировал строительство развлекательных центров в Пекине, Шанхае и Шэньяне, заключил сделки с компаниями из Нигерии (Chi, «официальный партнер по напиткам») и Японии (Manda Fermation, «официальный партнер по поставке питания») и объявил о рекордной прибыли за последний финансовый год – 627,1 млн фунтов; почти в два раза больше, чем в его первый сезон в роли исполнительного директора.

«Выступления команды никак не влияют на коммерческую часть нашего бизнеса», – сказал Вудворд в прошлом году. И раз уж вы можете спокойно (по крайней мере, с финансовой точки зрения) проиграть еще парочку матчей, почему бы не потратить время на что-нибудь более важное?

Почти смехотворная независимость от результатов заставила клубы переосмыслить вообще все внутренние процессы – и активно вложиться в вещи, которые в первую очередь откроют для них зарубежные рынки и позволят заполучить как можно больше новой аудитории, чтобы позже ее монетизировать (главного тренера не устраивает слишком долгий тур в Индонезию? Значит, нас не устраивает этот главный тренер). В прошлом году «ПСЖ», который пытается не только отчистить бренд от сомнительных ближневосточных денег, но и выбраться за пределы французского мира, запустил коллаборацию с Майклом Джорданом – и одной сделкой нарисовал себе настолько стильно-волшебное лицо в США, что ни о каком Катаре там теперь даже не вспоминают.

«Бавария» двигается не так агрессивно, зато уже несколько лет постепенно превращается из футбольного клуба в IT-компанию: устраивает хакатоны прямо на стадионе, запускают вирусный трюк с виртуальной реальностью внутри клубного приложения и подписывает контракты с Apple Music и Giphy. Примерно той же дорогой идут и парни из «Ромы»: по ходу суперуспешного сезона-2017/18 римляне неожиданно стали королями социальных сетей – а затем так удачно пошутили про любовь к сборной Нигерии, что в сентябре этого года заключили трехлетнюю сделку с нигерийской федерацией футбола. Согласно контракту, в ближайшие годы «Рома» проведет в стране выставочный матч и получит прямой доступ к миллионам местных фанатов.

Побочным эффектом настолько крупной экспансии стало логичное желание клубов контролировать вообще все; смотреть документальные фильмы от BBC о похождениях сыночка главного тренера теперь уже точно никто хочет. К тому же, документалку легко можно снять самим: если «Сити», «Юве» и «Ливерпулю» еще пришлось открывать закулисные комнаты для рейнджеров Netflix и Amazon (хотя на экране мы все равно увидели только то, что хотели показать клубы), то «Барселона» не запаривалась даже над этим – и отдала контроль над Matchday чуть ли не Жерару Пике, который, по сути, выступил исполнительным продюсером шоу. Где его можно увидеть? На новеньком стриминговом сайте Rakuten – официального спонсора «Барселоны».

Конечно, клубы по-прежнему многое делегируют, но только когда понимают, что поступать иначе просто невыгодно: скажем, собственное производство футболок – все еще нереальная задача даже для «Реала» и «Барселоны», так что Nike и Adidas точно можно не беспокоиться. Тем не менее в ближайшие годы тренд на тотальный контроль и постоянное расширение, очевидно, никуда не уйдет – так что не удивляйтесь, если лет через пять «Юве» запустит социальную сеть и убьет инстаграм, «Реал» выкупит Marca и построит редакцию прямо на «Бернабеу», а «Барселона» подпишет контракт с Джейми Оливером и откроет в Китае сеть тапас-баров – а потом еще и снимет об этом пару-тройку сериалов.

Громадное влияние соцсетей на футбол: игроки-мемы с искаженным наследием, аналитический бум, нефильтрованные высказывания

Летом 2010 года Джоуи Бартон справедливо решил, что заламывать руки соперникам в каждом матче – это, конечно, неплохо, но хорошо бы найти еще какой-нибудь способ попадать в новостные программы. Решение было простым: Бартон достал из штанов телефон, зарегистрировался в твиттере и почти сразу стал самым заметным игроком АПЛ в интернете – человеком, который публично фехтовал с Бенаюном из-за израильско-палестинского конфликта и набрасывался на Маргарет Тетчер через пару дней после ее смерти («То, что она сделала с рабочим классом, никогда не забудется. Многих она толкнула вниз и похоронила в дыре!»). Наследие Джоуи по-прежнему остается сомнительным – но по крайней мере благодаря твиттеру оно в принципе есть.

В начале 2010-х соцсети впервые позволили нам увидеть спортсменов с другой стороны – и неожиданно выяснилось, что Питеру Краучу хоть сегодня можно записываться в стендап, у Эктора Беллерина есть мнение о политике, моде и экологии, Гари Линекер отыгрывает сюжеты острее, чем большинство журналистов, а Роман Широков зачем-то до сих пор читает газеты – причем не только «Спорт день за днем», но и «Ведомости». Прямой доступ к фанатам и возможность в любой момент высказать мнение по любому вопросу заставили нас изменить отношение к куче игроков – но что еще интереснее, иногда наше восприятие футболистов менялось вообще без их прямого участия.

Андреа Пирло раздавал гениальные передачи и в «Милане», и в «Юве», и в сборной Италии, но первые маркетинговые успехи (четкий образ, бешеная волна популярности) пришли к нему, только когда в игру вступил интернет. Из великого, но не слишком медийного футболиста Пирло внезапно превратился еще и в имиджевую икону – супергероя из мемов, стилягу с бокалом вина, брутального, эталонного итальянца. А теперь отмотайте время назад и прикиньте, сколько рекламных роликов понадобилось для похожего трюка Дэвиду Бекхэму. Андреа просто отправлял мяч в штрафную; мем-культура – и парочка стильных фотографий в фейсбуке – сделали все за него.

Еще более забавная история произошла со Златаном Ибрагимовичем. Дерзкие фразочки и не-шути-со-мной имидж были при нем еще в «Мальме», но тот Златан, которого мы знаем сегодня, родился только после трансфера в «ПСЖ», совпавшего с пиком развития интернет-культуры. Типичные шуточки Ибры поначалу проникли в мемы, затем слились в целый образ, превратив его в футбольную версию Чака Норриса, а ближе к концу карьеры стали настолько гигантской частью его наследия, что мы просто перестали видеть границу между реальным игроком и затянувшимся дурачеством в интернете. При этом, в отличие от Пирло, Златан не остался от игры в стороне: в какой-то момент он настолько проникся придуманным фанатами образом, что сделал его своим – и до сих пор эксплуатирует и в рекламе, и в интервью, и при строительстве личного бренда.

Летом 2014-го безумный разгром Бразилии на ЧМ стал самым обсуждаемым событием в истории твиттера – 36,5 млн твитов прямо по ходу игры – и, пожалуй, лучше всего зафиксировал еще один эффект соцсетей на футбол: вместо того, чтобы добавить игре глубины, второй экран (соцсети, лайвскор, мессенджеры и статистика) чуть ли не целиком вытеснил первый. Конечно, люди отвлекались от матчей и раньше – ну, скажем, когда заказывали что-нибудь в баре или отвечали на телефонный звонок – но никогда еще они не делали это НАСТОЛЬКО часто, чтобы вообще с трудом улавливать ход игры. При этом на помощь хайлайт-поколению тоже пришел веб 2.0: StatsBomb, Майкл Кокс, Майк Эл Гудман и прочие аналитики-энтузиасты раскрутились именно в твиттере – и там же рассказали нам об xG, контрпрессинге и ложных фулбеках, что сразу подбросило разговор о футболе на новый уровень.

Аналитический бум помог не только фанатам и журналистам. В период с 2001 по 2012 год Филипп Лам, один из лучших защитников мира и удивительно стабильный игрок, ни разу не попадал в команду года FIFPro World11 – пожалуй, самую необъективную символическую сборную в футболе, которая ориентируются исключительно на популярность игроков (лучший пример: в этом году в команду попали Марсело, Рамос и Модрич – и не попали ни Энди Робертсон, ни Трент Александр-Арнольд, ни Рахим Стерлинг). Проблема Лама заключалась не в том, что он играл хуже других; немец просто был недостаточно ярким персонажем – и поэтому регулярно пролетал мимо любых рейтингов, так и оставаясь почетным членом клуба под названием Отличные Футболисты, О Которых Все Вечно Забывают.

Признание догнало Филиппа, когда ему было уже за тридцать. После переезда в Мюнхен Гвардиола обнаружил, что у Лама есть все качества для игры в центре полузащиты, и провернул один из самых потрясных тактических трюков десятилетия. О новой позиции немца (и его блестящей игре) тут же заговорили интернет-аналитики, которые расхваливали его после каждого матча и всеми способами подсвечивали запредельный футбольный IQ, – и популярность Филиппа моментально поползла вверх. В 2017-м Лам ушел из футбола в статусе одного из умнейших игроков поколения, хотя еще недавно мы вспоминали о нем в лучшем случае трижды в год.

Конечно, интернет не всегда приходил футболистам на помощь. В 2006-м Дмитрию Аленичеву пришлось лично топать в редакцию «Спорт-Экспресса», чтобы уничтожить Александра Старкова и прикончить карьеру одним интервью; сегодня пройти путь от идиотской идеи до ее воплощения можно всего за несколько кликов. Интервью крупной газете? Что ж, по крайней мере, у Аленичева была как минимум пара дней – ну, чтобы как следует пораскинуть мозгами и решить, что именно он хочет сказать. У Бернарду Силвы этого времени не было – и пара необязательных кликов (в ноябре Бернарду твитнул картинку шоколадного человечка и сравнил его с Бенджамином Менди) не только столкнули его в расисткий скандал, но и привели к реальной дисквалификации.

Впрочем, по сравнению с другими игроками Силва еще легко отделался – к счастью, критических постов о его тренере так немного, что случайно лайкнуть их в инстаграме пока в принципе невозможно.

Война поколений: тренеры не понимают игроков, суперзвезды раздражают болельщиков, все очень сложно

За год до увольнения из «МЮ» Жозе Моуринью приехал к репортерам France Football и зафиксировал, пожалуй, важнейший конфликт в современном футболе: тотальное недопонимание, которое возникло между игроками, тренерами и болельщиками в последние годы. «Когда Фрэнку Лэмпарду исполнилось двадцать три, он уже был мужчиной, – с грустью сказал Моуринью, отчаянно пытавшийся подобрать ключ к звездам «МЮ». – Сегодня же 23-летние игроки – это дети, обычные дети. И все, что их окружает, не помогает им ни в футболе, ни в жизни».

И в «Порту», и в «Челси», и в «Интере» Жозе без проблем управлял коллективом и со временем находил подход даже к тем, кто не разделял его ценности целиком. Загвоздка была лишь в том, что вместо Милито и Лэмпарда в «МЮ» ему достались Марсьяль и Погба; люди, которые выросли во времена культа свободы личности, индивидуализма и бесконечных возможностей – и не имели ничего общего с футболистами, которые работали с Жозе в начале карьеры. «Уважение к опыту» осталось в 2000-х. Никаких больше «заткнулись и слушаем тренера». Разница поколений оказалась настолько гигантской, что решений не нашлось даже у такого короля психологии, как Жозе.

«Мне пришлось изменить свой подход, – признался недавно Дешам. – Новое поколение игроков хочет всего и сразу. У них другие интересы, и они всегда на связи со всем миром. Я совсем другой. Молодых футболистов сегодня нужно постоянно хвалить. Если ты не проявляешь достаточно эмоций, все может разрушиться. Думаю, в прошлом игроки не нуждались в таком количестве комплиментов, как сейчас».

Разумеется, проблема нового поколения возникла не только у Жозе и Дешама. Уникальность спорта в сравнении с любой другой развлекательной индустрией заключается еще и в том, что карьера игроков длится всего 13-14 лет – а значит, поколение футболистов обновляется гораздо быстрее тренеров и фанатов. Согласно американским исследованиям, средний возраст спортивной телеаудитории составляет около 50 лет и растет с каждым годом. Английские стадионы давно оккупировали ребята за сорок (в 1968-м среднему болельщику на «Олд Траффорд» было 17; в 2008-м – 41) – неудивительно, что самовыражение Лингарда в сторис привлекает их несколько меньше, чем безумный рык Шмейхеля или молчаливый взгляд Скоулза.

В истории АПЛ было не так много игроков, которых критиковали бы сильнее Погба – и это при том, что Поль выиграл четыре скудетто к 22 годам, забил в финале чемпионата мира и, в отличие от винтажных кумиров, ни разу не пропускал тренировки из-за веселенькой ночки в пабе. Леопардовый принт и прически не сделали его плохим футболистом – но разница поколений и общее раздражение от Типичных Замашек Миллениала привели к тому, что Полю необходимо быть лучшим игроком в каждом матче, чтобы хоть как-то перетащить часть болельщиков на свою сторону. И да, даже тогда мы легко включим режим Грэма Сунесса и найдем у него еще парочку недостатков – хотя в том, что касается профессионализма в классическом понимании, Погба уделывает футболистов из прошлого настолько, насколько это вообще возможно.

Радикально другие взгляды на жизнь новых игроков лишили футбол еще одной штуки – почти смехотворной мужиковатости, которую до сих пор успешно эксплуатируют ребята вроде Кина и Златана. В 2016-м Рой набросился на Азара за то, что бельгиец поменялся футболками с Ди Марией прямо в перерыве игры «Челси» и «ПСЖ» – очевидно, что человек, раздувший величайшую заварушку в истории Премьер-лиги, просто не способен понять, как можно корешиться с соперником на глазах у всего стадиона. Само собой, болельщики тут же заняли позицию Кина. Вот только ни Ди Мария, ни Эден скорее всего даже не поняли, что здесь в принципе могло кого-то расстроить.

Вместе с последними игроками из поколения 90-х из футбола ушли все привычные тому времени черты и традиции. На старте карьеры Джон Терри чистил бутсы Деннису Уайзу и грел седушки для лидеров «Челси». Футболисты «МЮ» до сих пор вспоминают, как шугались от Шмейхеля. Представить нечто подобное в современном футболе практически нереально – и чем дальше, тем очевиднее, что игроки новой волны не имеют вообще ничего общего с героями прошлого. В результате, раздражаются и герои (считая, что все их наследие куда-то похерили), и тренеры (не понимающие, как общаться с игроками) – а болельщики-консерваторы просто разносят всех подряд и продолжают мечтать о старых-добрых деньках.

Деньки, впрочем, все равно уже не вернутся. Внутренняя свобода современных игроков с каждым годом становится только крепче, медиабренды (прости, старина Рой) скоро появятся даже у пьяных футболистов «Санкт-Паули», а Погба скорее набьет лицо Скоулза на шее, чем удалит инстаграм и заговорит с суровым манкунианским акцентом. Жозе, как и другие великие тренеры, наверняка адаптируется и, возможно, снова добьется успеха (за вдохновением всегда можно обратиться к тому же Дешаму: чтобы лучше понимать игроков сборной Франции, Дидье попросил помощи у 23-летнего сына и теперь целыми днями слушает французский рэп), а место брюзжащих англичан на трибунах всегда готовы занять подростки из Пакистана и Мьянмы – чтобы лет через двадцать брюзжать уже по новому поводу.

Тотальная смена власти: игроки – самые влиятельные люди в футболе, тренеры – главные жертвы больших перемен

«Нам необходимо привлечь больше внимания к этой проблеме», – заявил Ричард Биван, исполнительный директор ассоциации английских тренеров, в январе 2016 года. Ричарду не нужно было ничего объяснять: о «проблеме» и так все уже знали. В период с 1 июня по 31 декабря 2015-го клубы АПЛ, Чемпионшипа и двух дивизионов пониже уволили 29 тренеров и установили новый английский рекорд: никогда прежде с Главным Человеком в Команде не расставались настолько быстро. Конечно, у нас по-прежнему есть Гвардиола, Симеоне и Клопп, но глобально изменения очевидны: за последние десять лет тренеры обесценились настолько, что руководителей клубов не останавливают даже гигантские неустойки – бедняг все равно увольняют после первой же неудачи.

С одной стороны, все это – логичное следствие массового появления в футболе владельцев-миллиардеров типа Романа Абрамовича, который съедал тренеров на ужин еще в нулевые. С другой, все как обычно немного сложнее – и пожалуй, именно тренеры стали главной жертвой тотальных тектонических сдвигов последних лет.

Во-первых, менеджерская работа просто стала сложнее. Чтобы добиться успеха в топ-клубе, вам нужно обладать почти невозможным набором качеств – и одновременно быть тактическим гением, инноватором, аналитиком, дипломатом и великолепным психологом, который одинаково удачно продвигает бренд клуба, ставит выдающуюся игру, подстраивается под закидоны армии шейхов и общается с игроками-миллениалами таким образом, что они не поливают вас говном в перископе. Тренеры-мотиваторы давно укатили в Саудовскую Аравию, а любая диктаторская замашка в современном футболе непременно закончится увольнением – неслучайно ребята вроде Капелло или Магата остаются востребованными только в Китае (к слову, это работает и в обратную сторону: тот же Кин, оказавшись в команде лэптоп-тренера Нагельсманна, скорее всего выглядел бы так же нелепо, как и Неймар у Магата). Места для ошибки в принципе не осталось. Так что да, выживают здесь именно что Гвардиола, Симеоне и Клопп.

Во-вторых, безумие на трансферном рынке и громадная маркетинговая ценность игроков привели к тому, что от прежнего Тренерского Авторитета не осталось даже полунамека. После скандала с контрактом Уэйна Руни в 2011-м Сэр Алекс Фергюсон произнес, возможно, главную фразу в карьере: «Когда игрок станет важнее тренера, с «Юнайтед» будет покончено». К счастью для Ферги, через два года он покончил с «Юнайтед» сам – потому что сегодняшним тренерам о такой философии остается только мечтать. Игроки «Лестера» вытолкнули Клаудио Раньери одним командным собранием. Виллаш-Боаш настолько выбесил суперзвезд «Челси», что потерял работу меньше чем через год. Анчелотти уволили из «Реала» из-за ссоры с Гаретом Бэйлом, Моуринью – в том числе из-за разлада с Погба. «Лидером «ПСЖ» был Неймар, а не я», – как-то сказал Унаи Эмери; человек, который стоил бы дешевле бразильца даже с 221 миллионом евро в кармане.

Лучше всего проблему неограниченной власти игроков сформулировал Арсен Венгер. «20 лет назад футболисты работали на клуб, – сказал он в прошлом году. – Сегодня, клубы работают на футболистов. Роналду ушел из «Реала» в «Ювентус», и его фанаты последовали за ним. Международные болельщики больше заинтересованы в звездных футболистах, чем в клубах. Это сделало игроков очень влиятельными. У Неймара 170 миллионов поклонников по всему миру. В этом плане он влиятельнее, чем вся французская лига. Не удивлюсь, если в ближайшие пять лет замены будет делать не тренер, а болельщики в социальных сетях. Что-то подобное точно случится».

Само собой, во всей этой неразберихе виноваты в том числе клубы, которые разогрели трансферный рынок до нонсенс-масштабов и превратили игроков в самых дорогих людей на планете. С другой стороны, учитывая развитие индустрии, подобный расклад, пожалуй, был неизбежен – и хотя увольнять тренеров по-прежнему неприятно, это все-таки проще, чем терять ходячий рекламный магнит, а затем снова встречаться с Райолой и закидывать его миллионами. Футболисты приводят в клуб спонсоров, продают атрибутику и загоняют фанатов на стадион и в соцсети. Скандал с тренером стоит побед. Скандал с игроком – денег и аудитории.

Проблема еще и в том, что клубы не делают ничего, чтобы найти хоть какой-то баланс. Работая на «Олд Траффорд», Жозе регулярно жаловался прессе на Вудворда, который не давал ему такой же свободы, какая была у Пепа и Юргена. И да, в мире нет человека, который бы перекладывал вину на других изящнее Моуринью, но здесь? Понять Жозе точно легко. Нет никакого смысла нанимать тренера, если вы не планируете поддерживать его до конца; ничем хорошим это точно не закончится. При этом понять можно и клубы: учитывая, какие деньги крутятся в индустрии, позволить тренеру контролировать все процессы в духе Венгера и Фергюсона было бы чистым безумием – неудивительно, что тренеров-менеджеров в современном футболе в общем-то не осталось.

В конечном счете, парни просто оказались в заложниках новой реальности. И хотя нам по-прежнему проще встать на сторону тренера (по крайней мере, в образе испорченных звезд они предстают сильне реже игроков), для игры это, возможно, даже неплохо: столкнувшись с нелепыми обстоятельствами и круглосуточной конкуренцией, ребята неизбежно будут расти – а значит, в долгосрочной перспективе футбол от этого только выиграет.

Этические конфликты, которые больше нельзя игнорировать: повышенная социальная ответственность игроков, бо-о-о-ольшие проблемы клубов и лиг

Зимой 2010 года члены исполкома ФИФА отдали Катару 14 очков в голосовании за организатора чемпионата мира 2022-го и официально отправили футбол в новую эру – великих коррупционных скандалов, бесконечных расследований и настолько пугающих сделок, что даже ребятам из Human Rights Watch иногда становилось не по себе. Конечно, как и в любой большой индустрии, в футболе всегда было полно сомнительных штук... но в последние 10-15 лет мы определенно вышли на новый уровень: в погоне за максимальным количеством денег на зарубежных рынках футбольные лиги/клубы/организации ушли так далеко, что внезапно оказались в ловушке – и завершили большой колониальный период тем, что местами сами превратились в колонию.

В июле этого года китайская газета Xinhua обвинила игроков «Сити» в «неуважении» после предсезонного матча в Шанхае – по версии журналистов, англичане отнеслись к туру как к «обязательству» и насладились Китаем не так сильно, как следовало бы. Манчестер ответил почти моментально: через пару часов официальный сайт клуба украсил Де Брюйне в окружении китайских фанатов, а Бернанду Силва заявил, что «теплое гостепримство китайцев заставило его чувствовать гордость за проделанную работу». Тем временем «Арсеналу», похоже, уже вообще ничто не поможет: пока китайцы стирали Озила из интернета, лондонцы просто бросили своего игрока под автобус, спрятались под кроватью и закрыли глаза – но все равно отхватили по полной программе.

Самое забавное здесь даже не в том, как быстро футбол променял моральные ценности на китайские деньги. Дело в том, что никаких денег Китай до сих пор не принес: по данным The Athletic, единственной удачной сделкой АПЛ с Империей Зла стала продажа прав на телетрансляции сервису PPTV за 564 млн фунтов. Все остальное клубы делают более-менее с прицелом на будущее: как выяснилось, ни коллективное празднование китайского нового года, ни летние туры с иегролифами на футболках не приносят ничего, кроме пары миллионов подписчиков в Weibo – а учитывая, что никаких данных о пользователях платформа, естественно, не раскрывает, конвертировать это в деньги пока все равно нереально. Зато потерять этих подписчиков можно всего за пару секунд – достаточно просто не слишком широко улыбнуться в камеру.

Разумеется, этические конфликты подрывают футбол не только в Китае. На протяжении десяти с лишним лет клубы так отчаянно осваивали африканские, арабские и азиатские рынки в поисках эльдорадо, что пошли на громадное количество компромиссов – и в какой-то момент дежурное уточнение про «аполитичность» перестало иметь всякий смысл. После скандала с Озилом «Арсенал» заявил, что не имеет никакого отношения к мнению футболиста – причем сделал это исключительно в Weibo, как будто надеясь, что в других странах никто этого даже не заметит. Вот только «локальных рынков» больше не существует, мир живет в интернете. И если в Европе вы поддерживаете права сексуальных меньшинств, а затем выступаете против рабства, насилия и притеснения женщин – что ж, возможно, вам не стоит устраивать тур по стране, где на все это плевать хотели.

Все это наводит нас на логичный вопрос: где же проходят этические границы, переступать за которые не стоит? В этом-то и заключается вся проблема. Нормально ли продавать клубы шейхам с сомнительным прошлым? Нормально ли играть Суперкубок на стадионе, который по-прежнему помнит скелеты рабов? Нормально ли проводить Кубок мира в стране, где права человека уважают только в брошюрке FIFA? Что если клуб АПЛ захочет купить Эрдоган? Нормально ли требовать свободы для Каталонии, получая деньги из Абу-Даби? Поедет ли «Челси» с туром в Северную Корею? И что если Месуту Озилу захочется высказаться еще и о геноциде армян?

Этические конфликты разгорались в футболе и раньше, но никогда прежде вокруг не было столько мин – неудивительно, что клубы теперь постоянно оказываются в нелепейших ситуациях и понятия не имеют, что вообще с этим делать. Занятно, что голосом совести при этом все чаще становятся именно футболисты – те самые полуиспорченные примадонны с раскрашенным ирокезом вместо черных волос на груди. Озил призывает разобраться с Китаем. Беллерин громит полоумные законы против абортов и обращает внимание на проблемы ЛГБТ. Стерлинг ведет такой бой с расизмом, что уже в двадцать пять стал лицом поколения, а Меган Рапино – какого бы мнения вы ни придерживались – успешно отстаивает права женщин как минимум в США, и, кажется, не планирует останавливаться.

Иначе говоря: не удивлюсь, если однажды игроки «Манчестер Юнайтед» посмотрят по сторонам и решат, что в Катаре их больше не будет. И бог ты мой, не хотел бы я проснуться тем утром и обнаружить себя в теле Вудворда.

Первое десятилетие новой эпохи: запредельные стандарты величия, размытые амплуа и телевизионный переворот

Расставлять границы между эпохами всегда проще из будущего – но все же за последние десять лет футбол (и все что его окружает) изменился настолько, что у меня нет единого шанса устоять перед далеко идущими выводами. Помимо всего, о чем мы уже поболтали, 2010-е подкинули нам...

...новые стандарты величия, заданные Роналду и Месси, которые полностью изменили наше представление о границах возможного. Очевидно, что в ближайшие годы любому игроку, претендующему на место в истории, придется соревноваться не столько с футболистами новой волны, сколько с призраками Криштиану и Лео – просто потому что ключ от Клуба Легенд теперь находится именно у этих ребят. Возможно, настолько беспощадная конкуренция подарит нам еще больше талантов; возможно, добраться до запредельного уровня, наоборот, никто так и не сможет – и мы плавно откатимся к формату «три сезона на пике, за которым обязательно следует спад». Так или иначе, оценивать футболистов как раньше мы точно не будем. А если прибавить к этому ностальгию, которая неизбежно поднимет Роналду и Месси еще на пару ступенек выше... в общем, давайте-ка просто пожелаем новому поколению немного удачи.

...почти полное переосмысление позиций футболистов на поле. В 2004 году Моуринью прилетел в Лондон и устроил первую большую революцию в АПЛ, выстроив «Челси» по схеме 4-3-3 с Клодом Макелеле в роли опорника. В 2010-х подобные фокусы выкидывали чуть ли не каждый год: Лео-ложная-девятка-Месси, Нойер в роли сумасшедшего либеро, Лукаку, сваливающийся на фланг, защитники-плеймейкеры Клоппа, Де Брюйне и Сильва в роли восьмерок, ложные фуллбэки «Ман Сити», вратари, играющие ногами не хуже полузащитников, а так же длинный, извилистый путь, который привел нас от Ширера и Дрогба к Роберто Фирмино. «Следующий тренд – это ложные позиции, – говорил Нагельсманн в 2017-м. – Центральные защитники в опорной зоне, опорники в атаке, нападающие в центре поля – игроки станут более гибкими. Чем больше позиционных вариаций у команды, тем она опаснее». К другим новостям: этим летом Юрген Клопп на полном серьезе наигрывал Адама Лаллану в опорной зоне, а Тьяго Мотта, кажется до сих пор мечтает выйти на матч с вратарем в центре поля. Так что да: это еще не конец!

...большой телевизионный переворот, который уже изменил расклад сил в европейском футболе и явно на этом не остановится. За последние 7-8 лет телевидение превратилось в абсолютного короля индустрии – и не только вывело АПЛ на новый уровень одним контрактом (КАРЛО АНЧЕЛОТТИ РАБОТАЕТ В «ЭВЕРТОНЕ», А «ФУЛХЭМ» ПОТРАТИЛ БОЛЬШЕ СТА МИЛЛИОНОВ НА ТРАНСФЕРЫ ЗА ОДНО ЛЕТО!), но и почти отменило Главный Футбольный Закон, также известный как «Болельщики на трибунах – это святое». В 2010 году «Арсенал» заработал на билетах на «Эмирейтс» в районе 100 млн, еще 85 пришли от ТВ. В 2018-м? Те же 100 на билетах и 200 – от телевидения. И да, эта разница так и будет расти.

