Спортивный арбитражный суд оправдал Легкова, Третьякова и других звезд.

Сегодня случилось неожиданное, но приятное:

Спортивный арбитражный суд (CAS) удовлетворил апелляции 28 российских спортсменов и аннулировал их пожизненное отстранение от Олимпиад. Мотивировочной части решения пока нет. Она появится позже. И, конечно, любопытно узнать подробности.

Пока лишь известно, что:

а) арбитраж был открыт индивидуально для каждого спортсмена

б) в состав панели CAS вошли профессор Кристоф Феддер (Германия), профессор Михаэль Гайстлингер (Австрия), доктор Дирк-Райнер Мартенс (Германия), доктор Хамид Гарави (Франция/Иран).

в) судебные дела проводились в ускоренном режиме, все слушания прошли с 22 по 27 января в Женеве. На них присутствовали все спортсмены, за исключением двоих. CAS также опросил доктор Григорий Родченков и профессор Ричард Макларен.

• Результаты Легкова, Третьякова, Крюкова и других героев Сочи-2014 будут восстановлены, все они имеют право в будущем выступать на Олимпийских играх. Им будут возвращены олимпийские медали.

Почему же чистые и оправданные спортсмены вряд ли поедут в Корею? Дело в том, что русские квоты уже были распределены другим странам. МОК также может сослаться на то, что все сроки олимпийских заявок прошли (дедлайн – 28 января). Впрочем, организаторы Игр-2018 подчеркивали, что готовы допустить русских звезд на старт даже без квот.

Но приглашения олимпийцам, пока временно отстранен ОКР, выдает именно МОК, который до сих пор считает наших спортсменов «сомнительными».

• МОК уже прокомментировал решение CAS: чиновники выразили разочарование оправдательным вердиктом суда, а также заявили о намерении обратиться в Федеральный суд Швейцарии после получения мотивировочной части.

Впрочем, вердикт CAS в спортивном праве считается безальтернативным.

В 11 случаях, однако, было установлено, что собранных доказательств достаточно для установления нарушения антидопинговых правил. Решения МОК в этих вопросах подтверждены, за одним исключением: спортсмены объявлены не имеющими права на участие в Играх-2018 вместо пожизненного олимпийского запрета.


 
• Не все медали Сочи, увы, с нами. У России отняли два золота в бобслее из-за проблем у Зубкова и Воеводы. Две бронзы могло перейти к экипажу Касьянова, но его результаты тоже аннулированы.

Таким образом, на сегодня точно пострадали только две сочинские медали. Обе золотые. Россия по-прежнему будет считаться победителем домашней Олимпиады:

• Еще два серебра в биатлоне под вопросом – дела Вилухиной, Зайцевой и Романовой будут рассмотрены CAS после Олимпиады-2018

• Естественно, возникает логичный вопрос: если были оправданы 28 из 39 олимпийцев, почему мы едем в Корею не под своим, а под нейтральным флагом? Пока это вопрос без ответа, хотя 11 допинг-случаев от одной страны – это все равно много. Но выводы комиссий Освальда и Шмида уже как минимум признаны спорными и неполными (по части доказательной базы), а штраф в 15 миллионов долларов и временное отстранение Олимпийского комитета России – тоже вопросы, которые необходимо проговорить нашим чиновникам с МОК заново.

ИНФОРМАЦИЯ ОБНОВЛЯЕТСЯ ПО МЕРЕ ПОСТУПЛЕНИЯ НОВЫХ ДАННЫХ

Фото: Gettyimages.ru/Ryan Pierse

развернуть

Вчера после матча Россия – Аргентина из «Лужников» было нереально сложно уехать. Рассказывают, что болельщиков с верхних ярусов не выпускали 40 минут, а возле метро и МЦК скопились огромные очереди. В итоге, путь со стадиона у многих занял около 2 часов. Журналист Александр Богомолов объясняет, что с этим можно сделать.

 

Конечно, есть доля злорадства в том, что ширнармассы почувствовали то, что обычно испытывают регулярные болельщики футбола. Никого не волнует, что удобно людям. Важно, что удобно ментам. Всегда так было. Менты обычно кивают на «низкую проходимость» станций метро и «все друг друга подавят». Это правда. И неправда. Правда, потому что проходимость действительно низкая. Неправда, потому что в куче мировых городов есть стадионы чуть меньшего, такого же и большего размера, и никто никого не давит. Люди спокойно выходят с трибун за 5-10 минут. Все.

Что делать? Простого рецепта нет. Управление потоками людей – крайне сложная задача, решение которой требует привлечения специальных математиков, специальных транспортников, специальных бизнесменов и даже, прости господи, урбанистов. И других ответственных лиц. Конечно, гораздо проще сначала не выпускать, а потом гнать толпу километрами по узким живым коридорам, которые сделаны из несчастных продрогших, промокших, голодных ВВшников.

Но кое-что все-таки можно сделать.

Во-первых, транспорт. «Лужники» и территория вокруг – это огромное пространство, где можно разместить значительное количество припаркованных автомобилей. И даже брать за стоянку приличные деньги. В Штатах берут по 25 долларов за стоянку на время матча, и люди охотно платят эти деньги, чтобы спокойно уехать после игры. В Филадельфии (вместимость футбольного стадиона 70 тысяч) рядом размещены стадионы, где играют в бейсбол, футбол, хоккей и баскетбол. В дни матчей, проводящихся на одной из арен, открыты стоянки всех окружающих стадионов.

Это стадион «Роуз Боул» в Калифорнии

В метро необходимо запускать экспрессы, приходящие на «Спортивную» и «Воробьевы горы» пустыми и дальше едущие без остановок до больших узлов – «Парка культуры», «Библиотеки Ленина» и т.д. Не нужно закрывать «Воробьевы горы» для всех, откройте станцию для тех, кто едет в сторону «Юго-Западной». А со «Спортивной» пусть едут в центр. Потоки уже будут меньше. Так, например, делают в Нью-Йорке, где во время игр на 50-тысячном «Янки Стэдиум» куча поездов просто пролетает через Манхэттен с небольшим количеством остановок. Там же запускают специальные паромы, которыми пользуются те, кому нужно не на Манхэттен, а в Джерси или на Лонг-Айленд. Прокатиться после игры на кораблике – это еще и фан. Еще нужны автобусы до «Киевской» и «Октябрьской», идущие сплошным потоком. Отдельная площадь для такси. Все это можно сделать в «Лужниках».

Во-вторых, есть вещь, которую в России почему-то вообще не понимают. Необходимо создать условия для того, чтобы люди не стремились немедленно разъехаться со стадиона. Нужны магазины и лавки с сувенирами, бары и рестораны, работающие и после окончания матча. На самой арене и рядом с ней. Люди хотят потусоваться вместе и выпить после игры, дайте им такую возможность. Матч с Аргентиной закончился в шесть. Народ спокойно мог бы расслабляться в барах до девяти-десяти вечера, а не переть в метро. Это ведь еще и огромный бизнес. Можно сделать открытые площадки и фан-зоны с пивом, едой и аттракционами. Но у нас главное – как можно быстрее завершить «мероприятие».

Сделать можно еще много чего, если захотеть это сделать. И, главное, это все не ракетная наука, хоть и непростая задача. Все это давно работает в других странах, и успешно работает.

«Почувствовал себя заключенным». Люди выбирались из «Лужников» почти 2 часа

Фото: instagram.com/a.yu.ovchinnikov; instagram.com/akp8ful; Gettyimages.ru/Tournament of Roses – Pool

развернуть

Мощно.

В среду абсолютный чемпион мира в первом тяжелом весе Александр Усик провел в Киеве пресс-конференцию, посвященную победе над Муратом Гассиевым. Многие вопросы были о политике: после боя боксера критиковали за нежелание делать политические заявления в Москве. Вот главные фрагменты интервью.

– Это не только моя победа, но и тех, кто искренне радуется, что в Украину приехал кубок и великолепные пояса. Радость и улыбки должны быть. У некоторых их нет, но ничего страшного. Мы вас будем радовать, главное – поливайте нас всякой гадостью. 

Звание героя? Не нужны мне никакие звезды. Для своего народа, для определенного количества людей своей страны я и так являюсь героем. Вот когда ты идешь и люди говорят: мы за тебя молились, переживали, стояли на коленях и до двух-трех ночи смотрели без звука бой. Вот это признание, а не звезды, которые вы раздаете кому попало.

– Я бы хотел попросить всех людей, которые здесь присутствуют, чтобы мы не вспоминали фамилии тех, кто говорил что-то про трусость и так далее. Если бы выкрикивания (речь о лозунге «Слава Украине» – Sports.ru), которые у некоторых сидят в голове подняли пенсию, вернули мир в мою страну и улыбки тем, кто не улыбается, я бы 24 часа в сутки орал.

Анатолий Шарий (видеоблогер, критик украинской власти – Sports.ru) – красавчик, кстати. Видел, как он растыкивает [критиков].

– Какой-то деятель просит, чтобы я ему рассказал, сколько зарабатываю, куда плачу [налоги]. Вы с ума сходите? Хочу попросить: пускай они соберут недовольных, которым я не нравлюсь. Я с ними выйду драться. Сколько бы их не было, я один против них выйду.

– Я прошу свой народ быть самосознательным. Не смотрите телевизор – голова вытекает, если смотреть телевизор. Что они мелют в новостях? Такого вообще нельзя говорить.

 

– Понравилось, как люди вели себя [во время боя в Москве], как играли два гимна. Поддерживали и меня, и Мурата. Все было культурно, не было обзывательств, криков неприятных. Вот это оставило впечатление. Хотя кто-то должен был мочануть «убей его» или еще что-то.

Я бы уничтожил все оружие в мире. Предложил бы соперничать в спорте, науке. В любых вещах можно соперничать – только без оружия. 

– Что первым делом показал бы инопланетянам? Я бы показал им Киев для начала. Потом посадил бы в свою машину и повозил по Украине – чтобы показать наши дороги. Передаю привет министру, который много разговаривал. Два с половиной месяца назад за две недели я убил четыре колеса, которые не подлежат ремонту. Привет тебе. Вам привет. С уважением. 

Фото: РИА Новости/Владимир Астапкович

развернуть

Владислав Воронин – о том, что надо запомнить. 

Отпустите несчастного Смолова. Мы видели так много бесславных, позорных, нелепых поражений в ключевых матчах, что сейчас, когда все наоборот, глупо растрачивать великий момент на злобу и ненависть к одному игроку. На один день всем надо стать немного Черчесовым. Когда после четвертьфинала тренера спросили про Смолова, он очень точно сказал про чувство ускользнувшего счастья: «Я никогда не жалею, если принимаю решение». Так вот если вы кайфовали от этой сборной России, перестаньте жалеть о недопаненке – у меня есть целый список других моментов, к которым лучше вернуться этим легким июльским днем. 

• Реальную команду от набора 11 человек отличает умение общаться – и чтобы разруливать конфликты, и чтобы заряжать друг друга, и чтобы помогать делу. На других турнирах я видел, как игроки бегали сами по себе, как на них орал один лидер, но никогда не видел такой внутренней регуляции. Общались вообще все. Зобнин успокаивал мудрого Игнашевича, просил не торопиться со средним и длинным пасом и жестами показывал: Серега, просто катни низом, давай, не торопись. Головин бодрил Кузяева, который уже во втором тайме еле держался на ногах и с трудом разглядывал, куда можно дать пас. Дзюба подбегал к Черышеву, Черышев – к Кудряшову, Кузяев – к Марио, Марио – к Дзюбе и так далее. Это может казаться каким-то смешным поводом для восторга, но именно базового устройства команды нам раньше не хватало.

• Илья Кутепов первую половину сезона провел в запасе «Спартака» с формулировкой Карреры «возвращает прежние кондиции, но может стать топ-игроком». В феврале «Спартак» после его ошибок вылетел из Лиги Европы от «Атлетика». 7 июня, ровно за неделю до старта, Илья уверенно сказал: «Успокойтесь, на чемпионате мира все будет в порядке». 7 июля, в день вылета: «Детки выстраиваются в очереди в футбольные школы». Комментарии под этими цитатами – то ли эталон переобувания, то ли идеальная эволюция. Из непонятного полузапасного «Спартака», который много ошибается, Илья всего за месяц превратился в героя. Во втором тайме с Хорватией он не только остановил два гиперопасных прострела, которые могли изрезать нашу штрафную площадь, но и сделал лучший пас России на турнире. Никогда не забуду резкую диагональ на Фернандеса метров на 60 – в одно мгновение вялая позиционная атака стала взрывной, хорваты вжались в штрафную, и только Смолов завозился с мячом.

• Что бы мы вообще делали без Игнашевича? 98-я минута. Лука Модрич убегает из опорной зоны России, врубает потустороннее ускорение, кажется, готовится дубасить – и тут перед ним встает Игнашевич. Спокойно выставляет ногу, отбирает мяч – и больше никакой угрозы. Незадолго до этого Сергей стоял согнувшись и тяжело дышал. 

240 с лишним игровых минут за неделю, а он все так же стабилен: спасает и успокаивает. Идеальное завершение карьеры за неделю до 39-летия.

 

• Поль Погба говорит, что у Канте 15 легких. По чемпионату мира кажется, что это не рекорд: у Марио Фернандеса – минимум 20. Он был везде: дергал Модрича, одним движением укрощал даже самые сложные передачи и придумывал новые острые ходы. После великого гола на 115-й минуте кажется, что Марио – это безальтернативный король нашей сборной, но вы помните, когда он вообще появился? Осенью 2017-го. До чемпионата мира Фернандес не провел за Россию ни одного полного матча: 71 минута с «Динамо», 27 минут с Кореей, 66 минут с Ираном, 45 минут с Аргентиной, 68 минут с Австрией, 14 минут с Турцией. В сумме – 3,2 раза по 90 минут. При схеме с 5 защитниками, которую Черчесов наигрывал так долго и упорно, но почти не использовал, справа у нас планировался Самедов. 

Объяснить, как Марио порвал всех без долгой интеграции в команду, невозможно. Просто спасибо.

• Головин сыграл эффектнее всего в первом матче, но не стал хуже. Черчесов ночью сравнивал игроков с солдатами – и если так, то Головин чуть ли не самый послушный и дисциплинированный. Весь турнир именно через него Черчесов и Ромащенко сообщали игрокам о тактических перестроениях, в матче с Хорватией это случилось трижды. Кажется, что Головин много бегал впустую, но это не так: во-первых, он заставлял хорватов избавляться от мяча быстрее, во-вторых, в любой момент был готов развернуть контратаку. Самый эффектный момент случился на 99-й минуте, как раз перед голом Хорватии. Голова перехватил мяч, сам его продвинул и выкатил Смолову один на один. У Федора снова не вышло. 

• О работе Романа Зобнина лучше всего сказал Черчесов: «Когда команда бегает по 190 минут (именно 190 – Sports.ru)… Подошел к Зобнину перед серией пенальти, а он вообще не понимал, о чем я говорю. Так что били пенальти те, кто был готов». Мы ничего добавлять не будем. Мужчина.

• Далер Кузяев иногда замедлял атаки и не пасовал вперед, но все можно забыть за тот отчаянный удар издали после углового во втором овертайме. Вы могли забыть, но все эмоциональное безумие началось именно тогда: Кузяев зарядил очень сильно, Субашич взял намертво, но команда явно завелась, поверила и полетела. 

• Та пауза перед решающим штрафным была немного магической.

Трибуны вопили и размахивали флагами, но время будто замерло. Все вокруг размылось, свистка все не было. Алан Дзагоев посмотрел вперед, посмотрел под ноги – ждал. На экране показали напряженные лица болельщиков. Вдруг свисток. Алан едва заметно выдохнул, разбежался, а дальше ни я, ни вы ничего не помним. Это был гол, который в воспоминаниях будет отзываться истошным криком.

Но я на всякий случай напомню: Дзагоев получил травму в первом матче ЧМ, лечился три недели и вышел в овертайме. Чтобы сделать эту подачу. 

• За Дениса Черышева как-то особенно радостно. Такое не может залетать постоянно, но если кому-то и должно везти крупно и еще долго, то Денису. С весны 2016-го он пропустил из-за травм 494 дня. Год и три с половиной месяца клиник, операций, реабилитаций, пробежек в одиночестве, новых травм, новых клиник и реабилитаций, страха сломаться вновь. Он заслужил этот чемпионат. 

• Ну и, конечно, Артем Дзюба. С трибуны «Фишта» он выглядел колоссальным супергероем, которого миссия не отпускает никогда: пахал на поле – пахал на бровке. То прикрикивал игрокам, чтобы держались, то приободрял перед овертаймом, то заводил трибуны вместе с Габуловым и Черчесовым.

Речь Артема перед пенальти – это вообще лучшая драма, которую когда-либо производил русский футбол. И я повторяю за ним вновь и вновь: 

Парни, я горжусь вами. Я люблю вас.

Фото: РИА Новости/Григорий Сысоев; globallookpress.com/Yang Lei/ZUMAPRESS.com; REUTERS/Maxim Shemetov

развернуть

Трагический рыцарь темной эпохи. 

В проекте «Собери лучшую русскую команду в истории НХЛ» самым популярным игроком оказался Павел Буре. Хоккеист, который в своей карьере ничего не выиграл, кроме снайперских наград и чемпионата мира в 19 лет. Но Буре стал чем-то большим, чем просто звезда, и чем-то более значимым, чем легенда. 

Буре – олицетворение русского хоккея

Если попытаться представить хоккейную страну одним игроком, то очень легко увидеть Канаду как умнейшего и обязательно двустороннего центра, Чехию – непробиваемого вратаря, Швецию – диспетчера-интеллигента, Финляндию – цепкого и кусачего оборонительного форварда, а Америку – командного бойца независимо от амплуа.

Россия же была, есть и будет крайком-технарем. Это пошло еще с самых первых бобровских лет и продолжалось во времена Александрова, Фирсова, Харламова, Якушева, Макарова, а сегодня – Овечкина и Кучерова. 

Девяностые в этом смысле были эпохой Павла Буре. У него были все лучшие качества русского элитного вингера – легкое катание, золотые руки, блестящая техника, феноменальная обводка. И еще он добавил к этому фантастическую для той эпохи скорость, благодаря которой за океаном он стал Русской ракетой. Такие прозвища редко бывают по-настоящему удачными, но это стало стопроцентным попаданием в образ. Невероятно быстрый и ловкий парень с открытым лицом и светлой улыбкой стал для Канады хоккейным Гагариным.

Россия в это время переживала сумбурные перемены, крушение идеалов и всеобщий развал, затронувший в том числе и хоккей – недавнюю гордость страны. И тут начинает феерить в НХЛ Буре – молодой, красивый (причем очень по-русски), успешный и с не совсем типичной, зато исторической фамилией. Такой «новый русский» в хорошем смысле, благодаря которому хотелось верить, что и в изменившемся мире мы многого можем достичь.

Буре – трагический талант

«Героя делают подвиги» – это обычная жизненная формула. Но так уж повелось, что если есть еще и определенный трагический ореол, то ему гарантировано особое место даже среди самых-самых. И неважно, идет ли речь о войне, искусстве, науке или спорте. 

Валерий Харламов был великим игроком, но после гибели вознесся на высоту, недосягаемую в нашем хоккее ни для кого. Марио Лемье мог побить рекорды Гретцки, но не сумел этого сделать из-за многочисленных травм и борьбы с раком – и все равно в историю канадского хоккея они вошли вместе, как первые среди лучших. 

Вот и карьера Павла получилась невозможно яркой и одновременно трагической. К счастью, не в самом страшном смысле. 

Буре вместе с Федоровым и Могильным должен был повести к победам обновленную сборную СССР, но сначала сбежали в НХЛ его товарищи, а затем рассыпалась и вся страна. Сам Буре уехал только осенью 1991 года и не дебютировал в НХЛ, пока вместе с «Ванкувером» не договорился с еще советской федерацией о компенсации. Но даже пропущенный месяц не помешал ему опередить Лидстрема с Амонти и стать вторым нашим обладателем приза лучшему новичку.

В 1994 году Буре тащил «Кэнакс» к Кубку Стэнли вопреки всему. В финале, который в России уже можно было увидеть по ТВ, за него болела вся страна – при том, что в «Рейнджерс» наших было четверо. Он сделал для победы все, но проиграл.

Главные команды нашего детства. «Ванкувер»-1994

Буре забивал по 50-60 голов за сезон и выигрывал снайперские гонки, но с командами ему фатально не везло. После того финала с «Кэнакс» казалось, что все еще впереди, но нет. За девять следующих сезонов он сыграл всего лишь в трех сериях плей-офф. 

Буре закончил играть немыслимо рано – в 32 года. Некоторые звезды проводят всю карьеру без серьезных травм – у него их хватило бы на двоих. Роковыми для Павла стали повреждения коленей. Из-за них он вынужден был почти полностью пропустить два сезона и в итоге досрочно завершить карьеру. У Федорова с Могильным все сложилось удачнее и стабильнее: первый доиграл в НХЛ до 40 лет, второй – до 36, оба набрали больше 1000 очков и выигрывали Кубок Стэнли.

Но символично, что именно Буре стал первым из наших игроков, чей номер был выведен из обращения в клубе НХЛ.

И в список 100 лучших игроков в истории лиги его, ничего не выигравшего, включили (Могильного – нет), и в Зал славы приняли первым из бывшей тройки. Да, Федоров мог бы оказаться там одновременно с ним, если б не задержался еще на три сезона в КХЛ, но ведь и Буре могли выбрать позже – некоторые игроки (например, Сергей Макаров), ждут десятилетиями. Уровень почестей наивысший, и это как раз благодаря таланту невиданной мощи и драматическому обаянию Павла.

А ведь была и еще одна трагедия. Возможно, самая главная и определяющая наше трепетное отношение к нему. 

Буре – вожак «команды братьев»

В историю нашего хоккея вошло и второе меткое прозвище, непосредственно связанное с Буре. С его подачи нашу сборную, выступавшую на Олимпиаде-1998 в Нагано, стали называть «командой братьев». Правда, придумал это не Павел, но началось все с его ответа на вопрос об игре за одну команду вместе с младшим братом Валерием. Он сказал: «В этой команде у меня не один, а двадцать два брата». Эти слова не были дешевым пафосом – ту Олимпиаду все выступавшие на ней наши игроки до сих пор вспоминают с теплотой. 

Буре был капитаном команды и делал то, чего от него и ждали – забивал. Вершиной стал незабываемый полуфинальный матч с Финляндией, в котором Павел летал на космических скоростях и положил пять голов. Это был не просто суперматч, а настоящий былинный подвиг русского богатыря. Даже у самых ярких звезд на таком уровне подобное случается очень редко. 

Увы, за ярким триумфом последовало обидное поражение в финале от Чехии с самым досадным счетом 0:1. «Команда братьев» проиграла, но подарила России надежду, заставила вспомнить о том, что хоккей – это не только склоки и обиды, в которых к тому моменту он благополучно погряз. Та сборная стала лучшей олимпийской командой в истории современной России. Она была светлым идеалом рыцарской дружбы в мрачном средневековье тогдашней хоккейной действительности. Павел Буре был ее первым рыцарем.

И любить его мы будем всегда.

Фото: Gettyimages.ru/Brian Bahr, Mark Sandten; REUTERS/ Mike Blake, Jeff Vinnick

развернуть

Доброе интервью Головину.

В октябре 2017-го у футбольного «Торпедо» сменился владелец. 75,51% акций клуба приобрела группа «Концерн «Россиум» («Московский кредитный банк», застройщик «Инград» и др.), выкупив долю у ЗИЛа. Ранее в составе девелоперского проекта «Россиум» купил и стадион «Торпедо», который раньше принадлежал структурам Михаила Прохорова.

Контролирует группу 51-летний бизнесмен Роман Авдеев – №56 в российском Forbes (состояние – 1,7 миллиарда долларов), отец 23 детей (19 усыновленных), благотворитель и фанат марафонов и путешествий.

Александр Головин встретился с Авдеевым.   

– Бывший президент Тукманов говорит, что футбол не ваше и клуб вам навязали. Он прав?

– С ним я всего раз в жизни встречался – обсуждали клуб. Но разговор получился неконструктивный. Идея у него была такая: «Давайте мне деньги, и я все сделаю, а вы не лезьте». На вопрос, почему так, он отвечал: «Вы в футболе не разбираетесь». Я посчитал, что мне важен результат и ответственность за него. Когда говорят, что давайте деньги, а мы будем хорошо работать, – это непонятно. Дальше продолжать разговоры не имело смысла. Тем более после этого возник вопрос с брендом. Он пытался его вывести.  

– Но решение о покупке «Торпедо» принимали лично вы или кто-то навязал, посоветовал, нашептал?

– Тут история совершенно простая и очевидная. Мы купили у Прохорова девелоперский проект «Торпедо». Уникальный проект, в котором я вижу огромный потенциал. В рамках проекта у нас есть обязательство по современному стадиону и спортивной инфраструктуре. То есть существует план развития территории, в нем эта инфраструктура – она там должна быть.

– Что случится, если ее не сделать?

– Не знаю, но не делать нельзя даже с точки зрения развития проекта. Все-таки девелопер – это тот, кто создает успешную среду. Ушли времена, когда мы жили с родителями в коммуналке и у нас была одна идея – получить свою квартиру. Без инфраструктуры покупать уже не станут. Тем более «Торпедо» – это все-таки проект не эконом-класса.

И когда я его приобрел, то поехал посмотреть на территорию. Увидел стадион, задал простой вопрос: «А где команда «Торпедо»?». Услышал всю историю и понял, что команду нужно вернуть. Строить стадион без нее – неправильно. Если бы она играла успешно, мы как-то сотрудничали бы с ее владельцами. На тот момент все оказалось совсем нехорошо с клубом – приобрели его сами. Поэтому решение заниматься командой принимал лично я.

– Но вы признаете, что стадион и команда – это довесок к девелоперскому проекту?

– Одно без другого не летает. Конкретный девелоперский проект привязан к этой локации. И он может быть успешен только в той конфигурации, в которой существует сейчас. Но если бы мы не купили этот девелоперский проект, то, конечно, истории с клубом и стадионом тоже не случилось бы. Это не хорошо или не плохо. Это просто факт. Так есть.

– Стадион уже входил в проект – отдельно вы его не покупали?

– Да.

– 75% акций клуба шли отдельно. Стоимость их покупки у ЗИЛа – рубль?

– В договоре сказано не разглашать цену, мы и не разглашаем. Скажу только, что клуб с долгами около миллиарда рублей имел отрицательную стоимость.

– А как же бренд?

– Бренд тогда никто не оценивал. Он должен быть успешным. Но на тот момент все находилось в таком состоянии, что клуб имел отрицательную стоимость. Мы же покупали не за отрицательную, а за положительную стоимость.

– Еще Тукманов сказал, что купить команду вас попросили власти Москвы. Почему эта версия похожа на правду – миллиардеров иногда просят помочь спорту.

– Не то что попросили, а даже разговоров ни с кем из властей не было по этому поводу. Вообще никаких.

***

– Вы же хотите в клубе запомниться, что-то выиграть?

– Конечно. Клуб должен развиваться, стать успешным.

– При этом говорите, что далеки от футбола и фанатом «Торпедо» стали волею судеб. Разве для успеха не нужно тащиться от того, чем занимаешься?

– Нужно. Поэтому и говорю, что стал фанатом «Торпедо». Хотя от футбола и правда далек. До покупки клуба ходил на стадион всего несколько раз. Жена даже была ближе к футболу, чем я. Но пока все нравится. Здесь как про котенка: сначала он боялся пылесоса, потом втянулся.

Понятно, что при принятии решения я до конца не понимал детали. И даже сейчас для меня есть что-то новое. Я не профессионал в футболе. Но являюсь менеджером, который способен организовать процесс. Сам я тренеру не звоню и не рассказываю, как играть. И на звонки в свой адрес не обращаю внимания. А то мне стали названивать: «Давай тебе поможем. Ты же хозяин команды, давай возьмем тебе крутого игрока» – «Если я начну сейчас заниматься футболом, то ничего хорошего из этого не выйдет». И эту практику прекратил на корню. Больше никто не звонит. Я просто не веду разговоров.

– Кто вам звонил?

– Кто-то из друзей и людей, которые в футболе. Оказывается, там такая тусовка. Но я никогда этим не занимался и не буду. Я только ставлю задачу: сказал, что надо выйти в ФНЛ. Лично обсуждал бюджет – достаточно или нет. Все сказали, что да.

– Как футбол присутствовал в вашей жизни до «Торпедо»?

– История простая. Папа болеет за «Спартак», серьезно интересуется. Когда был подростком, мне надо было как-то определяться, поэтому выбрал не «Спартак», а ЦСКА. Почему именно его – не знаю, в пику отцу. Но на матчи даже не ходил. Только раз на хоккей – надел шарф ЦСКА, а мужики в метро его отняли и чуть не побили. Они большие, старше, несколько были. Потом с друзьями на футбол сходил, играли «Динамо» и ЦСКА. Как-то не понравилось, а главное впечатление: на выходе меня толкнули на милицейскую лошадь – она меня едва не лягнула.

На этом футбол на долгое время закончился. Второй раз сходил в Киеве на финал Евро. А потом на «Открытие-Арену», когда сборная играла со шведами. Вот там схватил кайф от энергии, подъема, единения.

– На «Торпедо» такого кайфа нет?

– Там уникальная обстановка. Мне очень нравится. Если я хожу, то всегда на фанатскую трибуну. Удивительно вообще, что «Торпедо», имея такую сложную историю, сохранило костяк болельщиков, которые ходят и готовы поддерживать. И там тоже есть единение. Просто на «Открытии» более масштабно все.

– Как часто сейчас ходите на «Торпедо»?

– Когда есть время. За год раз десять. Вот сейчас на «Динамо» был на Кубке. Мне неудобно было по времени, но я изменил свое расписание, чтобы сходить.

– Другой футбол по ТВ смотрите?

– Нет. Только на чемпионате мира несколько матчей видел. Но стал смотреть трансляции «Торпедо» в интернете. По телефону в том числе. Даже несколько раз после этого в прошлом сезоне звонил Колыванову как-то поддержать после поражений.

– Хотя бы за основными новостями и трансферами следите?

– Нет. 

– Даже не знаете, где играет Роналду?

– За ним слежу из-за детей. У меня одни за него болеют, другие – за Месси.

– Но про «Ювентус» не в курсе?

– Если бы вы назвали три команды и среди них был «Ювентус», я бы вспомнил. Но вообще всем должны заниматься профессионалы.

– Вас тоже должно цеплять.

– Должно.

– Но не цепляет.

– Ну да. Но есть как есть. А «Торпедо» – цепляет.  

– Как часто занимаетесь делами клуба?

– Два раза в месяц. Все остальное – на президенте и тренере. Еще есть председатель совета директоров. И дальше я как владелец. Моя цель – определение стратегии и подведение итогов. Я не лезу в оперативное руководство.

– Но если смотрите матчи, то спрошу. В сентябре «Торпедо» играло с «Химиком». Перед игрой букмекеры отказались принимать ставки на игру или понизили коэффициент на «Торпедо» и тотал больше 2,5 до 1,01. Ваш клуб выиграл 2:1, а вратарь «Химика» пропустил очень странный второй гол. Слышали?

– Даже посмотрел тот матч, готовясь к интервью. И он мне не показался странным. Со стороны «Торпедо» точно не было никаких договоренностей. Я это знаю. Договориться в таком случае с одной стороной нельзя, как мне кажется. Поэтому все эти разговоры – фигня.

***

– Бренд «Торпедо». Он действительно принадлежит не клубу, а фонду сына Тукманова (в 2009-2017 годах Александр Тукманов был президентом «Торпедо» – Sports.ru)?

– Нет, он у нас.

– В августе клубу отказали в иске о том, что бренд (название и эмблема, под которыми играет клуб и производит любую продукцию – Sports.ru) перешел от клуба в фонд незаконно.

– А знаете, почему отказали? Потому что нет предмета иска. За месяц до этого Роспатент отказал фонду сына Тукманова в праве отчуждения товарных знаков. Юридически договор о передаче товарных знаков вступал в силу с момента регистрации. Роспатент отказал, тем самым сохранив все товарные знаки за футбольным клубом. Но еще до этого мы подали иск. Суд рассмотрел его уже после решения Роспатента, понял, что нет факта отчуждения, – нет и предмета иска. Поэтому нам и отказали. Так что у них нет права использовать товарные знаки. Оно есть только у нас. Их действия незаконны.

– Почему? Тукманов был президентом, мог вывести бренд.

– Он считался управляющим, не собственником. Скорее он должен был охранять, защищать активы, а не передавать их непонятно кому.

– У «Эльгеры» осталось 24,5% акций. Кто за ней стоит (одни из конечных бенефициаров – родственники умершего в 2015 году Татевоса Суринова, бывшего гендиректора РФПЛ и бизнесмена, который финансировал клуб при Тукманове – Sports.ru)?

– Нормальные ребята. Я с ними повстречался во время матча с «Динамо». А переговоры ведет председатель совета директоров, так сложилось. Оказалось, что перед ними у клуба есть долги, потому что финансировали команду займами. И теперь мы должны эти займы погасить.

– Будете выкупать их долю?

– Давайте дождемся окончания переговоров. Дальше будет видно.