Именно по этой причине матчи между топ-клубами уже сегодня можно устраивать за тысячи километров от домашнего стадиона, главное – подобрать подходящий временный слот (причем подходящий для более важных рынков). В 2017-м «Реал» встретился с «Барселоной» в час дня по Мадриду – по словам президента Ла Лиги Хавьера Тебаса, ему не хотелось расстраивать фанатов из Азии и «заставлять их смотреть класико посреди ночи». По информации Daily Mail, УЕФА всерьез планирует провести финал Лиги чемпионов-2024 в Нью-Йорке, а Суперкубок Италии больше десяти лет разыгрывают то в Пекине, то в Дохе – и никто этому даже не удивляется. Конечно, клубы по-прежнему зарабатывают на билетах отличные деньги (а слово «традиции» нигде не имеет такого большого значения как в футболе). Тем не менее тенденции очевидны – и ломать их точно никто не планирует.

Все это наталкивает на мысли о том, что 2010-е вполне можно считать первым десятилетием новой эпохи. Сюжетные линии, стартовавшие в последние годы, будут тянуться и дальше, этические проблемы станут еще более проблемными, игроки – еще более влиятельными, а телеконтракты вместе с международной экспансией лиг окончательно исказят привычную нам реальность и приведут к...

Хотя...

Стоп-стоп-стоп.

Да, эту мысль оставим уже на 2020-е.

Как футболисты становятся нашими кумирами / Новый эпизод подкаста Суворова, Шмелева и Киселева о спорте и поп-культуре

Фото: Gettyimages.ru/Shaun Botterill, Michael Regan, Ryan Pierse, Dennis Grombkowski/Bongarts, Lintao Zhang, Alexander Hassenstein/Bongarts, Stu Forster, Marc Atkins, Laurence Griffiths, Philipp Schmidli; globallookpress.com/Panoramic/ZUMAPRESS.com; instagram.com/andreapirlo21; REUTERS/Alberto Lingria

развернуть

Вадим Кораблев поговорил с Виктором Кравченко, новым репортером ютуба Василия Уткина.

В первые дни января монотонность праздников смяло видео с ютуб-канала Василия Уткина. Игрок его любительской команды «Эгриси» Виктор Кравченко проехал от «Лужников» до «Газпром-Арены», чтобы посмотреть, как живет футбол между крупнейшими стадионами страны. Был в Твери, Вышнем Волочке, Великом Новгороде и селе Медное. И там много поводов загрустить: дети без формы и мячей, умирающие клубы, разваленные стадионы и замученные тренеры. 

До этого 27-летний Кравченко месяц путешествовал по Африке, пытаясь узнать, откуда в беднейших странах (Сенегале, Кот-д’Ивуаре, Гане, Камеруне) появляются Мане, Дрогба и Это’О. Но у Виктора была еще одна цель: он хотел с нуля начать агентскую карьеру, найдя несколько африканских талантов. А чтобы ничего не сдерживало – за пару месяцев до поездки уволился из «Газпрома». 

Мы поговорили с Кравченко о футболе в Африке и России, а еще о том, как перевернуть жизнь и ни о чем не жалеть.  

Уткин постоянно отговаривал Кравченко от Африки, говорил, что его там убьют. Но в итоге вложился, бюджет путешествия – 500 тысяч

– Сколько ты работал в «Газпроме»?  

– Пять лет. А учился в Томском политехническом университете в институте нефтегазового дела – тоже пять лет. Два года работал монтажником-слесарем в Томске, получил диплом и еще два года занимался строительным контролем в Якутии – в городе Ленск, там шла стройка «Силы Сибири» (магистральный газопровод для поставок газа из Якутии в Приморский край и страны Азиатско-Тихоокеанского региона). 

Потом перевели в офис в Москву, мы занимались логистикой и комплектацией всех строек за Уралом.

– Нравилась работа? 

– Нет, причем на всех этапах.

– Скучно? 

– Все намного шире. Многие знают эту систему: ждешь пятницу, потом выходные, снова наступает понедельник – и так по кругу.  

Добило, что люди рядом были с такими же грустными лицами – и в Ленске, и в Томске, и в Москве. Все вокруг хотели уйти, что-то поменять в жизни, но продолжали работать. Я понял, что со стороны наверняка выгляжу так же несчастно. 

Ну и, конечно, история с «Эгриси» очень повлияла. Если бы не она, я бы до сих пор работал в «Газпроме», потому что не познакомился бы с Васей. Это он мне показал, как выглядит футбол. Показал, что люди там открытые, кайфовые. И я подумал, что если не сейчас, больше такой возможности не будет. Желания даже не будет. 

– Помнишь момент, когда подумал: все, достало, ухожу?

– Я жил с этими мыслями всегда. Тебе просто не понять, потому что тебе нравится твоя работа. Ведь так? 

– Да. 

– Вот постоянно в голове идея, что нужно что-то менять, здесь нет начала или конца. Думаешь: во вторник начну, в среду, в четверг… И так живет у нас процентов 80 людей, мне кажется. 

Я хочу объяснить, но не могу. Просто дошел до точки кипения.

– Сколько ты зарабатывал? 

– Порядка 130-140 тысяч. 

– Чего еще мог лишиться?

– По сути, я выбросил в помойку 10 лет учебы и работы. Но больше всего думал о жене. Она лишалась многого, не я. Потому что я в любом случае не пожалел бы. Жить, когда точно знаешь, что произойдет во вторник и среду через год-два-три, – невыносимо. Поэтому я не задумывался о потерях. 

Рисковал красивыми путешествиями, потерял очень крутую социалку, в том числе бесплатное лечение зубов, тренажерку. К тому же мы с женой снимаем квартиру. 

Но в моей жизни за эти полгода столько всего произошло, что о прошлом и не вспоминаю. 

– У тебя пока был доход только с видео? 

– Да. Живем на накопления и на деньги с роликов. Ну и жена работает. 

– Она модель? 

– Модель, стилист, снимает клипы. В общем, творческая девчонка. Мы вместе с 17 лет, одногруппники. Она тоже училась на нефтяника, в Томске жили в общаге – впятером в одной комнате. Потом вместе в Ленск поехали и дальше в Москву.  

– Что семья сказала про Африку? 

– Если бы родители и жена не поддержали, то, конечно, я бы этого не сделал. Но все было очень ванильно, как в классических мелодрамах. Родители молодые, прогрессивные, поэтому отлично меня поняли. 

Я же ушел из «Газпрома» не в никуда. Четко понимаю, что хочу связать жизнь с футболом – да, играть уже не смогу на профессиональном уровне, тренировать не очень нравится, поэтому задумался про другие варианты. Самой интересной показалась работа агента или скаута. Еще в «Газпроме» начал ходить на нестандартные матчи: ездил в Чертаново, смотрел третью московскую лигу – просто чтобы набраться опыта, побольше увидеть. Но пришел к выводу, что это все просто полная херня. И нужно делать то, что никто не делал, удивлять. 

Попросил Васю познакомить меня с агентами, но даже его авторитета не хватило, чтобы найти адекватные контакты. То есть это настолько закрытая тусовка – там либо бывшие профессионалы, либо околофутбольные люди. Ничего не выйдет, даже если знаешь Васю Уткина, который для меня и есть футбол. 

Тут я решил, что нужно удивить даже самого себя. Осенило, что Западная Африка – самое подходящее место. Посмотрел на карту и понял, что побережье – Сенегал, Кот-д’Ивуар, Гана, Камерун, Нигерия – отлично подходит. Решился: надо ехать.

– То есть тебе не помогали выбрать маршрут? 

– Не-не-не. Как только посмотрел на карту, сразу стало все ясно. Я просто проложил маршрут сверху вниз, чтобы вернуться в Москву из ближней точки. 

Потом встретился с Васей в кафе на Павелецкой. Когда я сказал, что полечу туда, буду искать игроков и вести блог, он ответил, что я ######## [сдвинутый] на всю башку и сошел с ума. Начал отговаривать, возмущаться, что я ничего не знаю про те места, кроме имени Дидье Дрогба.

Мы поели, и Вася предложил встретиться завтра. Навел справки и все-таки сказал, что в деле. Правда, после этого еще пять раз пытался меня отговорить: типа ничего не получится, я звонил людям, и они сказали, что тебя убьют. На следующий день он говорил, что меня не убьют, а сначала изнасилуют. 

Кстати, первым делом он позвонил Селюку, но тот сказал, что помогать не будет – нахрен ему эта ответственность. Тем более он сам там ни разу не был. 

– Сколько времени прошло от разговора с Уткиным до вылета? 

– Уткину я уже презентовал более-менее упакованную идею, чтобы не быть голословным – с маршрутом, планами, примерными расчетами. А после разговора прошло два месяца. 

– Как готовился? 

– Попросил Васю найти людей, с которыми можно пообщаться. Первым, с кем встретился, был Сергей Соколов, глава отдела расследований «Новой газеты», сейчас он замглавного редактора. Очень серьезный военкор, в Кот-д’Ивуаре снимал сюжет про детей, которых готовили убивать во время гражданской войны. Полный ужас. 

Он был в Нигерии, прямо в той зоне, где располагались боевики «Боко Харам» – радикальной исламистской организации. В общем, огромный профессионал. 

А я до этого в жизни ничего не снимал – только сторис в инсте. И вот мы с ним встречаемся в «Шоколаднице», я открываю блокнотик и жду чего-то такого: вот Сенегал, население такое, особенности такие. А он берет апероль и начинает рассказывать: надо связаться с «Красным крестом», чтобы они предоставили охрану. В каждой стране тебя должен сопровождать охранник, нужен свой водитель – предварительно его нужно разрабатывать месяц. Ездить только с ним, такси не пользоваться, общественным транспортом – тоже. Останавливаться только в 5-звездочных отелях, есть только там. Ни в коем случае не пить воду. Не ходить, не дышать и так далее. 

Два часа с ним просидели, разговор закончился так: «В глаза никому не смотреть». Я думаю: черт, похоже, никуда не еду. Стало очень страшно. Но поскольку я был слишком заряжен, подумал, что он туда гонял снимать войну, а я-то еду за футболом и вообще не столкнусь с проблемами. Рассчитывал, что футбольный язык, который во всем мире один, спасет. 

Сергей сказал, что нужно написать российским посольствам во всех странах, куда собираюсь. Они должны встретить и быть в курсе. Вася попросил Алексея Венедиктова подать заявку от «Эха Москвы» в МИД – оттуда уже разослали посольствам. На меня отовсюду начали выходить: кто-то был настроен очень доброжелательно, а кто-то вообще не рад и старался абстрагироваться. А кто-то очень сильно подставил, и в итоге мы не попали в Нигерию. 

– Про Нигерию еще поговорим. Что было после писем в посольства? 

– Получал визы – это тяжело. Почти во все эти страны нужны приглашения изнутри, чтобы кто-то брал на себя ответственность. Африканцы, кстати, тоже не могут приехать к нам без отдельных приглашений. 

В Сенегале я через соцсети нашел русских, они помогли. В Кот-д’Ивуар попали так: парень, который учился со мной в Томске в университете, оказался племянником чувака из посольства – быстро все решилось. В Гане приглашение не нужно. А с Камеруном вышло интереснее всего: я нашел местного, который скинул нам приглашение и следом отправил счет на 2 тысячи баксов. Я объяснил, что экономлю абсолютно на всем, а это гигантские деньги. Мы разругались, но поскольку он прислал приглашение, мы им воспользовались. Только пришлось оглядываться по сторонам. 

Меня предупреждали, что Камерун – самая говнистая страна, там люди помешаны на выгоде. Кстати, так я понял, что неслучайно Это’О уехал в «Анжи» – это отражение культуры его нации.

– Сколько ты делал прививок? 

– Есть обязательная прививка – от желтой лихорадки. Тебе дают специальную книжку, и если в ней не отмечено, что ты сделал такую прививку, в Африку просто не пустят. 

Еще делал от брюшного тифа и какого-то гепатита – не помню. Сделал эти прививки, хотя в списке рекомендуемых – 11 штук. Делал только те, чьи названия мне были хоть как-то знакомы. 

Потом еще пообщался с людьми, узнал, что в Африке сотни видов лихорадок – столько прививок все равно не сделать. Единственное, что надо обязательно контролировать – малярия, ей очень легко заболеть. Тут я был предельно внимателен, взял таблетки и все остальное. Посоветовался с ребятами, которые снимали выпуск «ВДудя» в Замбии, они сказали, что пили таблетки три дня. А я был там месяц, все равно столько дней таблетки не попьешь. 

Уже вернувшись, сдал анализы – вроде жить буду. 

– Сколько денег было на поездку? 

– 500 тысяч: вклад Васи, мои накопления и Хасбулат (друг, который ездил с Витей – Sports.ru) скинул 120. 

Чтобы понимать: мы брали самые скромные гостиницы (3-звездочные), жили то в пригородах, то в деревнях. Очень дорогие были билеты, ели мы одни бананы.

– Что нужно обязательно взять с собой тем, кто полетит в Африку? Но не в Танзанию, Тунис или Египет. 

– Нужно не лететь в Африку, если у вас нет какой-то определенной важной темы или вы не фанат. Серьезно, это не то место, куда стоит отправляться. Особенно девушкам. В плане гигиены и санитарии там все очень печально. 

А так – просто все, что думаете взять, умножайте на пять. Главное – настрой. Сюрпризы там на каждом шагу.

Кравченко был в доме Мане: шел туда туда 3 часа при +47 и схватил солнечный удар. Его совсем не впечатлили мечеть и школа, на которые Садьо дал деньги

Ты высадился в Сенегале. Первые чувства?

– Мы прилетели ночью, от моего спокойного состояния, которое было за месяц до поездки, уже ничего не осталось. В первую неделю думал, что меня реально сожрут, даже последние дни перед вылетом жестко нервничал. Искал в глазах африканцев агрессию, но не находил. Спустя время понял, что по крайней мере в Сенегале все нормально.

Очень переживал за камеру. Во время подготовки нам постоянно говорили, что нужно куда-то сбрасывать инфу. Никто не верил, что можно месяц пожить в Африке и не похерить камеру. 

Помню, очень нервничал, не знал, что нужно снимать и как. Мне помогал готовиться Дима Кубасов, режиссер «Эгриси», очень талантливый чувак: он снимал первый и второй сезоны, они были очень жизненные. Дима дал совет: снимай все. И я реально снимал все, привез 120 часов видео. Когда пришел с этим на продакшн, ребята сказали: ты что, дурак? 

В общем, боялся что-то упустить и боялся, что вот-вот отнимут камеру. Но успокаивал себя тем, что там пока ничего нет. 

– Пытались отобрать? 

– Вечером первого же дня. Стоял посреди Дакара, снимал панораму, а мимо проезжала полиция. Вдруг из машины вылетел сотрудник, потребовал камеру. Пока я откручивал селфи-палку, вытащил флешку. 40 минут мы с ними общались, он хотел, чтобы я удалил видео – якобы специально фиксировал машину. 

Сначала я пытался на не очень хорошем английском дипломатично объяснить ситуацию, но у африканцев с английским тоже так себе. Все разрешилось, когда я перешел на русский: «Чувак, я тебя вообще не снимал, мне пофиг на тебя и твою полицию. Я сюда за футболом приехал, Мане, Сенегал!» Тут полицейский очень утомился и послал меня подальше, вернув камеру. 

Потом еще несколько раз пытались забрать – причины всегда были разные. 

– Сенегальское видео стартует на вокзале. Ты улыбаешься, все вокруг кричат «Мане! Мане!», но чувствуется напряжение. Что там было на самом деле?

– Из-за моего непрофессионализма и неопытности все получилось как ты описал – небольшой нерв. А на самом деле там была жесть конкретная! Хаос, страшно, все хватают, цепляют, что-то орут.  

Мы ехали к дому Мане, его деревушка находится в регионе Казаманс. Когда в России слышат про Сенегал и отговаривают туда двигать, это абсолютно нормально. Но когда в Дакаре слышали, что мы собираемся в Казаманс, и говорили, что туда не стоит соваться – это уже нагоняло жути. Очень неспокойное место, там постоянно воюют. 

Плюс у нас все получилось расхлябанно. Фиксеры, которые тебя сопровождают, должны быть очень надежными. А у нас все было так: я просто писал в инстаграме: «Хеллоу эврибади май нэйм из Виктор» – и находил так людей. Все контакты искал в инсте и на фейсбуке.

На рынке я был в футболке Мане, позабавило, что многие говорили, будто они его родственники. Пока мы ждали электричку, я мог всю семью Мане собрать – не хватало только отца, который умер. Но был, например, двоюродный брат – он продавал билеты на автобусы. Подходила сестра матери. Там его настолько любят, что хотят породниться.

– Прямо обожествляют? 

– Сенегал – самая бедная страна из всех, где я был. И там у людей одна надежда – Садьо Мане. Он везде, реально везде, я такого нигде не встречал. Прочитал, что это один из самых дорогих активов, которые есть у топ-клубов. Именно актив. В Африке он рекламирует йогурты, недвижимость, газировку, что-то типа сушеных банановых – чипсов. Еще с ним много социальной рекламы – против СПИДа и детской беременности. 

– Ты понял, почему там все молятся на Мане, а не какого-нибудь политика? 

– Потому что футболисту намного легче стать надеждой – у него красивая жизнь, его везде показывают. А если начнут показывать богатства политика, пусть он и помогает людям, его все равно будут воспринимать иначе. Классный футболист – это талант, большая работа. Про политика так никто не скажет. А вот Садьо старался, потел, и теперь он наша гордость. Это легче принять.

Плюс в Африке футбол любят так же, как у нас, только раз в 600 больше. Футбольный мяч они делают вообще из любых материалов. С баскетбольным так не выйдет, с волейбольным тоже. Мяч у них первая и, возможно, последняя игрушка. Других там нет.  

– Вы полтора часа идете до Седиу (там Мане начинал тренироваться) при +47, чтобы увидеть табличку с названием города. Как ты выдержал? 

– А я не выдержал, поймал солнечный удар. Впервые такое испытал, как будто смесь похмелья с отравлением. Болит башка, сильная слабость, тошнит. Я там гонял без кепки, чтобы хорошо в кадре выглядеть. Вот и догонялся. 

Ну и главное, что не зря прошли. Табличка была просто охеренная (на всякий случай уточним, что Виктор включил сарказм – Sports.ru): белый фон, красивый шрифт. Не пожалел. Потом все было как в тумане. 

– Вы добрались до Бомбали – места, где вырос Мане. Мне показалось, что ты очень скептически относишься к тому, как он помогает деревне. Мне показалось? 

– Нет, так и есть. То, что я увидел, совсем не соотносилось с его образом, с тем, что я слышу от комментаторов, смотря матчи «Ливерпуля». Я вообще после деревни Мане скептически отношусь ко всему, что делают футбольные звезды. Мне кажется, это все маркетинг, пиар, образы. Я тоже смотрел на фотографии мечети, которую построил Мане, и восторгался. Но потом я увидел эту мечеть. 

– Что не так? 

– Не, все круто, но, блин, Мане зарабатывает почти 50 миллионов в месяц, если считать в рублях. И ты строишь мечеть за 5 миллионов. Мечеть твоего отца, между прочим, самое святое место, по твоим словам. Меня обвинят, скажут, что он мог вообще ничего не строить, но это так подается, будто он воздвиг нечто невероятное. Но эта мечеть так не выглядит. Кажется, что он просто скинул денег и ему было все равно, что там сделают. Все очень неухоженно, недоделано, недостроено. Даже для Африки. 

И школа там ни о чем, на которую Мане дал денег. Вот вообще. Может, его, конечно, обманули, но мне показалось, что там все сделано на «отвалите». Все говорили, что Бомбали прямо святое место, что он столько туда вкладывает. Но я прошелся по Бомбали и не понял, чем деревня отличается от других мест.

– На видео действительно не восхищает. 

– Все оправдывает, что он, наверное, мог вообще этого не делать. И это будет самый весомый аргумент в споре. 

– Ты был в его доме. Как там? 

– Он выделяется, как «Москва-Сити» над Кутузовским проспектом. Огромный двухэтажный дом с тонированными черными окнами – когда их увидел, у меня аж челюсть отпала. Гигантский бетонный забор. Как будто колонизаторы приехали захватывать страну, а это дом короля. 

При этом калитка и дверь дома открыты настежь. Хозяева не боятся, потому что никто не будет нападать на дом Мане – только если чувак, которого он в детстве на банку усадил. 

Его дом – это пристанище детей, которые приходят смотреть телик, пьют воду. На территории есть колонка, каждый может подойти, налить и унести домой. Огромная яблоня, многие подходят и срывают. 

Видел его мать, мог пообщаться, но мне сказали, что она не любит говорить с журналистами. Я решил: ну ладно, не буду ее трогать. А потом подумал: вот дебил, ты добрался до этой деревни и даже не поговорил с мамой, потому что тебе кто-то что-то сказал. 

Мне тогда было плохо, мы добирались из Дакара больше суток, проходили пешком по три часа. Но в Бомбали я почувствовал что-то особенное. Вот я, парень из Томска, стою на пороге дома Мане. С профессиональным футболом меня никогда ничего не связывало, я даже с российскими игроками не общался. Посмотрел на часы: в Москве было 13:00, офисные работники шли обедать. И я подумал, что не зря оставил работу в «Газпроме» и все это затеял. 

Стоял весь грязный, потный, голодный, но очень счастливый.

В Кот-д’Ивуаре все набрасывались на Селюка: говорят, он обманывает клиентов и академии. Кравченко общался с тренером, который вырастил кучу звезд и подгонял их Венгеру в «Арсенал»  

Чем Кот-д’Ивуар отличался от Сенегала

– Сенегал и Гана – желтая зона опасности, а Кот-д’Ивуар, Нигерия и Камерун – красная. В Кот-д’Ивуар нельзя поехать туристом – только если есть какие-то важные дела и это можно подтвердить. 

В Абиджане (крупнейший город страны, население – около 4,5 млн человек) нас встретил представитель посольства. Мы приехали на позитиве из-за того, что в Сенегале с нами ничего не случилось и вообще было круто. И тут нам протягивают бумагу: посольство предупреждает о напряженной политической ситуации в стране, о ряде военных конфликтов… И дальше список терактов: взрыв возле магазина, 20 погибших. Столкновение в районе Абоба, 40 погибших. Длиннющий список с января по июль. 

Спокойствие мгновенно сменилось на жуткую тревогу. Рассказали, куда нельзя заходить, я ответил: окей, не будем.

– Назвали районы Япугон и Абоба. Вы были в обоих. 

– Так получилось, что мы заселились в гостиницу, а Япугон был через улицу. Пошли найти место, где можно поесть. Заходим – встречает девчонка, с ней был очень странный разговор. Спросила, откуда мы. Рассказали, что из России, она загорелась: «Ух ты! А Россия большая или маленькая?» Мы сказали, что самая большая страна в мире. А она ответила: «Нет, не самая большая».

 Спросили ее, куда лучше не ходить. Она назвала те же районы, подняла руку и изобразила, что могут пырнуть ножом. 

Потом приехали в местную федерацию футбола, я знал, что профессиональных игроков там не трогают, у них очень высокий авторитет. Попросил дать нам в сопровождение какого-нибудь бывшего футболиста, поэтому с нами везде ездил Ибрагима Коне: он играл где-то в Тунисе, но зато вырос в Абобо. Было жестко, но все равно намного спокойнее.

– В Кот-д’Ивуаре все фигачили Селюка. Объясни тем, кто еще не смотрел видос: почему его не любят? 

– Недавно Селюк, кстати, сказал, что видео – говно, а я очень плохой человек. 

Но у меня вообще не было мнения о Селюке до поездки, знал только, что есть вот такой крутой агент. Мы не собирались ему уделять много внимания, но я не мог не поспрашивать – все-таки он считается главным по Африке, тем более там были его бывшие футболисты. 

Как работает Селюк. Его клиенты, которые заканчивают карьеру и возвращаются в Африку, подгоняют ему новых игроков – такое колесо сансары. Но Селюк с теми, кто предлагает ему новичков, не делится деньгами. А если игрок, например, хорошо себя показал и его купил серьезный клуб, то воспитавшая академия тоже ничего не получает. Так было с академией Ибрагима Коне: Селюк забрал у него Ласина Траоре («Кубань», «Анжи», ЦСКА, «Монако»), а когда пошли трансферы, академия ничего за них не получила. 

Коне ездит на потрепанном «Хендае», он только при мне раз 20 заглох. И у его академии почти нет денег. 

Игроков возмущают решения Селюка. Есть история Марко Нэ, который играл за «Кубань». Когда он только перешел, получил травму и заболел туберкулезом, но восстановился, залетел в основу и стал основным. Получил награду «Открытие года», помог выиграть Первый дивизион и выйти в Премьер-лигу. Когда вышел видос, болельщики «Кубани» мне писали: «О, Марко Нэ! Мы его помним, крутой игрок».

И вдруг после отличного сезона Марко Нэ переходит в великую «Таврию». В команду, про которую даже не слышал и куда не хотел. 

Есть история Зезето. Он играл в Бельгии, вызывался оттуда в сборную, потом был основным в «Металлурге» и «Металлисте». И вдруг перешел в финский клуб «Яро». 

А еще история Сенина Себаи, которая протекает сейчас. «Тамбов» выходит в Премьер-лигу, Себаи там один из лидеров. И вдруг его продают в Казахстан. Он постоянно звонит приятелям, говорит, что ничего не понимает. Они меня просят: Витя, ты из России, сделай же что-нибудь, помоги, пожалуйста. Сказали, что у Себаи в Казахстане вымогают деньги, он несчастен. 

– То есть Селюк намеренно продает игроков, даже когда это никому не нужно, чтобы заработать на комиссии? 

– Да-да. Трансферы не по спортивному принципу. Когда у человека все хорошо, он не поедет играть в Казахстан. 

Ну и меня очень удивило, что Селюк ни разу не был в Африке. Это совсем не укладывается в голове.

– Давай о более приятном герое. Почему французский тренер Жан-Марк Гийу так увлеченно работает в Африке? 

– Я спрашивал, зачем ему Кот-д’Ивуар. Он ведь работал с Венгером в Японии, они большие друзья. Гийу посоветовал Венгеру Эбуэ, Жервиньо, Коло Туре. Все ивуарийцы, которые были в «Арсенале», – парни Гийу. 

Это мировой чувак. Такие люди делают футбол. Он просто в Европе как-то увидел несколько ивуарийских ребят, и они настолько его зацепили, что он поехал в их страну. А когда увидел все своими глазами, понял, что потенциал зашкаливает. Остался выращивать футболистов, создал свою академию, которая превратилась в клуб. И в итоге перевез в Европу 14 футболистов, среди которых уйма звезд. Все разом оказались в бельгийском клубе «Беверен» (с ним у академии соглашение), начали рвать и разлетелись по всей Европе.

Справа от Виктора – Жан-Марк Гийу

Зезето и Марко Нэ тоже были среди них, но подписали контракт с Селюком. 

Просто приехал правильный футбольный человек с правильными критериями и задачами. Федерация увидела, что появился большой профессионал, принесший им денег, и они вместе организовали турнир, где участвуют уже 7 тысяч детей. Туда может заявиться любая команда.

– Расскажи про турнир. 

– Механика такая. Предположим, я собрал в округе команду из школьников, тренирую их, хочу, чтобы кто-то пробился наверх. Живу я в Кот-д’Ивуаре, денег у меня нет, условий тоже. Но я могу приехать в Абиджан на этот турнир, заплатить условные 5 тысяч рублей и заявить команду – не только на этот год, а вообще на всю оставшуюся жизнь. 

Причем ты играешь не где-то на пустыре, а на базе сборной. Детишки получают практику, а Гийу ходит и отбирает лучших в академию. Я много играл на детских турнирах, когда занимался в ДЮСШ в Томске. Видел, как устроены мини-футбольные турниры в Якутии. Сейчас играю за «Эгриси» в ЛФЛ в Москве. Клянусь: по организации турнир в Кот-д’Ивуаре – это лучшее, что я видел. Там вообще ничего лишнего. Все четко, у всех формы, над каждым судьей есть зонтик, зоны для тренеров. Это как ферма, а Гийу – хозяин. Ходит и собирает ягоды. 

Вот это сила человека. Он в одиночку все изменил, живет там уже 20 лет. Филиалы академии есть на Мадагаскаре, в Мали, Алжире, Египте, Гане. Когда мы были там, на Кубке Африки выстрелила сборная Мадагаскара, все ей восхищались. Оказалось, в основе играли четыре воспитанника Гийу.

На Sports.ru, кстати, есть неплохой текст про него, почитайте.

– В Кот-д’Ивуаре ты смотрел футбол на закрытой вечеринке – с президентом федерации и бывшими звездами. Показалось, что ты там очень пьяный. 

– Слушай, не слишком уж и пьяный. Все-таки с кем-то говорил, ходил, снимал. Но выпил литра четыре, да. А еще ведь жара была.

– Как пиво? 