– По моей информации, помочь клубу деньгами хочет Мамут.

– Мы знакомы, но я не знаю о такой идее. Хотя разговаривали о «Торпедо», он подарил автограф Стрельцова. Сейчас занимаемся созданием музея, поэтому я передам этот автограф в будущий музей – он станет первым экспонатом. Его уже показали на выставке в Мосгордуме, посвященной 95-летию клуба..

– После шестого места в ПФЛ в прошлом сезоне и снятия «Арарата» вам предлагали выйти в ФНЛ. Это правда?

– Никто не предлагал. Но и команда не готова была. Вы думаете, что если бы я тому составу сделал бюджет как у «Зенита» и отправил в Лигу чемпионов, они бы что-то выиграли? Это процесс. Если бы предложили ФНЛ, мы бы это рассмотрели, но не факт, что приняли бы положительное решение.

Утопить в деньгах – не моя история. Я не верю в волшебную палочку. Мы пришли сюда не на один год. Есть ответственность. Мы строим серьезный клуб с серьезными традициями и будем двигаться поступательно. Более того – не все решается деньгами.

– Почему строительство стадиона начнется только в конце 2019-го?

– Тут все идет по плану. Тот проект, который нам достался, оказался очень недоработанным– без трибун за воротами, с офисными зданиями вместо них. Мы от него сразу отказались, разработали другой проект «правильного футбольного» стадиона на 15 тысяч мест.

– Со стороны все похоже на квартал, который строит Федун в Тушино – доминанта в виде стадиона и 28 тысяч жителей. Сколько жителей будет у вас?

– Это совершенно другой квартал: уютная инфраструктура, места для отдыха жителей, реконструируем и набережную. По численности будет меньше 10 тысяч. 

– Сколько вы заработаете на этом проекте?

– Сейчас сложно сказать. Есть вещи, которые влияют на оценку. Например, новое законодательство – непонятно, что будет с ценами. У меня есть план, но пока это только план.

***

– Семь лет вы были вегетарианцем. Зачем?

– Ответа нет. Как и определенной цели не было. Просто впервые в жизни пригласили на охоту. Должен был убить зайчика. Но не попал – пришлось егерю. Потом мы этого зайца жарили. И не то что мне его стало жалко, но находить развлечение в убийстве животных показалось мне странным.

Плюс я еще тогда занимался йогой. Среди этой компании по занятиям йогой оказалось много вегетарианцев. И я им стал. Но если попадал куда-то, где не знали об этом и там, кроме мяса, ничего не подавали, то ел мясо.

В итоге прекратил. В нашем обществе этому надо уделять много внимания. У нас же почти нет вегетарианских ресторанов. Невозможно идти в ресторан и все время есть пасту с помидорами. Мне просто надоело. Но если бы не это, я и сейчас оставался бы вегетарианцем. Это здоровый образ питания, просто все вокруг под это не приспособлено.

– Одно время вы вставали в пять утра. До сих пор так?

– Всегда. Как-то подумал: «В выходные дай посплю». Просыпаешься в 10, и это точно не помогает, потому что есть режим. Надо ему следовать, чтобы хорошо и легко себя чувствовать. А встаю я рано, потому что живу за городом. Утром до центра еду 20 минут. Если ехать к девяти, то получится уже час. Просто экономия времени. Надоело добираться на работу долго, решил, что надо что-то менять.

– За рулем сами?

– Да.

– И каждый день занимаетесь йогой два часа?

– Прекратил – человеку хочется разнообразия. Сейчас уже больше бегом, плаванием, велосипедом. Мне нравится физкультура. Она помогает хорошо себя чувствовать.

– Последний раз, когда жестко напивались?

– Лет 20 назад на дне рождения друга. В деревянном доме собралась компания парней, из женского пола только теща именинника. У меня есть такой недостаток – могу очень много выпить. Но при этом не перестаю ходить. Действую не совсем адекватно, но активничаю. Завидую тем, кто тогда отрубился и спал. Потому что следующие два дня мне было очень плохо. Болела голова, сонливость, никуда не хотелось. Интоксикация. И тогда в мозгу перещелкнуло: «Зачем?». С тех пор много не пью.

– Даже перед марафоном?

– Ну не прям перед стартом, а вечером могу бокал вина. Есть разные философии. Я вот бегаю, чтобы жить, и себя не ограничиваю. Думаю, это влияет на результат, но вряд ли на сердце. Вопрос в дозе.

Основной человек, с которым сейчас могу пропустить бокал вина, – жена. Периодически вечером за семейным ужином можем открыть маленькую бутылочку. В месяц раз пять где-то.

– «Бегаю, чтобы жить». Что это значит?

– Просто нравится. Даже не заставляю себя, тренируюсь от пяти до семи дней в неделю по часу-два. Уже тяга, зависимость появилась. Вот сегодня утром я пробежал и чувствую себя хорошо.

– Бегаете за городом?

– Или дома – в поселке. Или в Сокольниках, Парке Культуры.

– Без охраны?

– У меня ее просто нет.

– Еще вы покоряете горы. Самая экстремальная вершина пока – пик Винсона в Антарктиде.

– Когда прилетел обратно, чаще всего вспоминал не само восхождение, а как две недели нас оттуда забрать не могли. Бесцельное сидение в палатке в лагере Patriot Hills. Туда очень сложно прилететь большому самолету, он садится прямо на лед. И есть требования по ветру и контрасту. Поэтому мы ждали и бездельничали. Там лежали какие-то книжки на английском, у меня с ним так себе, но я даже их все прочитал. Не из-за того, что получал удовольствие – просто приходилось что-то делать. Вокруг лед и каждый день одно и то же.

Во время восхождения в палатке провели трое суток из-за пурги. Тут вопрос в том, что в этот момент нужно вести себя правильно. В горах человек просто не знает, как это делать. Очевидно, что если во время пурги ты выходишь из палатки по нужде и не привязан, то если на метр отойдешь – в палатку уже не вернешься. Варежки надо вешать на резинке, потому что ветер. А потерял их – отморозил руки. Важен газ, чтобы воду кипятить.

Есть и экстремальные восхождения, когда люди идут на риск, но я в таких ни разу не участвовал. В каких участвовал – это больше путешествия. Но даже во время них сходят лавины, здесь сложно. Ходили как-то в ски-тур в Швейцарии, я в лавине 400 метров пролетел. Впечатления – как внутрь стиральной машинки попал. Выброс адреналина в лавине такой, что страха совсем не чувствуешь, только уже потом, когда это все кончилось, осознал, что немножко струхнул.

– Травмы получили?

– Только лыжу потерял. За всю жизнь из травм – плечо выбило. До сих пор это чувствую, когда долго за рулем. В 30 лет пошла проблема с коленями – хрустели. Долго сидишь в кинотеатре – начинается. Но стал бегать – и все прошло. Хотя говорят все наоборот: «Будете бегать – начнутся проблемы с суставами».

– Недавно вы увлеклись еще и триатлоном (вид спорта, в котором участники последовательно плывут, едут на велосипеде и бегут; есть разные дистанции, олимпийская – 1,5 километра плавания, 40 – велосипеда, 10 – бега – Sports.ru).  

– Бег надоедает. Решил подключить велик, плавание. Плавание пока хуже всего идет. На велике-то с детства катаюсь много. Плавать тоже умею, но не приходилось плыть километр. Поэтому даже после 40 минут в бассейне очень уставал.

Первый триатлон сделал на Кипре. Потом дважды в России – Ironstar организовывал. И в России получилось круче во всем. На Кипре такой междусобойчик. А в Ironstar даже олимпийскую дистанцию прошел.

– Какой рекорд?

– На время особо не смотрю. В марафоне помню – 3:56. Мастера спорта делают за 2:20, а первый разряд – за 2:40. Но моя цель – просто бежать, а не бежать быстрее, чем до этого. А то участвую в Swimrun – там надо вдвоем. Со мной бегает парень спортивнее меня. У него больший азарт, он часто говорит на дистанции: «Да давай быстрее, нас сейчас обгонят» – «Андрюх, мы сейчас тогда никуда не побежим. Я бегу, получаю удовольствие. Что я теперь тут, помереть должен?».

– Теряли когда-нибудь сознание на дистанции?

– Если мне плохо, я никуда не побегу. Даже на дистанции остановлюсь и пойду. А то бежал нью-йоркский марафон, ехали на старт в такси с испанцем. На финиш тоже прибежали вместе. Смотрю: у него все ноги в кровь стерты. Кроссовки – как будто туда стакан крови вылили. С английским плохо, кое-как спрашиваю: «Зачем все это?» – «Это же нью-йоркский марафон, я еле сюда попал, надо добежать». Я бы никуда не побежал.

– Самое живописное место, где бежали?

– Сейчас на Корсике ходили с детьми офигенный трекинг GR-20. Большой набор, за день по три тысячи метров. Красивые пейзажи, достаточно дико. И сам маршрут меняется, за день – равнина, горы, озера. Одним словом – душевно. Я много раз там был уже.

Еще участвовал в соревнованиях Swimrun в Англии. На островах на юго-западе. Вроде ничего особенного, но нетронутая природа, океан – красиво. Вода была 12 градусов, при этом светило солнце и воздух прогрелся до 30. А там сначала бежишь, потом плывешь. Вот во время бега я так перегревался, что снимал гидрокостюм. Участков в воде не хватало, чтобы охлаждаться.

Но вообще весь старт прошел под лозунгом «не опоздать на самолет». Только закончили – прыгнули в такси. Уже минут через шесть после финиша были в аэропорту – там всего километр. На контроль с партнером заскочили в гидрокостюмах, даем паспорта: «Сколько времени?» – «Минут семь у вас есть» – «Успеем». Бегом в туалет, снимаем костюм.

– Вы ездите на старты за границу, но особо путешествовать по ней не любите.

– Не люблю лежать на пляже. Иногда на работе сидишь и думаешь: «Сейчас бы на пляж». Но три часа – и все. Плюс нравится Россия. У меня дача в Липецкой области, в деревне Ключи. На берегу Дона. Я там летом и зимой. Курицы, четыре коровы.

– Можете подоить?

– Могу, но лучше не надо. Коров доим аппаратом – это правильно. А руками – они привыкают. Если потом приходит другой человек и делает это ради забавы, ей не нравится.

– Что еще вы делаете в деревне?

– Там столько развлекалок. Последняя – геокэшинг. Есть сайт, где обозначены тайники. Люди их прячут. В районе, куда мы способны доехать на велосипедах, есть шесть тайников. Мы еще не все нашли. Один тайник – возле церкви. Говорят, что если залезть на церковь, то его видно. Но там залезаешь – одна трава. Мы вытоптали все вокруг, раз 10 ездили с детьми. Все кусты обтоптали, обкололись. Но пока не нашли. Туда надо попасть, когда нет травы. Мы и сами тайники делаем, потому что если нашел, то надо что-то положить взамен. Просто безделушки, записку, какого числа сделали закладку.

Еще на велосипедах катаемся, купаемся, на тарзанку ходим прыгать с деревенскими. На плоту катаемся по Дону.

И еще такой момент. Я вот телевизор не смотрю. Когда еду в машине, радио не слушаю. Звуков в жизни хватает. Стараюсь, чтобы их было меньше. В Липецк приезжаешь, сидишь дома – где-то корова, где-то машина. Очень слышен перекат на реке – там мельница, ее всегда слышно даже с закрытыми окнами. Но создается впечатление пустоты. Через какое-то время хочется радио включить. Есть какая-то специальная атмосфера. Если дома я не могу выйти и даже час посидеть, то там могу. Вечером сидим с детьми за костром. До двух часов ночи даже.

Знаете, вот есть такие люди – почвенники. Я такой. В детстве жил в Одинцово, всегда любил огород. С родителями копал картошку. Мне нравилось – сажаешь и растет.

– Самое удивительное место в России, которое посетили, кроме деревни?

– Ладога, российский север – в этом что-то есть. В этой серости, мрачности. Какая-то сила там. И люди совсем другие – более искренние. Если они улыбаются, значит, действительно улыбаются. Они меньше играют.

– Перед вами часто играют, учитывая положение?

– Не знаю. Но вообще в нас всех есть социальность, которая влияет на поведение. Мы часто сами играем. И я играю. Но иногда ищу ситуации, чтобы общаться без социальных стереотипов. Но в целом на заискивания не обращаю внимания и никак к ним не отношусь.

– Студентом вы ездили разбирать завалы после землетрясения в Спитаке (произошло 7 декабря 1988 года в Армении и за полминуты полностью разрушило город Спитак с ближайшими селами и частично – еще более 300 населенных пунктов; более 500 тысяч человек потеряли жилье, 25 тысяч – погибли, 19 тысяч – остались инвалидами – Sports.ru). Как решились?

– После того, как увидел все это в новостях. Появилось желание помочь, этот объединяющий дух. Когда много горя, люди сплачиваются. Кроме меня туда собрались и другие студенты. Декан сказал: «Кто поедет, всех выгоним». Впереди была зимняя сессия. Я подумал: «Ну, выгонят – значит выгонят».

В Армении в основном занимался раскопками домов, переноской трупов. Живых я не видел. Может, кто-то выжил, но когда несколько дней на улице стоит минус – уже все. Это все не казалось страшным, о страхе тогда не думалось. Мы вернулись, декан всех вызвал: «Молодцы». Взял зачетки и одним днем проставил все зачеты и экзамены.  

***

– Однажды вы сказали, что благотворительность должна быть анонимной. Потом отошли от этого.

– Да, изначально для себя я так считал. Что не нужно выпячивать. После этого основал фонд, а он не может быть анонимным. У него должен быть основатель, лидер. Фонд ведь тратит деньги благотворителей, кто-то должен за них отвечать. В фонде «Арифметика добра» этот человек я. Если бы не он, я бы продолжал все делать анонимно.

– Как вы стали благотворителем? «У меня много денег, поэтому должен делать добро»?

– Такой ответственности точно не чувствую. Нет такого, что карму чищу, с совестью не в порядке. Просто заинтересовался детьми, которые остались без родителей. Не знаю даже, почему они – так сложилось. Я ведь никогда до этого не сталкивался с приемными детьми, не бывал в детских домах. Нельзя сказать, что в 90-е эта тема обсуждалась. Но как начал зарабатывать большие деньги, проблема сирот начала беспокоить. А если я чем-то занимаюсь, то делаю это эффективно и погружаюсь глубоко. Это не значит, что надо углубляться в детали. Например, я не езжу в детские дома. Потому что я там бесполезен. Дети же не в зоопарке. Но сейчас благотворительность – большая часть моей жизни. От нее я получаю удовольствие.

– Первый раз, когда его получили?

– В 90-е, когда стал помогать деньгами детским домам – хотел изменить их внешний вид, обстановку, чтобы дети лучше жили. Потом пришел к выводу, что это ничего не решает. Я помню, когда произошел перелом.

Меня как-то попросили помочь оборудовать кухню в одном детском доме, чтобы девушки смогли научиться готовить и легче адаптировались к жизненным условиям в будущем. Мы выдали деньги, кухню оборудовали. Я волновался: мне хотелось, чтобы это было не просто доброе дело, а эффективная помощь. Долго просился поговорить с девушками в домашней обстановке. Администрация мялась, но отказать не могла. Пришли две напуганные девчушки 12 и 14 лет. Надо было как-то начать разговор. Говорю: «Давайте чаю попьем? А сахар где?». Они в ответ: «А что это?». Первая мысль: «Какие люди… нехорошие. Даже сахар у детей украли». Оказалось, что просто в детском доме сахар сразу мешают в чайник. И все пьют одинаково сладкий чай или какао.

И тут я понял, что бесполезно оборудовать кухни. Что такое сахар и как готовить — объяснить можно. Но это все — одно из звеньев цепи. Дети же просто не умеют жить вне стен детского дома. Помогать надо системно, чтобы в жизни детей что-то менялось. Должна меняться концепция.

– Разве хорошие условия в детских домах не важны?

– Там никто не голодает, все живут нормально. Уровень жизни вообще не главное. Вот мои дети живут в отличных условиях. Только это ничего не дает и часто мешает. Так и у детей без родителей. Важнее, чтобы они научились понимать, что такое хорошо и плохо. Через образование, воспитание. Пока у нас нет эффективной системы.

Я недавно ездил в лагерь, общался там с детьми, которых обучает наш фонд. Основной вопрос выпускники не задали, но он витал в воздухе: они боятся, что с ними будет дальше. Им страшно. Они не знают, как жить после ухода из учреждения.

– Правильно понимаю, что вкладываться в детские дома, привозить подарки – это неэффективно?

– Конечно. Ребенок в московском детском доме в Новый год получает от 6 до 16 сладких подарков. У детей куча айфонов. Эту практику надо прекратить. Это просто вред. Потому что дальше им придется жить самостоятельной жизнью. Надо вкладывать в системные программы.