– Классное, Дрогба его рекламирует. Кстати, Дрогба в Кот-д’Ивуаре почти не видно. Я думал, что к нему там относятся практически так же, как Александр Мостовой сам к себе. Но оказалось, что многие Дрогба просто ненавидят – считают, что он предатель и не патриот. После окончания карьеры он вообще никак не развивал футбол, даже чуть-чуть не помогал, хотя величайший игрок в истории страны. А там есть тема, что все ивуарийцы, закончив карьеру, вкладываются в академии и клубы. Даже 23-летний Франк Кессиэ из «Милана» присылает деньги. 

– Как ты попал на тусовку? 

– Марко Нэ познакомил с бывшим футболистом Зезето, сказал, что он второй человек после Дрогба. Я подумал: что за бред, какой еще нахрен Зезето, кроме Бельгии и Украины, он нигде не играл. И тут мне объяснили, что когда Зезето было 17-18 лет, он вышел на 87-й минуте финала африканской Лиги чемпионов и забил победный гол. Все сошли с ума и влюбились в него. Зезето вернулся на родину легендой, этот гол помнят до сих пор.

После встречи с ним мы не потратили ни копейки – нас везде угощали. Был еще один классный момент: мы опаздывали в гостиницу на выселение, а им там лишь бы с белых денег содрать. И я попросил Зезето помочь. Он позвонил в гостиницу, объяснил, что его друзья не успевают, надо бы отнестись снисходительнее. Но ему категорично ответили: «Не получится, нужно дополнительно оплатить сутки». И тут он говорит: «Ну так это же я, Зезето!» Они закричали: «О, Зезето, мой друг! Конечно, все будет отлично, не переживай!»

Дубль Зезето в финале

На тусу мы прошли с этим Зезето. Там было все включено, и я немного слетел: пиво, шашлыки, до этого ничего толком не ел. В Кот-д’Ивуаре почти во всех кафе ты напряжен, думаешь, что сейчас кто-то подойдет и докопается. А здесь я максимально расслабился, кайфовал. 

– Твой лучший день рождения был в Кот-д’Ивуаре? 

– Попахивает каким-то сюрреализмом, но это 100% так. Когда чуваки (Марко Нэ, еще там был, например, Сириль Доморо, который играл за «Марсель», «Интер» и «Эспаньол») принесли торт, на котором было написано Viktor, я чуть с ума не сошел. Накормили вкуснейшим шашлыком, играли в фифу под Obladaet. Помню момент: я ем торт и наблюдаю, как чуваки смотрят на ютубе «Эгриси». Им прикольно, что парень на экране из России сейчас прямо рядом с ними. 

Все это придумал Марко Нэ: позвал народ, девчонок каких-то… Кстати, всю дорогу нам предлагали девчонок. У них там вообще отношение к сексу другое – как к хобби. Вот мы можем сходить на футбол, в бассейн, в кино, повтыкать в ноуте. А у них нет досуга, поэтому они замещают его сексом. Надо же как-то развлекаться.

Мне постоянно предлагали девок пачками, а я все отказывался. Держали меня, наверное, за гея.

– Ты объяснял, что есть жена? 

– Ну, они не понимали все равно. Есть жена где-то в России – и че теперь? Да даже если бы не был женат, все равно бы не рискнул с кем-то там потрахаться. Да даже в России жена – это не аргумент. 

– Ну… 

– Ну что, аргумент разве? 

– Для многих, к сожалению, нет. 

– Да для всех почти. Что и говорить про Африку. 

– Что ты чувствовал в тот день рождения? 

– Меня все отговаривали от поездки, говорили, что я пропаду. И вот вижу, как ребята, которых я почти не знаю, устроили мне такой сюрприз. Все перевернулось с ног на голову. Подумал: почему мы так всего боимся, почему не любим других людей, считаем, что они какие-то ужасные, хотя даже не знаем их. 

У инженеров самолетов нет аэрофобии, потому что они понимают, как все устроено. А когда ты не разбираешься, то, конечно, боишься. Так же, наверное, и с Африкой. Я понял, что мы не имеем права обобщать и вешать ярлыки. Все везде по-разному. И люди везде разные. 

Вот я приехал открытым, был очень дружелюбно настроен, дарил им водку, паштетов всяких, вместе с ними варил гречку. И они отвечали мне добротой.

Кравченко (случайно!) четыре дня ел собачатину, хотя его мама – кинолог. В парикмахерской Кот-д’Ивуара ему отрезали родинку, а в Камеруне за ним гнались ввосьмером  

В Гане ты общался с еще одним братом Айю, который очень хочет стать футболистом, но которого не продвигает дядя Абеди Пеле. Как у него дела? 

– Все так же. Вася недавно предложил подписать его в «Эгриси». 

– Серьезно? 

– Да-да. Я говорю: Вася, ты с ума сошел? А он: ну если бы у тебя была своя команда, неужели ты бы не хотел, чтобы там играл племянник Абеди Пеле? 

– Это будет крутая история. 

– Очень крутая, особенно по сравнению с жизнью этого чувака. Ладно бы он просто был одним из миллионов парней, которые хотят выбиться, но не получается. А у него два брата играют за сборную, а дядя входит в топ-100 игроков ФИФА за всю историю. 

Они с Пеле, видимо, очень сильно поссорились – рассказывали, что у них семейные проблемы. 

– Но он тебя не восхитил? 

– Неа. Конечно, ему всего 16 лет, может, еще будет шанс где-нибудь в низших лигах. 

Он ведь еще заранее знал, что едет парень из России снимать, думал, что получится начать карьеру в Европе. Мне кажется, он ночами не спал и уже не надеялся ни на Андре Айю, ни на Абеди Пеле. А вот на Витю из Томска очень надеялся. 

В общем, его жизнь – это пранк, который зашел очень далеко.

– Ты еще должен был лететь в Нигерию. Почему сорвалось? 

– Нигерия – это страна, где у населения, даже самого-самого бедного, есть огнестрельное оружие. Но мы все равно хотели туда попасть, в город Джосс – родину Йона Оби Микела и Ахмеда Мусы. 

В посольстве России в Нигерии сказали, что помогут с визой, но ее надо было получить в Сенегале. Когда я туда приехал, они вообще не вышли на связь, даже не дали контакты человека. 

– А почему не вышла серия про Камерун? 

– Что-то не особо заходило по просмотрам, решили придержать. Еще выбросим серию из Африки, какие-то отрывки из Камеруна вошли в фильм про Россию. 

– Как тебе вообще перелеты внутри Африки? 

– Это большое удивление, кстати. Если сравнивать со внутренними перелетами по России, то здесь тотальный размот в пользу Африки. Я очень много летал по нашему Дальнему Востоку, знаю, что такое авиакомпания «Алроса», как выглядит любимая «Якутия», где двери в кабину пилота не закрываются, тебя бешено трясет. Квест на выживание. 

А в Африке просто суперские авиалинии – с новыми самолетами, отличным сервисом. Все очень цивильно. Я вообще боюсь летать, но чувствовал себя комфортно и безопасно. 

– Что ты ел в Африке? 

– Мы не заморачивались. Когда уже теряли рамки реальности, увлекся стрит-фудом. Что на улице жарили, парили, то и пробовал. С мясом была напряженка, все основано на бананах. Это 80% их рациона: каша банановая, стейки, да любое блюдо. 

Как-то шел по улице, где стоял огромный мусорный бак, а на нем – решетка с огромным количеством мяса. Оно такое копченое, красивое, края облизывает огонь – в общем, я перестал себя контролировать. Подошел, набрал кучу этого мяса, с удовольствием ел его 4 дня и запивал водой. 

А это оказалась собачатина.

– Оуу. 

– А у меня еще мама кинолог, дома 12 лабрадоров, я всю жизнь с собаками. Получается, за четыре дня пару собак точно съел. 

– Как на вкус? 

– Сейчас я бы оценил объективнее. А там после трех недель без нормальной еды было очень вкусно. Оно еще казалось сладковатым, думал, что это соус. 

– Момент, когда тебе было особенно страшно? 

– Самый жесткий случился в Камеруне, там ужасно – все разрушено, идет гражданская война. Но мы были в идиотском состоянии, шел где-то 29-й день в Африке, и нам уже стало похрен на происходящее вокруг. Мы сами стали африканцами. 

Возвращались в гостиницу ночью, шли мимо бара. Я поворачиваю голову, и один чувак показывает на меня пальцем. Срывается толпа из 6-8 человек и резко бежит на нас. Что им было нужно – непонятно, но мы сразу забежали в гостиницу. Туда они не сунулись. 

– Хотел все бросить и уехать?

– Задумался после истории с родинкой, она есть на видео. Пошел подравнять бороду в Кот-д’Ивуаре, там парикмахерская в каком-то шалаше. Этот чувак очень неосторожно меня брил, вдруг вижу, что пошла кровь – он содрал родинку, которая меня ни разу в жизни не тревожила. Указываю на это, а он начинает какой-то перхотью обрабатывать рану, берет со стола полотенце и прикладывает. 

Выхожу из парикмахерской и думаю: ну вот как можно было так затупить? Это же самый нелепый способ заразиться СПИДом. 

Кровь не останавливалась. Позвонил Васе, он спросил, хочу ли я вернуться. Объяснил, что не знаю, как быть. 

В отеле еще совершил самую ужасную ошибку – начал гуглить, что делать. Набрал «отрезал родинку», выплыли ответы пользователей в «Яндексе» – про смерть, кладбище и завещание. И это я даже не добавил, что был в парикмахерской в Кот-д’Ивуаре. 

Но все обошлось, никаких болезней в России не нашли.

– Ты понял, почему люди в Африке не могут обустроить свою жизнь?

– По крайней мере, у меня есть мнение на этот счет. Когда ты живешь в Сибири, то понимаешь, что если не построишь дом – умрешь. Ведь на улице может быть минус 30. А в Африке считают, что строить дом необязательно, там и так тепло, ничего не случится.  

В Африке не надо закапывать в землю зерно, чтобы выросла еда, а потом собирать урожай – там можно протянуть руку и сорвать еду. У нас нужно сделать десять действий, а там – одно. Им не нужно изобретать лопату, потому что нечего копать, природа не требует усилий. Чтобы выжить, не нужно ничего, кроме защиты от диких животных. Поэтому там так много бездомных и совсем опустившихся людей: у нас они быстро умирают, а там – нет. 

Плюс африканцы были очень долго колонизированы, все вопросы решались иностранцами, другого мнения они не спрашивали. Африканцы только делали, что им говорили, не думая. Колонизаторам не нужно было учить рабов, ведь легче управлять тупым, необразованным человеком.

– В Сенегале ты качался с одним парнем и сказал, что темнокожие такие мощные не из-за генетики, а потому что фигачат. Прямо есть разница, с какой отдачей они занимаются спортом и с какой мы? 

– Этот чувак сказал мне: «Когда я не тренируюсь, я болею». То есть это не строение мышц, а генетически заложенная потребность двигаться. Возможно, труд, которым их заставляли заниматься большую часть истории, въелся под кожу. 

Парковая зона в Сенегале, переполненная молодыми людьми, – одно из главных впечатлений поездки. Я просто не могу представить, чтобы зона воркаута напротив МГУ была заполнена хоть наполовину. Говорят, у нас холодно. А там они занимаются в +50. Что лучше?

– Что объединяет Африку? У них есть идея, к которой они стремятся?  

– Все думают, как было бы хорошо уехать из Африки. Мне кажется, они хотят находиться под кем-то, помнят, что при европейцах у них хотя бы что-то было. В Африку приезжают разные белые, но там всех белых считают богатыми, успешными и счастливыми. 

Но вот в Кот-д’Ивуаре национальная идея – футбол. Они реально уверены, что их страна безумно талантливая. Вот как мы считаем бразильцев рожденными для футбола, так они считают себя.

– Мне кажется, если я когда-то окажусь в Африке, то у меня сильно изменится восприятие жизни. Как у тебя с этим? 

– После Африки я не хочу ни на что жаловаться. Вот недавно вызвал такси, а оно сильно опаздывало. Я злился, но потом задумался, что ужасно глупо раздражаться из-за таких вещей.

 

– Сравнивал Россию с Африкой?

– Это получалось невольно. Вот Камерун – худшая страна, в которой я был, там просто разруха, без мата не объяснить. Все разрушено, гниет. И там президент на втором месте в мире по сроку службы – 32 года. 

Ты старался найти игроков для своей базы, взял контакт 18-летнего ивуарийца Фофана. Как с ним дела? 

– Он уехал на просмотр во французский «Страсбур», протусил там полгода, сейчас решается, что дальше. 

– А был шанс пристроить его в Россию? 

– Я понял, что у такого ноунейма, как я, нет возможности. Нельзя даже просто привезти и показать кому-то. Очень надеюсь еще вернуться к этой теме, но нужны связи и авторитет. 

– То есть пока твоя агентская карьера не сдвинулась? 

– Да, ничего не вышло. 

– Что будешь делать дальше? 

– Очень хочу работать в футболе. Возможно, побывав в медиаполе сейчас, что-то смогу найти.

Оказывается, смешной чиновник из Вышнего Волочка сам позвал снимать к себе. Зрители помогают героям ролика деньгами, мячами и атрибутикой

– Как решил проехаться по России

– Долго думал, продолжать историю с блогом или нет. С просмотрами было не очень, но приходили положительные отзывы. Задумался, как могу использовать африканский опыт, решил, что нужно бы сравнить с Россией. 

Обговорили с Васей и решили сделать в таком формате – посмотреть, что между двумя крупнейшими стадионами страны.

– Был готов к тому, что все окажется настолько мрачно? 

– Здесь важно сказать, что я не ездил специально снимать плохо или хорошо. Когда писал героям ролика в соцсетях, они спрашивали, что надо показать: хорошее или плохое. Я отвечал, что нужно показать, как есть на самом деле. 

Да мне даже Александр Викторович из Вышнего Волочка сам позвонил! Видимо, до него дошел слух, что мы едем, и он позвал нас к себе. Сказал тогда по телефону: «Знаете, Виктор, я человек советский, прямой. Не люблю выдумывать, говорю как есть. Так вот, у нас все отлично. Приезжайте – покажу». 

Когда гуглил Великий Новгород, подумал, что и ехать, может, не стоит. Все так шикарно: поля, манеж… 

В итоге я охренел, конечно. Думал, что в Томске жопа, но оказалось, что там еще все блестяще. 

И это мы еще не все показали. Припрятали туза на всякий случай – вдруг кто-то начнет против нас выступать, чиновники умеют. Тогда мы ответим новым доказательством. 

– Как думаешь, почему чиновник из Вышнего Волочка так себя вел? Мне было его жалко: так выглядит человек, который очень боится потерять работу. 

– Я много думаю о нем, наверное, позвоню на днях. Вот друг, режиссер фильма Влад Пушкарев, который ездил со мной, говорит, что он просто трус. А мне кажется, что это государственная профдеформация, он там 8 лет работает. Сам нас позвал, какую-то заученную речь пробубнил. На политических каналах и на «Матч ТВ» такое, наверное, постоянно можно услышать – только без музыки из «17 мгновений весны». 

У меня мало опыта общения с чиновниками, но, вероятно, они все так себя ведут. Момент, когда мы на заросшем поле и он говорит, что это плодородная земля – совсем какой-то ужас, я растерялся. 

Мне его жалко, но детей Вышнего Волочка жалко чуть больше.

– Ты сохранил контакт с Женей из Медного – самым трогательным персонажем ролика? 

– Да, конечно. Женя сказал, что в Твери даже что-то зашевелилось, люди, которые раньше не брали трубку, сами им теперь звонят. Каждый, кстати, разных героев выделяет, но Женя точно всем понравился. 

Мне вчера «ВКонтакте» прилетело 5 тысяч рублей. Отправитель попросил перевести их Татьяне (тренеру женской команды из Великого Новгорода) и написал, что хочет оплачивать тренировки трем девочкам. Позвонил Татьяне – оказывается, она хочет заводить отдельный счет, потому что ей пишут со всей страны и даже из ближнего зарубежья. 

Еще после репостов известных людей не могу разобрать директ, там много сообщений по поводу формы и мячей от академий, у которых все хорошо.

Очень счастлив все это наблюдать. Точно делали не зря. 

– Будешь следить, что изменится у героев? 

– Конечно. С дядей Костей [главным тренером ДЮСШ Вышнего Волочка], кстати, каждый день переписываемся. Он рассказал, что с ним связался русский из Германии и пообещал выслать несколько комплектов формы.

– Почему чиновница Елена, которую ты просишь скосить траву, так разозлилась и обиделась? 

– Вообще не понял. Я, кстати, не знаю: это нормально, что чиновники так себя ведут? В моем понимании – должны по-другому. Ну какой я вопрос задал, что она так поступила? 

Мне кажется, она просто не думала, что будет резонанс. Ну что, стоит перед ней пацан какой-то в спортивной одежде и с маленькой камерой. Поэтому повела себя высокомерно, типа, отвалите уже.

– Ты показываешь питерскую команду священников «Митрополия», которую спонсирует «Газпром». Как ты понял, почему только у священников всех супер?

– Почти сразу после выхода ролика мне позвонил отец Богдан и сказал, что очень расстроился, не ждал, что все будет подано под таким соусом. Но мы же нигде не наврали – просто общались с героями, я размышлял о чем-то. 

Ну и все-таки «Митрополия» находится в Питере. Если к одному человеку придут Женя из Медного, Таня из Новгорода и отец Богдан, то из миллиона рублей Женя получит 0, Таня за красивую улыбку – 200, а отец Богдан – 800. У нас люди охотно верят попам и с церковью делятся деньгами. Ничего удивительного. 

У них бюджет 600 тысяч – это как у «Эгриси».

– Когда ты спрашиваешь у священников, как они играют в пост, один отвечает, что помогает сила духа. В этот момент играет очень веселая музыка. Ты что, не веришь ему? 

– Нет, это просто был динамичный момент. История-то позитивная, очень интересная.

– Почему обратил внимание, что у священника на номерах машины одни двойки? 

– Ну а как не обратить? Возле храма сразу бросается в глаза. Это просто очень круто. 

– На российском видео ты сильно меньше материшься. Почитал комментарии к африканским? 

– У меня же нет ни соответствующих знаний, ни опыта. Дворовой стиль. Единственный мой опыт – это «Эгриси». Два года мы жили с камерой и не обращали на нее внимания, нас так попросил режиссер. И сейчас я снимаю так же – не обращаю внимания на камеру. 

Просто тут я общался с людьми, но все равно матерился. А в Африке не материться невозможно. 

– Одна из претензий к тебе: ты сравниваешь топовые академии в Африке, которым помогают европейцы, с разбитыми полями у нас. Хотя в Африке почти все дети играют в убогих условиях, а у нас тоже есть хорошие академии.  

– Я просто напомню, что страны, в которых я был, – одни из беднейших на планете. А Россия – одна из богатейших. 

Ребята, Тверь – это 150 км от Москвы, а Абиджан – это разруха, бедность, неграмотность и убийства чуть ли не каждый день.

– Принимается. На одном африканском видосе ты говоришь: вот, пацаны, какие у вас в Томске или на Дальнем Востоке могут быть отмазоны? Посмотрите, в каком дерьме начинали Мунтари и Асамоа. А потом снимаешь видос в России с посылом: как здесь вообще могут заниматься дети? 

– Не вижу противоречия. В первом случае это обращение к пацанам, речь про мотивацию. Я так же и себе могу сказать: Витя, ты не хочешь играть в феврале, но вспомни про Гану и не ной. А во втором случае – обращение к тем, кто создал такие условия для детей. 

– Побывав в Африке, ты можешь объяснить, почему там страны выпускают больше суперзвезд, чем Россия?

 

– Просто в России большие люди занимаются спортом не ради спорта. Из-за этого тренеры готовят пацанов не для того, чтобы выиграть чемпионат мира, у людей даже нет сил об этом подумать. А в Африке все очень любят футбол, пусть и профессионалов на местах не так много. Зато все тренеры мне отвечали, что готовят будущих сборников. В России так не сказал никто. 

У нас футбол – это цель для достижения влияния и власти. Но не спорт как он есть.

В 2006-м «Крылья» взяли игроков из КНДР – и это было целое приключение. Все началось с письма Ким Чен Иру

Интервью с Алексеем Смертиным о любви к жизни: стихи Бродского, поездки на «Харлее» из Франции в Испанию, знакомство с Моуринью на яхте

развернуть

Исследование Влада Воронина.

В четверг 14 из 16 клубов РПЛ (кроме «Спартака» и «Зенита») проголосовали за расширение лиги до 18 команд, причем большинство (10 из 14) хочет изменений уже этим летом. Как и в какой форме провернуть это увеличение (вылетает ли кто-то из РПЛ в мае, могут ли зайти в лигу сразу 6 команд ФНЛ и так далее) – никто не знает. Решение стремительное, толком не сформулированное и не окончательное: выбору клубов требуется одобрение исполкома РФС, который в 2019-м с первой попытки расширение, кстати, не принял и отправил пакет реформ на доработку. И тут – несколько важных моментов.  

Такой сложносочиненный процесс вроде бы требует последовательности. Но клубы и лига на каждом шагу противоречили себе.

• Летом Сергей Прядкин сказал: «Расширение лиги можно рассматривать только с 2022 года», – из-за того, что ЧМ пройдет осенью и разрежет традиционные сезоны. Через полгода клубы голосуют за расширение в 2020-м.

• В декабре Сергей Прядкин сказал: «Мнения клубов разделились: примерно 40% за плей-офф, а 60% – за гладкий чемпионат с увеличением участников». Спустя несколько недель ни один клуб не проголосовал за плей-офф, и 14 команд поддержали идею гладкого чемпионата, то есть два круга, каждый играет с каждым – и все. Для принятия решения не нужно единогласное одобрение – но клубы пошли единым фронтом. Как и почему – снова без комментариев.  

• В мае 2019-го Сергей Прядкин пообещал: «Если запланируем расширение лиги с сезона-2020/21, надо будет объявить об этом до начала сезона-2019/20, чтобы все было прозрачно, а клубы понимали, каким будет обмен между РПЛ и ФНЛ. Никто по ходу чемпионата регламенты менять не намерен». Что мы слышим теперь?  

Ладно, суета при ключевых решениях – это уже часть фирменного стиля РПЛ (от нового лимита перед стартом чемпионата, принятого в 2015-м с РФС, до срочной отмены уже подготовленного расширения летом-2019 – нам не привыкать). 

Давайте разберемся с базовой информацией: почему лига вообще задумалась о расширении? 

У РПЛ было 4 варианта реформы – клубы выбрали единственный, который принесет убытки (872 млн рублей). Увеличить количество матчей можно было и по-другому, но лиге нужны стадионы ЧМ-2018

• Прядкин не раз прямо подчеркивал: «У нас есть задание от РФС». Задание от босса российского футбола Александра Дюкова – сделать так, чтобы календарь стал интенсивнее, а матчей – больше. «30 туров – это мало», – подтверждает Прядкин.

• Увеличение лиги завязано на экономику. Еще в 2017 году Прядкин был настроен осторожнее: некоторые клубы не выживали, те, что выходили из ФНЛ, надолго не задерживались, доходы росли неравномерно. «Вот перед нами пример «Томи» в этом сезоне, а я хочу, чтобы у нас были финансово стабильные клубы. Было бы здорово, если бы у нас было много частных клубов, это гарантирует стабильность и большую ответственность, но пока, по-моему, 16 команд – оптимальное количество». Президент аккуратно добавлял, что все может измениться после ЧМ-2018: «Ситуация должна улучшиться, будет какой-то скачок, возможно дальнейшее расширение РФПЛ. <...> Надеемся, что после ЧМ мы получим более качественные стадионы, которые позволят увеличить посещаемость матчей, а значит, добавят денег командам».  

ЧМ прошел. Прошел еще год. Расширение из виртуального плана превратилось в реальность. Изменился ли экономический ландшафт, добавили ли стадионы денег?

Нет. Общая выручка клубов РПЛ стабильна:

2015 – 59,1 миллиарда рублей
2016 – 63,3 млрд
2017 – 56,8 млрд
2018 – 59,4 млрд

За три года доходы от матчдея (абонементы, билеты и прочая выручка на стадионе) выросли на 1,8 миллиарда рублей: в 2016 году было ровно 3 млрд на все клубы, в прошлом сезоне стало 4,8. Вместе с бурным ростом посещаемости на стадионах ЧМ это правда классный результат, но совсем не повод думать, что если кинуть в чемпионат еще два клуба – они тоже заживут. Потому что 75% билетной выручки в чемпионате достаются командам топ-5, а на уровне клубов, которые не претендуют на еврокубки (а именно за счет них будет расширена лига), денег в разы меньше, развитие идет медленнее

Очевидно, что футбольные власти хотели, чтобы одновременно с ростом аудитории в лигу хлынули спонсорские деньги, но и тут лучшие прогнозы пока не сбываются (в 2016-м коммерческая выручка составляла 27,8 миллиарда рублей, в прошлом сезоне – 28,2 – разница в 400 миллионов рублей на 16 клубов совсем не дает поводов верить во взлет с 18 командами). Российский футбольный рынок специфичен, и в нынешней стадии развития любые чисто рыночные доходы (не от госкорпораций-покровителей, а заработанные через активную работу с аудиторией) будут скорее замещать выделенные из государственного кармана, чем дополнять то, что есть и так. (Об этом мы еще поговорим ниже).

Вернемся к реформе лиги. 

У РПЛ было несколько вариантов – это следует из презентации консалтинговой компании PwC, подготовленной для заседания клубов в ноябре.  

• Расширение до 18 команд при гладком чемпионате: 34 тура, каждый играет с каждым, все традиционно.  

• Оставить 16 команд и ввести подгруппы: после 30-го тура 1-4 места играют групповой этап из 6 туров (как в ЛЧ), 5-12 места бьются в плей-офф за Лигу Европы, 13-16 места играют в группе за выживание. Максимум 36 матчей на команду. 

• Оставить 16 команд, после 30-го тура разделиться на две восьмерки и внутри них провести плей-офф: ¼ финала, ½ финала и финал (на каждой стадии – 2 матча, в сумме – 36 туров). 

• Оставить 16 команд и после 30-го тура провести 2 плей-офф: за чемпионство и Лигу Европы. Всего – 36 матчей. 

PwC посчитал экономический эффект от каждого формата. Сделано это простым математическим моделированием: на основе исторических данных можно оценить средний путь новых команд из ФНЛ, рейтинги трансляций матчей разной категории (топ против аутсайдера, середняк против середняка и так далее), посещаемость и выручку – все при минимальной погрешности. 

Прогноз PwC: при расширении до 18 команд посещаемость упадет, телевизионные рейтинги понизятся, операционные расходы существенно вырастут и приведут к убыткам (минус 872 миллиона рублей, где 409 млн – это эффект добавления новых команд из ФНЛ, у которых взлетают расходы). 

Среди минусов расширения PwC выделил:  

• вероятное несоответствие инфраструктуры и финансового положения клубов из ФНЛ требованиям РПЛ;
• самых интересных и интенсивных матчей категории АА останется столько же (к категории А традиционно относят топ-5, таких матчей было и остается 20). Зато игр между середняками и аутсайдерами станет больше;
• матчи между командами из нижней части таблицы всегда собирают меньше зрителей и на трибунах, и по телевизору – соответственно, падает средний рейтинг, а это отталкивает потенциальных рекламодателей и спонсоров;

Оптимальным вариантом среди рассмотренных PwC выглядит 16 + подгруппы

• После 30 туров команды делятся на три группы: топ-4 бьется между собой за ЛЧ и медали (крайне принципиальные матчи, собирающие полные трибуны и максимум внимания на ТВ за счет нерва; матчей категории АА становится не 20, а уже 32)

• 5-12 места играют плей-офф в серии из двух матчей за Лигу Европы (для всех – драйв и напряжение, нет проходных игр)

• 13-16 места сражаются между собой за спасение (тоже нет проходных игр: всем хочется остаться и не терять деньги).  

Этот документ от PwC был на руках у всех, кто обсуждал и принимал решение внутри РПЛ. 

Но РПЛ выбрала расширение до 18 команд (внятных объяснений не поступило). Судя по прогнозу PwC (а аудиторам из большой четверки принято доверять во всем мире), экономических и спортивных предпосылок для такого решения не особо много. Значит, сильнее оказался социальный фактор: расширить географию РПЛ, по максимуму задействовать инфраструктуру ЧМ-2018, которая в ФНЛ выглядит как-то по-бутафорски. 

Какой формат РПЛ вам нравится больше?

РПЛ нуждается в срочной реформе, потому что отстает от многих лиг в организации бизнеса (не замечать этого пока помогают огромные спонсорские деньги). От ТВ клубы получают всего 4% бюджета – и это правда можно исправить

Я искренне считаю, что РПЛ необходима реформа, которая повысит напряженность матчей во второй части сезона и оживит экономику. Но для начала нужно понять, какие проблемы есть у РПЛ-2020. В этом очень помог свежий отчет УЕФА об экономической ситуации в европейском футболе по состоянию на 2018 год (такие отчеты всегда выходят с задержкой, потому что аналитикам нужно соединить гигантский массив данных – зато на выходе получается отличный взгляд на индустрию).

Короткие факты:

• Наш футбол развивается по особой экономической модели, резко отличающейся от традиций всех топ-15 лиг Европы (Россия занимает в Европе шестое место – 752 млн евро в год). Доля ТВ-доходов унизительно низка, матчдей даже с эффектом ЧМ-2018 приносит меньше, чем способен.

• Ни одна другая топовая лига не зависит от спонсорских денег так сильно, как РПЛ (58% всех доходов). По уровню спонсорских отчислений РПЛ вообще пятая в Европе, выше французской Лиги 1 (436 миллионов евро против 400). 

Эта статистика указывает на структурный дисбаланс в нашем футболе: в здоровой рыночной обстановке спрос и предложение тесно взаимосвязаны, и спонсорские деньги никогда не пережмут телевидение и болельщиков в такой пропорции (4%, 7%, 58% соответственно). Просто потому, что спонсорство существует по базовым экономическим законам: оно есть там, где бурлит интерес аудитории и где этот интерес и аудитория предметно изучены. Здорового спонсорства в 2020 году не бывает без больших маркетинговых машин (CRM-системы, где клуб собирает все данные: кто его болельщики, что им интересно, как они взаимодействуют с клубом в интернете, что хотят купить, куда и как ходят на стадионе, что делают в телефоне на стадионе – и так далее; все это сейчас обсчитывается без проблем, потому что спонсоры покупают конкретную аудиторию и конкретные контакты, а не стикер с логотипом на футболке). 

У половины клубов РПЛ нет никаких CRM-систем (об этом ниже), то есть они просто не знают, что продают своим спонсорам, следовательно, спонсоры зачастую не отслеживают эффект от вложений, а просто занимаются социальным проектом – ну или решают бизнес-задачи через налаживание контактов в крупном спортивном проекте.

Попробуйте назвать 10 частных компаний – не энергетика, не металлургия, не завод оборонной промышленности под Тулой, а именно частный бизнес – в РПЛ. Это будет трудно. Потому что в РПЛ то, что проходит по статье спонсорство, на самом деле просто череда взаимозачетов между властями и крупным окологосударственным бизнесом (лучше всего это показано на примере тульского «Арсенала», которому Алишер Усманов выписывает 600 миллионов рублей, потому что престижно помогать губернатору Тульской области).  

В РПЛ есть хорошие маркетологи, в РПЛ есть эпизодическое стремление зарабатывать (вы можете сколько угодно издеваться, но «Спартак» и «Зенит» реально напрягаются и работают с настоящими компаниями – от производителей кофемашин до мужских ателье), но здесь все равно нет системной заточенности на частную инициативу (я слышал как минимум от трех менеджеров, ведущих переговоры со стороны брендов, что команды РПЛ уворачиваются от предложений на 4-5 миллионов рублей, потому что много возни, а денег – мало). 

РПЛ может радоваться тому, что доля «целевых поступлений» – по факту, государственных денег – заметно снижается (с 21,3% и 11,4 миллиарда рублей в 2014-м до 12,6% и 7,5 млрд в 2018-м), но именно из-за развращенности легкими деньгами (они никуда не делись) РПЛ остается одной из самых несбалансированных лиг.

• Телевидение – главная боль РПЛ. Клубы годами говорят, что хотят зарабатывать больше (1,8 млн евро на клуб – это очень мало), лига годами говорит, что хочет повышения суммы, но каждые переговоры заканчиваются одинаково: перевод в районе 2 миллиардов рублей – и конец разговора.

В отчете УЕФА цифры приведены с учетом контекста 2018 года, но картина давно хуже. Россия – 15-я лига Европы по теледоходам (по сегодняшнему курсу евро – 35,17 млн, УЕФА считает вообще 29). Рядом – Шотландия (35 млн евро в год) и Австрия (31,5). Выше:

• Швейцария – 37 млн
• Норвегия – 40 млн
• Дания – 42 млн 
• Швеция – 51 млн
• Польша – 58 млн 
• Бельгия – 80 млн 

Дальше очевидно: Нидерланды, Португалия, Турция, Франция, Италия, Испания, Германия и Англия. 

Проблему отрицать бессмысленно, но зачастую риторика РПЛ в контексте переговоров о телеконтракте выдает в лиге слабую сторону. Снова возьмем две цитаты Прядкина:  

• «РПЛ очень сильно уступает в коммерции, в доходах. Многие владельцы клубов меня критиковали, но они реалисты и понимают, в каком пространстве мы существуем. Мы уступаем в плане рекламы и ее стоимости на телевидении, конкуренции между платными и бесплатными спутниковыми подписками». 

• «Когда мы разделили наши пакеты трансляций и хотели провести тендер, конкуренция у нас была только в digital-сегменте, то есть в интернете. Но нам был необходим открытый канал, поэтому, когда на нас вышел «Матч ТВ», мы пошли с ними. Они давали такие условия: или отдаете нам все, или ничего». 

Второй пункт крайне важен для оценки российских реалий: недостаточно просто сделать классный продукт и упаковать его, если на ТВ-рынке монополия. «Матч ТВ» может упорно и успешно шантажировать лигу своей сетью каналов и федеральным эфиром просто потому, что в традиционном ТВ РПЛ появиться больше негде (собственно, поэтому РПЛ так и не выжала из «Газпром-медиа» больше денег летом 2018-го – хотя замахивалась на 3 миллиарда рублей в год).

Чтобы вырваться из оков монополии, нужна подвижность ума, а у РПЛ, как видно на дистанции, не хватает отваги для эксперимента и пробы радикально нового. Когда лига подписывала контракт в июле 2018-го, у нее было несколько предложений о трансляциях в интернете (сам Прядкин в декабре упоминал 5-6 вариантов) – и можно было публично заявить, что в тендере работает правило No Single Buyer (никто не получает все разом) – Бундеслига сделала так в 2015 году, конкуренция подняла цены на отдельные сегменты предложения, и клубы получили дополнительные доходы. 

РПЛ могла продавать не единый пакет, а временные слоты, как, например, делает та же АПЛ: можно получить 32 матча в субботу в 12:30, 32 матча в субботу в 17:30 – и так далее. Каждый кандидат заявляет свое предложение на слот – и лига независимо решает, как ей быть (так, например, АПЛ рискнула и отдала Amazon один целый мидвик – 10 матчей посреди недели в декабре; никто не пострадал).

РПЛ же принимает правила игры на рынке монополии (раз – «Мы пошли по пути консолидации, передачи полного пакета одному нашему партнеру – «Матч ТВ»; два – контракт, несмотря на надвигающиеся изменения рынка, рассчитан сразу на 4 года, а не на 2 или хотя бы 3, как делают многие развитые европейские лиги), но одновременно мечтает об увеличении доходов. Это выглядит наивно и странно для серьезной организации. «Возможно, в будущем выручка возрастет. Я очень этого хочу. За период моего правления – 12 лет – телевизионный контракт не вырос. Мы стоим на одном месте. Мне очень жаль. Мы и не в минусе, и не в плюсе. Хотелось бы, чтобы мы зарабатывали как можно больше», – искренне сказал Прядкин в декабре. 

Кстати, потенциально РПЛ в декабре 2020 года может пересмотреть контракт, если «Матч ТВ» не выполнит KPI – около миллиона подписчиков канала «Матч Премьер», на включении такого условия в договор настоял гендиректор ЦСКА Роман Бабаев. Так трансляции могут частично выйти в интернет и перейти к тому же «Яндексу». 

Но до этого далеко. 

А чтобы добиться существенных изменений в исторической перспективе, РПЛ нужно менять подход к продукту. Потому что объем рынка медиа и развлечений в России не меньше, чем в странах, чьи лиги опередили нас в последние 5-7 лет: по данным PwC, в 2018 году в нашей стране потратили 21,7 миллиарда долларов, а в Швеции – 13,5 (зато ТВ-контракт лиги в полтора раза выше), в Бельгии – 13,1 (контракт более чем в два раза выше), в Польше – 10,9 (контракт на 65% выше), в Дании и вовсе 9,7, а контракт все равно выше на 6 млн евро. Рынок платного телевидения в России растет примерно на 4% в год, OTT (платформы, где контент поступает напрямую от лиги или клуба к зрителю, без телеплощадки) – на 11,5%. Пока частная или получастная индустрия медиа и развлечений растет, футбол – нет. 

Как же это получилось в других, причем вроде бы совсем не топовых, лигах?

Это смогли даже Дания, Бельгия и Польша: как поднять телеконтракты до 80-100 миллионов евро, введя в чемпионат групповые этапы

Начнем с Дании.  

В 2016 году она посмотрела по сторонам – в тот момент в лидеры на скандинавском рынке вырвалась Швеция – и поняла, что нужны резкие структурные изменения. Датчане пришли к нидерландскому агентству Hypercube и получили оценку 12 форматов чемпионата (каждый был смоделирован 100 раз на протяжении пяти сезонов – чтобы сравнить уровень соревновательного баланса, плотности календаря, будущей посещаемости, ТВ-рейтингов и выручки). Итог – расширение с 12 до 14 команд. Но если раньше в Дании играли три круга (каждый с каждым), то теперь после 24-го тура команды делятся на три группы: топ-6 разыгрывает чемпионство и медали, 7-10 и 10-14 играют турнир за выживание. Вторая и третья группы совершенно не бессмысленные, потому что у каждого есть мотивация: победители групп встречаются в финале и потом бьются с 4-м местом из первой группы за место в Лиге Европы. То есть потенциально команда с 11-го места, очень успешно пройдя весну, может заскочить в квалификацию еврокубков. Теперь каждая игра обрела смысл, рейтинги игр из топ-6 растут – растет и телеконтракт (42 миллиона евро в год). Кстати, об итогах выборов новой системы лига рассказала в 107-страничном отчете, где Hypercube объяснила преимущества и недостатки каждого варианта. Сравните с объяснениями РПЛ («Нам надо больше играть»). 

Еще более яркий пример – Бельгия, которая революционно сменила систему в 2009 году, а за ней потянулись остальные – от Австрии до Сербии. Началось с такого же признания проблемы: уровень футбола падает, выручка почти не растет, ТВ-рейтинги стагнируют. Чтобы прийти в себя и привлечь внимание, бельгийцы увеличили количество матчей между лучшими командами. Система чуть обновилась в 2016 году, поэтому мы, чтобы никого не запутать, расскажем об актуальном варианте.

• Лигу сократили – с 18 команд до 16. Вылетает одна (занявшая 16-е место после 30 туров).

• После двух кругов – два групповых этапа. 1-6 места разыгрывают чемпионство, место в квалификации ЛЧ и одну путевку в Лигу Европы. Причем в группу они заходят со своими очками, поделенными на два: например, у лидера было 50 очков, а у второго места – 40. На старте финального этапа у них будет 25 и 20 соответственно – интрига жива. 

• Девять команд (7-15 места) распределяются по еще двум группам, к ним добавляются три клуба из второго дивизиона (проигравший в стыках между 1-м и 2-м местом за выход в вышку + 3-е и 4-е место утешительно поднимаются в этот весенний групповой этап для повышения уровня). 

• Не удивляйтесь: все они, даже команды из второй лиги, бьются за шанс попасть в Лигу Европы. Две группы по 6 команд, 10 туров, очки – с нуля, победители групп встречаются в финале. Дальше победитель финала играет с 4-м местом из топовой группы, где собрались топ-6. Кто победил – тот и в Лиге Европы.  

Итого: уплотненная борьба за высшие места, реальный шанс пробиться в Лигу Европы, постоянные продажи игроков в топовые чемпионаты (трансферное сальдо последних трех лет: +77,8 млн евро, +38,9 млн, +79,5 млн) и даже забота о системе футбола: второй дивизион плотно вписан в первый, команды могут подтягиваться к высшей лиге постепенно. Жесткая конкуренция внутри лиги явно взбодрила клубы для Европы: в сезоне-2009/10 Бельгия шла в таблице коэффициентов УЕФА 14-й, к 2013/14 поднялась на 10-ю строчку, а теперь стала 8-й (внимание: за последние 4 сезона бельгийцы трижды набирали больше коэффициентов, чем РПЛ). 

И – безостановочный рост доходов. В 2008 году телевидение приносило лиге 35 млн евро, в 2013-м – 57 млн, сейчас – 80, а по новому телеконтракту уже точно будет больше 100. Еще раз: это в стране, которая 10 лет назад шла 14-й в рейтинге УЕФА и по объему рынка медиа и развлечений отстает от России на 40%. Суммарная выручка команд за последние пять лет, по которым есть официальные отчеты (2013/14 – 2017/18), выросла на 54% – с 208 до 321 миллионов евро.

Новую систему бельгийской лиги придумала все та же Hypercube. Собственно, она и привнесла в национальные чемпионаты групповые этапы и плей-офф. Все началось в 2001 году, когда основатель Hypercube Питер Ньювенхейс разговорился со знакомыми из Королевского футбольного союза Нидерландов – их беспокоило, что в других странах резко увеличилась посещаемость, а у них – нет. Вооружившись имитационным моделированием, Ван Ньювенхейс обнаружил и доказал, что людей должна зацепить игра на вылет за еврокубки. Так в Эредивизи в 2005 году появилась революционная особенность календаря, уже на следующий год затащившая на трибуны дополнительные 300 000 человек. Через 15 лет идея разбавлять гладкий чемпионат группами и плей-офф уже никого не удивляет, Hypercube – первый кандидат на разработку любой подобной концепции, а Ван Ньювенхейс утверждает, что благодаря плей-офф АЗ, «Твенте» и «Херенвен» стали крупнее.

Закончим Польшей. Это идеальный пример того, как даже слабый чемпионат (28-е место в таблице коэффициентов УЕФА) можно упаковать по-царски. Все началось в 2011 году, когда лига – Экстракласса – построила медиакомпанию Ekstraklasa Live Park. Она отвечает за продюсирование и создание всех трансляций чемпионата – по сути, телекомпании покупают готовый продукт, а как его упаковывать – решает сама лига (например, она купила передвижную телевизионную станцию (ПТС), которая позволяет показывать матчи в формате UHD 4K).  

«Мы изначально нацелены на производство телевизионного продукта высшего качества. Только создав что-то хорошее, можно говорить о серьезной монетизации», – рассказывал председатель правления Ekstraklasa Live Park Лешек Миклас.  

Похожий проект – «Лига ТВ» – был и у РПЛ, но из-за нетерпеливости и изменений концепции он не выжил. В Польше стратегии не меняли – только укрепляли. Чтобы продукт был еще интереснее и драматичнее, начиная с сезона-2013/14 польскую лигу проводят в два этапа. Сначала – традиционные 30 туров, как в России, потом таблица делится на две части: верхняя восьмерка играет между собой за чемпионство, нижняя сражается за выживание (всего 7 дополнительных туров; нечто похожее – только в 44 тура – происходило в РПЛ, когда чемпионат переходил на систему «осень-весна»). В двух последних сезонах – 2018/19 и 2017/18 – чемпион 30 туров не сохранял лидерство, то есть титул брала команда, которая изначально шла ниже.

«Мы хотим попасть в топ-10 европейских лиг по доходам от медиаправ, – уже заявил президент Экстраклассы Марчин Анимуцки. – Думаю, что всего за несколько сезонов достигнем уровня 80-90 миллионов евро».

Нынешний контракт рассчитан до лета 2021 года и приносит Экстраклассе 58 миллионов евро в год. Тут можно было бы сослаться на особенности культуры потребления и неготовность платить за контент, но есть суровые цифры: согласно исследованию Eastern Europe OTT TV & Video Forecasts, по выручке OTT-сервисов, связанных с сериалами и фильмами, Россия к 2023 году будет опережать Польшу на 450 миллионов долларов в год. (Но за спорт люди платить, видимо, совсем не хотят?). 

Главная проблема РПЛ – нет системности мышления и нет аналитики, а поэтому нет рыночности. И даже это лечится – доказали Швеция и Испания

На этом моменте логично задуматься: а что сделала РПЛ, чтобы зарабатывать больше и окрепнуть? С телеправами не получается: РПЛ не влияет на итоговый продукт «Матч ТВ» и несильно сопротивляется монополии – скорее ждет дальнейшей динамики на рынке, без проактивности. Расширение – крайне спорное, с негативным экономическим эффектом (напомним: игр между топ-клубами останется столько же, больше матчей середняков и аутсайдеров между собой размоют рейтинги и посещаемость, а еще увеличат расходы, мотивация рекламодателей давать деньги упадет). Что еще?

С этим вопросом я в декабре 2019 года пришел на ежегодную презентацию экономического исследования РПЛ от PwC и спросил (почти дословно, раскрою тут дополнительно только несколько пунктов): 

РПЛ годами – и довольно справедливо – говорит, что футболу нужно слезать с бюджетной иглы. Какая роль в этом процессе у РПЛ? Я посмотрел свежее исследование и прошлые версии, и некоторые детали зацепили. 

• 5 из 16 клубов РПЛ до сих пор не проводят исследования аудитории, это почти треть. 

• 8 из 16 клубов не владеют CRM-системой. То есть многие клубы не знают ничего предметного о своей аудитории, им нечего показать потенциальным партнерам – говорить об экономической эффективности в таких условиях невозможно. Причем годом ранее, когда CRM-система была у 6 клубов, еще 5 сказали, что вот-вот ее внедрят. Итог: 3 команды так ничего и не сделали – просто соврали.

• 4 клуба, то есть 25% лиги, к старту чемпионата даже не открыли продажу абонементов («Тамбов» и «Оренбург» зависли со стадионами, где запрещалось играть, «Ахмат» и «Уфа» молчали по неизвестным причинам).

• Все ситуативные активности, которыми принято гордиться, приводя в пример оживление лиги: футболки «Енисея» со львами, ковер «Ростова», рок-мерч «Рубина» после речи Шаронова – были созданы вопреки, они не вписываются в систему работы ни одного из трех клубов. Каждый раз все придумывали молодые горящие парни, рулившие SMM, каждый раз они сами пробивали концепт и запускали разработку. Совпадение или нет, но в январе 2020 года уже ни один из трех парней – Станислав Меркис, Никита Кириленко, Тимур Байрамов – в этих клубах не работает.

Так вот, возвращаясь к вопросу. В чем функция РПЛ в выходе на рыночные условия?

Сергей Прядкин и директор РПЛ по маркетингу Евгений Савин ответили несколькими пунктами: 

• С этого сезона клубы со средней заполняемостью трибун выше 50% получат дополнительные деньги из телепула. Раньше ТВ-доходы делились так: 40% – поровну между всеми, 60% – в зависимости от места в таблице. Теперь поровну будут делить 32%, 8% – поровну между успешными стадионами, 60% – за место в таблице. Отличный шаг (если что, 8% – это 19,2 миллиона рублей; претендовать на долю будут клубов 10). 

• РПЛ теперь участвует в лицензировании клубов совместно с РФС: запрещены стадионы ниже первой категории и вместимости 10 000 человек, в штате должен быть матч-менеджер (маркетолог, работающий с аудиторией). 

«Картина разная. Большим клубам, которые какое-то время назад осознали всю важность работы с аудиторией, не нужно дополнительно рассказывать, как важно проводить исследования, сегментировать аудиторию и строить различные каналы коммуникации. А вот подтянуть чуть выше среднего уровня клубы, которые, мягко скажем, пока не очень сильно в этом заинтересованы, – это стратегическая задача лиги, – сказал Евгений Савин. – Мы просили клубы заполнить обширную анкету, один раз собрали их вместе, планируем снова собрать во время зимнего перерыва. Здесь очень важен обмен опытом, потому что иногда представители клубов могут ссылаться на разницу в бюджетах, говорить, что у больших клубов большой штат. А вот «Ростов» приехал и рассказал, что маркетинговый бюджет равен примерно нулю – все делалось на основе хорошей идеи и креативного подхода инициативной группы сотрудников. Это очень вдохновляет другие клубы. Мы создаем площадку для обмена опытом. Главное – чтобы руководители клубов тоже дошли до понимания, что ценность работы с аудиторией все выше».  

Услышав это, я понял, почему РПЛ так долго стагнирует и при этом так суетливо, кажется, даже необдуманно идет на расширение до 18 команд. Клубы просто тотально не понимают, что их объединяет, что такое ценности РПЛ – и какие у лиги конкретные цели.  

Развиваться и зарабатывать – это слишком общо и размыто, но больше про РПЛ сказать-то и нечего. Она живет от одной встречи президента до другой встречи президента и не продавливает большие структурные проекты, которые могут изменить весь рынок (в том числе потому, что обязать клубы что-то сделать невозможно – любое решение утверждает собрание этих же 16 команд). Даже с улучшенным календарем на основе алгоритма вышло случайно – ВШЭ было интересно отработать механику, ученые пришли сами. 

Да, можно выделить отличные соцсети лиги (например, выход в соцсеть для школьников TikTok с хэштегом #РПЛтопчик и партнерство с главным футбольным инстаграмом 433, которое принесло лиге 10 миллионов просмотров видео в начале января), но ни Сергей Прядкин, ни Сергей Чебан, ни клубы к этому росту отношения не имеют. Это опять амбициозная молодая SMM-команда, которая сама придумывает себе задачи и вызовы – чтобы не сидеть без дела. А лига тем временем на вопрос об избавлении от бюджетной иглы может ответить только лицензированием, распределением 19 миллионов рублей и образовательным семинаром.  

Как тут обойтись без пары сопоставлений?

Сначала – Швеция. В 2008 году местная лига Аллсвенскан поняла, что катится вниз, и начала разрабатывать программу развития до 2020-го. Вскоре стратегия была переформулирована в NBL17 – Лучшая Лига Севера к 2017-му. Чтобы вписаться в план, Аллсвенскан стала перераспределять свободные доходы в пользу технологической инфраструктуры. Так на всех стадионах лиги уже в начале десятых годов появился интернет, а главное – все клубы получили CRM-систему, где аккуратно собираются данные о каждом болельщике, который пришел на стадион, что-то купил или сделал что-то на сайте. Клубы могут изучать данные, чтобы менять интернет-магазин, поменять расположение секций на стадионе или показывать данные о болельщиках потенциальным рекламодателям.

«Мы хотим, чтобы нас считали лучшими в Швеции и Скандинавии, а не средними или слабыми в Европе. Главное – чтобы людям на стадионах было комфортно», – сказала руководитель проекта развития CRM в шведском футболе Джессика Нильссон. 

Без вала новых крупных стадионов уровня ЧМ и Евро Швеция за 7 лет добилась роста посещаемости на 25% (9100 на одной игре) – просто потому, что научилась собирать и анализировать информацию о своей аудитории и ее предпочтениях. Достаточно было вовремя определить проблему, поставить цель – и результат пришел. 

Под конец, для воодушевления, – Испания. Если мы не можем понять, что же такое развитие РПЛ, то президент Примеры Хавьер Тебас говорит легко тремя словами: «Продукт. Информация. Стратегия».

«Многие часто говорят, что данные – это будущее золото, новая нефть. При этом спорт никогда особенно с информацией не работал: телеком-гиганты, банки, страховщики, фейсбук, гугл – все понятно, а спорт стоял в стороне», – говорит Тебас. 

В сезоне-2013/14 в офисе Примеры работало 57 человек – теперь только в департаменте бизнес-аналитики 24. «На спонсорском рынке будут радикальные перемены. Размещение логотипа на форме и рекламных бортах будет приносить все меньше эффекта, а все большую ценность приобретут сегментированные, полезные данные» – уверен Тебас.  

Ла Лига использует данные для всего. Искусственный интеллект уже выбирает дату и время начала матча (понимая на основе исторических данных, когда и где игру будут смотреть лучше), а еще определяет расстановку телевизионных камер. Инструмент Sunlight Broadcasting Planning моделирует обстановку на стадионе и предупреждает об уровне натурального света (для телевизионщиков это важно).

Понятно, что такое машинное обучение и целые программы с искусственным интеллектом – дороговато и на нынешней ступени развития рановато для РПЛ. Речь – об осознанности, системности, понимании, что и зачем нужно изучать. Здесь видна страшная пропасть, и с каждым годом технологического отставания она будет разделять нашу экономическую реальность с европейской все сильнее.

А мы пока убедим еще пару-тройку клубов купить CRM-систему и будем ждать роста от расширения до 18 команд.  

У нас свой путь.

Фото: РИА Новости/Антон Денисов, Алексей Филиппов, Михаил Воскресенский, Александр Вильф, Максим Блинов, Сергей Пивоваров; globallookpress.com/www.imago-images.de; Gettyimages.ru/Dean Mouhtaropoulos, David Ramos; Instagram/merkis_

развернуть

Вспоминаем, почему Дэвид Стерн навсегда останется лучшим комиссионером.

2020-й начинается совсем не так, как хотелось бы баскетбольному болельщику. Сегодня, после нескольких недель в тяжелом состоянии после кровоизлияния в мозг, в возрасте 77 лет умер бывший комиссионер НБА Дэвид Стерн, работавший здесь рекордные 30 лет.

Многие называют Стерна лучшим комиссионером в истории баскетбола, а иногда и вторым в истории всего спорта, отдавая преимущество лишь бывшему комиссионеру НФЛ Питу Розеллу. Он являлся одним из самых успешных топ-менеджеров в истории американских компаний. Если владельцы команд НБА доверяли самый ответственный пост в баскетболе человеку на протяжении 30 лет, значит, он заслужил это, хотя что-то, возможно, было не идеально.

«Дэвид Стерн – главная сила, главная причина того, что лига находится на текущих позициях. Не считайте это неуважением к великим игрокам или владельцам. Но все это – результат лидерства одного человека», – так оценивает работу Дэвида Стерна Пэт Райли. Вторит ему и Грегг Попович: «Без него не было бы никакой лиги. Его работа, упорство, мудрость, которую он показывал все эти годы, заслуживают благодарности от каждого». А Билл Уолтон лаконично заявляет: «Дэвид Стерн – самый важный человек в истории баскетбола».

Давайте вспомним главные моменты карьеры Дэвида Стерна на посту комиссионера НБА, которые определили такие лестные оценки со стороны игроков, тренеров, владельцев и журналистов.

Текст впервые опубликован 2 февраля 2014 года.

Финансы и маркетинг

Главная цель комиссионера на посту руководителя лиги – увеличить стоимость всех франшиз. Владельцы команд нанимают его не для того, чтобы он рекламировал звезд или возился с контрактами. Им нужно, чтобы их активы – в данном случае команды – росли в цене. Как справился Дэвид Стерн со своей основной задачей?

Судите сами – в 1984 году все команды НБА суммарно стоили 400 миллионов. Когда Стерн ушел, даже самая дешевая франшиза в отдельности стоила минимум столько же. Резко выросли и зарплаты игроков – со средних значений в 300 тысяч, когда Стерн стал комиссионером, до более пяти миллионов, когда он уходит на пенсию.

Стерн требовал от каждой команды строить доходную и привлекательную арену. По оценкам, за его правление клубы потратили почти 8,5 миллиардов долларов на постройку новых стадионов или реконструкцию старых арен.

Новый комиссионер уже в 1984 году понимал силу бренда. Он стал превращать НБА в лицензионный продукт, который можно было бы продавать. Как раз пришел в лигу Майкл Джордан с Nike и их брендом Air Jordan, и маркетологи Nike стали работать вместе с НБА. Они видели, что у лиги самая разная аудитория – и богатые, и бедные, люди всех рас и интересов – и нужно было достучаться до каждого. До Стерна партнерами лиги были только компании-производители спортивных товаров. Другие корпорации боялись инвестировать в вид спорта, который им казался «слишком черным». Дэвид Стерн изменил это отношение, и рекламные контракты посыпались на лигу сразу же – Gatorade в 1984, Coca-Cola в 1986 и так далее.

Никто не ожидал, что Стерн окажется таким ловким менеджером. Все знали его как отличного юриста с колоссальным опытом работы в спорте, но никто не видел в нем маркетолога. Отныне комиссионер больше не был формальной фигурой, в чьи задачи входило лишь следить за исполнением правил, выписывать штрафы и вручать чемпионский кубок. Теперь комиссионер спортивной лиги был исполнительным директором многомиллиардной корпорации.

Телевидение

Главная победа Стерна в рамках популяризации баскетбола – это контракты с телевидением. Еще в 1981 году даже финальная серия (!) транслировалась на ТВ в записи, и только в выходные матчи показывались в прямой трансляции – в середине дня, не в прайм-тайм. У финала 1981 года был самый низкий телерейтинг в истории. Три года спустя пришел Стерн и все изменил. Он сразу заключил два контракта на показ игр на общую сумму в 200 миллионов.

К концу 80-х лига решилась выйти на новый уровень и транслировать все игры плей-офф. Раньше никто и не задумывался об этом – кому нужны на ТВ все игры плей-офф? Сейчас это кажется абсурдным. Стерну повезло – как раз в это время поменялось правление в NBC Sports, и телекомпания была готова заключить 600-миллионный контракт с НБА, поскольку совсем недавно потеряла бейсбол, который был на канале десятки лет. НБА нашла многолетнего телепартнера, готового вместе со Стерном повышать привлекательность спорта.