– Пара вещей, которые вы уже системно изменили?

– Мы обсуждаем это в правлении фонда, и кажется, что почти ничего не меняется. С другой стороны, дети, которых мы учим, пойдут потом по жизни гораздо лучше остальных. Просто это длительный забег. Но наша программа уже идет в 30 регионах. И если в цифрах, то результаты видны: в среднем по стране в вузы поступают меньше 1% выпускников детских домов, у нас же 38% участников программы «Шанс» поступают в вузы.

Другое дело, что изменить систему в одиночку мы не можем. Работать должно все общество. Проблема ведь еще в нас, в нашем отношении. В принятии другого. У меня в семье есть дети с особенностями, они испытывают проблемы. Общество плохо их воспринимает. Хотя со временем мы становимся более толерантными.

– В 2012-м вы говорили, что у ваших детей нет айфонов и айпадов. Как сейчас?

– Айфоны появились. Я был вынужден им купить, потому что у всех-то вокруг есть. Вообще, я не против телефонов и компьютеров – дети должны в них играть.

Меня радует, что они лучше меня разбираются в электронике. С другой стороны – из-за техники живое общение подменяется долбежкой в игры. Баланс должен быть. Вопрос в нем, а не в том, что это роскошь для детей.

– А сколько в месяц вы тратите на себя?

– Никогда не считал. Одежда, еда, авиабилеты – в целом больше трат нет. Дорогие хобби отсутствуют. Но вот одежда у меня хорошая. (Идет за пиджаком, чтобы посмотреть бренд – Sports.ru). Пиджак Latorre (от 36 до 67 тысяч рублей в ЦУМе – Sports.ru). Brioni (от 150 тысяч в ЦУМе – Sports.ru) не покупаю – это легкий перебор, они ничем не отличаются от моего.

– Какая у вас машина?

– Mercedes S-купе. Для статуса он мне не нужен – я могу ездить хоть на «Жигулях». Просто «Жигули» мне не нравятся. А в метро до сих пор спускаюсь. Последний раз – сегодня. Ехал со встречи в центре.

– Потанин как-то сказал, что оставит детям по миллиону долларов, а все остальное раздаст на благотворительность.

– Правильно. Мне нравится эта идея. Хотя по миллиону – дофига. Дети должны прожить любую, но свою жизнь. Если мы их нагружаем какими-то обязательствами, в том числе по бизнесу, – это неправильно. Человеку комфортно, когда он проживает свою жизнь. Раньше существовало понятие ремесла, которое передавалось от отца к сыну. Но там люди делали что-то своими руками. А тот же бизнес – это навязывание. Я этого не хочу. Более того, мы сейчас живем в коттеджном поселке в Одинцово. Это не Рублевка. Но когда дети вырастут, они там не останутся. Каждый должен жить в своем доме, отдельно.

– Одно время вы отправляли их в немецкий интернат с 12 лет. Схема еще работает?

– Не со всеми, но часть детей учится в Германии. Просто вопрос языков – там их легче осваивать.  

– 23 ребенка – как часто называете их не своими именами?

– С двумя такое происходит. Тимура называю Кириллом. Он уже привык и не обижается. Самое интересное, что Кирилла Тимуром не называю и они вообще не похожи ни по поведению, ни по возрасту, но вот так происходит.

– Какие планы – семья еще будет пополняться?

– Встает вопрос ресурса. Я не считаю, что у нас он еще есть. Сейчас не про деньги. Я про внимание.

– А как вообще вы детей берете в семью – с чего все начинается?

– С желания принять ребенка. Сначала решение, потом идем или в Одинцовскую, или Наро-Фоминскую больницу. Там есть новорожденные, от которых отказались.

Фото: instagram.com/roman.avdeev67; instagram.com/arifmetika_dobra; РИА Новости/Виталий Белоусов, Игорь Михалев; vk.com/public64198898; gazeta-danilovsky-vestnik.ru

развернуть

Медведева едет на чемпионат мира. 

«Если мир фигурного катания погряз в грехах, то почему бы моей стране не стать сверхдержавой в области борьбы за нравственность»

Эти слова принадлежат Игорю Порошину. Он написал их 22 января 2014 года – чуть больше пяти лет назад. В день самого позорного решения Федерации фигурного катания в современной истории. Это день, когда в результате контрольного проката в лесу Евгений Плющенко, проиграв национальный отбор Максиму Ковтуну и проигнорировав чемпионат Европы, получил место на домашней Олимпиаде. Тогда у нас была одна квота.

И виноват в этом был не кто иной, как... Максим Ковтун – именно его за год до Игр отправили добывать квоту на ЧМ. С пятого места на национальном чемпионате. Но случилась катастрофа – 17-е место.

Как итог – в протоколе личных соревнований Олимпиады-2014 не нашлось фигуриста под российским флагом. Плющенко приехал в Сочи с количеством операций на всех органах – его хватило только на командник, а замены на личный не было. Зрители отказ от борьбы не поняли, каким бы великим не выглядел профайл Плющенко.

***

После костра в Сочи федерация часто ссылалась на спортивный принцип. Каждый год после объявления составов к прессе выходил важный чиновник в пиджаке и вещал про нерушимые правила отбора.

Последний раз эта фраза прозвучала несколько часов назад. Слово предоставили вице-президенту ФФКР Вере Богуш: «Мы выбирали фигуристов не по прокатам, а только по спортивному принципу. Все решается тренерским советом, потом решение по составу выносится на обсуждение исполкома. Он может с этим согласиться или высказать свое мнение».

Так прокомментировали решение, в результате которого Евгения Медведева отправится на мартовский чемпионат мира. На спортивный принцип указывают следующие факторы:

• Невыход Медведевой в финал Гран-при, куда вышли три другие наши фигуристки (Загитова, Туктамышева, Самодурова).

• 7 место на чемпионате России – 4-е среди взрослых (после Константиновой, Загитовой и Самодуровой).

Встреча с министром спорта Колобковым – сразу после чемпионата России.

Возмущения Татьяны Тарасовой – в связи с непопаданием Медведевой на чемпионат Европы – ведь она «творила историю».

Заявление президента ФФКР – о том, что путевка на чемпионат мира будет разыграна на Кубке России. 

Поддержка Ильи Авербуха – за несколько недель до Кубка России, который уверен, что Медведева «все силы бросила на подготовку к чемпионату мира». 

Поддержка почетного члена ФФКР Валентина Писеева, одного из самых влиятельных функционеров фигурки и экс-президента Федерации фигурного катания СССР, который за считанные дни до Кубка России заявил, что в случае уверенного выступления Медведевой ее следует отправлять на ЧМ. 

• Победа над Елизаветой Туктамышевой при суммарном проигрыше около 6 баллов по базовой стоимости элементов и падении в произвольной.

• Нарушение судьями Кубка России правил начисления штрафов. 

Среди факторов, о которых забыла федерация, посчитав их несоответствующими спортивному принципу, были: 

1. Лучший результат Медведевой на международных соревнованиях почти 15 баллов уступил результату Туктамышевой (204.89 против 219.02). Лиза в этом сезоне лучше Жени как в короткой (personal best 76.17 против 70.98), так и в произвольной (personal best 144.67 против 137.08). Рекорд в произвольной Туктамышева показала в финале Гран-при. 

2. Станислава Константинова одержала победу на взрослом чемпионате России среди тех, кто проходил по цензу, став первым номером сборной. Именно вместо нее заявили Медведеву, таким образом поменяв первый номер. 

3. Оценки Медведевой на Кубке России были странными: например, прокат в произвольной с падением после риттбергера получил на 6.09 балла больше техникой и на 3.84 балла компонентами, чем прокат со схожим набором элементов на Skate Canada. Хотя произвольную на Skate Canada Медведева откатала без падений. Таким образом, оценка ее более чистой программы на международном старте на 9.93 балла уступила более грязной на Кубке России.

4. В рейтинге ISU сезона-2018/19 Константинова занимает 7-е место, Туктамышева – 8-е, Медведева – 22-е.

«Во мне жила маленькая наивная девочка, которая верила. Но вы ее убили», – написала Туктамышева в твиттере после объявления состава. 

В поддержку этого решения высказались Лакерник, Мозер, Бестьемьянова, Жулин – в течение нескольких часов.

Что-то это все напоминает. Тогда, перед Сочи, решающий для спортивного принципа прокат увидела лишь группа экспертов. Никто до сих пор не знает, каким он был. Лишь Татьяна Анатольевна воскликнула: «Плющенко – это не выбор федерации, а выбор страны». 

Спустя 5 лет она скажет: «Все по справедливости». 

Эта история случилась через 5 лет после звенящего позора в Сочи. И речь – не о ставках на результаты, а о том, как функционирует система и на какие принципы опирается.

Никакие квоты и победы страны не нужны, если ради них так мерзко наступают на головы своим же спортсменам. Более сильным спортсменам.

Не обманывайте себя, что Медведева на чемпионате мира – это история про спорт. Эта история не имеет никакого отношения к спорту. Потому что единственный чистый прокат Медведевой, которым она не проиграла кому-либо из конкурентов в этом сезоне, случился на катке вместимостью чуть более 1000 мест. На турнире, о котором многие в этом сезоне услышали впервые. 

Один чистый прокат при удивительном судействе и очевидном давлении со стороны влиятельных фигур – как на судей, так и на тех, кто в итоге принимал решение – вот, что противопоставили финалу Гран-при Туктамышевой и успеху Константиновой на чемпионате России.

Фраза Игоря Порошина, с которой начинается этот текст, взята из колонки «Плющенко вместо Ковтуна. Почему фигурное катание находится в такой заднице»

С так точно определенной геолокации наше фигурное катание за 5 лет не сдвинулось ни на шаг.  

Телеграм-канал Кузнецова о фигурке. Подпишись, пока не заблокировали!

Фото: РИА Новости/Александр Вильф, Владимир Песня, Нина Зотина, Алексей Филиппов; globallookpress.com/Naoki Morita

развернуть

Владислав Воронин – о спасении и взрывном росте чемпионов.

Октябрь 2010-го. «Ливерпуль» стыдно проигрывает «Блэкпулу» на «Энфилде» (1:2) и падает в зону вылета – это худший старт сезона за 50 с лишним лет. Из Кубка лиги вылетели еще более бесславно – проиграв «Норхэмптону» из четвертой лиги. Если вам кажется, что это кошмар, то нет, это только начало. 

Американские владельцы клуба Том Хикс и Джордж Джиллетт, купившие «Ливерпуль» в феврале 2007 года за 220 миллионов фунтов, настолько не справлялись с управлением, что клуб начал тонуть в задолженностях. Банк Royal Bank of Scotland ждал 280 миллионов фунтов еще в январе 2010-го, но отнесся к трудностям с пониманием и дал отсрочку до марта – потом сжалился снова и дал еще семь месяцев. Но в октябре ничего не изменилось: Хикс и Джиллетт были не в состоянии покрыть долги, и «Ливерпуль» зашатался на грани банкротства. Еще чуть-чуть – и на «Энфилде» могли ввести внешнее управление.

Пронесло: Хикс и Джиллетт лишились всяческого влияния и права голоса, клуб экстренно отдали в руки американской компании, которая теперь называется Fenway Sports Group. Джон Генри и его партнеры отдали 300 миллионов фунтов – все ушло на погашение разных задолженностей «Ливерпуля», а прежние боссы Хикс и Джиллетт реально остались ни с чем. Им не просто не досталось ни цента от сделки – Хикс еще много лет спустя выплачивал по 125 тысяч фунтов в месяц, чтобы рассчитаться по старым кредитам, связанным с «Ливерпулем».

Май 2019-го. «Ливерпулю» и близко не грозит банкротство. Он первым в истории футбола зафиксировал прибыль свыше 100 миллионов фунтов за сезон (если точнее – 106 млн чистой прибыли, чуть позже его обогнал «Тоттенхэм» – 113 млн). Команда до последнего тура претендовала на чемпионство – набрав столько очков, что взяла бы кубок в 25 из 27 сезонов в истории АПЛ. Второй год подряд «Ливерпуль» играет в финале Лиги чемпионов. 

Так кто спас «Ливерпуль» от краха и помог ему взлететь так резко? 

Письмо болельщика, которое изменило все. Клуб купили через 66 дней 

Кажется, на «Энфилде» недооценивают 9 августа – эту дату можно считать мерсисайдским праздником случайного спасения. 

Второй слева – новый владелец Джон Генри, третий слева – Джо Янушевски

Именно в этот день в 2010 году болельщик «Ливерпуля» Джо Янушевски, возглавлявший отдел корпоративных продаж в бейсбольном клубе «Бостон Ред Сокс» и всегда державший в кабинете красный фанатский шарф, написал на электронную почту владельца клуба Джона Генри. Испуганный неразберихой в любимом клубе, Янушевски просил бизнесмена обратить внимание на «Ливерпуль» и купить его акции, пока еще есть такая возможность. Генри не особенно понимал, как устроен европейский футбол (например, он искренне поражался трансферной системе, в которой многое реально зависит от желания игрока), поэтому крика «Спасите мой клуб, пожалуйста» было недостаточно. К письму прилагалось объяснение, что «Ливерпуль» – запредельно титулованный клуб, который не брал чемпионство с 1990 года и сейчас близок к банкротству.

«Я предположил, что, наверное, стоит воспользоваться таким шансом и что мои вещи всегда собраны – я в любой момент готов поехать в Ливерпуль. Но на самом деле я не думал, что способен кого-то убедить купить «Ливерпуль». Это была такая несбыточная мечта. В письме я просто выразил свою боль», – рассказывал Джо. 

Боль убедила. Джон Генри тут же созвал приближенных менеджеров, чтобы изучить вопрос. А через 66 дней поставил подпись под документами на 300 миллионов фунтов. 

Первая встреча команды с новым владельцем Джоном Генри

«Я не знаю, как назвать момент, когда все это случилось. Чудесный. Сумасшедший. Через день после оформления сделки мы с Джоном приехали на базу в Мелвуде и смотрели друг на друга в духе «Это реально случилось?» – вспоминал Янушевски, который сейчас работает вице-президентом по развитию в бейсбольном клубе «Техас Рейнджерс». 

В октябре 2010-го времени радоваться и поражаться не было. От Хикса и Джиллетта осталась стареющая команда, непопулярный тренер, запутанная ситуация со стадионом (то ли строить новый, то ли обновлять нынешний) и убытки. 

Попытка построить «Манибол» в АПЛ 

Хоть Джон Генри никогда не соприкасался с футболом, многим казалось, что его история – как раз для «Ливерпуля». 

В 2002 году его компания New England Sports Ventures, позже ставшая Fenway Sports Group, купила бейсбольный клуб «Бостон Ред Сокс», который к тому моменту 84 года не брал титулы. Спустя два года после сделки «Ред Сокс» выиграли Мировую серию (финальная серия MLB), а за последующие 15 лет взяли титул еще трижды.   

«Для меня было очевидно, что у «Ливерпуля» и «Ред Сокс» много общего на стартовом этапе. Даже в плане аудитории: много фанатов, сильные традиции», – рассуждал Генри. Ему казалось, что английскому футболу не хватает старых и проверенных методов американского спортивного рынка. Вы могли видеть их в фильме Moneyball, который вышел в российском прокате под названием «Человек, который изменил все».

Одним из первых шагов Генри после покупки «Бостона» было приглашение того самого Билли Бина – центрального персонажа фильма и реального менеджера, который поменял отношение к бейсболу через фанатичное изучение цифр. Билли Бин в «Ред Сокс» так и не оказался (вместо него взяли Тео Эпштейна, который тоже оказался крайне эффективен), зато спустя много лет помог Генри с футболом. 

Оказывается, он внимательно следил за АПЛ и вскоре после сделки Fenway Sports Group с «Ливерпулем» позвонил Генри. Бин посоветовал бизнесмену присмотреться к менеджеру Дамьену Комолли – по словами реформатора MLB, у него похожие взгляды и принципы, только футболе.

В следующие два года после смены владельца «Ливерпуль» потратил на трансферы более 100 миллионов фунтов, но все мимо. После сезона, в котором «красные» забили всего 59 голов в 38 турах, менеджеры хотели решить проблему покупкой острых игроков: сразу трое новичков сезоном ранее вошли в топ-8 лиги по количеству созданных моментов. Это не помогло, и весной 2012-го с Комолли расстались.

Новое отношение к статистике. Почему позвали Клоппа  

Джон Генри неспроста так любит статистику. 

В студенческие годы он часто забивал на учебу на философском факультете из-за занятости в рок-группе, но после смерти отца на него свалилась ответственность за семейную соевую ферму в Арканзасе – пришлось бросить расслабленный стиль жизни и стать серьезнее. Сама по себе ферма Генри почти не привлекала, зато внезапно увлек финансовый сектор: Джон успешно работал с фьючерсами на кукурузу и сою и вскоре разработал систему, которая предсказывала биржевые тренды. В 1981 году он открыл компанию, которая стала консультировать клиентов уже не только из сельского хозяйства. 