А затем пришла эра кабельного телевидения в США, рейтинги все росли, игры НБА стали показывать и за пределами Америки, контракты заключались на все более выгодных условиях для лиги. Последний раз НБА продавала права на показ матчей в 2008 году, заключив соглашение с TNT и ESPN на сумму в 7,44 миллиарда долларов. Стерн знал, что только телевидение может сделать его лигу действительно популярной.

Технологии

Стерн никогда не боялся внедрять новые технологии в НБА. В начале 90-х никто еще не мог предсказать будущее интернета. Однажды топ-менеджеры НБА на совещании обсуждали возможность зарегистрировать NBA.com. Стерн подумал всего минуту и дал добро, а вместе с тем посоветовал зарегистрировать и Bulls.com, Lakers.com, Kings.com и остальные клубные сайты. Никто не понимал тогда, что с ними делать – и многих руководителей это отговорило бы от такого шага. Но спустя годы интернет стал главным способом общения лиги с болельщиками. Так НБА первой из спортивных лиг вышла во Всемирную сеть. Чутье Стерна не подвело.

Вслед за NBA.com у лиги появился и свой канал NBA TV, а затем и League Pass, благодаря которому болельщики по всему миру могут следить за любой игрой НБА – хоть даже на мобильном телефоне. От Твиттера до SportVU, от неудачного эксперимента с синтетическим мячом до улучшенной конструкции баскетбольного щита – НБА всегда искала способ внедрить новые технологии. Каждый год во время Уикенда всех звезд проводится Tech Summit, где официальные лица лиги и других компаний обмениваются идеями, как та или иная технология может принести НБА пользу.

Мир развивался, и НБА развивалась вместе с ним под чутким руководством Дэвида Стерна.

Звезды

Стерн не смог бы управлять лигой, если бы не понимал ее философии. НБА – это не лига менеджеров, это не лига команд. Это лига игроков. Успешной она может стать лишь тогда, когда в ней есть звезды. Но звезда должна сиять не только на площадке, но и за ее пределами.

Когда Стерн стал комиссионером, у игроков не было персональных контрактов. Лишь у Мэджика было спонсорское соглашение с «Севен-Ап» – ни Берд, ни Карим, ни Доктор Джей рекламных контрактов не имели. С приходом Стерна к власти ситуация стала меняться. Он понимал, что для роста Ассоциации нужно сделать так, чтобы игроки стали интересны даже тем, кто пристально не следит за игрой. Его задачей было сделать так, чтобы аудитория Майкла Джордана была больше, чем аудитория НБА. «Очень многое сложилось как раз вовремя, чтобы нашим игрокам, которые всегда были замечательными, стало доставаться больше внимания», – признавался Стерн.

Так Стерн стал «продавать» образ своих звезд. Вы не смотрите НБА – но вам наверняка хочется купить самые новые модные кроссовки от Джордана. Вы не знаете, кто такой Грант Хилл – но вы же пьете «Спрайт». Вы не увлекаетесь баскетболом – но фильмы с Шакилом О’Нилом все равно видели. Звезды НБА окружали Америку со всех сторон, и популярность лиги, основанная на маркетинге лучших игроков, только росла при Стерне с каждым годом.

Однако не стоит думать, что Стерн постоянно шел на поводу у своих «золотых коров» – суперзвезд баскетбола. «Если ты собираешься играть в моей лиге, тебе придется играть по моим правилам», – это ставшее уже классическим изречение Стерна, которое он высказал Айверсону, показывало всю сущность работы комиссионера. Руководитель такого масштаба обязан быть диктатором. Демократия тут не сработает: у тебя 20 звезд в лиге, 30 владельцев, и кто-то из них обязательно будет неправ, а потому в конечном итоге прав должен быть только ты.

Мэджик

Наверное, самым тяжелым моментом в карьере Дэвида Стерна было объявление Мэджика Джонсона о завершении карьеры из-за ВИЧ-инфекции. То, как лига повела себя во всей этой ситуации, заслуживает огромного уважения – и в том числе лично к Стерну.

В начале 90-х мир еще совсем мало знал о ВИЧ и о том, как вирус передается. В этот момент одна из самых ярких звезд спорта, один из тех людей, кто превратил баскетбол в поп-культурный феномен, объявляет о том, что у него ВИЧ. Дэвид Стерн был одним из первых, кому Джонсон позвонил и рассказал о болезни.

Благодаря своей популярности лига стала той организацией, которая взяла на себя ответственность рассказать всем о ВИЧ. «С самого начала, как только Мэджик объявил, что у него ВИЧ, мы поняли, что должны рассказать миру об этом вирусе. Говорить о вопросах мирового здравоохранения не было нашей работой – но мы узнавали всю информацию о ВИЧ от лучших врачей и делились ей со всеми».

На созванной пресс-конференции Мэджик говорил, что хочет когда-нибудь рассказать людям, особенно детям, о ВИЧ и СПИД, чтобы те понимали, что это такое, как передается и развивается. Продюсеры детского шоу на канале Nickelodeon хотели связаться с Джонсоном, чтобы снять такую передачу. «Мы звонили, но нашу идею совершенно заблокировали все люди Мэджика. И тогда мы позвонили Дэвиду Стерну. Дэвид смог осуществить это. Именно он связался с самим Мэджиком в обход всех баскетбольных агентов. Мы очень гордимся этой передачей».

Затем на повестке дня встал другой вопрос – завершившего карьеру Мэджика болельщики выбрали в старт на Матч всех звезд 1992 года, но некоторые игроки высказывались против участия Джонсона в матче. Стерну предстояло решить сложную дилемму в одиночку. Великому разыгрывающему разрешили участвовать в игре, которая стала самой яркой, трогательной и запоминающейся в истории Матчей звезд НБА.

«Дрим-тим»

Если говорить начистоту, НБА и Стерн изначально были против выступления своих игроков на Олимпийских играх. Его убедил первый помощник – Расс Граник. А дальше уже сам Стерн приложил немало усилий, чтобы убедить своих работодателей – владельцев команд НБА – в том, что если лиге нужно выходить на общемировое обозрение, то лучшим способом начать эту экспансию будет участие в Олимпийских играх.

И именно Стерн добился разрешения играть на той Олимпиаде для Мэджика.

А затем Дэвид умело превратил успех Dream Team в успех собственной лиги. Ведь эта напичканная звездами команда представляла не только те три буквы, которые были на груди каждого – USA – но и другие: NBA. Американцев на крупных международных турнирах уже видели. Команды НБА по отдельности уже играли с европейскими на выставочных турнирах McDonald’s Open. Но на ОИ-1992 был показан весь блеск НБА.

WNBA

В то время как Dream Team уничтожала соперников, женская сборная США неожиданно взяла лишь бронзовые медали в Барселоне. Создать подобие «Команды мечты» в женском баскетболе было невозможно – на профессиональном уровне он почти не существовал.

В этот момент Дэвид Стерн как раз задумывался о том, чтобы создать настоящую женскую лигу под эгидой НБА. В те годы женские лиги в США появлялись и исчезали, лучшие баскетболистки уезжали в Европу или вообще заканчивали карьеру, потому что играть было просто негде. Баскетбольная федерация США не была готова организовать настоящую лигу, так как не могла потянуть ее финансово. И тогда пришел Стерн и заявил: «НБА возьмет на себя все расходы. Если новая лига будет терять деньги, федерация не потеряет ни цента».

Так была создана WNBA, клубы которой были аффилированы с командами НБА. Сначала у нее была серьезная конкуренция со стороны лиги ABL, где играли Тереза Эдвардс, Иоланда Гриффит, Тадж МакУильямс, Кэти Смит и другие звезды женского баскетбола. Но в 1998 году ABL развалилась. WNBA тогда был всего год.

Сейчас ей уже два десятка лет, команды лиги независимы от НБА, и почти все мировые звезды летом играют здесь. Лига пока не может быть главным женским соревнованием в мире и генерировать собственную прибыль – но никто даже в мыслях не рассуждает о том, что она может прекратить свое существование.

Потолок зарплат

Еще до назначения на пост четвертого комиссионера в истории НБА в 1984 году Дэвид Стерн был главным представителем лиги в переговорах по новому Коллективному соглашению 1983 года. Именно тогда появился потолок зарплат – самый главный элемент контрактных отношений между игроками и командами.

Благодаря потолку зарплат лига установила план ежегодного роста прибыли команд – и, соответственно, роста зарплат игроков, которые стали привязаны к доходам всей лиги. В то время 4 команды НБА были на грани банкротства – но все они были спасены и остались в лиге до сих пор. Так Стерн ввел в НБА потолок зарплат – задолго до других американских лиг.

Хорошие отношения с профсоюзом

Несмотря на локауты, Стерну удалось сохранить хорошие отношения с игроками и – что даже более важно – с их агентами. Комиссионер каждый раз смог разрешить противоречия с профсоюзом, и НБА так и не потеряла ни одного сезона целиком. Стерн видел, как соседние лиги убивают сами себя – забастовки игроков в НФЛ в 1987 году и в МЛБ в 1994, отмененный из-за локаута сезон 2004-05 в НХЛ – ничего подобного в баскетболе не происходило. Разумные деловые отношения между НБА и ее баскетболистами – это тоже заслуга офиса Стерна.

Наркотики

Когда Стерн пришел в НБА, облик лиги был невероятно негативным. По оценкам, в конце 70-х – начале 80-х три четверти всех игроков Ассоциации употребляли наркотики. В начале 80-х лига при активном участии Стерна, тогда еще помощника комиссионера, договорилась с профсоюзом игроков о тестировании на наркотики.

После того, как Дэвид разобрался с Коллективным соглашением и телевизионными правами, пришла очередь очистить лигу от наркотиков. Переломным стал 1986 год – не только из-за смерти Лена Байаса сразу после драфта, вызванной передозировкой кокаина, но и из-за первых дисквалификаций: участники Матчей всех звезд Джон Дрю и Майкл Рэй Ричардсон получили пожизненное отлучение от НБА (Ричардсона позднее восстановили).

Несмотря на то, что попавшимся на наркотиках спортсменам грозила пожизненная дисквалификация, НБА давала возможность баскетболистам с зависимостью самостоятельно обратиться в лигу за помощью – в том числе и в лечении от алкоголизма. Сколько таких игроков в итоге побороли свой порок, неизвестно, ведь все эти случаи были строго конфиденциальными. Добровольно обратившиеся игроки не подвергались никаким санкциями ни со стороны лиги, ни со стороны клубов, в то время как утаивавшие прием наркотиков отстранялись от баскетбола надолго, а то и навсегда.

Проблема не решена на 100% до сих пор – и вряд ли будет решена, когда в лиге играют пять сотен человек с разными характерами, разным происхождением, разным кругом общения. Но то, что Стерн превратил «наркоманскую» НБА в такой вид спорта, куда не страшно отправлять своих детей, это факт.

Расширение лиги

Нам, не живущим в Америке болельщикам, иногда сложно понять всю пользу от расширения лиги. При Стерне НБА увеличилась с 23 команд до 30. Расширения, переезды – мы этого не понимаем и не чувствуем значимости. Но просто представьте себя на месте жителя Миннеаполиса, Майами или Торонто, которому дают возможность вживую увидеть всех лучших баскетболистов мира.

А еще в Ассоциации появляется больше рабочих мест для игроков, больше иностранных баскетболистов едут пробовать свои силы в лучшей лиге планеты, а НБА становится популярнее во всем мире. Расширение никогда не устраивалось просто ради расширения – владельцы бы не позволили. Каждая новая команда – это продуманный шаг, который двигает прибыли лиги и интерес зрителей только вверх.

Глобализация

Но лига расширялась не только «внутрь», добавляя новые команды, но и становилась все более глобальным брендом. При Стерне в лигу впервые приехали игроки из Европы. Благодаря европейцам, латиноамериканцам, африканцам НБА обретала новых болельщиков за пределами США. После нескольких пробных попыток открыл для себя НБА и Китай – так появилась первая спортивная суперзвезда глобальных масштабов (и роста) из Азии: Яо Мин.

Мальчишки по всему свету теперь хотели быть как кто-то из их соотечественников. На смену «Be Like Mike» пришли «Be Like Yao», «Be Like Pau», «Be Like Dirk» и так далее. Естественно, лига на полную катушку использовала своих новых международных звезд для собственной глобализации. Сегодня трансляции НБА можно видеть в двух сотнях стран – когда в лигу приходил Стерн, игры НБА и в Америке-то увидеть было сложно.

В 1984 году невозможно было представить, что иностранец станет владельцем одной из команд НБА. В 2010-е «Бруклином» владел олигарх из России. Планы по формированию европейского дивизиона НБА пока звучат утопично – но кто знает, что будет дальше? Почва для евроэкспансии уже давно подготовлена за время работы Дэвида Стерна.

Даже как-то символично, что последняя пресс-конференция Стерна в 2014 году прошла в Лондоне, ведь международное присутствие НБА – одна из главных его заслуг на посту.

Конкурс слэмданков

Хотя де-юре комиссионером Стерн стал уже после Матча всех звезд 1984 года, организацию этого события согласовывали с ним. Именно тогда в НБА появился конкурс по броскам сверху, которому было суждено стать самым ярким мероприятием на Уикендах всех звезд.

Не боялся Стерн и принимать кардинальные меры в отношении этого конкурса. Когда в середине 90-х звезды стали отказываться от участия (посмотрите только на список участников конкурса в 1995 году и скажите, знаете ли вы хотя бы половину из тех игроков), зрительский интерес упал – равно как упала и фантазия баскетболистов и уровень данков. Тогда Стерн просто отменил конкурс в 1998 году.

После перезагрузки конкурса мы увидели потрясающие выступления Винса Картера, Джейсона Ричардсона, Джеральда Грина. Даже в такой фирменный элемент НБА, как конкурс данков, Стерн не боялся вносить изменения, которые в конечном итоге всегда идут на пользу – даже если ради этого приходится отменить конкурс на пару лет.

Новый чемпионский трофей

В нынешней форме золотого мяча, готового влететь в золотую корзину, трофей существовал еще с 1977 года, когда НБА решила убрать непримечательную переходящую (по типу Кубка Стэнли) салатницу на яркий приз, который бы выдавался на вечное хранение каждый год новому чемпиону – как в НФЛ.

Но именно при Стерне награда обрела свое текущее название и статус. Дэвид добился того, что сам образ чемпионского трофея НБА стал узнаваем. Изображение кубка Ларри О’Брайена, названного в честь предшественника Стерна, стало активно использоваться на всех мероприятиях, связанных с финалом НБА, сам трофей вживую видели миллионы людей, участвовавших в чемпионском параде или заходивших в клубные музеи. Лишь при Стерне сам кубок чемпиона стал частью культуры НБА.

История лиги

Когда Стерн пришел в лигу, в ней вообще вручалось всего 7 индивидуальных наград. Сейчас их уже 13. При Дэвиде появились приз лучшему игроку в защите, лучшему запасному, самому прогрессирующему. Именно он в 2009 году объявил, что награда MVP финала будет носить имя великого Билла Расселла, чтобы у НБА всегда была связь с великой историей.

Стерн всегда делал очень большой акцент на сохранении баскетбольной истории. До него у лиги даже не было своего видеоархива, а о завершивших карьеру баскетболистах никто не вспоминал. Стерн верил, что во внимании к истории лиги кроется большой потенциал. Лига должна была больше внимания уделять своим легендам, бережно хранить историю, более тесно работать с Залом славы баскетбола имени Нэйсмита. По согласованию со Стерном в 1984 году на Всезвездном уикенде был проведен Матч легенд – это был один из первых случаев, когда великим игрокам прошлого вновь отдали почести. Такие матчи проводили до 1993 года, но потом из-за серии травм решили прекратить; тем не менее, легендарные игроки и сейчас продолжают принимать участие во всех мероприятиях, проводимых под эгидой лиги. Когда-то забытая история лиги вновь бережно хранится и рассказывается новому поколению баскетбольных болельщиков.

Именем предшественника Стерна назван чемпионский кубок, первый комиссионер НБА Морис Подолофф дал свое имя награде MVP, а в честь комиссионера Джея Уолтера Кеннеди назвали приз за общественную работу.

Какой трофей будет носить имя Дэвида Стерна?

Текст впервые опубликован 2 февраля 2014 года.

Фото: Gettyimages.ru/ Grant Lamos IV/Getty Images for AWXII; Gettyimages.ru/Ken Levine, Ezra Shaw, Jonathan Daniel, Stephen Dunn, Craig Jones /Allsport, Alex Trautwig

развернуть

Гений, которому футбол в кайф.

Знаете, какая история самая характерная в карьере Клоппа? Та, в которой он чувствовал себя беспомощным. В 2011-м он разжигал игроков перед матчем с «Баварией», пересказывая историю Рокки. Клопп говорил о страсти, о чемпионских сердцах, а ему ответили два десятка пустых взглядов. Древнюю спортивную сагу в команде смотрели всего двое. Точно так же его не поняли на первой пресс-конференции в «Майнце», который стоял на вылет из второй лиги. Клопп тогда не говорил о Бальбоа, а просто верил. Наутро немецкая пресса написала, что у нового тренера мания величия.

Игроки «Боруссии» не поняли его не потому, что не смотрели, а потому, что он задвигал о духе. В 2010-х верят в расчет. Сценарий этого десятилетия писали не для тех, кто любит «Рокки»; финансовый фэйр-плей и трансферные цены безнадежно разделили топ-клубы и остальной мир. Это – эпоха монархий: «Барса», «ПСЖ», «Бавария» и «Ювентус» выиграли дома почти все чемпионства.

Клопп в этом времени совсем не герой, совершенно точно и не злодей, а парень, который опоздал на свою вечеринку, не растерялся на чужой и затанцевал там лучшую девушку. Он и тренером-то стал потому, что «Майнц» не смог найти нового из-за карнавала. И в остальном он так же не вписывается в шаблон. Это время правильных протагонистов, как Месси, и клишированных засранцев вроде Ибрагимовича. Они жутко предсказуемы, но зато делают именно то, что от них ждут – а Клопп наутро после победы «Боруссии» в Бундеслиге просыпается в сломанном грузовике на заброшенном заводе, с диким похмельем и отформатированной памятью; ловит попутку и добирается в Дортмунд с незнакомым турком за рулем и курами в багажнике. 

Современные игроки научно обоснованно спят на боку, подсчитывают калории до десятых долей грамма и пьют перед матчами свекольную мешанину – а Клопп на каникулах присылает игрокам «Ливерпуля» сообщение: «Что за отчеты с беговой дорожки? Делайте фото на пляжах и в парках». Он ничего не делает напоказ – и если пьет кофе с уборщиком «Сан-Паоло» в подсобке, то журналисты узнают об этом лишь несколько лет спустя.

Феномен Клоппа не в том, что он побеждал с клубами, которых ассоциировал с Рокки – а в том, что сделал это в эпоху, которая не верит в такие истории. Он – Рокки, который пришел в марвеловский фильм и нокаутировал всех.

Помните, какую «Боруссию» он сделал чемпионом? Левандовски, которому 22, он и забивать-то на таком уровне толком не научился – он в этой команде даже не основной, потому что есть Барриос, тоже непонятный и совсем не убедительный, становившийся лучшим бомбардиром где-то в Чили. 18-летний Гетце с 40-минутным наигрышем в карьере – он станет вторым ассистентом сезона и немецким Месси, но только Клопп заранее в этом уверен. Кагава, которого привезли из Японии за 350 тысяч евро. Хуммельс, которого списали в «Баварии». Всем лидерам – в районе двадцати, Юрген называет их детским садом. Говорит, ни о чем не планируют и о следующем туре не думают – живут одним матчем.

А против них – «Бавария», которая весной сделала золотой дубль, которую только в финале Лиги чемпионов остановил «Интер»; «Бавария» Роббена и Рибери, хотя мы этого и не знаем пока что, а еще – пикового Марио Гомеса, забивающего почти в каждом матче, Мюллера, Швайнштайгера, Лама. Эта «Бавария» выиграет восемь чемпионств в 2010-х – и выиграла бы все десять, если бы не «Боруссия».

Это не Moneyball, потому что там Брэд Питт, математика, там по реальным событиям, в конце концов – и потому поражение в главном матче. Это именно мечта, которая сбывается вдруг и вопреки всему. Это маленький Рокки вырубает Ивана Драго, хотя они вообще-то в разных весовых категориях. Это вера против расчета. Гвардиола изучает футбол, Анчелотти – футболистов, а Клопп – людей. Он приходит в «Боруссию» и два года занимает пятые-шестые места, но не запаривается, а делает вот что: разрешает 18-летнему Гетце свободно творить. Это удивительно, потому что в современном футболе свободу нужно заслужить – стать Месси, чтобы делать на поле что хочешь. Но Марио получает ее без условий, просто потому что так веселее – и делает 11 голевых только в чемпионате. А «Боруссия» играет так, что редакцию канала WDR Fernsehen забрасывают подгоревшими письмами болельщики «Шальке» – им не нравится, что «Дортмунд» всегда хвалят.

Точно так же он приходит в «Ливерпуль», который в Англии недооценивают, а в Европе не боятся, забрасывает крайних защитников к чужому угловому флажку и перевозит на «Энфилд» Кубок чемпионов. За год до этого он проигрывает в финале, и вроде бы хэппи-энда не вышло – но не для Клоппа: наутро он распевает песни с фанатами, клянется остаться крутым и обещает снова выйти в финал. У него есть система, есть узнаваемый стиль – но побеждает он именно потому, что оставляет пространство для озарения. Он говорит игрокам: «Делайте работу неправильно, но вместе» – и они подают угловой без паузы и выбрасывают «Барсу» из Лиги чемпионов.

В этом мало от системы, от «давайте дождемся Месси, а он подаст» – всего этого размеренного, на тысячу игр вперед расписанного плана. Но игроки знают, что Клопп одобрит. Это чистое торжество рандома, нечто по-киношному редкое и неправдоподобное, и в другой раз ситуация так не сложится – но за всем этим стоит уверенность, что судьба поощряет дерзких, и по-другому быть не могло. Такие вдохновения непостоянны, но и нужны только в самых больших матчах – для дистанции есть запрограммированная модель скорости и прессинга, надежно набирающая очки.

Поэтому «Ливерпуль» победил в ЛЧ и все-таки выиграет Премьер-лигу. А если нет, то проиграет так, что об этом никто не забудет. Клопп просто начнет заново, как начинал уже много раз, и игроки начнут вместе с ним – твердо уверенные, что лучше дать стадиону немного рока, чем минимизировать риск. И это сработает, как срабатывало всегда в его карьере.

Потому что футбол – это не про давление.

Футбол – это про кайф.

***

Телеграм автора

Подписывайтесь, не пропустите новые тексты!

Фото: globallookpress.com/Andy Rowland via www.imago-image/www.imago-images.de; Gettyimages.ru/ Martin Rose, Joern Pollex, Stuart Franklin, Clive Brunskill, Shaun Botterill

развернуть

Как принять и победить болезнь с хорошим настроением – монолог 65-летнего тренера, который излечился.

Вокруг рака слишком много мифов – и чтобы справиться с ними, о них нужно говорить открыто.

Одно из главных заблуждений: рак не поддается лечению. Это неправда, его можно победить, главное – проверяться и лечиться у профессионалов. А еще – не бояться и принимать болезнь без паники.

Для борьбы с засевшими мифами Благотворительный Фонд Константина Хабенского запустил проект #раклечится – там собраны истории людей (например, Владимира Познера) о том, что не лечатся фобии, особенности характера и разные привычки, но только не рак.

Один из тех, кто избавился от якобы непобедимой болезни – бывший тренер ЦСКА, «Крыльев Советов» и «Урала» Александр Тарханов. Сейчас он работает вице-президентом армянского «Пюника». 

Почитайте его историю и помните: за здоровьем нужно следить.  

***

Каждый мой день начинается в семь утра. Я обливаюсь холодной водой и поднимаюсь в тренажерный зал. Начинаю с растяжки. Делаю комплекс упражнений на спину. Приседаю, качаю пресс 120 раз – два подхода по 60. Не люблю долго возиться. Занимаюсь час. В заключении тоже есть кое-что: один японец 120 лет назад создал комплекс для баланса организма, называется «Трясучка». Я делаю несколько упражнений из этого комплекса – выбрал их из книги, которую дал друг. Одно из упражнений: ложишься, стопы прислоняешь друг к другу и лежишь, отдыхаешь. Раз – начинает трясти. Организм балансируется. Немного похоже на медитацию. 

Еще в зале есть беговая дорожка, хочу купить велотренажер. Хотя обычный велосипед есть, иногда катаюсь на нем по коттеджному поселку. Хожу на плавание – проплываю километр в быстром темпе. Я занимался плаванием с пятого по десятый класс. До сих пор играю в футбол. 

Все это я выполняю каждый день. Хотя четыре дня назад болел – просыпался позже. Простудился. Думал, что еще молодой, выбегал из машины без куртки – где-то подхватил. Заметил, что как работаю – вообще не болею. Чуть в отпуск ухожу – организм расслабляется, вышел в прохладу – появляется температура.

Спорт мне, конечно, помогает, но не думаю, что это главное. Все-таки нужно сказать спасибо и папе с мамой, что родили здоровым и крепким.

Один мой брат не болел и даже в больнице не лежал – умер в 66 лет. Другому – а у меня девять братьев и сестер – уже 81. Он работал на секретном заводе, где делают боеголовки, до сих пор живет в запретной зоне под Красноярском. Я приезжал в гости, а он приходил с работы – до него нельзя было дотронуться, все тело наэлектризовано. Но он живет и хорошо себя чувствует. Хотя все друзья, которые с ним работали, в 50 ушли на пенсию, а в 55 – умирали. 

Дай бог, чтобы я тоже долго жил. 

Что еще пришло от родителей: мама приучила меня к творогу, сметане, яйцам. Детство я провел в Казахстане, мы не бедствовали, имели свое хозяйство. Недалеко от нас стоял полк: солдаты собирали пшеницу на поле и везли на элеватор. С элеватора ехали обратно – все время что-то оставалось в кузове. Я в два шага запрыгивал в машину с мешочком и веничком, собирал остатки. Вечером они могли заехать к нам – мама давала им яйца, они взамен отсыпали несколько мешков зерна. Осенью эту пшеницу мы несли на мельницу – делали муку, получали свой хлеб. Покупали только сахар и соль – остальное было свое. 

Продукты из детства я до сих пор ем на завтрак. Люблю геркулесовую кашу, молоко, творог, сметану, яйца. Перед этим набираю в тарелку сухофрукты: изюм, курагу, грецкие орешки, миндаль, тыквенные семечки. Пью теплую воду с медом. В Ереване с этим вообще красота: прихожу на рынок – все свежее. Сколько за лето я съел персиков и абрикосов! 

На завтрак нравятся еще и кавказские блюда: поджариваю лаваш с сыром на сковородке. Все делаю сам, не жена. Она как-то сказала: «У меня единственная просьба». – «Какая?» – «Утром не будить меня». Спит, пока не выспится. У нас разные графики: я в 11 вечера ложусь, а она может и в два ночи. Кстати, на ночь я стараюсь не есть – максимум кефир выпиваю. Хотя после восьми уже особо и не хочется. 

Питался я так всю жизнь – не помню события, которое это бы изменило. Даже после первой операции по удалению щитовидки в Литве ничего не менял, добавилось только лекарство L-тироксин по утрам. Каждый день – по 170 миллиграмм.

***

Рак мне нашли в России. Я все время езжу отдыхать в Железноводск. Особенно когда были камни в почках – проводил там 10 лет подряд. Сейчас их уже нет, но именно там у меня обнаружили проблемы с щитовидкой. Мне 45 или чуть больше. Врач проверила всего: сердце работает, сосуды чистые. Спрашивает: «Щитовидку проверял когда-нибудь?» – «Нет». – «Давай проверим? Мужчинам после 40 надо это делать». Там стояла очередь, говорю ей: «Не хочется в ней тоже стоять». Врач оказалась футбольной болельщицей: «Давай без очереди проведу». 

Проверила – и нашла у меня узелки. Они бывают двух типов: гормональные и опухоль, или новообразования. Врач попросила дообследоваться, но я поехал работать в Литву и забыл обо всем. Когда вспомнил, сходил в клинику. Когда сообщили о результатах, я с друзьями парился в бане. Позвонили по телефону: «У тебя рак». Даже сказали его название, которое я уже забыл. Ответил: «Ну, хорошо, спасибо, что предупредили». Друзья сразу: «Ну чего у тебя?» – «Пойдем попаримся. А то, может, в последний раз». И ушли в парилку. Потом выпили пива. Через неделю я уже сделал операцию. В сентябре с того события исполнилось 13 лет. 

Когда мне сказали про рак, меня вообще ничего не беспокоило. Я бегал по 10 км в день и совсем ничего не чувствовал. Насколько я знаю, рак беспокоит тогда, когда уже все, четвертая стадия. У меня диагностировали третью. Но после операции хирург сказал такую вещь: мои опухоли были спокойные, они могли сидеть внутри всю жизнь, и я бы спокойно жил. Но в любой момент могли и побеспокоить. Новообразования находились в обоих узелках. То есть узелки оказались все-таки не гормональными. 

До этого у меня 25 лет на правой стороне шеи была шишка. Она появилась в 1979-м во время игры с «Кайратом». Я забивал в падении, меня толкнули, головой летел в штангу. В последний момент успел увернуться – и влетел в штангу шеей. Лимфоузел лопнул – образовалось кровяное месиво размером с советский пятак. Когда врачи вырезали щитовидку, думали, что шишка – тоже рак. Объяснил, что все-таки нет. Но раз уже полезли – тоже вырезали. Больше всех с ней мучились. Мышцы-то мощные. Пока их раздвинули... И закрыли тему. 

В больнице я пролежал недолго, дня четыре. Тогда работал в «Ветре», ее держали русские ребята. Они отправили на побережье Балтийского моря в Палангу. На этом курорте находится йодистый парк – когда удаляют щитовидку, как раз нужен йод. В Паланге я вставал в шесть утра, два часа гулял по берегу моря, потом три часа сидел в парке на лавочке. Дышал йодом, через неделю вернулся к работе.  

Все игроки знали про диагноз. Но я говорил: «Все нормально, я живой, здоровый». Они видели, что так и было, я быстро вернулся к работе. Хотя поддерживали, приходили в больницу. 

Главное, что мою третью стадию вовремя обнаружили. Правда, сначала привезли не к тому доктору в другой город. Он оказался по легким. Сказал: «С ними все супер, но по щитовидке не я». Дальше направили в другую больницу. 

Депрессии, упадка настроения – ничего в тот момент не было. Единственное: когда хирург делал операцию, сказал, что глубоко сидит еще одна маленькая опухоль. Ее не стали трогать, потому что операция и так шла 3,5 часа – пока ту кровяную шишку вытащили. Хирург попросил просто контролировать опухоль. Я контролировал полтора года, пока не началось небольшое обострение. В тот момент я обратился в онкологический центр на Каширке. 

Мне сделали пункцию, УЗИ: «Ничего у тебя нет». Сдаю кровь – показывает, что есть. В итоге направили еще и в Герцена, за вторым мнением. Снова обследовали. Заключение – рак начал прогрессировать. Но сидел глубоко, нужен был особый специалист. Такие операции могли делать только три врача в России. Меня направили к одному из них – Сергею Алексеевичу Сергееву, хирургу, фанату ЦСКА. 

Сложность операции была в том, что надо пройти все голосовые связки и не задеть их, а то мог без голоса остаться. Когда Сергеев вез на операцию, мы шутили: «Алексеич, слушай, мне через неделю нужно быть в команде, я же в «Кубани» работаю». – «Александр Федорыч, я тебя сейчас разрежу, завяжу – а ты умрешь через две недели». – «Ну ладно, хотя бы неделю потренирую». 

В итоге он все сделал идеально. Уже через неделю я ушел из больницы, хотя он не отпускал: нужно было снять швы. Но он сделал идеальные швы, потом нарисовал, как их снимать, чтобы доктор команды снял на базе. 

Единственный минус – я действительно потерял голос, он стал хриплый-хриплый, я еле говорил. Все из-за чистки связок, потому что рядом находились образования, которые приходилось убирать. Хотя сначала все шло нормально. На следующий день после операции ко мне приехала жена, друзья. Я с ними говорю, все хорошо. Спрашиваю: «Сергей Алексеич, а чего ты говорил, что я голос потеряю?» – «Завтра утром зайду». Заходит – а я говорить не могу. 

Но он нашел хорошего логопеда – тот за два месяца восстановил мне голос. Правда, из «Кубани» пришлось уйти – работать без голоса стало невозможно.

Как голос вернулся, больше ничего не беспокоит. Даже пил радиоактивный йод – он ничего не показал. Йод – это способ обнаружить проблему. Он собирается в том месте, где есть метастазы и опухоль. Потом все это видно на снимке. Когда была вторая опухоль, вся краснота от йода ушла туда. Как удалили – он рассеивался. В марте той операции исполнится 12 лет. 

Сейчас я обследуюсь каждый год. Скоро пойду снова: сдаю анализы, маркеры, проверяю шею, все органы. Ну и пью те самые лекарства по утрам. 

Как-то спросил врача: «Что будет, если не пить?» – «Умрешь, все просто». 

***

Жить без щитовидки – не страшно. Я не чувствую ее отсутствия. Вообще. Единственная рекомендация: нельзя загорать. Но я и до этого не любил солнце, даже в море купался рано утром. Загорал только раз, когда впервые поехал на сборы с «Красноярском». Апрель, Сочи, мне 20 лет. После тренировки и обеда ходили всей командой на пляж, с него – на вторую тренировку. Обратно приехали черные. Теперь, если во время занятия светит солнце, я надеваю штаны, кепку, очки. 

Я не считаю, что относиться к болезни с юмором – это что-то особенное. Врач, которая вела меня во время болезни, сказала: «Слушай, я первый раз вижу, что о своей болезни кто-то так хладнокровно рассказывает. Обычно все приходят в трагизме». – «Да чего сделаешь, жизнь такая».

Знаю одного большого российского тренера, у которого нет половины щитовидки. Спрашиваю его: «А ты как себя чувствовал?» – «Я чуть с ума не сошел, когда узнал». Мой совет: воспринимать это спокойно. В жизни все может быть. 

У великого Валентина Бубукина, чемпиона Европы-1960, тоже был рак. Сейчас мой президент в «Пюнике» – Артур Согомонян. Он близко дружил с Бубукиным, который последние дни перед смертью находился в больнице. Как-то тот звонит: «Артур, приезжай в гости, а то скоро умру». Согомосян приехал в больницу, они посмеялись, Бубукин же был анекдотчик. Согомосяну уже уходить, он останавливает: «Артур, слушай. Дай я тебе анекдот расскажу. Может, последний в жизни». Дальше Артур рассказывал так: «Он рассказал смешной анекдот, я поехал домой. Приехал, через два часа жена позвонила и сказала, что он умер». Так что уход из жизни каждый воспринимает по-своему. Бубукин все время жил с улыбкой и умер с ней. 

Или Алексей Еськов, который играл в сборной СССР и СКА из Ростова. Он случайно сдернул родинку, когда вытирался – и тоже рак. Я был у него за неделю до смерти. Он никого не узнавал, но меня узнал. И тогда все воспринимал нормально: «Конечно, хочется жить. Но жизнь такая». Ушел в 57. 

***

Мой отец умер от рака пищевода. Ему было 79, два года до этого он ничего не ел. Мама кормила через желудок. То есть желудок вырезали, в него что-то вставляли – мама кормила через отверстие жидкой пищей. У отца был мощный организм. Сам по себе сильный, поэтому умирал покойно. Хотя ему делали операцию. Но какие операции тогда в Казахстане? Это сейчас там город Аксай под Уральском, а тогда была просто станция Казахстан. 

Например, когда я родился, мою дату рождения перепутали. Я родился в 1954 году, но пошли регистрировать только через год, из-за этого написали 1955 год. Через время я принес документы в какое-то важное место, меня спрашивают: «А чего 1955-й? Ты же 1954 года». Послали запрос, прислали новые документы. 

От рака груди и пищевода умерли и две сестры. Молодые – в 60 и 66 лет. Жизнь такая, всех хороню. Всем памятники ставлю.

Вообще, семья у нас большая – 10 человек братьев и сестер. Но росли мы втроем: я, самый младший, и две маленьких сестры. Старшие братья после армии поехали поступать в институт в Красноярск и забрали нас с собой. 

Мама была без образования, работала у папы домохозяйкой. Он – начальник. Потом его жена умерла, он женился на маме, дочери священника молоканской веры, есть такое ответвление от христианства. Так вот мой дед служил главным священником молоканской веры – его с двумя братьями расстреляли большевики. Из-за этого мама до самой смерти боялась КГБ. Когда я попал в сборную СССР, нужно было заполнить документ на выезд за границу. К маме пришел человек из органов – так она чуть инфаркт не схватила. Боялась, что со мной что-то случилось. Ее ведь тоже везли расстреливать – семья жила богато (мама все время говорила, что бедно, потом только созналась). Но чекисты отпустили: увидели жен и детей. Когда их отцов и мужей убили, они все разбежались и только через 45 лет встретились снова. Три семьи. 

Кстати, под Ереваном есть целая деревня молоканцев. Хочу туда поехать, посмотреть. И своя церковь у них стоит в городе. Как-то увидел много русских, спросил, что происходит. Оказалось, молоканцы. 

***

Недавно на турнире имени Бескова встретил Василия Кулькова. У него сложное онкологическое заболевание, связанное с пищеводом, недавно делали операцию часов на 14. Видно, что сильно похудел, но внешне спокоен. Я ничего не говорил ему по этому поводу. Лучше эту тему не трогать. Каждый по-своему воспринимает. 

Я не скрываю. Чего скрывать? Мне нравится, как к этому относятся за рубежом. Там люди воспринимают болезни и смерть по-другому. 

Лучше воспринимать болезнь спокойнее. Чего паниковать? Только хуже делаешь. С ума можно сойти не от болезни, а от психологии. 

Когда все время думаешь об этом, нервная система работает отрицательно. Даже в футболе тренеру иногда нужно отключаться. Особенно если проиграл. Если долго думать о поражении, обязательно проиграешь и следующую встречу. 

Однажды Лобановского спросили: «Как вы воспринимаете победу и поражение?» – «Я думаю о них два часа. Потом готовлюсь к следующей игре». 

Так и надо жить.  

*** 

Почитать другие вдохновляющие истории о победе над раком можно на сайте проекта #раклечится. Больше о работе Фонда Константина Хабенского (в том числе способах помочь ему) можно прочитать здесь.

***

Другие открытые письма: 

«Я спал сидя по 2 часа в день». Открытое письмо киберспортсмена Flow – о том, как он тоже победил рак

Меня не взяли в «Шинник», я работал на заводе – и тут увидел пляжный футбол. Теперь я игрок сборной

Фото: vk.com/fc_ue; Фото: РИА Новости/Владимир Федоренко, Павел Лисицын, Алексей Филиппов; wikipedia.org

развернуть

Самый расслабленный из новогодних материалов Sports.ru – просто смотрим красивые (эффектные, необычные, редкие, неожиданные) картинки и отдыхаем.

2 января, Хаддерсфилд. Новогодний футбол в АПЛ в исполнении «Хаддерсфилда» и «Бернли».

19 января, недалеко от Ньюкасла. Дети играют в футбол на фоне скульптуры «Ангел Севера». Композиция из стали создана в 1990-х, ее высота – 20 метров, а размах крыльев – 54 метра. Местная достопримечательность, один из символов северной Англии.

28 января, Индиана, стунденческий баскетбол. Кэм Реддиш из Duke Blue Devils улетает от Тиджея Гиббса из Notre Dame Fighting Irish.

10 марта, Лондон. Эден Азар, защитники «Вулверхэмптона» и весеннее солнце.

16 марта, Техас. Жан-Пьер Аугустин улетает на канаты после удара Криса Арреолы.

16 марта, Борнмут. Защитник «Ньюкасла» Пол Дамметт дотянулся.

31 марта, Гран-при Бахрейна. Себастьян Феттель взлетает.

17 апреля, Манчестер. Драма года: «Тоттенхэм» и ВАР не пускают Пепа в полуфинал Лиги чемпионов.

28 апреля, Лондонский марафон. Британка Хэйли Каррузерс дополает до финиша.

12 мая, Торонто. Великое фото великого броска Кавая Ленарда по кольцу «Филадельфии». С сиреной. В седьмом матче плей-офф. Мяч проваливается в кольцо после четырех касаний дужки.

Попадание Кавая – это Сикстинская капелла от спорта. Нужно смаковать каждую мелочь

18 мая, недалеко от Пекина. Знаменитый марафон по Великой китайской стене – Great Wall Marathon. 9 км пути участники преодолевают по самой Стене – больше 5 тысяч ступенек.

1 июня, Мадрид, финал Лиги чемпионов, который Клопп и Почеттино доматривают вместе. Еще один претендент на фото года.

2 июня, парад в Ливерпуле. Команда Клоппа – лучшая в Европе.

23 июня, Минск. Классическое и беспроигрышное фото из художественной гимнастики – на этот раз с участием израильтянки Линой Ашрам.

16 июля, Кванджу (Южная Корея). Синхронистки Кейт Шортман и Изабель Торп рисуют дугу на чемпионате мира по водным видам спорта.

24 июля, Юта. Пас хвостом в матче Кубка Лиг (участвуют клубы МЛС и мексиканской лиги МХ) между «Реал Солт Лейк» и «Тигрес».

11 августа, Туикенем. Сборные Англии и Уэльса жестко готовятся к чемпионату мира по регби.

23 августа, Северная Каролина. Бенуа Пэр и теннис на закате.

23 августа, Лондон. Пловец и лебедь на озере Серпентайн в Гайд-Парке.

30 августа, бейсбол в Чикаго. Зрители пытаются поймать мяч, улетевший на трибуну. Каждый по-своему.

31 августа, Ухань (Китай). Аргентинец Луис Скола и 4 корейских руки на чемпионате мира по баскетболу.

30 сентября, Доха, чемпионат мира по легкой атлетике. Фотографы пытаются сделать отличный кадр женского стипль-чеза – и попадают в отличный кадр.

5 октября, Доха. Прыжок в длину Тиссанны Хиклинг (Ямайка).

15 ноября, Москва. Анастасия Скопцова (голова) и Кирилл Алешин (ноги) на этапе Гран-при по фигурному катанию.

23 ноября, Лондон. Унаи Эмери не туда.

18 декабря, Чикаго. Форварда «Колорадо» Джея Ти Комфера зажало между воротами, защитником Адамом Боквистом и вратарем Кори Кроуфордом.

Вот и все, улетаем из 2019-го вместе с американской прыгуньей Эми Козад.

Смещения Роббена, штрафные Месси, симуляции Неймара: образы 2010-х, которые засели в нашем сознании

Вы заказывали новую версию поста с ярчайшими моментами 2010-х. Принимайте!

Фото: Gettyimages.ru/Jan Kruger; REUTERS/Lee Smith/Action Images; Gettyimages.ru/Joe Robbins, Laurence Griffiths, Tom Pennington, Charlie Crowhurst; REUTERS/Thaier Al-Sudani; a href=»http://gettyimages.ru»>Gettyimages.ru/Marc Atkins (8,12); REUTERS/Paul Childs (9,25); Gettyimages.ru/Mark Blinch/NBAE; REUTERS/Thomas Peter, Phil Noble; Gettyimages.ru/Dean Mouhtaropoulos, Stefan Wermuth, Jeff Swinger/USA TODAY Sports; REUTERS/Peter Cziborra/Action Images; Gettyimages.ru/Jared C. Tilton; REUTERS/Toby Melville; Gettyimages.ru/Jonathan Daniel; РИА Новости/Алексей Филиппов; REUTERS/Fabrizio Bensch, Dylan Martinez, Evgenia Novozhenina; Gettyimages.ru/Jonathan Daniel, Patrick Smith

развернуть

Каждую неделю мы смотрим так много футбола, что большинство матчей и голов просто забываем. В память врезаются только самые яркие моменты, а остальное остается в образах. Согласитесь, вспоминая Месси, часто всплывают его штрафные, при представлении Роналду перед глазами появляется его любимая стойка перед ударом или любимое празднование.  За десять лет в нашу память врезалось много таких визуальных образов – давайте вспомним главные. 

Поехали!

Смещения в центр Арьена Роббена.

Исландское «Хууу!»

«Siiii!» Криштиану Роналду.

Штрафные Месси как отдельный вид искусства.

Селфи Тотти в римском дерби.

5 голов Левандовского за 9 минут.

Рок-н-ролл Юргена Клоппа.

Агуэрррррррро. Манчестер – синий.

Серхио Рамос в штрафной на последних минутах.

Стиль и великолепие Андреа Пирло.

Прически Давида Луиза и Маруана Феллайни.

Драма Джанлуиджи Буффона в ЛЧ.

Сумасшедшие вылеты «ПСЖ» оттуда же. 

Лионель Месси против Криштиану Роналду.

Пеп Гвардиола против Жозе Моуринью.

Завершение карьеры Алекса Фергюсона.

Футболка Андреса Иньесты.

Гимн сборной Италии.

Полет Робина ван Перси.

Удивительные проходы Месси.

Кунг-фу Златана Ибрагимовича.

Футболка Never give up Мо Салаха.

Церемонии вручения наград – новый Оскар.

Богатые годы в России.

222 миллиона евро за Неймара.

Деньги Зеппа Блаттера.

Футболка Месси и зрители на «Сантьяго Бернабеу».

Класико – главная вывеска десятилетия.

Лицо Фила Джонса.

Пуховик Арсена Венгера.

Страдания Неймара.

Стрижки Поля Погба.

Драма Криштиану в финале Евро-2016.

Падение Стивена Джеррарда в АПЛ.

Гол Руни через себя.

«Why always me?»

«Дили-динь, дили-дон».

Линекер в одних трусах.

ЧМ-2018 и сборная России в плей-офф впервые за 32 года.

Улица Никольская.

Боль Месси в сборной Аргентины.

VAR.

Лысый шарлатан-1.

Лысый шарлатан-2.

Яйца Диего Симеоне.

Ноу-лук голы Роберто Фирмино.

Мануэль Нойер – вратарь-гоняла.

Великое испанское поколение.

Хави + Иньеста.

1:7.

Кровь Бастиана Швайнштайгера на Кубке мира.

Укусы Луиса Суареса.

Шлем Петра Чеха.

Мегабомбардир первой половины 10-х Радамель Фалькао.

Безумные эмоции Антонио Конте.

Улыбка Нголо Канте.

За эти 10 лет в футболе случилось очень много поразительных моментов, вещей, явлений. Что запомнили вы? Чего не хватает? Пишите в комментариях, мы добавим.

Фото: Gettyimages.ru/Jamie Squire, Michael Regan, Lars Baron/Bongarts, Laurence Griffiths, Jasper Juinen, Michael Steele, Marco Luzzani, Mike Hewitt, Valerio Pennicino, Claudio Villa, Dean Mouhtaropoulos, Aurelien Meunier, Lars Baron/Bongarts, Michael Steele, David Ramos, Alex Livesey, Gonzalo Arroyo Moreno, Clive Rose, Adam Pretty/Bongarts, Jasper Juinen, Dennis Grombkowski/Bongarts, Shaun Botterill, Matthias Hangst/Bongarts, Catherine Ivill, Clive Rose, Lennart Preiss/Bongarts, Alex Grimm/Bongarts, Denis Doyle, Mike Kireev/Epsilon, David Ramos, Alex Caparros, Clive Rose, Jeff Gross, Steve Bardens, Claudio Villa, Alex Caparros, Philipp Schmidli, Bob Levey, Jamie McDonald, Gonzalo Arroyo Moreno, Jamie McDonald, Buda Mendes; globallookpress.com/Pau Barrena/Xinhua, imago sportfotodienst, Bagu Blanco/imago sportfotodienst, Guillermo Arias/ZUMAPRESS.com, Marcus Brandt/dpa; REUTERS/Alessandro Bianchi, Jason Cairnduff, Darren Staples, Russell Cheyne, Stringer Livepic, Lee Smith

развернуть

Баскетбольная Грета Тунберг предупреждает.

Перевод ключевых тезисов из книги Кирка Голдсбери «Эра растягивания: визуальный тур по современной НБА»

Нельзя отрицать, что появление трехочковой линии на баскетбольном паркете полностью изменило игру. С того момента прошло ровно 40 лет – НБА дольше прожила с дугой, чем без дуги.

За исключением короткого трехлетнего отрезка в 90-х, трехочковая линия оставалась примерно на одном месте. Интересно, что современный рисунок площадки существует гораздо дольше, чем любая из предыдущих его конфигураций.

Проблема в том, что для многих из нас трехочковые теряют свою привлекательность. Снайперы слишком хороши и чувствуют себя слишком вольготно, а дальние попытки становятся все более многочисленными.

Вот вам безумная цифра: в сезоне-2017/18 в НБА реализовали 25807 трехочковых бросков. Это больше, чем за все 80-е. Между 1979 и сезонов-89/90 в НБА положили 23871 трехочковый.   

На протяжении своей истории лига всегда демонстрировала впечатляющую готовность менять правила и разметку площадки, чтобы делать игру более разнообразной и интересной.

В 1947-м, когда лига ввела запрет на зонную защиту, исчезла одна из основных оборонительных тактик.

В 1950-м, чтобы избавиться от грубости и неспортивных фолов, лига ввела спорные мячи после каждого забитого штрафного на последних трех минутах – а не просто отдавала владение команде, которая нарушала правила.

В 1951-м году так называемое правило Майкана изменило вид баскетбольного паркета – трехсекундная зона была расширена в два раза, с 6 до 12 футов, для того, чтобы уменьшить беспрецедентное доминирование Джорджа Майкана.

Спустя 13 лет, в 1964-м, лига вновь расширила трехсекундную, теперь уже до 16 футов, чтобы на этот раз повлиять на доминирующую игру Уилта Чемберлена.

И вот сейчас, 55 лет спустя, она все еще остается того же размера.

На эти два «расширения» интересно посмотреть по нескольким причинам.

Во-первых, они показывают, что лига всегда меняла разметку для того, чтобы один конкретный элемент или одна конкретная манера игры не становились доминирующими. Баскетбол НБА постоянно меняется, и хотя некоторые трансформации имели естественный характер, некоторые были спродюсированы разными поколениями законодателей из офиса НБА. Подобно собору Святого семейства в Барселоне, строение уже невероятно, но продолжает все время развиваться: профессиональный баскетбол никогда не воспринимается как законченный продукт.

Во-вторых, эти два решения расширить трехсекундную показывают, что самые смелые изменения в правилах со стороны лиги были нацелены на то, чтобы осложнить жизнь «больших» – и облегчить жизнь «маленьких». Глядя на современный баскетбол, где остается все меньше настоящих центровых и мощных форвардов, очень сложно представить, что когда-то именно «большие» были главными участниками этого шоу, а маленькие игроки исполняли ограниченные роли.

Между 1946 и 2018 НБА последовательно изменяла правила с тем, чтобы уйти от жесткой игры «больших» в пользу ориентированной на периметр игры маленьких. И хотя можно видеть в «маленькой пятерке» некий продукт аналитического гения, правда состоит в том, что современная эстетика и тенденции в профессиональном баскетболе почти ничего общего не имеют с аналитикой, но зато кажутся кульминацией 70-летнего предубеждения к «большим». Трехочковая дуга – это просто один из примеров.

Джордж Майкан произвел революцию в баскетболе. Он стал примером для следующих поколений НБА и заложил эстетические основы для всего спорта. В последующие 30 лет в баскетболе доминировала целая россыпь центровых, которые брали пример с первопроходца, устремлялись в лоу-пост и штурмовали щит. Парни вроде Билла Расселла и Уилта Чемберлена становились чемпионами и получали MVP, у команд с лучшими центровыми имелся наилучший шанс на победу. Первые суперзвезды лиги были почти все вытесаны по подобию Майкана, а лига продолжала влиять на их игру. Уилт Чемберлен был настолько атлетичным, что мог сразу же перекладывать промахи партнеров в кольцо – и тогда лига ввела правило, запрещающее касаться мяча до того, как он покинет цилиндр кольца. В 1964-м последовало расширение «краски».

Лига придумала награду Самому полезному игроку в 1955-м, после чего практически каждый год ее начали завоевывать центровые. Из первых 24 обладателей трофея, форварды взяли лишь две или три (в зависимости от того, кем вы считаете Боба Макаду), а защитники – всего две. Центровые – 19 или 20. Вы понимаете, что я хочу сказать. Это была лига «больших». После Майкана стало понятно, что центровой – это самая ценная позиция на площадке.

Но Майкан не закончил менять баскетбол.

В 1960-х он сделал это вновь, теперь уже в качестве комиссионера.

В 1967-м он стал первым комиссионером АБА, новой лиги, которая пыталась конкурировать с НБА. Для достижения этой цели ему нужно было придумывать всевозможные ухищрения, которые бы привлекли внимание болельщиков и сделали бы баскетбол более привлекательным. Он сподобился на несколько. Прежде всего, добавил красно-бело-синий мяч – он считал, что такой мяч будет смотреться эффектнее, чем оранжево-коричневый вариант, который использовали в НБА и NCAA. Детишкам он действительно очень понравился. Но этого было недостаточно. Нужна была еще какая-нибудь безумная идея, которая бы сделала игру более непредсказуемой. И так он возродил идею «трехочкового броска», которая впервые без особенного успеха была применена в Американской баскетбольной лиге в начале 1960-х.

Что еще за Американская баскетбольная лига? Эта лига родилась в 1961-м и продержалась всего два сезона. Ее комиссионером являлся Эйб Саперстейн, человек, которого запомнили не благодаря руководству провальной АБЛ, а благодаря тому, что он запустил «Гарлем Глоубтроттерс». Саперстейн был наполовину шоуменом, наполовину баскетбольный визионер.

В начале 60-х президентом был Джон Кеннеди, космическая гонка между СССР и США только начиналась, а американцы не отходили от телевизоров и следили за Карибским кризисом. Бейсбол тогда был самым популярным видом спорта в стране, а самым популярным спортсменом – Роджер Марис. Он завораживал болельщиков по всей Америке тем, что бил все рекорды по числу хоум-ранов. Осенью 61-го Марис побил вечный рекорд Бэйба Рута, когда сделал 61-й хоум-ран за сезон.

Хоум-раны на тот момент являлись самым увлекательным элементом любимой игры Америки. Что-то было такое магическое в этом бесконечном полете мяча, который заставлял бейсбольных болельщиков вскакивать с мест. Те несколько секунд полета все на стадионе – болельщики, игроки, комментаторы и тренеры – ждали, где же приземлится эта ракета. Хоум-раны не просто создавали напряженность и приковывали к себе внимание, они еще и сильно воздействовали на ход игры – это самый быстрый способ сделать «ран» в бейсболе. Это было лучшее в американском спорте.

Так что это совсем не совпадение, что революционная идея Эйба Саперстейна появилась в 1961-м в стране, которая сходила с ума из-за ракет, бомб большой дальности, хоум-ранов и выстрелов, раздающихся по всему миру.

Саперстейн спросил себя, что бы могло стать хоум-ранами в баскетболе? Как бы это могло выглядеть?

Он предложил безумную вариацию «броска-хоум-рана», который бы походил на то, что делал Марис: на дальний бросок и одновременно наибыстрейший способ набрать очки. Держите в уме еще и то, что во время Майкана-Расселла – первые 20 лет НБА – большая часть бросков совершалась вблизи кольца. Не имело никакого смысла кидать издали, так как такие броски были сложнее и менее эффективны. Уилт Чемберлен крайне редко бросал с трех метров, что уж говорить о 6,5.

Саперстейн проконсультировался с игроками и тренерами и согласовал с ними создание трехочковой дуги. Где он ее разместил? Точно там же, где вы ее видите сегодня. 22 фута по углам, 23,75 фута по остальной площадке. Безумие, правда? Это произошло почти 60 лет назад. Каковы шансы на то, что оптимальная дистанция для дуги во время Чемберлена является оптимальной дистанцией во времена Стефа Карри?

И все же если бы не Майкан и АБА, скорее всего идея трехочковой дуги родилась и умерла бы вместе с прожившей два сезона АБЛ. АБА и трехочковый бросок изменили историю баскетбола навсегда. Алекс Хэннам, приведший «Филадельфию» к титулу НБА в сезоне-66/67 и «Окленд» к титулу АБА в сезоне-68/69, сразу же отметил влияние линии и то, как она раскрывает площадку: «В НБА мы просто забивали центральную зону и вынуждали команды атаковать издали. Никто не собирался кого-либо держать в пяти метрах от кольца, но угроза трехочкового все изменила. Кто-нибудь начинает попадать издали и набирать не два, а три очка, и тренеры вынуждены менять стратегию – и защиту. Ни одно другое правило не делало игру столь открытой, столь веселой».

Хэннам был прав. Линия Саперстейна не просто подарила баскетболу хоум-раны, она раскрыла всю площадку. Она сделала баскетбол менее контактным, помогла уйти от толкучки. Пасы теперь отдавались на более дальние расстояния, броски с дистанции стали более зрелищными. Мяч чаще оказывался в воздухе, больше двигался. Как и сами игроки. Внезапно оказалось, что для игроков есть больше места, чтобы показать себя, и больше способов для того, чтобы набирать очки. АБА реализовала идею Саперстейна и обогатила баскетбол.