Отсюда внимание к герою «Манибола» и особенный упор на изучение данных в футболе. Когда ушел Комолли, «Ливерпуль» вовсе не разочаровался в статистике – просто стал относиться к ней серьезнее. В клуб пришел директор по футбольным исследованиям Иэн Грэхем (забавно, что с 2008-го по 2012-й он работал в «Тоттенхэме», но устал от того, что тренеры его практически не замечали, и переехал на «Энфилд», потому что там зарождалась новая статистическая культура).

Грэхем окончил факультет теоретической физики в Кембридже, но быстро понял, что не хочет научной карьеры, и окунулся в футбол, создав собственную базу из 100 000 игроков по всему миру. Он вправе предлагать тренерскому штабу и трансферному комитету «Ливерпуля» любых игроков, которых считает потенциально полезными. Например, он еще в 2016 году настаивал на покупке центрального полузащитника Наби Кейта, который, играя глубоко в «РБ Зальцбург», отдавал аномально много передач, приближающих команду к чужим воротам. В 2016-м «Ливерпуль» опередил «РБ Лейпциг», но летом прошлого года уже ничего не помешало – и Кейта приехал укреплять центр претендента на чемпионство.

Именно Грэхем доказал трансферному комитету, что в Салаха стоит верить – хотя многие под негативным впечатлением от периода египтятнина в «Челси» считали, что ему не подходит английский футбол.

И именно Грэхем посоветовал «Ливерпулю» Филиппе Коутиньо, когда команде потребовался сильный атакующий игрок на левый фланг. Клуб потратил на него всего 13 миллионов евро, а продал в «Барселону» за 145 – и без этих денег, по словам владельца Джона Генри, на «Энфилде» не было бы ни Вирджила ван Дейка, ни Алиссона.

Не стоит недооценивать продажи игроков. В период активного экономического роста «Ливерпуля» это был огромный источник доходов. За последние 4 сезона, по которым есть детальные финансовые отчеты (2014-2018), у «Ливерпуля» вторая трансферная прибыль в АПЛ. 

1. «Челси» – 272 миллиона фунтов прибыли2. «Ливерпуль» – 260,5 млн (даже в первом полном сезоне Клоппа, после трансферов Мане, Вейналдума, Матипа, Кариуса и Клавана, клуб получил трансферную прибыль – 4,25 млн фунтов)3. «Арсенал» – 158 млн4. «Манчестер Сити» – 108 млн5. «Тоттенхэм» – 88 млн 

Ну а главное – если бы не статистические выводы директора по исследованиям Грэхема, в «Ливерпуле» не оказалось бы Юргена Клоппа. Об этом говорит даже сам немец.

В последнем сезоне Клоппа в «Боруссии» (2014/15) дортмундцы заняли в бунедслиге всего 7-е место, и многих этот странный, вялый результат напрягал. Грэхем доказывал всем, что это неправильно, что Дортмунд-2014/15 – одна из самых невезучих команд в истории. По словам Грэхема, по качеству игры, по качеству и количеству созданных моментов «Боруссия» должна была стоять второй и никак не седьмой. При первом разговоре с Клоппом в ноябре 2015-го он упомянул показательный матч с «Майнцем», где Дортмунд доминировал, агрессивнее и чаще соперника заходил в штрафную, но никак не мог забить – и проиграл. «Мы их практически убили, да, ты видел? Ты это видел?» – кричал Клопп. 

Но Грэхем не видел. Он вообще не смотрел матчи Дортмунда, а изучал игру по своим математическим моделям. 

После того разговора Клопп стал доверять математику-исследователю, хотя в «Боруссии» никогда не относился к статистике очень внимательно.

«В итоге Клопп вдохновил не только наших игроков. А всех, кто влюблен в наш клуб. Он истинный лидер, внимательный к вещам, которые кому-то могут показаться маленькими и незначительными, но которые в долгосрочной перспективе очень важны», – восхищался Джон Генри.

Сейчас Клопп регулярно общается с целой группой исследователей – помимо Грэхема в рисеч-блоке работает Тим Васкетт, который изучал астрофизику, Дэфидд Стил, бывший шахматист и математик, работавший в энергетике, и Уилл Спирмэн, изучавший физику высокоэнергетических процессов в Гарварде и работавший в ЦЕРНе (Европейская организация по ядерным исследованиям).  

Сколько же у них теперь денег

Этот комплексный подход вытянул «Ливерпуль» в космос.

За последние 5 лет клуб 4 раза фиксировал прибыль, в сумме заработав 204 миллиона фунтов. В 2009-2013 годы мерсисайдцы терпели сплошные убытки, сумма – 176 миллионов.

Причем росли не только телевизионные доходы (в прошлом году «Ливерпуль» благодаря финалу Лиги чемпионов стал мировым лидером по деньгам от ТВ). За последние 7 лет коммерческие доходы «Ливерпуля» выросли на 77 миллионов фунтов: спонсоры с каждым годом дают все больше денег. Например, титульный спонсор Standard Chartered вместо 30 млн фунтов в год будет платить 40, а New Balance – 75 вместо 45.

В денежном рейтинге Deloitte «Ливерпуль» занимает 7-е место – самое высокое с 2009 года. 

Вместимость «Энфилда» увеличена на 8500 мест – в том числе благодары этому матчдэй приносит «Ливерпулю» 81 млн фунтов в год (в 2011-м был 41). 

Поверить в такое в октябре 2010-го было нереально.

Фото: Gettyimages.ru/Pete Norton, John Powell/Liverpool FC (2,3); imdb.com; globallookpress.com/Paul Thomas/imago/Sportimage, imago/photoarena/Eisenhuth; Gettyimages.ru/Laurence Griffiths

развернуть

Июнь 2002-го – лучшее время в жизни Алиу Сиссе. На его рукаве капитанская повязка сборной, за спиной лучшие партнеры в жизни, а впереди – четвертьфинал чемпионата мира. Сенегальцы вынесли тогда Францию в стартовом матче группы, сыграли вничью с Данией и Уругваем, а в 1/8 прошли сквозь Швецию с Хенриком Ларссоном в основе и Златаном в запасе. Алиу Сиссе совместно с французским тренером Брюно Метсю и еще двумя десятками человек сделали лучший результат в истории африканского футбола. 

Сентябрь 2002-го – худшее время в жизни Алиу Сиссе. 26-го числа паром Le Joola перевозил две тысячи человек (в три раза больше, чем положено) из города Зигиншор в Дакар. Во время плавания капитан плюнул на еще одно ограничение, и судно в дикий шторм оказалось от берега дальше, чем положено. Большинство пассажиров спали на палубе, это нарушало центровку и влияло на устойчивость парома. Попав под мощнейшую волну, Le Joola перевернулся. 2000 человек выбросило во взбесившееся море. Первый спасательный корабль приплыл через несколько часов, погибли 1863 человека. Среди них было 11 родственников Алиу Сиссе. В Сенегале тогда говорили, что трагедия затронула почти каждую семью. 

Сиссе, который тогда играл за «Бирмингем», вышел на матч с «Вест Хэмом», а после игры сказал в микст-зоне: «Погибли мои кузины, дядя, тетя. Я сделал свою работу, теперь мне нужно домой».

Затем Сиссе сел в самолет и улетел в Сенегал. 

Как правило, африканским тренерам доверяют сборные, когда нет шансов сыграть на крупном турнире или когда местные ссорятся с каким-нибудь французом и не могут оперативно найти замену. История Сиссе – другая. Для начала он отвез олимпийскую сборную с Садио Мане в составе на Игры в Лондон, вывел ее из группы и зарубился с Гиггзом, который обвинил команду в грубости. 

«Удивлен, что кто-то из Британии говорит о чрезмерной физической борьбе», – ответил тогда Сиссе. 

В 2015-м он пришел в основную сборную и привел туда своих. Его ассистенты Омар Даф и Ламин Диатта, тренер вратарей Тони Силва. Все они из лучшего состава в истории сборной Сенегала. Люди, которым объяснил, что такое футбол и тактика француз Брюно Метсю. Метсю умер пять лет назад после тяжелой болезни в возрасте 59 лет, и с тех пор Сиссе говорит о нем почти в каждом интервью. 

Игроки этой сборной Сенегала смотрят на тренеров из состава-2002 как на идолов. И это главная причина, почему на стадионе «Спартак» вы видели одну из самых сплоченных африканских сборных в истории. Но Сиссе ценят не только за прошлое. Несколько тезисов, чтобы понять, как он это сделал. 

• Сиссе – супермотиватор. Перед стартом ЧМ он выступал перед командой и заплакал, когда заговорил о важности турнира для страны. «Это было очень эмоционально. Тренер напряженно трудится, всегда поддерживает нас, он дает нам заряд энергии», – рассказывал Шейху Куяте. 

Лучший игрок матча с Польшей М′Байе Ньянг на пресс-конференции говорил о тренере через предложение. 

«Всю неделю думали о том, как играть против поляков. Сегодня следовали установке, которую дал тренер. Гордимся этой победой. Это огромная радость для нас. И для нашего тренера».

Ньянг, кстати, забил самый смешной гол турнира. Если вы знаете, какая сила сорвала Шченсны в середину поля, то будете не так громко над ним хохотать. Когда Крыховяк отбрасывал мяч назад, то был уверен, что позади только защитник и вратарь. Но все оказалось сложнее: перед штрафной возник Ньянг – он вбежал на поле после повреждения. Шченсны первым это заметил, и у него не было времени думать, стоит ли рваться на выход. 

• Сиссе не дает команде сойти с ума. Многие сенегальцы шумно отмечали гол в технической зоне, тренер прорвался сквозь праздник, встал на линию поля и застучал указательными пальцами по вискам, призывая к собранности. Второй гол он встретил заметно бодрее. Сейчас Сиссе заглянет к вам прямо в душу. 

• Сиссе рулит командой во время матча, будто у него в руках джойстик. Почти перед каждым стандартом сенегальцы уточняли у тренера, правильно ли они расставились. У Сиссе всегда были поправки. 

• Сиссе заставляет всех думать о тактике. После одного из провальных польских угловых Кулибали и Сарр около минуты объясняли друг другу, как в следующий раз сыграть еще надежнее. Хотя там не было даже намека на опасный момент. 

Садио Мане (один из ключевых игроков атаки), когда нужно, играл почти левого защитника и рубился за мяч с Робертом Левандовский. В мире есть только один человек, который может заставить Мане делать это в сборной. Фамилию вы уже знаете. 

• Сиссе анализирует игру не хуже комментатора Леонида Слуцкого. 

«В первом тайме было хорошее взаимодействие между атакой и обороной. В какой-то момент мы лишили поляков мяча. Каждый раз после их потерь давили на слабые места соперника. Хотели вытолкнуть их из зоны комфорта, это нам и удалось в первой половине», – объяснял самый низкооплачиваемый тренер чемпионата мира. 

Зарплата Сиссе в сборной – 200 тысяч евро в год. В 17,5 раз меньше, чем у Йоахима Лева. При этом из-под манжета рубашки Сиссе блестит что-то очень похожее на Richard Mille – часы, которые носит Дмитрий Песков и которые в среднем стоят 170 тысяч евро. 

Нужно понимать, что сборная Польши – это не только Роберт Левандовский. Аркадиуш Милик, Гжегогош Крыховяк, Петр Зелиньски – игроки из больших чемпионатов, и они много сделали, чтобы прорваться на ЧМ. Но в матче с Сенегалом эти футболисты не могли сделать больше двух-трех точных передач подряд. 

«Мы много знали о сопернике, у нас был план. Но план – это дело одно, а реализация другое, – оправдывался после матча тренер поляков Адам Навалка. – Знали, что достоинство Сенегала – быстрые атаки. Мы просто не соответствовали этой игре. Должны серьезно обсудить этот момент».

И это еще одно признание силы Алиу Сиссе. 

Фото: REUTERS/Carl Recine, Jason Cairnduff; globallookpress.com/Xu Zijian/ZUMAPRESS.com; Gettyimages.ru/Kevin C. Cox

развернуть

Уэсли вдохновляла Иоланта.

Летом 2008-го Снейдер гениально сыграл на Евро в Австрии и Швейцарии. Голландцы втоптали сборную Италии – 3:0, а Уэсли забил в ближний Буффону. Во втором туре он почти как Бекхэм вкрутил мяч под самую планку ворот Грегори Купэ. Всего французам отгрузили четыре. 

Голландцы вышли из группы с максимальным результатом и считались главным фаворитом турнира, а болельщики ждали зарубы с Испанией. Снейдер был лидером и шел по графику лучшего на чемпионате. 

Но в четвертьфинале голландцы сломались. Вы точно помните, как это было.

После этого что-то с Уэсли пошло не так – и виноват он сам. Снейдер вел непонятный образ жизни: «Я почти всегда был на вечеринках. Когда ты один дома и у тебя так много вещей, о которых нужно постоянно думать, хочется бежать. Я бежал на тусовки. А потом появилась девушка, которая меня спасла». 

*** 

На видео Снейдер на закрытой парковке целует актрису и телеведущую Иоланту ван Касберген. Пара скрывается, потому что в тот момент Уэсли был женат совсем не на ней. 

Роман начался в 2008-м, Снейдер пытался его скрыть, но ничего не вышло. Жена обо всем узнала и отомстила. Она забрала ребенка, дала полдюжины интервью голландской прессе и слила видео в одно из местных ток-шоу. Там Уэсли 40 минут поливали грязью, а на следующее утро его ненавидели примерно все женщины страны. В итоге Снейдер откупился шестью миллионами евро, испорченными нервами и поломанной мадридской карьерой: из-за переживаний он провалил сезон-2008/09 в «Реале», играл мало и забил только дважды. 

В мае 2009-го на выборах президента «Реала» победил Флорентино Перес, который снова сотворил магию и купил «Мадриду» настоящих звезд (Кака и Роналду). Руководство объяснило Снейдеру, что в нем не нуждается. Уэсли пытался убедить их в обратном, но Пеллегрини на тренировках не впечатлил. В конце августа «Реал» согласовал условия перехода с «Интером» за 15 млн евро, а Уэсли понял, что деваться некуда: «Что случилось со мной, это очень странно. Они относились ко мне очень плохо, но, честно говоря, я бы предпочел не говорить об этом. Мне очень грустно уходить, но это не моя воля. Тем не менее, я перехожу в большой клуб и постараюсь всех удивить». 

***

Получилось.

Сезон-2009/10 оказался волшебным. «Интер» сжигал все на пути, а Снейдер отлично ладил с Моуринью, но это не главное.

Роман с ван Касберген развивался ураганом. Снейдер влюбился в самую сексуальную девушку голландского экрана (она играет в популярных сериалах). Удивительно, но следующим этапом их отношений стала религия. Девушка, которая свела с ума половину Голландии глубокими декольте, приобщила Снейдера к церкви.

«Иоланта, в отличие от меня, была католиком, и я захотел разделить это с ней. У нас есть священник в часовне на клубной базе. Там меня крестили и приобщили в церкви. Я всегда верил в Бога, но теперь я настоящий католик. Это невероятно, но религия дала мне новую жизнь», – рассказывал Снейдер. 

В эту часовню они ходили вместе с Хавьером Дзанетти, который известен привязанностью к церкви. Он объяснял Уэсли: «Бог дал мне все. Я смог добиться всего потому, что верил во всевышнего и следовал его указаниям. Ты тоже сможешь – надо только верить». 

***

29 августа 2009-го «Интер» уничтожил «Милан» (4:0), а Снейдер впервые вышел на поле и поучаствовал в историческом разгроме главного соперника. 

«Нерадзурри» тогда собрали космическую команду, которая вообще ничего не боялась. Виейра еще не уехал доигрывать в Манчестер, Станкович грандиозно колотил с правой, а Диего Милито забивал даже в моментах с нулевым xG. Слева царил Дзанетти, а Камбьяссо уничтожал весь центр. 

Моуриньо инкрустировал туда Снейдера, и у соперников вообще не осталось шансов. Правда, осенью 2009-го они об этом не знали. 

В 7-м туре серии А Снейдер фантастически пробил в дальний и добыл победу над «Удинезе». Обычно тихий «Джузеппе Меацца» взорвался, а Жозе Моуринью порыв поддержал.

В следующих восьми матчах «Интер» выиграл семь раз и сделал одну ничью. Снейдер творил, а команда мчалась к очередному чемпионству. 

В группе ЛЧ все было сложнее, а первая победа случилась только в 4-м туре над киевским «Динамо». Снейдер превратил поражение в победу на последних минутах (голевой пас на 86-й, гол на 89-й), и эти очки решили борьбу за выход из группы («нерадзурри» обошли «Рубин» на три очка). 