Во многом из-за трехочковой дуги АБА мгновенно показала отличия между собой и НБА. Дуга влияла на каждое владение, даже на те, которые не доходили до трехочковых. Игроки в гораздо большей степени разбегались по площадке, игры в АБА были увлекательнее, давали атаке больше возможностей проявить себя, проходили в более высоком темпе. НБА оставалась более успешной лигой и сохраняла всех талантливых игроков, но по сравнению с АБА она выглядела консервативной и закоснелой. Там по-прежнему доминировала жесткая игра под щитом, и философские различия между лигами лишь усугублялись на протяжении десятилетия, пока у НБА не осталось иного выбора, кроме как тоже привнести трехочковую линию на свои площадки.

В 1976-м лиги объединились. НБА приняла четыре команды из АБА, остальные три закрылись. Спустя несколько лет, несмотря на протесты президента «Селтикс» Реда Ауэрбаха, НБА добавила трехочковую дугу и разместила ее ровно там, где задумывал Саперстейн, то есть в 22 футах по углам и 23,75 фута по дуге.

Там она и остается и по сей день.

Возможно, пришло время для изменений. Когда-то Майкан привнес трехочковую линию в АБА, чтобы «у маленьких игроков появился шанс», теперь же уже большим игрокам – прямым наследникам Майкана – нужен такой шанс. По сути, в 2018-м большие игроки менее заметны, чем маленькие до введения дуги. Любопытным образом центровые не находились на площадке во время главных эпизодов прошедшего десятилетия. Например, в финале-2016 «Кливленд» и «Голден Стэйт» редко использовали центровых: и Эндрю Богут, и Тимофей Мозгов почти не выходили на паркет. А в главной серии 2018-го – серии между «Рокетс» и «Голден Стэйт» – все решили промахи «Хьюстона» из-за дуги в седьмом матче, когда они выбросили 7 из 44. Промазанные трехочковые – это теперь главная эстетика НБА, а вся аналитика сводится к тезису «попал – не попал».

За последнее десятилетие броски из-за дуги стали самым важным игровым умением. Снайперы захватили баскетбол, и в НБА остались только те «большие», которые могут бросать – и защищаться – на периметре. Парни вроде Богута и Мозгова не умеют делать ни того, ни другого, а потому их ценность низка как никогда. Так получилось, что к 2018-му Богут, огромный австралийский центровой, первый номер драфта-2005 и один из ключевых персонажей для взлета «Уорриорс», и вовсе вылетел из НБА, а Мозгов в возрасте 33 лет преуспел не намного больше. Хотя российский «большой» и подписал огромный контракт с «Лейкерс» летом-2016, несколько лет он провел в роли изгоя, которого перекидывали из команды в команду и едва появлялся на площадке за «Бруклин» в сезоне-2017/18.

Параллельно с основными изменениями 50-60-х, которые нейтрализовали игру в посте и привнесли трехочковую дугу, лига шла и на другие ухищрения, помогавшие уменьшить ценность традиционных «больших». При этом, в то время как в первые годы развитие НБА постоянно меняла правила и передвигала разметку, сегодняшняя НБА во многом напоминает современный Конгресс – совершенно не может не то что ввести, но и вообще предложить хоть какое-нибудь изменение.

Теперь это лига, где растягивающие худющие парни вроде Райана Андерсона и Ченнинга Фрая представляют больше ценности, чем глупые динозавры вроде Эла Джефферсона, пытающегося атаковать из левого лоу-поста. Это лига, где парень вроде Демаркуса Казинса, возможно, самый устрашающий своей физической мощью мужчина в современном баскетболе, выбрасывает столько же трехочковых, сколько когда-то выбрасывал Реджи Миллер. В сезоне-2017/18 Казинс совершил 6,1 броска за игру – до этой отметки Миллер добрался лишь раз за 18-летнюю карьеру.

Два расширения трехсекундной, которые обесценили мощь «больших» и вытолкнули их в зону среднего броска, это лишь первый удар по тем, чей основной вклад – это игра в посте. Второй удар – это добавление трехочковой линии, она привнесла цирковой трюк в виде особенной ценности дальнего броска. Эта сногсшибательная комбинация нокаутировала великанов и отправила их в приемлемые с точки зрения аналитики резервации вблизи от кольца и за дугой. Новая разметка оставляла для традиционных «больших» зоны, которые люди вроде Дэрила Мори презирают – места, откуда нельзя проломиться для хорошей атаки из-под кольца и при этом далекие от всех льгот, предлагаемых за трехочковой дугой.

За последние десятилетия «большие» и их атаки со средней дистанции стали – что не слишком удивительно – «менее эффективными». В то же время и тактика команды, и работа менеджмента больше сфокусированы на том, чтобы меньше отдавать мяч в усы и гораздо чаще искать снайпера на дуге.

В то время как расширения трехсекундной намеренно уменьшили ценность игры под щитом – и «больших» – дуга сделала ровно обратное для снайперов: она увеличила ценность тех, кто может бросать трехочковые. Невероятная попытка спиной к кольцу, крюк через вытянутые руки Джоэла Эмбиида – это всего лишь два очка, а очередной открытый бросок из ситуации принял-бросил от Дэнни Грина или Тревора Аризы – это три очка. Для всех, кто когда-либо играл в NBA Jam, должно быть очевидно, что количество набираемых очков больше никак не коррелирует со сложностью броска.

Стремление к эффективности не является чем-то новым. Понятно, что и Майкан, и Чемберлен были крайне эффективными игроками для своего времени. Но современный путь к достижению эффективности диктуется правилами и угрожает многообразию игры в таком виде, какого мы не видели со времен Майкана и Чемберлена. Сегодня обуздание дракона эффективности означает максимальное количество трехочковых, что погружает в заброшенное состояние огромные территории, пригодные для набора очков. Как и в древние времена, новый, пусть и другой, вид одномерного нападения поразил всю лигу.

Это, пожалуй, главная идея современной эры: последовательные изменения правил вырастили поколение тренеров игроков, для которых трехочковая линия пересмотрела базовую экономическую географию, задающую фундаментальные принципы баскетбола. Согласно этим принципам, «величие» и максимальные контракты предусмотрены для игроков, способных стабильно выполнять самые впечатляющие задачи на высочайшем уровне. Но по мере того, как трехочковый превращается в одну из самых значимых и наиболее заметных опций на паркете, люди, которые могут совершать их в больших объемах, становятся «великими», хотя по сути этот навык не то чтобы является чем-то выдающимся.

По мере того, как команды, игроки и тренеры находят способы выбрасывать все больше и больше трехочковых, сама природа игры меняется и уносит кое-что важное – а конкретно связи с прошлым.

В сезоне-79/80 «Рокетс» совершали 4,6 трехочкового и 86,8 двухочкового за игру.

В сезоне-2017/18 «Рокетс» совершали 42,3 трехочкового и 41,9 двухочкового за игру.

Сегодняшняя эстетика строится на трех взаимосвязанных тенденциях: позиционной универсальности, дальних броска и «изоляциях».

Когда Дрэймонд Грин стал доминирующей фигурой в защите «Голден Стэйт», «Уорриорс» пришли к новой оборонительной философии и начали идти в постоянные размены на каждом заслоне – что также уменьшило и значимость постановки заслонов. Большинство их игроков могут защищаться на нескольких позициях, но при этом в обороне «Голден Стэйт» есть и несколько слабых звеньев. Как продемонстрировал «Хьюстон», все эти размены в защите могут использоваться соперником. Например, «Рокетс» ослабляли защиту «Уорриорс» тем, что вынуждали в начале атаки размениваться так, чтобы Стеф Карри оставался против Джеймса Хардена. Снова и снова Харден играл «изоляции» против Карри, а остальные «Рокетс» создавали ему пространство. Вся серия превратилась в игру один на один Хардена против Карри – остальные восемь парней просто наблюдали за ней с наилучших позиций.

Тренер «Хьюстона» Майк Д’Антони защищал такую стратегию и подчеркивал, что она эффективна.

«Все такие: «О боже мой, они играют изоляции! Это все, что они делают». Нет, это не все, – говорил он. – Это то, что мы делаем лучше всего. Мы набираем очки в 60 процентах случаев. А все такие: «О боже мой, они не играют в пас. Все просто стоят». Правда? Вы когда-нибудь видели, как мы играем? Именно так мы и действуем. Это наша природа, это то, в чем мы действительно хороши».

Он был прав. Эти «изоляции» не только давали результат, они же еще были естественным тактическим ответом на стратегию «Уорриорс» разменивать все в защите. Эта стратегия стала возможной лишь благодаря изменениям в правилах и регулярных судейских ошибках, которые очень сильно уменьшили позиционное разнообразие и ценность традиционных «больших» в НБА.

Одна из важнейших причин, почему Грин и «Уорриорс» могут размениваться, состоит в том, что их соперники не имеют возможности наказывать их за использование миниатюрного центрового. Грубо говоря, мы дошли до точки, когда оптимальное преимущество в игре один на один достигается в противостоянии маленького игрока и медленного защитника, который вынужден выходить на периметр. Это очень сильное отличие от тех норм, что создали баскетбол в первую очередь. На протяжении большей части истории НБА оптимальное преимущество один на один достигалось под щитом, где атакующая команда получала размен мощного габаритного игрока против маленького и слабого защитника. Майкан, Расселл, Карим, Шак или любой другой – все они уничтожали под щитом. Но так больше никто не делает.

«Хьюстон» получал колоссальное преимущество каждый раз, когда Харден оставался один против слабых защитников. Именно поэтому они использовали этот вариант больше 150 раз на протяжении серии. А знаете, что они не делали? Они не пытались использовать преимущество под щитом. Ни разу. Центровой «Рокетс» Клинт Капела, эта гигантская машина по производству данков, за весь плей-офф заигрывался в посту 6 раз и ни разу в серии против «Голден Стэйт». Почему? А зачем ему это? Цифры вполне очевидны: постапы – это тупость, гораздо эффективнее искать «изоляции» для Хардена, чем отдавать мяч Капеле. Во время регулярного сезона у Капелы было 55 ситуации в посте, из которых он набирал в среднем 0,92 очка. Фиговато. В то же время Харден использовал 894 «изоляции», которые приносили в среднем 1,15 очка.

Чтобы вы не подумали, что проблема в недостатке эффективности у Капелы, учтите следующее. Среди семи игроков, которые заигрывались в усах больше 500 раз в сезоне-17/18, самым эффективным был Карл-Энтони Таунс, который набирал в среднем 1,05 очка. Это хорошо, но это и рядом не стоит ни с «изоляциями» Хардена, дающими по 1,15 очка, ни с относительной эффективностью даже среднего по лиге трехочкового попадания, которое составляет 1,07 очка. Другими словами среднестатистический трехочковый, выброшенный, ну скажем, Тревором Аризой, Райаном Андерсоном и Пи Джей Такером, это более благоприятный вариант, чем постап в исполнении лучшего в лиге исполнителя постапов. Неудивительное в таком случае, что игра под щитом умирает, а причина смерти лежит в неэффективности, в самом страшном недуге нашей эпохи. Посмотрите: в сезоне-2013/14 22 игрока в НБА заигрывались под щитом как минимум 500 раз. К сезону-2017/18 таких осталось только восемь. В сезоне-2013/14 пять игроков выходил в пост как минимум 1000 раз, к сезону-2017/18 остался лишь один – Ламаркус Олдридж.

Хотя лига по сути на законодательном уровне боролась с «большими» со времен Майкана, возможно – только возможно – во время Карри, Мори и бесконечных «изоляций» и трехочковых после получения, пришло время уйти от этого. Возможно, раз уж мы дошли до эры, когда центровые и игра под щитом близки к вымиранию, нам нужно прибегнуть к собственной версии Закона об исчезающих видах и бросить великанам пару костей. Вот только во время самого большого стилистического сдвига в истории баскетбола, лига неожиданно ничего не делает и напротив поддерживает все те же консервативные тренды, которые в первую очередь привели к сегодняшнему состоянию дел. Возможно, это происходит из-за того, что НБА популярна как никогда. Возможно, из-за того, что только такие вот старые ворчуны вроде меня недовольны взлетом трехочкового и монотонным однообразием атак.

Через десятилетия после Саперстейна и Майкана трехочковые броски определяют исход все большего числа матчей. Пересмотрите концовку седьмой игры исторического финала-2016. В ключевой момент главной встречи десятилетия «Голден Стэйт» и «Кливленд» просто обменивались трехочковыми. В зоне двухочкового броска вообще ничего не происходило. Маятник качнулся от кольца в сторону трехочковой дуги, и для некоторых из нас среднестатистическое владение в НБА, в ходе которого три парня просто топчутся в углах или по краям, теряет волшебство.

«Хоум-ран» Саперстейна стал настолько распространенным, что мало кого заставляет подскакивать с места. В 2017-м «Хьюстон Астрос» стали чемпионами – они же делали больше всех хоум-ранов, в среднем по 1,47 за матч. Их коллеги из НБА «Рокетс»-2018 лидировали в НБА по трехочковым, в среднем по 42,3 за матч. Когда-то трехочковые дарили новизну, за половину можно было увидеть лишь несколько попыток, теперь в среднем их реализуют каждую минуту. Трехочковые по-прежнему восхищают тогда, когда они заходят каждую минуту?

Взлет трехочковых означает уменьшение двухочковых. Некоторым из нас не хватает динамики и атлетизма, необходимых для того, чтобы набирать очки внутри дуги. Например, хотелось бы видеть поменьше трехочковых от Пи Джей Такера и побольше бросков с отклонением от Майкла Джордана, дримшэйков от Хакима и крюков от Абдул-Джаббара.

Все более однообразная эстетика все менее коррелирует с гениями, которые формируют стратегию игры, и все более с тем, что лига заснула за рулем, пока автобус медленно движется в однородный кювет бесконечных трехочковых. В 2019-м дальний бросок после передачи примерно так же уникален и вызывает такой же восторг, как игра под щитом в 1978-м. Те же самые факторы, которые вынуждали расширять трехсекундную в 50-5 и 60-е, должны стать импульсом для новых изменений: эстетика, тактическое разнообразие и развлекательный аспект.

Называйте меня старомодным, но мои любимые команды – это «Хит» и «Сперс» 2010-х. Для меня бесценно движение мяча и тактическое разнообразие финалов 2013-го и 2014-го. В тех сериях играли будущие члены Зала славы: Тони Паркер, Тим Данкан, Леброн Джеймс и Дуэйн Уэйд – феноменальные игроки, которые достигли высочайшего уровня и брали звание MVP финальных серий и при этом делали это без трехочковых. Их величие заявляло о себе внутри дуги. Те команды не то чтобы в каждой атаке пытались переправить мяч под щит. Мяч двигался с сумасшедшей скоростью, и в каждой команде имелись потрясающие специалисты по дальнобойной артиллерии Дэнни Грин, Шэйн Баттье и Майк Миллер. Те матчи получились шикарными.

Но вот вам парадоксальная мысль: если нам по душе то, как выглядит баскетбол в этом десятилетии, мы должны ратовать за такие изменения в правилах, которые бы замедлили или даже ограничили все увеличивающееся увлечение лиги трехочковыми.

Мы должны поддерживать такие изменения, которые бы развивали то разнообразие эстетики и атлетизма, которое лежало в основе баскетбола со времен Боба Кузи и Билла Расселла.

Но что можно изменить?

Каждый раз, когда НБА сталкивалась с эстетическим кризисом, она изменяла правила, чтобы скорректировать визуальную составляющую баскетбола. 

Баскетбол показывает себя с лучшей стороны, когда разные виды игроков могут проявить себя по-разному. С начала игры пять разных позиций появились органичным образом: разыгрывающие, атакующие защитники, легкие форварды, тяжелые форварды и центровые. Один из способов баскетбольного протекционизма – сохранить каждый из этих уникальных видов – создать сбалансированную версию баскетбола, в которой каждая из них будет важной по-своему.

В современной НБА такого видения нет. Центровые исчезают, крайние становятся мощными форвардами или, если точнее, растягивающими четвертыми, а игра под щитом, некогда доминирующая атакующая тактика, идет в том же направлении, что и MySpace. Среднестатистическая игра НБА состоит из 60 трехочковых (это число растет) и меньше 20 постапов (это число падает).

Так какие варианты у нас есть?

Перенести линию!

Лига повлияла на лучшие годы Майкана и Чемберлена значительным изменением свода правила, призванным ослабить их атакующую мощь. В обоих случаях лига пошла на изменения не только для того, чтобы уменьшить эффективность их игре в посте, но и для того, чтобы они реже атаковали. Изменения были связаны не только с доминированием, но и с эстетическими соображениями.

Если отталкиваться от этого, то лига должна попробовать трансформировать форму и локализацию трехочковой дуги.

Прежде всего, почему линия находится там же, где ее разместил Эйб Саперстейн в 1961-м, почти 60 лет тому назад? Тогда оттуда могли попасть лишь несколько игроков, сегодня – почти все.

Отодвинуть ее на 7,5 метра от кольца?

Самое простое изменение – это отодвинуть дугу.

На протяжении трех сезонов в 90-х лига в порядке эксперимента перенесла трехочковую линию ближе. К концу этого периода – к сезону-1996/97 – трехочковые составляли 21% попаданий с игры. В следующем сезоне лига вернула дугу на первоначальное место, на полметра назад, предположительно из-за того, что это число было слишком большим. Цифра упала до 16 процентов.

Мы также можем научиться у женской НБА. Лига отодвинула дугу на расстояние 0,5 метра, что соответствует дистанции, предусмотренной правилами ФИБА. Результаты последовали незамедлительно: в предыдущие два сезона 25,3% мячей с игры реализовывалось из-за дуги, лига целиком реализовывала 35,2% таких бросков. Когда дугу отодвинули, то эти цифры упали до 21,5% и 32,7% соответственно.

В обоих случаях это отразилось на эффективности и на частоте дальних попыток и таким образом вернуло акцент на двухочковые атаки. Если НБА передвинет дугу на 7,5 метра, то, вероятно, это повлечет аналогичные изменения. Во время регулярного сезона-2013/14 игроки НБА выбросили 52 тысячи трехочковых. Больше 25 тысяч – с расстояния дальше 7,5 метра. В целом такие броски реализовывались с точностью 34,5 процента, по сравнению с 38,4% с расстояния ближе 7,5 метра.

Как видно из этого графика, количество трехочковых пошло вниз только тогда, когда лига отодвинула дугу на первоначальную позицию. Вполне вероятно, что нечто подобное произойдет снова. Частота попыток пойдет вниз. Эффективность пойдет вниз. Ценность снайперов пойдет вниз. Двухочковые вновь будут значимы и тактически востребованы. Игроки поста вернут уважение.

Хорошо, что теперь мы можем использовать все эти примеры для того, чтобы спрогнозировать, как перемещение линии НБА на 7,5 метра повлияет на бросковое поведение в НБА. Плохо, что дистанция в 7,5 метра – это все равно субъективное решение. Почему 7,5? Почему не 7,5? Почему не 8?

Почему не отодвинуть дугу в соответствие с аналитическими данными, которые у нас имеются?     

Вот вам интересный факт: в среднем попытка с игры приносит почти ровно одно очко. Какое удивительное аналитическое совпадение!

Изобретение трехочковой дуги сделало цифру 33,33% магическим числом в НБА. Любой, кто может реализовать треть дальних попыток, в среднем за владение будет набирать одно очко. Это то же самое, что реализовывать половину двухочковых попыток. Но со временем снайперы прогрессировали и пришли к тому, чтобы реализовывать 36%, а лучшие из них регулярно кладут 40%. Это то же самое, что реализовывать 60% двухочковых.

Небольшое увеличение в эффективности и огромное увеличение в количестве игроков, которые могут выдавать эту эффективность при больших объемах – это два определяющих фактора новой эры.

Для конкретных игроков такие всплески эффективности могут показаться маленькими, но на уровне всей лиги они поражают воображение. Когда снайперы в целом кладут 36% трехочковых, отношение к таким броскам меняется. Было время, когда трехочковые не были наилучшей версией бросков для большинства игроков в лиге. Оно давно прошло. Теперь же у нас есть данные, помогающие с большой точностью определить, откуда конкретно снайперы атакуют лучше. И на основе таких данных и нужно определять дистанцию, на которую нужно передвинуть трехочковую линию. Нам нужно понять, откуда лига будет реализовывать ровно треть всех трехочковых попыток.

График помогает понять две ключевые идеи:

1.       Между дистанцией и процентом попадания есть корреляция, но она не так уж сильна, как вы могли подумать.

2.       По всей лиге самые близкие трехочковые – те, что из угла – реализуются с точностью до 40%. Учитывая, что двухочковые с расстояния дальше трех метров реализуются с точностью 40 процентов, то зачем вообще кому-то бросать двухочковый?

Но график не отвечает на ключевой вопрос: где должна находиться линия, чтобы трехочковые попытки залетали с 33,33%? Это сложный вопрос, но, изучив почти 70 тысяч трехочковых из сезона-2017/18 (из которых исключены броски со своей половины), можно сделать определенные прикидки. Снайперы НБА реализовывали 33,33% дальних попыток с расстояния 7,8 метра, то есть точно два фута от трехочковой дуги.

Так почему бы не переместить дугу на основе этого анализа?

Классно и то, что мы можем обновлять эти данные ежегодно. Квалификация снайперов меняется, и в соответствие с ней может передвигаться и дуга. Каждое лето мы будем изучать данные прошедшего сезона и соответствующим образом передвигать ее, ориентируясь на конкретные данные. Трехочковые всегда будут приносить одно очко за владение. У всех пострадает процент дальних попыток, но лучшие снайперы лиги будут все так же ценны, на самом деле, они будут гораздо ценнее.

И не бойтесь: Стеф Карри по-прежнему будет среди самых ценных игроков. В сезоне-2017/18 36 человек выполнили как минимум 100 трехочковых с 7,8 метра от кольца, но только один реализовал больше 40% - у Карри 43,6% из 172 трехочковых бросков, выполненных за гипотетической дугой.

Напротив, те, кто не слишком хорош, станут менее ценными при новой линии, и их способность «растягивать площадку» пострадает. Например, Эндрю Уиггинс в сезоне-2017/18 реализовал только 22,8% из 123 трехочковых за гипотетической дугой. Защитники не будут обращать на него внимания на такой дистанции.

Многие из самых активных снайперов сегодняшней лиги и так минимально эффективны, и если линию отодвинуть, то они и вовсе пойдут в минус. Число игроков, ориентирующихся на трехочковые, уменьшится, и лиге нужно будет внимательнее относиться к двухочковой зоне и тем, кто может приносить пользу оттуда. Ченнингу Фраю пришлось бы попотеть. Некоторые трехочковые специалисты потеряют игровое время, броски с отклонением вновь вошли бы в моду, возрос бы разброс в разных типах бросков. Многие трехочковые превратились бы в «плохие броски». И все это случилось бы благодаря аналитике – Мори бы укусила его же змея.

Убрать трехочковые из угла

Невероятное попадание Рэя Аллена в шестом матче финала-2013 – это, возможно, один из лучших бросков в истории лиги. Достаточно было сказано об этом броске и о том, как Рэй аккуратно отошел в любимое место, получил там передачу от Криса Боша и беспощадным движением сравнял счет. Но вот что интересно. Место, откуда Рэй совершил бросок – тот крошечный угол у лицевой – обычно считается «самым умным броском в игре». На самом же деле, это самый дурацкий бросок в игре.

С точки зрения аналитики трехочковый из угла не должен существовать. Он проистекает из ошибки, из, как кажется, совершенно незначительного положения, принятого в 1961-м и с тем пор влияющего на каждое владение в НБА. С какой стати вообще трехочковая дуга включает два выпрямленных фрагмента?

Длина трехочковой линии составляет 23,75 фута везде, и только в углах дуга распрямляется и остается на расстоянии 22 футов от кольца. Исходя из этой разметки, некоторые броски с 23 футов приносят два очка, в то время как другие – приносят три очка. Со всех ракурсов броски с дистанции 22,1 фута дают два очка, но рядом с лицевой, по какой-то непонятной причине, они дают три. Не нужно быть Билли Бином, чтобы понять, что это не имеет никакого смысла.

Ширина площадки – 50 футов. Место в углах смоделировано так, чтобы оставить три фута пространства для снайперов. В конце концов, ребята из НБА – великаны с огромными ногами, и им требуется время, чтобы поймать мяч и совершить бросок. Если бы дуга была расположена на 23,75 фута на всех уровнях, то бросающим осталось бы 15 дюймов, это явно недостаточно для тапок Мэтта Боннера.     

Хотя трехочковые из угла составляют лишь 10 процентов бросков, они влияют почти на каждое владение. Как будто минимальное решение – сократить дугу в углах – полностью изменило эстетику НБА. Не только команды и игроки постоянно используют это место для бросков, но еще и используют пространство для того, чтобы растягивать защиту. «Растягивать защиту» теперь подразумевает, что игрок топчется вдали от кольца на одном месте. Он не делает ничего, но при этом эта его функция невероятно ценна. По большей части 20-40 процентов атакующих игроков в НБА занимаются лишь тем, что прохлаждаются в углах. И при этом оказывают огромное влияние на игру – они притягивают к себе защитников и не дают тем возможности для подстраховки.

Уже не в первый раз в истории почти неподвижные игроки влияют на эстетику игру.

До принятия правила Майкана игроки толкались вблизи от кольца, где защитники и атакующие игроки боролись за место и не собирались никуда уходить. Изменения в правилах вроде трех секунд и незаконные защиты были придуманы специально, чтобы заставить баскетболистов двигаться и покинуть излюбленные точки. Сегодня в эпоху трехочкового баскетбола излюбленные точки переместились на дугу. Но почему-то никого это не заботит. Лига беспощадно боролась со стоянием внутри, но совершенно не обращает внимания на стояние в углах.

Это еще один пример того, как жестко лига ставила себя по отношению к «большим» и как легкомысленно относится к их маленьким коллегам.

Стоячие шутеры в углах по сути превращают многие владения НБА в игру три на три. Игроки в углах и их опекуны превращаются в статистов – если, конечно, кто-нибудь из защитников не пробует уйти на подстраховку против проходящего. В этом случае трехочковый из угла прилетает после прохода и скидки.

Но интересно ли это? Хоть кто-то приходит на матчи НБА, чтобы посмотреть на то, как люди стоят в углах площадки?

Один из простых способов привнести больше движения в баскетбол и вдохнуть жизнь в двухочковую игру – это сделать так, чтобы пацанчики поменьше тусили у лицевой. Если отодвинуть дугу на 23,75 фута, это не полностью уничтожит трехочковые из углов, но, по крайней мере, это закроет пробел в баскетбольных правилах. Между 2013/14 и 2015/16 в НБА выбросили 44 тысячи трехочковых из угла, это 7,3% от всех бросков. В целом они реализовывались с 39 процентами точности и приносили 1,16 очка за бросок, это очень высокая эффективность для броска.

При этом из областей в углах, где дуга не распрямляется – на дистанции в 23,75 фута от кольца – реализовывались 36,79% от всех попыток. Это полностью соответствует бросковой эффективности из других областей за дугой.

При этом большая часть трехочковых из угла пришлась на укороченные участки – 91,4 от всех трехочковых из угла.

Так что случится, если убрать лазейку?

1.       Снайперам будет сложнее, и это побудит их больше двигаться, а не стоять в углу. Дистанция 23,75 фута на всей дуге вполне уместиться в рамки современной площадки, но оставит мало места для совершения броска. Так как у этих парней огромные ноги, им будет неудобно бросать из этой области – и они будут уходить туда, где им будет проще найти необходимый баланс, время и возможность для броска.

2.       Трехочковых из угла станет меньше. Хуже всего будут постоянные вопросы: был ли заступ или нет? Это приведет к еще большему числу утомительных повторов, что никому не понравится. В итоге площадку могут расширить – с 50 до 54 футов – но это станет головной болью для каждой арены, так как потребует изменить размещение первых рядов.

3.       Эффективность трехочковых из угла уменьшится.

Ввести специальные линии

Предупреждаю: это одна из самых дурацких идей, которые я когда-либо предлагал. Но некоторые сказали мне, что она великолепна.

Что, если каждая команда будет размещать трехочковую линию там, где она захочет?

С самого рождения баскетбола площадки во всех местах имели одинаковые размеры. Эта регулярность – то, что отличает баскетбол от бейсбола и футбола, имеющих отличающуюся разметку на разных аренах.

А теперь представьте, что было бы, если разные команды НБА могли бы по-разному размешать трехочковую дугу? И ориентироваться на сильные и слабые стороны своего состава?

Можно было бы представить, что «Голден Стэйт» передвинул дугу ближе, чтобы попадать больше трехочковых. При этом все их снайперы прекрасно себя чувствуют далеко от кольца: Карри, Дюрэнт и Томпсон спокойно попадают и с 7 метров. Если бы они переместили линию туда, то таким бы образом вынудили соперника играть в некомфортных для себя условиях.

Другие команды могли бы менять конфигурацию дуги и тем самым путать оппонента.

А что, если какая-то команда и вовсе хочет убрать трехочковые со своего паркета?

Это подошло бы команде с доминирующим центровым вроде Хассана Уайтсайда, команде вроде «Майами». Без трехочковой соперник должен был бы переиграть «Хит» под кольцом.

Разрешить сбивать мяч при трехочковых

Это может показаться безумием – возможно, так оно и есть – но изначально в баскетболе можно было сбивать мячи при бросках. Из-за того, что Джордж Майкан делал это слишком хорошо и стал лучшим защитником, лига вела поправку в правилах и нанесла самый сильный удар по центровым. Но безумие – это и само добавление трехочкового. Если разрешить сбивать мяч при дальних попытках, мы поможем центровым и вдохнем жизнь в двухочковые атаки.

Это будет так же, как делал Кевин Гарнетт, который сбивал мячи после свистка, но только непосредственно во время игры. Каждый раз, когда кто-то будет выбрасывать дальний, под кольцом парни будут бороться не только за позицию для подбора, но и позицию для блока. Станет гораздо тяжелее совершать открытые трехочковые. Снайперам вроде Корвера или Аризы придется не просто пулять по кольцу, но еще и принимать в расчет, могут ли их броски блокироваться центровым под кольцом.

Можно представить, как Джефф Ван Ганди восклицает: «О чем вообще думал Ариза? Он выбросил мяч тогда, когда Руди Гобер занял позицию рядом с кольцом!»

Центровые вновь приобретут ценность, а игра маленькой пятеркой потеряет смысл, так как снайперы уже не смогут быть столь же эффективными. Баскетбол станет более атлетичным, больше будет борьбы у кольца.

Возможность смахивать дальние попытки добавит напряженности: все будут не только следить за параболой трехочкового, но и одновременно за тем, что делают «большие» игроки вблизи кольца.

Кроме того, это восстановит ценность средних бросков: там игроки смогут совершать броски и не беспокоится о том, что какой-нибудь монстр смахнет их в последний момент. Так длинные двухочковые уже не будут самыми плохими попытками на площадке, вернется значимость игроков поста, тех, кто умеет совершать попытки с отклонением…

Изменить двухочковую зону

Теперь, когда треть бросков НБА – это трехочковые и эта тенденция только усиливается, возможно, стоит пересмотреть правила, которые были призваны ограничить игру Майкана и Чемберлена? В конце концов, команды больше не грузят мяч под кольцо.

Что, если мы снова преобразуем трехсекундную зону в «ключ», вернем ей изначальную форму?

Многие болельщики охотнее воспринимают изменения в правилах, когда речь идет о возвращении к истокам игры. Если мы сделаем «краску» уже, то это может дать импульс для большего задействования «больших» в освободившемся пространстве.

Во-первых, это очевидным образом даст атакующим «большим» больше возможностей на дистанции в нескольких футах от кольца, забивать им станет проще.

Во-вторых, командам потребуется уделять больше внимания защите под кольцом.

Сейчас ширина трехсекундной составляет 16 футов. Что если уменьшить ее до 6 или 12 футов? Вспомните, что ее увеличили из-за того, что Уилт уничтожал всех под щитом. Но теперь никаких Уилтов не осталось. Мы их законодательно упразднили.

Теперь легко найти Стефов и Клэев, Харденов и Уэстбруков, но нету Уилтов, Шаков, Майканов или Каримов. Черт, уже нету даже Макхэйлов. Вместо этого доминирующими защитниками становятся люди вроде Дрэймонда Грина.

Пересмотреть правила контакта

Еще одна причина, по которой Дрэймонд так эффективен при защите против «больших» – это странные правила фиксации контакта. «Большие», атакующие внутри, пропадают из игры, потому что их ремесло «неэффективно» по сравнению с ремеслом тех, кто бросает издали. Двухочковые попытки не заходят достаточно часто. Но почему?

Любой вам скажет, что чем ближе к кольцу, тем проще в него попасть. Но в НБА соотношения между эффективностью и расстоянием не так просты. Во-первых, из-за трехочковой дуги, благодаря которой попытки с 7 метров дают на очко больше, чем попытки с 4 метров. Во-вторых, из-за защитников, которые влияют на атакующие качества игрока, совершающего бросок.

Хотя это очевидно, есть еще и «в-третьих». Защитники могут защищаться жестче. Любой, кто видел Шака или Данкана в финальных матчах, знает, что их пихали, цепляли за майки, били локтями.

«Голден Стэйт» во многом превратились в «джагернаут», который опередил всех на «световые годы», во многом из-за того, что Дрэймонду Грину в прямом смысле разрешалось «держать своего соперника», в смысле держать его руками, хватать за майку, отпихивать. Грину разрешается защищаться против Адамса, Дэвиса, Дуайта Ховарда так, как классическим центровым не разрешается играть против самого Грина. Не говоря уже о его маленьких партнерах.

Правила НБА таковы, что защитникам под кольцом позволяется гораздо больше. Можно цеплять и пихать Шака, но судья ничего не видит. Но если дотронуться пальцем до Стефа, это будет стоить сопернику трех штрафных – а это, кстати говоря, самое существенное наказание в игре. Каждый раз, когда Стеф или Харден могут выйти на линию для трех бросков, это дает больше двух очков за владение. Шак мог бы поставить через Дрэймонда и сокрушить щит. Но это все рано только два очка.

Что, если бы лига была более последовательна в судействе по всей площадке? На данный момент получается так, что разность определения контакта в разных местах площадки – это еще один импульс для неуклонного роста трехочковых.

***

Введение трехочковой линии – это не просто самое большое изменение в истории баскетбола, это просто самое успешное изменение в правилах, в том числе разрешение контакта внутри, правило трех секунд и расширение трехсекундной – благодаря которым «большие» утратили преимущество. Они все были действенны. Но трехочковая продолжает быть все более эффективной с каждым новым сезоном. Мы идем к лиге, в которой каждый должен уметь попадать трехочковый, мы также идем к лиге, где не будет «больших», которые не умеют этого делать.

Но это не обязательно.

И вот вам мысль.

Что, если мы используем те же аналитические методы, что создали современный баскетбол, для того, чтобы оптимизировать правила и разметку площадки?

Баскетбол – это лучший вид спорта по множеству причин. Одна из них: баскетбол демонстрирует регулярные вспышки атлетического совершенства, которые могут принимать самые разные формы. Спросите любого, кто видел игру Мэджика, Джордана, Леброна или Дюрэнта. Наверняка, хотя бы раз они вас удивляли. Еще больше вероятность того, что такие потрясающие эпизоды не включали трехочковый после получения. Давайте будем откровенны: трехочковые – это не лучшая часть баскетбол. По сравнению со слепыми передачами, данками через семифутеров или мячами после немыслимых бросков с отклонением трехочковые – это скучновато.

Баскетбол особенно хорош, когда разноплановые игроки – игроки различных размеров и различных специализаций – дополняют друг друга и приводят нас в восторг слаженностью действия. Но эра трехочковых грозит монотонностью. Лучшая из лиг мира идет к тому, что одна вариация атаки и один вид набора очков становятся превалирующими. Вне всякого сомнения, трехочковые могут давать сильные эмоции. Но в какой момент их станет слишком много?

«Рокетс» в сезоне-2017/18 стали первой командой в истории, которая больше половины своих бросков совершила из-за дуги. Многим кажется, что это не очень хорошо. Возможно, это и гениальная стратегия, но я лучше бы посмотрел на то, как жирная задница Баркли пихается под щитом, чем на то, как Эрик Гордон долго стоит на дуге, а потом запускает оттуда дальнюю попытку. Последнее – ровно то, чему способствуют и нынешняя разметка и нынешние правила. Больше Андерсонов, меньше Баркли. «Рокетс» не убивают баскетбол, это просто наиболее умный и наиболее очевидный пример того, как команда эксплуатирует те преимущества, которые дают ей правила.

Больше нельзя быть Чарльзом Баркли. Больше нельзя быть Макхэйлом. Или Мэлоуном. Нельзя быть Каримом.

Если бы Джордан был задрафтован в 2019-м, он бы по больше части искал возможности для бросков с периметра, а не ставил сверху через чудаков самых разных размеров. Все, кому повезло вырасти в эру Джордана, до сих пор считают, что он лучший игрок всех времен. Он был не просто моим любимым баскетболистом, он был моим любимым телевизионным шоу. Его выступления нельзя было пропускать. Он был самой популярной звездой в Америке. Но два главных броска его карьеры – тот, который принес победу над «Джаз», и тот, который принес победу над Джорджтауном – это ровно те попытки со средней дистанции, что в современном баскетболе считаются идиотскими. На самом деле, сейчас весь арсенал бросков с отклонением и бросков со средней, что так обожал Джордан, назвали бы «плохими бросками». Для целого поколения мальчишек эстетика Джордана определила величие баскетбола и заразила их любовью к этому спорту. «Его Воздушество» вывел лигу на иной уровень тем, как взлетал по направлению к кольцу. И мы все хотели «быть как Майк».

На протяжении 15 сезонов в НБА Джордан в среднем совершал 1,7 трехочкового за матч и при этом 21,2 двухочкового. Несмотря на то, что он был атакующим защитником, Джордан пришел к величию благодаря тому, что врывался в самую гущу и атаковал оттуда, а не ковырялся на периметре. К сезону-2017/18 атакующие защитники в НБА больше 40 процентов попыток совершают из-за дуги. Даже когда Джордан сдавал физически и число данков уменьшилось, он все равно забивал благодаря атлетизму и работе ног, строил игру за счет средних бросков, многие из которых совершались из усов. В сезоне-2017/18 никто из атакующих защитников не умеет так делать, даже если бы у них возникло такое желание. Стеф Карри и Джеймс Харден в большинстве матчей выбрасывают больше трехочковых, нежели двухочковых. Они проводят мало времени в двухочковой зоне и еще меньше атакуют оттуда. Если вы посмотрите на то, сколько очков они набирают, и решите, что эти парни играют на одном уровне с Джорданом, то помните, что это просто проистекает из того, что три больше, чем два. Джордан бесчисленное количество раз набирал 30 и 40 очков за матч и при этом не попадал ни одного дальнего броска. С позиции защитника. Сейчас никто так не делает, ни с какой позиции.

Другими словами больше нельзя «быть как Майк». Разве что можно быть как Майк Миллер.

Фото: Gettyimages.ru/Ezra Shaw, Tim Warner

развернуть

Беспощаден к себе.

В 2013-м режиссер Дэмьен Шазелл выпустил главный фильм своей жизни – драму «Одержимость».

Сюжет построен вокруг юного барабанщика Эндрю, который мечтает стать великим музыкантом. Эндрю попадает в ансамбль к гениальному дирижеру, а тот истязает его нереалистичными требованиями, стремясь превратить пацана в нового Бадди Рича. В одной из сцен дирижер заставил нескольких барабанщиков конкурировать между собой и несколько часов подряд отыгрывать одинаковый фрагмент. Цель – добиться безупречного исполнения. Эндрю победил, но его руки оказались вымазаны в крови из-за глубоких мозолей.

Главная идея фильма сформулирована в диалоге Эндрю и дирижера.

– Убеждаюсь все больше, нет в нашем языке слова вреднее и опаснее, чем «молодец».

– А где же грань? Может, вы перестараетесь, и тогда новый Чарли Паркер сломается и не станет Чарли Паркером?

– Нет, что ты, нет! Настоящий Чарли Паркер никогда не сломается!

Неудивительно, что нарратив о бесконечных самоистязаниях ради совершенства оказался близок многим спортсменам: в любви к «Одержимости» признавались разыгрывающий «Бруклина» Кайри Ирвинг, футболисты Маркус Рэшфорд и Джейдон Санчо.

Наверняка они представляли себя в роли Эндрю. Но только единицы играли эту роль в реальной жизни.

***

В феврале Роналду исполнится 35. В этом возрасте Рауль играл в Катаре, Это’о скучал в турецком «Антальяспоре», а Роналдиньо навсегда переехал на бразильский пляж (и только Ибра вечен). Криштиану рушит наши представления о физиологии и обещает играть до 41 года.

Мы уже много читали о суперпрофессионализме Роналду: строгая диета, изнуряющие домашние тренировки и все такое. Программы тренировок португальца давно лежат в сети, но вряд ли помогут: Криштиану стал таким благодаря маниакальному, почти нездоровому профессионализму.

Мы нашли несколько новых историй про одержимость Роналду.

Криштиану помешан на самопрокачке. В «Спортинге» нарывался на штраф за ночные тренировки, в «МЮ» приезжал на базу в 6 утра и нанял личного повара

Криштиану оказался в «Спортинге» в 12 лет – парень порвал на просмотре более старших ребят и застолбил место в академии. Кажется, что 12-14 лет – тот возраст, когда у подростка полно заманчивых развлечений. Роналду тоже нарушал режим, но делал это по-своему.

Детский тренер Роналду Луиш Мартинш любит вспоминать, как накануне матчей мелкий Роналду проникал в тренажерный зал и устраивал дополнительные тренировки. Ночной воркаут продолжался несколько месяцев, пока Криштиану не засек охранник. Пацан нарвался на выговор и даже штраф (деньги вычли из стипендии), но все равно бегал в зал. Тогда Мартинш пригрозил, что посадит Криша в запас – наверное, только такая угроза могла испугать Роналду.

Ночные тренировки прекратились, но в разрешенное время Роналду зависал в тренажерном зале намного чаще других детей. Друг Криштиану по академии «Спортинга» Хесус Гонсалес подвозил Криштиану до общаги и жаловался, что его тренировки постоянно затягиваются:

«Мне приходилось долго ждать его — он никогда не хотел уходить. Приходилось стучать в окно тренажерного зала и уговаривать его: «Криш, пошли уже, поздно!»

Несмотря на все усилия, Криштиану оставался тощим, поэтому после перехода в «МЮ» он снова взялся за мускулатуру. Роналду буквально прописался в тренажерном зале: помимо обязательных визитов в качалку три раза в неделю португалец занимался с тренером по физподготовке Майком Клеггом ежедневно до тренировки (активировал все группы мышц) и после (закачивал ноги).

«Криштиану был лучшим из тех, с кем я работал, – восхищался Клегг. – Он вышел на новый уровень и трудился с потрясающей самоотдачей. Его жизнь состояла только из футбола. Он купил дом с бассейном – уверен, чтобы больше тренироваться».

За все годы в «МЮ» никому не удавалось приехать на базу раньше португальца. «Если тренировка начиналась в 9 часов, то можно было приехать к 8 часам и увидеть там Криштиану, – вспоминает Тевес. – Тогда ты пробовал приехать к 7:30 – и он уже был там. Однажды я сделал все, чтобы оказаться в зале раньше него, и приехал в 6:30. Но Роналду был там. Он все еще был сонным, но уже находился в зале».

Криштиану быстро сообразил, что рост мышечных волокон напрямую связан с питанием, и первым в «Юнайтед» нанял диетолога, повара и врача. Они периодически жили в манчестерском особняке Роналду. Вот как это описывает Рио Фердинанд, который арендовал соседний дом: «Это было похоже на карнавал. Люди ходили по дому туда-сюда, все чем-то заняты, и непонятно, что происходит». Наверняка похожая атмосфера царила дома у Неймара: только он платит друзьям, чтобы они жили с ним и веселились, а Роналду платил исключительно за работу.

Неудивительно, что весной 2018-го исследования показали: по всем биологическим параметрам у Роналду тело 23-летнего человека. Например, жировая прослойка в организме составляет всего 7% (идеалом считаются 9-10%), а мышечная масса составляет 50% от общей массы тела (в среднем у игроков этот показатель – 46%).

В «МЮ» Роналду тайно упражнялся на бугристом поле в лесу и ежедневно отрабатывал штрафные с Ван Дер Саром (резервных киперов отвергал)

Криштиану не только качался, но и факультативно вкалывал на тренировках с мячом.

Оглушительный удар – одно из главных оружий Роналду, за карьеру он забил издалека 46 голов. Этот удар – не природный дар, он оттачивался в изнурительной работе.

Чтобы отработать удар, Криштиану каждый день оставался после тренировки и без конца колотил по воротам. Вскоре Роналду сообразил, что забивать картонным киперам не очень эффективно, и уговорил Ван Дер Сара ассистировать ему. От резервных голкиперов Роналду отказывался: «Я хочу тренироваться только с лучшими, чтобы стать лучшим».

Природа подарила Криштиану пластичный дриблинг, но португалец постоянно стремился улучшить технику. Физиотерапевт «МЮ» Вальтер Ди Сальвио раскрыл испанскому AS секретную историю Криштиану. После завершения обычной командной тренировки Роналду подхватывал мяч и в одиночестве шел на окраину базы в Каррингтоне отрабатывать дриблинг. Сложность в том, что этот участок поля постепенно превращается в лес – земля там бугристая, неровная, с корнями деревьев. Но Криштиану хотел оттачивать скиллы в максимально сложных условиях. 20 минут экстремальной тренировки в лесу – и уставший Роналду шел в зал, где его уже ждал Клегг. Обычно к этому моменту партнеры успевали разъехаться по домам.

Любопытно, что первые годы в «МЮ» Роналду молча вкалывал, партнеры не догадывались о дополнительных тренировках (помимо Ван Дер Сара). И только когда прогресс конвертировался в десятки голов, португалец все рассказал.

Криштиану надоедал с тренировками даже одноклубникам: в 2006-м Патрис Эвра пришел в гости к Роналду, и вместо ужина получил дополнительную тренировку

Иногда одержимость Криштиану шокировала новичков «Юнайтед».

В 2006-м Роналду пригласил на ужин Патриса Эвра, который только что перешел из «Монако». В тот день Патрис специально не обедал, рассчитывая на сытный ужин с блюдами из португальской кухни. Но он еще не знал о специфических вкусах Роналду. «На кухне нас ждали только салат, немного курицы и вода. Я думал, что будет что-то еще. Но нет. Ни мяса, ни сока», – вспоминал Эвра.

После ужина Криштиану достал мяч и начал рубиться с Патрисом один на один сначала дома, а затем во дворе (там у португальца установлена миниатюрная копия футбольного поля с воротами и разметкой). Роналду быстро стало скучно, поэтому он усложнил правила и потребовал у Эвра играть в два касания. После часа беспощадной игры (Криш рубился всерьез и расстраивался, когда что-то не получалось) Патрису пришлось пойти в баню и сауну – так Криштиану восстанавливается после тренировок. Кажется, француз чуть иначе представлял себе этот вечер:

«Я бы порекомендовал всем: когда Криштиану приглашает вас в гости, не ходите. Просто скажите нет, потому что этот парень – машина, он не хочет прекращать тренировки».

Эту историю Эвра рассказал в 2018-м в подкасте для ITV. В том же выпуске француз вспомнил еще один пример одержимости Криштиану:

«Однажды Рио Фердинанд обыграл Роналду в настольный теннис. Мы все шумели, а Криштиану сильно расстраивался. Затем он послал брата купить стол для настольного тенниса. Криш тренировался две недели, а затем обыграл Фердинанда у всех на глазах. В этом весь Криштиану Роналду».

Криштиану зациклен на внешности: он постоянно любуется собой в зеркале и говорил, что красивее Месси

Мы знаем, что Криштиану любит себя чуть больше, чем принято. Но повышенный эгоцентризм – темная сторона постоянной работы над собой. Поэтому самолюбование – такая же важная черта Роналду-игрока, как бешеный профессионализм. Возможно, именно потребность наслаждаться собой толкает Роналду на бесконечную состязание с физиологией и Месси.

О том, что Роналду любит подолгу рассматривать себя в зеркале, рассказывали Фердинанд, Форлан, Ван Нистелрой, Руни и даже сэр Алекс. Не самая вредная привычка, но иногда нарциссизм Роналду разбухает и становится тревожным.

Питер Крауч в свежей биографии пересказал байку от Рио Фердинанда о том, как игроки «Юнайтед» зашли в раздевалку и обнаружили Криштиану в пикантном положении.

«Роналду был абсолютно голым, – пишет Крауч. – Он стоял перед зеркалом в полный рост, гладил волосы и говорил: «Какой я красивый!». Партнеры начали троллить португальца и сказали, что Месси круче, чем он. Криштиану пожал плечами и ответил: «Да. Но Месси не выглядит так, как я».

В 2014-м сборная Португалии приехала в Бразилию на чемпионат мира, и в список требований Роналду помимо четырех телохранителей и отдельных номеров для его кухонно-физкультурной свиты проник необычный пункт – зеркало с подогревом (чтобы поверхность не потускнела).

Вдоль подтрибунного тоннеля на «Олд Траффорд» установлены зеркала. В автобиографии Уэйн Руни вспоминал, что пока перед матчем команды ожидали разрешения выйти поле, Роналду не упускал возможности еще разок полюбоваться собой (надеемся, что хотя бы зеркала установили не по просьбе португальца).

Неудивительно, что многих в «Юнайтед» раздражало самолюбование Роналду. «В раздевалке Криштиану был эгоистом, – вспоминает Форлан. – Он постоянно занимал место около зеркала. Он даже переодевался перед зеркалом. Мне кажется, он мог бы смотреть на себя целый день».

Роналду превратил восстановление в целую науку: после матчей «Реала» он до трех ночи проходил процедуры на базе

В «Манчестере» Роналду посвящал все время подготовке к матчам. В «Реале» он осознал важность восстановления.

Однажды Марсело признался, что после игр «Реала» сразу едет домой, съедает целиком пиццу, занимается сексом с женой и спит до полудня. Во времена «Реала» Криштиану дома ждала Ирина Шейк, но после матчей он на несколько часов задерживался на базе ради восстановительных процедур.

Сначала он принимает контрастные ванны: пять минут в горячей воде (38-44 градуса), затем три минуты в холодной – и так несколько кругов в течение 30 минут. Такие ванны усиливают кровоток в местах повреждения или напряжения. Затем Криштиану 20 минут плавает в бассейне – обычно заплывы происходят в полной тишине, чтобы португалец расслабился и очистил разум. Дальше Криштиану отправляется в спа-комнату, где 10 минут стоит под струей воды под высоким давлением (гидротерапия восстанавливает поврежденные мышцы).

Если матч заканчивался поздно, то процедуры затягивались до утра. Тренер «Реала» Пол Клемент рассказывал об очень показательном эпизоде: однажды «Реал» вернулся  из Турции в три утра после матча Лиги чемпионов, игроки моментально разобрали машины и поехали по домам отсыпаться, и только Роналду побежал принимать любимую ледяную ванну.

Иногда приходится жертвовать отдыхом и ночами с Шейк, но именно так Криштиану продлил карьеру до нереальных цифр.

В «Юве» Криштиану не изменился: в прошлом сезоне он остался в запасе на матч с «Аталантой» и после игры поехал на тренировку (в 11 вечера)

Ок-ок, самая последняя история про одержимость тренировками. 

Сейчас Роналду почти 35 лет, он суперзвезда с идеальным телом модели нижнего белья. Криштиану доволен? Криштиану продолжает вкалывать на тренировках.

В декабре экс-партнер Криша по «Юве» Медхи Бенатия (сейчас играет за катарский «Аль-Духайль») вспомнил забавную историю:

«В матче против «Аталанты» мы с Криштиану остались в запасе – нам предстояла игра через три дня, и тренер позволил отдохнуть. Когда мы возвращались на автобусе из Бергамо, я получил сообщение от Криштиану: «Что ты собираешься делать, когда мы приедем?». Я ответил, что уже 11 вечера, и я поеду домой смотреть телевизор. Роналду написал новое сообщение: «Хочешь немного позаниматься в тренажерном зале? Я даже не вспотел сегодня, а мне это нужно. Присоединишься?»

В своей истории Бенатия кое-что перепутал: он действительно провел в запасе весь матч, а португалец все же появился на поле на 65-й минуте и забил.

Неизвестно, поддался ли Бенатия уговорам Рона, но точно оказался потрясен одержимостью португальца.

«В тот момент я осознал, что Криштиану ненормальный, – сказал Бенатия AS. – Когда вы работаете вместе, то видите, как он жертвует своей жизнью ради футбола. И уважаете его еще больше».

***

В 14 лет у Роналду обнаружили серьезные проблемы с сердцем. Он на два месяца поставил футбол на паузу и не знал, сможет ли играть дальше. Небольшая операция (пацана даже не резали – помог лазер) вернула здоровье, но Криштиану навсегда запомнил, что мечта в любой момент может ускользнуть.

В 17 лет Роналду ворвался в основную команду «Спортинга», получил признание, но не любовь: из зеркала на него по-прежнему смотрел парень с прыщами и неправильным прикусом, который некрасиво обнажает передние зубы. Исправить внешность получилось только через несколько лет, когда футбол принес первые серьезные деньги.

Конечно, мы вряд ли когда-нибудь сможем проникнуть в голову к Роналду, но легко предположить, что в нем по-прежнему живы демоны прошлого – комплексы и страхи, – и они подогревают одержимость самосовершенствованием.

Наверное, если Дэмьен Шазелл захочет срежиссировать продолжение «Одержимости», то самым сложным будет уговорить Роналду.

Фото: Gettyimages.ru/Denis Doyle; imdb.com; REUTERS/Action Images/Carl Recine; instagram.com/instagram.com/cristiano

развернуть

Привет, друзья! За несколько часов до 2020 года мы собрали традиционную (и самую важную) статистику про 2019-й – о вас и вашей активности на сайте и в мобильных приложениях Sports.ru. Самые обсуждаемые спортсмены, самые популярные комментарии и самые посещаемые минуты года – кажется, вы будете собой гордиться не меньше, чем мы вами.

 

 

 

 

 

 

 

Спасибо, что растете вместе с нами и помогаете нам развиваться. Обязательно возвращайтесь в 2020-м – а можно вообще никуда не уходить и встретить Новый год вместе. Ура.

развернуть

От редакции: это пользовательский пост блога «Стрингер». Поддержите автора плюсами и комментариями!

В ночь на понедельник «Монтеррей» впервые с 2010 года выиграл чемпионат Мексики. В финале плей-офф клуб обыграл «Америку» 4:2 в серии пенальти (общий счет двух матчей – 3:3).

После победного пенальти игроки «Монтеррея» побежали радоваться, но главный тренер Антонио Мохамед остался на скамейке и разрыдался, сжимая в руках молитвенные бусы. Он выполнил главное обещание в своей жизни.

В молодости Антонио был нападающим и поиграл за десять клубов в родной Аргентине и Мексике. В «Монтеррее» Мохамед провел всего два года (1998-2000), но за это время клуб полюбил его сын Фарид.

Мохамед пообещал Фариду, что однажды вернется в «Монтеррей» и выиграет титул. Но в 2006-м случилась трагедия: Фарид погиб в автомобильной катастрофе. Мохамед также пострадал и мог лишиться ноги.

Трагедия произошла в Германии, где в то время проходил чемпионат мира. Фарид умолял отца погнать в дальнюю поездку на турнир – чтобы посмотреть на сборную Аргентины. Мохамед не смог отказать.

На шоссе между Дрезденом и Франкфуртом встречная машина вылетела на полосу, по которой ехал автомобиль Антонио и Фарида. Произошло столкновение.

Трагедия сильно ударила по семье Мохамеда. Начались постоянные ссоры с женой, в медиа сообщалось, что семья распалась. Мохамед до сих пор безумно переживает о случившемся и панически старается ни на минуту не оставаться один.

Все свободное от тренировок время Антонио проводит с игроками, чтобы лучше их узнать и заполнить пустоту. Мохамед уверен, что футболисты могут показывать результаты даже без фантастических природных данных, ведь, по его мнению, главное – это усердная работа и целеустремленность.

Усердная работа принесла результат. Антонио выполнил обещание, данное более 13 лет назад.

В 2012-м и 2014-м Мохамед дважды выиграл мексиканскую клаусуру с «Тихуаной» и «Америкой», а в 2015-м вернулся в «Монтеррей». С первого захода выполнить обещание не удалось: за три года он дважды выводил команду в финал чемпионата, но оба раза проиграл и уехал в испанскую «Сельту». В октябре 2019-го Мохамед вернулся в «Монтеррей» закончить дело. 

Сначала он повез команду на клубный чемпионат мира – выбил катарский «Аль Садд», но проиграл в полуфинале «Ливерпулю». Именно Мохамеда по ходу матча смешно передразнивал Клопп.

Главной и более реальной целью для «Монтеррея» был чемпионат. Перед ответным финальным матчем Мохамед не давал комментариев. В воскресенье его видели молящимся в главном храме Мексики – базилике Божьей Матери Гваделупской.

Для Мохамеда это был главный матч в жизни. И он его выиграл.

Хотите еще больше крутых материалов? Подписывайтесь на мои:

Telegram  (только лучшие футбольные видео, арты и фотографии)

YouTube   (отличные футбольные видосы)

Фото: Gettyimages.ru/Hector Vivas

развернуть