*** 

16 марта 2010-го он сделал ван Касберген предложение в самолете. Они летели в Лондон на матч 1/8 Лиги чемпионов с «Челси». Вся команда хлопала в ладоши, и Иоланта согласилась. Через несколько часов Уэсли шикарно отдал пас на Это’О, тот забил, и «Интер» прошел дальше.

В четвертьфинале с ЦСКА Снейдер в каждом из матчей организовал по голу, а «Интер» победил по сумме – 2:0. 

20 апреля 2010-го голландец устроил концерт на «Джузеппе Меацца». «Барса» Гвардиолы приехала крошить соперника, но Снейдер забил и отдал, а его команда победила – 3:1.

Во втором матче итальянцы грандиозными усилиями отстояли нужный счет и вышли в финал, который принимал «Сантьяго Бернабеу». Уэсли испытывал космические эмоции: «Когда я покидал мадридский «Реал», то не думал, что закончу следующий сезон тем, что сыграю в финале Лиги чемпионов. Но «Интер» – фантастическая команда, и просто прекрасно быть одним из ее игроков. Я очень доволен, что вернулся в Мадрид и встретился с людьми, которых не видел целый год», – заявил Снейдер. 

Перед финалом с «Баварией» они обнялись с Роббеном (Роббена Перес тоже продал в 2009-м), а через 35 минут Снейдер вложил мяч в ногу шикарному Милито, который открыл счет. Во втором тайме Диего уничтожил ван Бюйтена и забил второй. После финального свистка Уэсли обнял Балотелли и Моуринью, а еще через несколько часов не смог сдержать эмоций: «Мы завершили великий сезон, выиграли три турнира. Что может быть лучше? Когда я пришел сюда, не думал о таких успехах. Но когда мы начали играть вместе, я понял: у нас удивительная команда. И счастлив, что тогда ушел из «Реала». 

В итоге «Интер» выиграл Кубок, чемпионат и Лигу чемпионов, а Снейдер стал лучшим полузащитником ЛЧ, хотя Хави и Иньеста тоже были в списке. 

*** 

Летом Снейдер со сборной поехал в ЮАР. Перед каждым матчем они созванивались с Иолантой и молились, а потом он выходил на поле и делал игру.

Голландия начала со скрипом. Тяжело обыграли Камерун, Японию и Данию, но Уэсли творил волшебство. Он скользил вокруг чужой штрафной и заводил партнеров, а когда у них не получалось, забивал сам. 

В матче с японцами он сумасшедшим ударом пробил киперу перчатки и получил награду лучшему игроку матча. На вручение Снейдер вышел с крестиком: «Я не расстаюсь с ним после того, как Иоланта подарила его мне. Это мой талисман». 

В 1/8 финала голландцы попали на словаков и всем показалось, что жребий удачный, но Снейдер забил решающий только на 84-й минуте, а в четвертьфинале ждала Бразилия. Парни Дунги показательно разгромили Чили, и были фаворитами у всех букмекеров. 

Матч начался очень мощно. Робиньо забил два, но засчитали только один (Дунга чуть не убил судью), и «оранжевые» вообще не понимали, что происходит. Снейдера сжирал Мело, а партнеры не помогали. Раздраженный Уэсли в перерыве выдал огненное: «После сложного первого тайма нам удалось сохранить спокойствие. Я рад, что наш тренер ван Марвейк, а не два идиота вроде Марадоны и Дунги». 

Когда он зашел в раздевалку, все сидели с опущенными головами, парни молчали и только ван дер Варт что-то выговаривал сам себе. Снейдер начал: «У нас еще есть 45 минут, чтобы показать, чего мы стоим. Если не сделаем этого, то опозоримся. Надо просто выйти и забить два гола. Вы можете все!».

На второй тайм голландцы вышли другими, а Уэсли отгрузил два.

Голландцы поехали дальше, а Снейдер объяснил, что не оскорблял Марадону и Дунгу, но вышло неубедительно: «В интервью я просто рассказал о различиях между тренерами. Мы все разные. Я сожалею о неправильной интерпретации моих слов». 

Матч с Уругваем казался даже более опасным. Там был сумасшедший Форлан. Он взорвал чемпионат магическими ударами и с каждым матчем играл все лучше. Диего забил, но его гол стал вторым в матче, а открыл счет ван Бронкхорст. Это был выстрел из наших снов.

Табарес дал команду лишить Снейдера пространства, и полузащита Уругвая справлялась, но шальной удар от Уэсли все-таки залетел, а прикончил южноамериканцев гол Роббена. 

В финале голландцы не использовали кучу моментов, а Иньеста сделал Испанию чемпионом. Волшебный Снейдер улетел из ЮАР с серебром и званием одного из лучших бомбардиров турнира (Мюллер, Вилья и Форлан забили столько же). 

***

Грандиозный сезон закончился абсурдом: Снейдер не попал даже в тройку претендентов на «Золотой мяч». Уэсли грустно прокомментировал: «Я поздравляю Месси, Хави и Иньесту, хоть мне и жаль, что не претендую на «Золотой мяч». Я ничего не могу с этим поделать. Все хотят, чтобы я что-то сказал, но мне нечего сказать в данной ситуации». 

В шоке был даже Платини: «Снейдер остался вне тройки лучших из-за одного гола. Того самого, который Иньеста забил в финале чемпионата мира. Но вообще это несправедливо, что звездного игрока «Интера» нет в тройке лучших». 

В тот момент Уэсли перестал верить в справедливость, через три года шокировал переездом в Турцию, а сейчас рвет всех в чемпионате Катара (и почти точно не вернется в Европу как игрок). Он зарабатывает очень большие деньги, но в глазах осталась грусть. Две недели назад Снейдер в последний раз натянул оранжевую футболку, но это уже никому неинтересно. 

Через пару месяцев «Золотой мяч», возможно, все-таки отдадут не Месси и не Роналду.

Телеграм автора

Фото: REUTERS/Jason Cairnduff, Carl Recine; Gettyimages.ru/Vittorio Zunino Celotto, Martin Rose, Claudio Villa; globallookpress.com/imago sportfotodienst

развернуть

Сегодня «Фиорентина» играла первый матч после смерти капитана команды, Давиде Астори, умершего во сне в 31-летнем возрасте. Во Флоренцию приехал «Беневенто» – перфомансы в честь Астори начались задолго до стартового свистка.

Перед матчем на газон «Артемио Франки» выложили баннер «Капитан навсегда».

Один из многочисленных перфомансов болельщиков «Фиорентины» – «Давиде 13».

Игроки «Фиорентины» вышли на разминку в майках с фамилией и номером Астори.

Форвард «Фиорентины» Никола Калинич обнимается с игроком «Беневенто» Данило Катальди. На форме Катальди нашивка «Давиде».

Минута молчания в память о Давиде.

Главный тренер «Фиорентины» Стефано Пиоли плакал во время минуты молчания.

«Прощай, Давиде».

«Никто не умирает, пока он в сердцах живых. Прощай, Давиде».

Такой же баннер в честь Давиде подняли и болельщики «Беневенто».

На 13-й минуте игру остановили для минуты аплодисментов в честь Астори. Лига изначально запретила так делать, но футболисты ее не послушали: выбили мяч в аут и сами остановили игру.

А на 25-й минуте случилось удивительное. «Фиорентина» забила первый гол после смерти Астори – и сделал это Витор Уго, центральный защитник, заменивший в основе капитана. Он отпраздновал гол, отдав честь футболке с фотографией Давиде. Уго еще и играет под 31-м номером, у Астори был 13-й.

В центре – владелец «Фиорентины» Диего Делла Валле. Справа – Марко Астори, брат Давида. 

Гол Уго в итоге стал единственным в игре.

После матча игроки «Фиорентины» подошли к фанатам, чтобы поблагодарить их за поддержку.

Сегодня она была особенно важна.

Фото: Gettyimages.ru/Gabriele Maltinti (1,2,5,6,9,10,14,15,18); REUTERS/Alessandro Bianchi

развернуть

От редакции:

Вы в блоге Глеба и зрелищ. Тут пока не очень много постов, но зато каждый из них – кайф. Конкретно этот текст о том, как Невен Суботич помогает людям в Африке. Читайте, подписывайтесь и открывайте другие тексты Глеба – они тоже шикарны!

Детство в Боснии и Германии

Невен Суботич родился в городке Баня-Лука на севере Боснии. Исторически здесь проживали и сербы, и боснийцы, и хорваты. Свой след оставили Османская империя и Австро-Венгрия. Однако с началом боевых действий в Югославии в начале 90-х этнический состав города резко поменялся, а мультикультурность ушла в прошлое.

Боевые действия не затронули Баня-Луку, но 60 тысяч боснийцев и хорватов в результате накалившегося конфликта были вынуждены бежать. На их место пришли сербские беженцы из Западной Боснии. Так Баня-Лука стала моноэтническим городом, и сейчас это центр сербской автономии в Боснии и Герцеговине.

Во время войны крупные компании и фабрики закрылись, с работой стало совсем плохо. После окончания конфликта ситуация улучшилась, но ненамного: зарплаты многих горожан и сейчас ниже прожиточного минимума, что уж говорить о сельской части Боснии. Здесь туристов до сих пор просят быть осторожными – гуляя по полям и горам, можно нарваться на мины. На дорогу иной раз забредет бык или барашек, а мальчишки, разинув рот, смотрят на дорогостоящие иномарки, редко заезжающие в отсталый по туристическим меркам регион.

В 1994-м семья Невена в страхе за будущее детей перебралась в Германию, в небольшой город Шемберг неподалеку от Штутгарта. Жить было негде, и пристанищем Суботичей стал узкий чердак в домике на базе местной команды. Отец Невена в Югославии был профессиональным футболистом, и его охотно взяли в местный любительский клуб «Шварценберг».

Каждый день, просыпаясь, Невен видел из окна футбольное поле. Каждый день он наблюдал за тем, как играет его отец, и никто из команды не отказывал пареньку в том, чтобы попинать с ним мяч. Так и зародилась любовь к игре.

«Когда родители приехали из Боснии, им пришлось сильно постараться, чтобы найти работу», – говорит Невен. – «Мигрантов было очень много, а рабочих мест – мало. Папа просто ходил от дома к дому, стучался и спрашивал, нет ли какой работы – может, нужно помочь в саду или что-то починить. Важно было не просто зарабатывать на жизнь, но и отсылать необходимые продукты и медикаменты домой в Югославию. Там осталось много наших родственников».

Невен Суботич в команде «Шварценберг» (второй игрок в верхнем ряду справа)

В семь лет Суботич начал ходить в футбольную академию «Шварценберга». В традиционных немецких городках еще только привыкали к наплыву беженцев и иногда просто не знали, как найти к переселенцам подход: «Помню, у нас были уроки религии. Когда начинались занятия, меня и еще пару других учеников просто отпускали – потому что мы были другого вероисповедания. Мы шли в пустой класс и пинали там теннисный мячик, пока урок не закончится».

В конце девяностых срок документов, позволявших родителям Невена находиться в Германии, вышел. Им грозила депортация в нищую поствоенную Боснию. 

«Моим родителям постоянно приходилось обновлять разрешение на жительство. Но они не знали, смогут ли они и дальше жить здесь. А как строить жизнь, если не знаешь, что будет дальше? Как купить машину или даже холодильник, если у тебя нет гарантии, что не придётся уехать? Как найти работу, если работодатель не знает, где будет его сотрудник завтра? Все это невероятно давило на психику».

Выручила семью двоюродная тётя Невена. Он жила в Америке, и когда встал вопрос о депортации родственников, она согласилась принять всех у себя в доме в Солт-Лейк-Сити.

Юность в Америке

По приезду в США Невен удивился, что в здешних дворах совсем не играют в футбол. От скуки он стучал мячом на ближайшем теннисном корте, а потом стал играть за местные любительские команды «Спарта Юнайтед» и «Импакт».

Но вскоре семья перебралась во Флориду, и здесь грезящего карьерой спортсмена Суботича совершенно случайно заметил помощник тренера юношеской сборной США. Сборная U17 базировалась в городке Брейдентон, куда переехали родители Невена. Кстати, здесь же находится и знаменитая академия Ника Боллетьери, где начинала свою карьеру Мария Шарапова. Так что теннис всегда был по соседству с Невеном – а еще теннисом занимается его сестра Наталия.

Тренер вспоминает: «Как-то раз я гулял по городу. Это был вторник. И вдруг вижу –  тощий долговязый паренек с сумкой, а в сумке – наверное, мячей двенадцать. И вот он достает эти мячи, и начинает лупить по воротам. Ударит раз и бежит два круга вокруг поля. Ударит второй – и снова бежит. Реально круто бежал и сразу включался в игру – я сразу понял, что парень выносливый». 

Наутро, в среду, он снова пришел к полю и снова увидел на нем Невена. Через неделю он решил прийти в четверг, чтобы убедиться, что парень занимается каждый день –  Невен был на месте и в следующий четверг. Тогда тренер подошел к мальчику и представился. Мальчик рассказал ему свою историю и сказал, что все ничего, но папа очень беспокоится о том, что не сможет получить американское гражданство и им снова придётся переезжать.

О талантливом парне из соседнего двора моментально сообщили главному тренеру юношеской сборной Джону Эллингеру и тот пригласил Невена на просмотр. Как и все дворовые футболисты, он мечтал быть нападающим, но в сборной эти позиции были закрыты – и его стали пробовать на позиции опорника и центрального защитника.

«Невен жил на той же улице, где располагалась наша академия. Мы не должны были его содержать, но могли в любой момент взять в команду. Отец Невена работал в школе, мыл полы и приводил в порядок классы. У него было три или четыре работы. Невероятно трудолюбивый, замечательный человек. Вот так все начиналось. Остальное – история. Потрясающая история».

Так по чистой случайности судьба во второй раз забросила родителей Невена туда, где его караулило большое футбольное будущее.

Как-то раз Невен пришел на тренировку, и Эллингер сообщил, что берет его в команду. «Я ошалел от радости, когда он произнес это, но не подал виду. А потом прибежал в раздевалку и заорал при всех», – вспоминает Невен. Два года он не играл даже в любительских командах – а теперь в юношеской сборной огромной страны.

Карьера в Бундеслиге

После того, как Суботич сыграл на юношеском чемпионате мира в 2005-м, его карьера стремительно пошла вверх. На сборах в Голландии американцы играли против «Аякса» и «ПСВ Эйндховена» – а на футболистов этих команд всегда стойкий интерес из Бундеслиги, и немецкие скауты чуть ли не ночуют на тренировках.

Для Невена возвращение в страну его детства было мечтой. Когда агент Стив Келли сообщил об интересе «Майнца», Суботич даже не думал, а просто сказал: «Да». Тренером в «Майнце» тогда был никому не известный Юрген Клопп. Высоченный, как и сам Клопп, сербский мальчишка, ему сразу приглянулся своей боевитостью и строгостью.

Уже в 17 лет Суботич дебютировал в Бундеслиге. В первом же своем матче он сыграл против «Баварии», а в следующий сезон стал основным защитником. Казалось бы, успех пришел – самое время купить дорогую тачку и расслабиться, но Невену это было уже не так интересно. Машина у него появилась еще в Америке. «Как-то я пришел к родителям и сказал, что хочу машину. Но они сказали, что у них нет денег. И сказали: может, купим его на твои? А я как раз работал всё лето и говорю: «Да, вот, возьмите». Так мы купили старенький Форд Эскорт 97, стоил он полторы тысяч долларов. Сначала я ужасно этим гордился, а через пару недель отдал его сестре».

В те же 17 Невен посетил детский дом в Майнце. Он подружился с ребятами и стал помогать им в социальной адаптации. Играл с ними в футбол. Было реализовано шесть специальных проектов, но когда желающих стало слишком много, их пришлось свернуть – Невена уже не хватало на всех.

 «Родители дали мне хорошее воспитание – это огромный плюс. Но то, что уже в юности у меня появилась возможность познакомиться с детьми-сиротами, повлияло на меня так же сильно, а может даже сильнее. Знаете, обычные дети приходят домой и могут поговорить с родителями. Они – нет. Другие ребята не слишком-то тянутся с ними общаться, часто считают, что дети из детского дома какие-то не такие, недостойные, что ли. А я общался с этими ребятами и могу сказать, что они такие же классные, как и все остальные. То, что мы встретились – большая удача и для ребят, и для меня. Мы просто пошли вместе с играть в футбол. И знаете: те дети, которые раньше сторонились детдомовцев, увидели, как это здорово, и стали играть вместе с нами».

Когда Юргена Клоппа позвали в Дортмунд, тот немедленно забрал с собой и Суботича, сразу поставив его в основу. С «Боруссией» Невен дважды выиграл чемпионский титул.

Радость от победы в первый раз, в 2011-м году была особенно велика. Суботич ехал на своей машине по райончику Кройцфиртель, где всегда полным полно фанатов «Боруссии». Те заметили сербского защитника и стали петь. Серб не стал скрываться от толпы, а вскочил на крышу автомобиля и начал заряжать вместе с фанатами.

Раздетый по пояс, со своими длинными волосами а-ля Дэйв Гаан из Depeche Mode начала 90-х, Суботич походил на рок-звезду. На поле он тоже всегда был эмоционален – а когда матчи заканчивались, возвращался к смиренному образу Иисуса Христа (согласитесь, есть что-то общее).

«Спаси и сохрани» для «Боруссии» не раз выражалось в чудесных спасениях от Суботича. А апогеем стал финал Лиги Чемпионов против «Баварии», где Невен вынес мяч с ленточки прямо перед набегавшим на пустые ворота Арьеном Роббеном. «Боруссии» это правда не помогло – она уступила 1:2, но для парня, который десять лет назад пинал мяч на теннисном корте, финал стал пиком в карьере.

На Роббена Субботич совсем не по-христиански затаил обиду еще за год до финала. В апреле 2012-го, в разгар чемпионской гонки, «Боруссия» принимала «Баварию» на своем поле и к 86-й минуте вела 1:0 благодаря элегантному голу пяткой Левандовского. Но на этой самой минуте Роббен упал после контакта с вратарем дортмундцев Романом Вайденфеллером, а судья показал на «точку».

Удар у голландца не вышел: он пробил прямо в руки киперу. В ту же секунду к нему подбежал Суботич и крикнул что-то прямо в лицо. Любители читать по губам прочитали: «Ты – идиот!».

Роббен сделал вид, что ничего не услышал, а сам Невен извиняться не стал: «Не люблю, когда ныряют. Бог видел, что пенальти не было».

В конце матча Суботич чуть не повернул карму вспять, срезав мяч в перекладину своих ворот, но набежавший Роббен пробил в молоко. Через месяц «Боруссия» во второй раз подряд стала чемпионом.

Травмы

Все помнят устрашающую и одновременно комичную гифку, где Юрген Клопп в невероятных гримасах высказывает свои претензии арбитру. Но вряд ли кто-то помнит, по какому поводу Клопп так разбушевался, что судья немедленно показал ему красную карточку и отправил на трибуну.

Дело было в матче Лиги Чемпионов против «Наполи». Суботич получил рассечение, хлынула кровь, и сербу пришлось покинуть поле, чтобы врачи заклеили рану. Тем временем неаполитанцы заработали угловой. Суботич уже был готов выйти на поле, но судья не стал ждать и дал свисток о розыгрыше стандарта. Невен добежал от бровки до штрафной и даже попытался прервать навес, но не успел закрыть своего игрока – и «Наполи» усилиями Игуаина повел 1:0. Именно это решение судьи и привело в ярость сегодняшнего триумфатора Лиги Чемпионов Клоппа.

В ноябре 2013-го Суботич вышел на рядовой матч Бундеслиги против «Вольфсбурга». Дело шло к перерыву, когда на 42-й минуте Невен пошел в жесткий стык с Ивицей Оличем рядом с боковой линией. Сделав кувырок в воздухе, Суботич приземлился на голень, а стоявший рядом Иван Перишич услышал истошный крик. Друг Перишича Невен, с которым они вместе играли в «Боруссии», порвал крестообразные связки.

Восстановление длилось долгие 10 месяцев, но на прежний уровень защитник уже не вышел. После возвращения он отказался выступать за сборную Сербии, как его не упрашивали – опасался излишней нагрузки. Это была вынужденная мера: сам Невен всегда стремился играть за национальную команду. В 2008-м году при четырёх гражданствах – американском, немецком, сербском и боснийском он сделал выбор в пользу исторической родины. Понятие otadzbina («отечество») сыграло решающую роль: «В моей семье все – сербы. Я выбирал сердцем». 

Пару сезонов спустя вдобавок к старым травмам у Суботича начались проблемы с кровообращением, и он стал играть все меньше. Новый тренер «Боруссии» Томас Тухель делал ставку на других. Суботич принял решение покинуть команду и на правах аренды отправился в «Кельн». Вместе с ним клуб впервые за 20 лет вышел в еврокубки. А когда «Кельн» приехал играть в Дортмунд на матч с его бывшей командой, болельщики «Боруссии» устроили Невену овацию.

В январе 2018-го года Суботич покинул Бундеслигу и переехал в «Сент-Этьен». В матче против «Бордо» он пошел в борьбу с нападающим, как вдруг на перехват в брутальном прыжке выскочил вратарь. Чудовищный удар коленом пришелся прямо в голову Невену.

«Бордо» забил гол, а повреждения поначалу никто не заметил: в то время, когда Суботич оставался на газоне без сознания, соперники праздновали гол, а вратарь что-то выговаривал защитникам. Лишь когда кровь залила пышную шевелюру Невена, а его лицо Иисуса приобрело невероятно близкий к евангельским описаниям мученический вид, на него обратили внимание. Суботича привели в чувство и отправили в больницу, где он, к счастью, быстро пошел на поправку.

Эфиопия

Играя за Дортмунд, Суботич продолжал помогать детям, а в 2012-м году неожиданно обратил свой взгляд в сторону Африки и основал собственный фонд – Neven Subotić Foundation.

Проблема нехватки воды – одна из главных на африканском континенте. В частности, в Эфиопии, где реализует свой проект Суботич экс-игрок «Боруссии». Вода сильно загрязнена и кишит бактериями, так что в поисках чистой питьевой воды тем, у кого ее нет поблизости, приходится преодолевать километры по жаре и засухе. Женщинам и детям приходится тащить на себе бутыли общим весом по 20 литров и больше. В семьях по 3-4 детей минимум, и вода нужна всем.

Бывают случаи, что люди уходят в поисках воды, но так и не находят сил вернуться обратно. Дети пропускают уроки из-за того, что им некогда учиться – важнее найти чистой воды на грядущий день.

Чтобы открывать новые источники воды, нужно бурить землю на глубину порядка 50-60 метров сквозь каменистую почву – что требует специальной техники и геологического изучения местности. А это, в свою очередь, требует денег, которых у местных еще меньше, чем воды.

Фонд Суботича работает по трем направлениям: помимо открытия новых источников, он ведет работу по ликвидации безграмотности населения в вопросах гигиены и борется с антисанитарией, а также помогает детям получать образование. Все начиналось с маленькой группы волонтеров – сейчас в фонде более 7 тысяч участников. В населенных пунктах открыто 99 источников, еще 74 функционируют прямо в школах. По заверению организаторов, доступ к чистой воде получили 83 тысячи человек.

Сам Суботич задумывался об идее создания фонда давно: «Не было такого, что однажды я проснулся и решил кому-то помогать. То, что необходимо помогать другим, сидело во мне с самого детства – это то, чему научили меня мои родители и друзья. Так что, когда появились деньги, я решил, что нужно тратить их с умом. Я не могу просто лежать на пляже и думать: «Жизнь удалась».

Невен не просто курирует фонд, он ездит в Эфиопию каждое лето и лично проверяет, где и как достигаются результаты. Когда у него была травма крестообразных связок, он приехал в Эфиопию весной и вместе с местными жителями смотрел финал Лиги Чемпионов. А в прошлое лето привез с собой давнего друга и партнёра по «Боруссии» Нури Шахина, который как ни в чем не бывало таскал баки с водой, помогая местным жителям.

Шахин с радостью помогает приятелю: «Мы все знаем, что Невен делает доброе дело, но мы даже не представляем, каков его вклад. Он очень скромный парень и совсем не рекламировал свои проекты среди нас. Он никогда не говорил : «Ребята, давайте, помогите нам, несите деньги на то и на это», как это часто происходит с футболистами. Но я заинтересовался. И когда я посмотрел ролики и оценил масштаб программы, то сразу сказал Невену: «Я участвую».

Теперь и сам Нури, который, кстати, уже во время своей профессиональной карьеры, прошел экспресс-обучение в Гарварде, проникся идеей. Через пару лет он хочет открыть свой фонд, а пока планирует приехать в Эфиопию еще раз – вместе с защитником «Вердера» и сборной Чехии Тео Гебре Селассие.

Отец Гебре – эмигрант из Эфиопии, коих в Чехии было немало – но Тео никогда не был на исторической родине.

Когда Шахин впервые побывал на открытии источника, он поразился одной детали. Вода прорвалась из земли, и окатила мощной струей всех окружающих. Европейцы привычно отбежали, местные же захлопали в ладоши и ринулись в поток – они никогда не видели такого чуда.

Вернувшись домой, Шахин показал видео своему сыну и тот воскликнул: «Папа, давай еще поможем этим людям!».

Среди местных детей фондом организованы специальные кружки под названием Wash Club. Ребят в подростковом возрасте в буквальном смысле учат мыть руки и пользоваться туалетом. Созданы отдельные кабинки для мальчиков и девочек – раньше не было и этого. Девочки очень стеснялись и банально не могли сменить повязки, служащие здесь альтернативой прокладкам.

Одна из миссий – не просто помогать, но и приобщать к помощи. Один из местных ребятишек, Хайле, моложе других учеников, но его слушают даже старшие. «Я узнал, что такое гигиена, как мне следить за собой. Я хочу поделиться своим знанием и с другими ребятами, рассказать об этом моей семье и моим односельчанам».

Во время поездок Невен не только контролирует реализацию программ, но и каждый день общается с местными. Он знает по именам многих детей, которые делают успехи в обучении основам гигиены. А особенно любит слушать пожилых людей.

Семья и родители чрезвычайно важны для Невена. Он отмечает, что родители были и остаются для него главным примером в жизни. Бежав из Боснии, они много работали и помогали другим семьям, бежавшим от войны. Денег было мало, но в итоге к семье Суботича пришло сначала финансовое благополучие, а затем и состоятельная жизнь. Простой ли ценой?

«Мой папа прекрасно играл в футбол, но ради семьи ему пришлось работать на стройках и шить рубашки. Поэтому я хочу, чтобы и моя жизнь не сводилась к удовольствиям, а обрела более широкий смысл», – объясняет Суботич.

Возвращаясь из Эфиопии, он переосмысливает свое отношение к проблемам: «У каждого из нас тысячи желаний, а у них – три. Чтобы была еда, чтобы была вода, чтобы у детей было будущее».

Невен часто выступает спикером на немецких форумах. Во время выступлений его голос приобретает тон проповедника: «У каждого десятого на нашей планете нет возможности…», – говорит Невен, а потом отходит в сторону и отпивает из стакана воды.

И действительно, можем ли мы просто услышав традиционные слова о голодающих Африки, представить, что у нас нет возможности просто взять и попить? Вряд ли. Это нужно ощутить. «Невен говорит всем: поезжайте и тогда вы всё увидите сами», – объясняет Шахин.

Невен Суботич мог бы и сейчас жить в городке Баня-Лука – без будущего, без профессии и возможности финансово помогать другим. Но родители всегда отправлялись туда, где Невена ждал счастливый случай. Родители сделали его будущее таким, какое оно есть. Теперь он сам дает будущее тем, кто раньше не имел на него шансов.

«Своим примером родители научили меня не сдаваться в любой ситуации и помогать. В мире есть две группы людей – те, кому нужна помощь и те, кто может помочь. В своей жизни мне много везло, и я хочу, чтобы и другие были счастливы. Я желаю этого каждому».

По состоянию на лето 2019-го года футбольный Иисус сидит без клуба. Его договор с «Сент-Этьеном» истекает – а новых предложений пока нет. Но это не значит, что у него нет работы.

Впереди – сотый родник.

Глеб Слесарев

Фото: nevensuboticstiftung.de; globallookpress.com/imago sportfotodienst, Wang Lili/Xinhua; welt.de

развернуть

Через полмесяца – еще одна МРТ.

4 февраля – всемирный день борьбы с раком. «Матч ТВ» поднял важную тему и рассказал о тех, кто столкнулся с болезнью в спорте.

В выпуске – истории Никиты Квартальнова, Самвела Мнацяна, Александра Тарханова и Василия Кулькова. А еще – Юрий Альбертович Розанов, впервые рассказавший о своем заболевании. Но он все равно улыбается – «на позитиве», как сам говорит. 

• В прошлом январе Розанов в телеграм-канале написал, что случилось. «Я чуть не помер. Какие-то инсультные вещи: рот не открылся, пол-лица провалилось, паник-аттак и потеря сознания на 5 мин. Слава Богу, рядом была супруга и скорая моментально появилась».

• Обследование в Корее показало, что диагноз гораздо серьезнее.

«Искали инсульт – оказалось, что метастазы в голове». Комментатор признался, что в этот момент совсем не паниковал. «Оставался удивительно спокоен. Очень помогло, что супруга рядом была. Когда объявили диагноз, подумал: сегодня ведь не умру, чего волноваться? Это очень помогло. Господь подарил мне 30 лет рядом с любимой женщиной – чего еще можно просить?»

• В мае 2019-го Розанов перестал комментировать – в это время он проходил агрессивное лечение. Коллеги по «Матч ТВ» не рассказывали, что произошло, но на матч против блогеров из команды «Амкал» вышли в футболках с его цитатами.

• Главный секрет Розанова – оставаться на позитиве. 

«Излечение начинается в голове. Как только выгнал эту муть из головы и думаешь о позитивном: солнце встает, друзья звонят, супруга любимая. Если что-то случится – ну, случится и случится.

Не могу сказать, что совершенно не волнуюсь по этому поводу, это будет неправдой. Но чтобы это пожирало все мои мысли... Чувствую, что в постоянном беспокойстве есть какая-то гадость. 

Освободить мозги намного полезнее», – сказал Розанов.

• Полгода лечения дали результат. 18 ноября Юрий впервые вернулся к комментированию: в паре с Константином Геничем отработал матч Ирландия – Дания. На фоне Генича Розанов заметно отставал, а после игры признался, что в конце матча закончились силы. 

«В последние 15 мин подсел (еще пока все же не совсем в форме). Константин вытащил», – писал он в твиттере.

• Через полмесяца Юрия ждет еще одна МРТ – она должна показать прогресс лечения. Но о ее результатах Розанов не переживает.

«Надо радоваться каждому дню, но не как последнему. Сегодня хорошо, а завтра еще лучше. А послезавтра – лучше, чем завтра. Так и живу».

Здоровья! 

Игрок КХЛ умер от рака. Трагедия Самвела Мнацяна

«Рак беспокоит, когда уже четвертая стадия. У меня была третья». Открытое письмо Александра Тарханова

 

развернуть

Все сборные, прошедшие квалификацию, на одной картинке.

Топовое Фото: Gettyimages.ru/Octavio Passo

развернуть

Куча историй о футбольном люксе.

– О, как раз сообщение-рассылка от Кафу, – говорит Нобель, как только мы садимся за столик в кофейне. – Ничего особенного, он просто шлет забавные картинки, желает хорошего дня.

Кафу – очень веселый и жизнерадостный, как все бразильцы.

– С кем еще из суперзвезд ты стабильно на связи?

– Очень горд тем, что после чемпионата мира стал общаться с Хави. Я был одним из тех, кто его принимал в России. На мероприятие «Альфа-Банка» на ЧМ-2018 приглашали сразу восемь звезд. Помимо Хави, были еще Форлан, Кафу, Трезеге, Мхитарян, Маттеус, Гаттузо, Дзанетти. Мы с Марко Трабукки частично помогали им в этом проекте. Мне казалось, с Хави будет сложнее всего. Но общение сразу пошло легко. Думаю, Хави и его представитель Фернандо в первую очередь оценили, что я говорю на испанском. Пусть даже коряво и с ошибками.

Фернандо меня спрашивает: «Где нам пообедать?». Мы в центре Москвы, на Манежной площади – выбор большой. Я говорю, что есть итальянский ресторан, есть азиатский, а есть русский – «Доктор Живаго». И тут же думаю: «Блин, что я ляпнул. Туда в обычный день-то попасть невозможно, а во время чемпионата мира – тем более». Они как назло отвечают: «О, русская кухня? Отлично, пойдем туда!». Там еще был Генрих Мхитарян с сестрой Моникой, их тоже планировал пригласить на обед. Я уточнил у Хави, не против ли он, если с нами пойдет Мхитарян. То же самое спросил у Генриха. Оба, естественно, были за.

(Фернандо – справа на фото)

Путь от отеля Four Seasons до «Доктора Живаго» небольшой, но надо идти через подземный переход. Представляешь: Хави, Мхитарян, переход, торговый центр, «Охотный ряд» – вот это все. И думаю, что же делать: сейчас придем, там мест нет, а меня выгонят с позором. В панике звоню Герману Ткаченко, который теоретически мог решить этот вопрос. «Герман, я ваш должник, пожалуйста, мне нужен столик на 5 человек». Он отвечает: «Дай мне три минуты». Я говорю: «Герман, нет трех минут, максимум две. Это не мне, я не на свидание иду. Тут Хави, Мхитарян. Сделайте что-нибудь». Открываю дверь в «Доктор Живаго», тут же звонок Германа: «На твое имя стол уже оформлен». Я выдыхаю, мы садимся, начинаю им рассказывать про русскую кухню.

– Что они заказали?

– Я посоветовал Хави и его агенту суп и блинчики с черной икрой – им очень понравилось. Мы тепло пообщались про футбол, про тренеров, про игроков. У Мхитаряна и Хави много общих знакомых, с которыми они в течение карьеры пересекались. Думаю, в тот момент Хави понял, что я адекватный парень, а не городской сумасшедший, который не будет давать ему покоя.

– Кто платит в таких случаях?

– Думаю, это не так важно, но в тот раз платил я. Мы пообедали, Хави пошел в отель отдыхать. А я, по-моему, в тот же день поехал встречать Форлана в аэропорт. Там почти час покупали ему и его друзьям русские симки, потому что Диего приехал в Россию на полтора месяца (Форлан работает на уругвайском ТВ, он посол ФИФА и КОНМЕБОЛ – Sports.ru). Они меня просто замучили с этими гигабайтами и вопросами, за 500 рублей брать или за 300. Форлан же не понимает суммы, а я ему говорю: «Диего, это не существенная разница – пять долларов». В общем, мы очень долго выбирали тариф, решали, нужны звонки или нужен только вотсапп.

Форлан оказался большим любителем японской кухни – прямо фанатом. Мы пошли в хороший японский ресторан на Петровке, Диего был в шоке от наших роллов. Сказал: «Я не думал, что в России умеют так вкусно делать японскую еду». С Форланом мы обсуждали самые разные темы: его интересовал российский футбол, как он устроен, какие клубы богатые и какие бедные. У них же до сих пор представление, что в России смотришь на небо, а оттуда деньги падают. Форлан помнит переезд Самюэля Это’О из «Интера» в «Анжи» на контракт 60 млн евро за 3 три года. Или того же Халка и других звезд, которые в Россию переходили. Но я ему объяснил: «Диего, уже не так, времена изменились. Теперь у нас все попроще». Обсудили с ним и армянскую диаспору в Уругвае. Он стал произносить армянские фамилии своих друзей из Монтевидео.

Форлану еще очень понравилось, что девушки вокруг красивые. Вообще это история чисто про Москву. В период чемпионата мира девушки приходили в рестораны как на показ мод и садились за столики, чтобы на них обратили внимание. Конечно, внимание обращали, но явно не Форлан и не Хави. Диего мне просто говорил: «Cual guapa». На испанском значит «какая красивая». Я ему отвечал: «Конечно, красивая, но она одна сидит уже час с бокалом шампанского – это подозрительно». Вообще Форлан очень занятой человек и знает себе цену. Уругвай в Южной Америке считается как Швейцария в Европе. И Диего четко дает понять – он не бразилец и не аргентинец, а именно уругваец.

– Хочешь сказать, на русских девушек легенды вообще не велись?

– Я уверен, что велись, но вот при мне откровенно такого не было. Общались только случайными компаниями в баре. Все же были в баре и понимают, как это происходит. Но историй, чтобы какая-то русская девушка разрушила крепкую европейскую семью, конечно, не было.

– Как ты вообще начал общаться со звездами?

– Ну, это часть моей работы. Сразу вспоминается Кубок РЖД – приезжали «Милан», «Челси», «Реал». Мне было 19-20 лет, я только начинал работу на «Радио Спорт», но благодаря настырности и небольшой изобретательности попал на теплоход со звездами. Пирло, Анчелотти, Зеедорф, Лэмпард – со всеми сфотографировался с горящими мальчиковыми глазами, а с Каладзе договорился об интервью...

Телефон Нобеля снова загорается, но уже не от картинок Кафу. Звонит Рашид Рахимов. Нобель предупреждает, что это может быть надолго, но главный тренер «Ахмата» исключительно по делу – поздравить с наступающим Новым годом.

– Вроде 28 декабря только, но Рашид Маматкулович решил поздравить заранее, – улыбается Нобель и продолжает. – Так вот, на Кубке РЖД внимание было приковано к «Челси». Меня на радио отправили делать включения с места событий, но в отель «Балчуг» я не попал – охрана не пустила. Помню, шел разочарованный в сторону Пятницкой, а навстречу мне – Абрамович в сопровождении двух охранников! До этого я его видел на Кубке Первого Канала. Тогда каждый журналист мечтал записать интервью с Абрамовичем. Я договорился с организаторами, они мне дали проходку в вип. Интервью с Абрамовичем не сделал, но сфотографировался.

Запомнилось, как грамотно встали два охранника: не мешали кадру и так закрыли его со всех сторон, что никто не мог подойти. Очень профессионально! А на следующий день вижу интервью в «Советском спорте». Заголовок: «Роман Абрамович: «Я не знаю, кто выиграет Кубок Первого Канала». На самом деле никакого интервью не было, просто один из журналистов помахал ему рукой и крикнул: «Роман Аркадьевич, кто выиграет турнир?». Абрамович пожал плечами и пошел дальше, но этого оказалось достаточно для цитаты.

– Первый, с кем ты заговорил?

– В 2008 году, когда я еще работал на радио, мне доверили программу про итальянский футбол. И через Элизабет Бартоше (в то время – матч-агент ФИФА) получилось сделать интервью с Клаудио Раньери. Он тогда не был безработным или тренером «Фулхэма», а реально возглавлял «Ювентус». Мы записали интервью на испанском языке – Раньери же работал в «Валенсии» и «Атлетико», знает испанский. Понятно, что интервью было без откровений, а вопросы банальные. Но сам факт его интервью для российского радио – это классно. Так что у меня некоторое время в записной книжке был телефон главного тренера «Ювентуса»!

– Кстати, откуда ты знаешь испанский?

– Я его знаю не так хорошо, как хотелось бы. Когда поступал в Московский международный университет, ходил на курсы испанского языка. А на первых курсах института уезжал в Испанию на четыре месяца, в город Леон – на север. Специально, чтобы выучить испанский язык. Английский знаю похуже, а в планах – итальянский. В мечтах – армянский.

– Совсем не говоришь по-армянски?

– К сожалению, армянский вообще плохо знаю. Я из семьи бакинских армян, дома говорили на русском всегда. Точнее, 90% – русский, 10% – армянский. Конечно, я знаю много армянских слов. И когда окунаюсь в атмосферу Армении, могу понять многое. Но говорить и тем более писать – тяжело. Я даже букв не знаю. Забавно, но больше всего за незнание армянского меня застыдили не в Армении, а в Америке. Я приехал к одним родственникам в Сиэтл, и мы полетели к другим родственникам в Лос-Анджелес. Там, кстати, живет Юра Мовсисян. Ехали в гости, а по пути надо было купить гостинцы – торт, вино и так далее. Я зашел в магазин: видно, что владельцы армяне, продавщица армянка. Мы с троюродным братом Юрой – не Мовсисяном – заходим, выбираем. Продавщица на английском спрашивает: «Вам что?». Я уточняю: «Вы армянка?». Она кивает. И я перехожу на русский: «А дайте то, дайте это». Она делает паузу и смотрит на меня непонимающим взглядом. Брат сразу: «Сорри-сорри, он армянин, но из России, не говорит по-армянски». И она мне: «Слушай, ты армянин и не говоришь по-армянски? Тебе не стыдно?». Я отвечаю, мол, извините, в Армении никогда не жил, вырос в России. Она смотрит на меня: «Знаешь, что? Я в Армении вообще никогда не была! Я вообще из Ирана, но мы армянский знаем в отличие от вас».

– Расскажи про эту знаменитую фотографию. Как попасть за такой стол?

– Это же начало чемпионата мира, все звезды были в Москве – и действующие, и закончившие. Мы с Марко Трабукки показывали гостям Москву и пошли традиционно поужинать в ресторан с Трезеге, Дзанетти и Гаттузо. Когда мы уже были вместе, мне написал агент Хави – и я их тоже пригласил. И как-то собралась вся испанская тусовка, пришли еще Сальгадо и Касильяс.

За ужином они все шутили, балагурили и почему-то смеялись над Сальгадо. Там какие-то внутренние шутки, слабо понимал их. Касильяс – очень простой парень. Самое удивительное, что он меня запомнил. Потом на Красной площади был матч, куда приезжали Путин и Инфантино. Я вел его, там играли русские звезды против иностранных. И когда Касильяс выходил на поле, сразу подошел ко мне: «Дружище, привет! Ты же с нами в ресторане был. Как дела, что нового? Ты что, работаешь здесь ведущим?».

Но вообще многие из них очень простые. Например, Гаттузо – самый-самый обычный чувак. Он с Форланом и другими легендами принимал участие в детском турнире, они были наставниками. И Гаттузо очень искренне относился к процессу, переживал, просил переводить, все объяснял детям. Еще как-то в Ереване устраивали матч в честь Хорена Оганесяна – сборная Советского Союза против сборной мира. Меня попросили помочь со звездами из Европы, через Марко мы привезли Матерацци и Гаттузо. Трабукки вообще довольно близко дружит с Гаттузо. Даже устраивал ему несколько лет назад стажировку у Слуцкого в ЦСКА.

– Есть подробности?

– В 2015 году Гаттузо приезжал на неделю, два-три раза ездил на тренировки к Слуцкому. Леонид Викторович очень удивился, что Дженнаро внимательно следит за российским футболом и знает весь состав ЦСКА. Гаттузо задавал много вопросов, Слуцкий объяснял расстановки и задачи игрокам.

Так вот, приехали они в Ереван. Матерацци весь на понтах, в космосе, а Гаттузо – такой же простой. Мне потом рассказывали игроки сборной СССР: «Обычно в ветеранских матчах не идут в стыки. Дают пас, а ты уверен, что никто никогда не будет атаковать. Как вдруг вылетает Гаттузо и начинает просто выгрызать мяч с ногами». А после игры Гаттузо сидел со всеми и пил коньяк до 3 часов ночи.

– Армянский?

– Да, ему очень понравилось. Мы ему даже в Милан отправили несколько бутылок. Они там сидели с Джеваном Челоянцем и долго спорили о судьбах мирового футбола и российского в том числе. Просто представь картину: сидит Гаттузо, в каком-то Ереване, пьет какой-то коньяк. В незнакомой ему компании.

Одному из наших друзей, который во время ЧМ-2018 с ним общался, Гаттузо спустя время закрыл счет в дорогом ресторане. Они в Москве обменялись телефонами, а Дженнаро сказал: «Будешь на Капри, сходи в этот ресторан». Парень поехал с семьей в отпуск и зашел в ресторан, про который говорил Гаттузо. Пишет ему: «Дженнаро, я здесь!». Через два часа, когда надо было платить, он просит официанта посчитать, а официант говорит: «Не надо, мистер Гаттузо все за вас закрыл». Не представляю, чтобы другой суперстар запомнил какого-то парня из Москвы и потом бы еще платил за него.

– Давай вернемся к Хави, раз уж он твой друг. Как продолжилось ваше общение после того обеда?

– Я не могу назвать Хави своим другом, я нечто больше вкладываю в это слово. Скорее, после чемпионата мира мы стали хорошими знакомыми. Но в те 3-4 дня я общался с ним очень много. Например, он должен был лететь в Сочи на матч Испании и Португалии. От его агента Фернандо поступила просьба: спросили о возможности организовать бизнес-джет. Я немного подумал, и у меня такой вариант появился. Просто спросил одного влиятельного человека, у которого есть свой самолет, не хочет ли он слетать на футбол в компании Хави, а тот согласился. Когда я уже был счастлив, что все получилось, появилась новая проблема – парковка для самолета в сочинском аэропорту. Во время чемпионата мира было очень много бизнес-джетов, а в аэропорту – тяжело с местом. Прилететь-то можно, а сесть некуда. Новая дилемма, я окунулся в индустрию джетов и аэропортов. Пришлось мне пару недель потратить на звонки и мэйлы, чтобы решить проблему.

– О чем говорили в самолете?

– Говорили не только о футболе: еще на тему России, Испании, независимости Каталонии, вина. В самолете Хави узнал, что существует и армянское вино. Обсуждали стиль игры, а Хави сказал очень умную вещь. У него как у будущего тренера есть три кита в футболе, а главный – это наслаждение игрой. Если ты игрой не наслаждаешься, то не будешь в его команде играть.

Хави учит нас лучше понимать футбол. Каждое его слово – золото

– Мне всегда было сложно находить общие темы с футболистами. Что ты обычно пишешь Хави?

– В июле после чемпионата мира мы поблагодарили друг друга. Хави говорил что-то в духе: «Будешь в Барселоне или Катаре, пиши». Рассказывал о планах, что еще год планирует поиграть, а потом потихоньку завершать и тренировать. У него недавно ребенок родился, я его поздравил. Потом рассказал ему, что в январе в Дохе пройдет «Кубок Матч-Премьер» – канала, где я работаю. Он спросил, приеду ли я сам в Катар. И если он в это время будет там, то он готов увидеться со мной и пообщаться.

В нашем общении нет такого, чтобы я ему писал: «Ну как тебе «Барселона» вчера против «Леганеса»?». Или я не скидываю ему какой-нибудь гол Чалова. Конечно, если пришлю что-то такое, он как воспитанный парень ответит: «О, круто!». Но я уверен, что в его жизни подобного слишком много, а у меня пока не те с ним отношения, чтобы так общаться.

– Ты обещал Василию Уткину встречу с Хави. Почему ее не было?

– Как все было с Васей. Он мне пишет: «Ты затрахал со своими сториз». Их было реально много во время чемпионата мира, а в них мелькали Хави и прочие персонажи. Ответил Васе, что попробую организовать встречу с Хави в Сочи, так как он отправляется туда комментировать Португалию с Испанией. Я же думал, что у нас будет обед в Сочи с Хави, а я Васю красиво туда затащу. Но из-за количества джетов и сложностей с вылетами из Внуково-3 все задержалось и сбилось. Приехали в отель только в районе 15:00, а Хави захотел отдохнуть перед походом на футбол. Не скажу же я ему: «Нет, дружище, никакого отдыха, у нас сейчас обед».

«Хави, сука, ты блудил в Москве и был причиной моего отчаяния» – цитата Уткина. Хави действительно блудил?

– В восемь вечера, конечно, ничего не заканчивалось. Они гуляли, смотрели город, локально ходили в какие-то бары и рестораны. Плюс у Хави было еще много дел, он ведь лицо Катара-2022. Но никто не блудил. Тем более Хави – он вообще очень правильный, без этих замашек со стриптизом и тому подобного. Он максимум мог пойти в бар, выпить коктейль-другой и поехать в отель.

– Самое неожиданное, что при тебе пили легенды?

– После ужина Марко как-то предложил Гаттузо, Дзанетти и Трезеге настойку. Водку-то они вряд ли бы стали пить, а настоечку на водке – нормально. Трезеге с удовольствием попробовал, ему понравилось. Хотя ему вообще многое понравилось в России. Трезеге – самый большой тусовщик из футболистов, которого я когда-либо встречал, он очень веселый и приятный. Он самый настоящий аргентинец, к Франции отношение имеет далекое. Он тот самый аргентинец с Никольской, только он ходил не на Никольскую, а в лучшие бары и заведения Москвы. Для них это вообще феноменальный город – все открыто круглосуточно, сумасшедшие отели, бары и рестораны. И это сейчас за окном снег, реагенты и ад под ногами, а тогда было лето, тепло, солнце, чемпионат мира.

– Жаль, не насладились регионами.

– Кстати, в Сочи с Хави была забавная история. В отеле поставили рамки и охранников. Хави шел с чемоданом, а его не пускали и просили положить чемодан на ленту. Он не очень понимает, что происходит, но вдруг охраннику кто-то крикнул из толпы: «Это же Хави!». И человек 20 охранников бросили эту ленту и стали фотографироваться.

– Твой инстаграм – просто музей мадам Тюссо. Давай поговорим о тех, кто там есть. Начнем с Трезеге.

– Я с ним знаком давно, он мне уже как дружбан. Познакомились благодаря Кубку Конфедераций. Одна спонсорская компания привезла его на свои мероприятия. Ивент был на следующий день, накануне ему заняться особо нечем, а все организаторы были в Санкт-Петербурге. Мне из оргкомитета пишут: «Нобель, ты в Москве? Выручай, надо пообщаться с Трезеге, ему одному скучно». Я сказал, что, конечно, выручу, мне только в радость с ним потусить, это же легенда «Юве». Думаю, они обратились, потому что я говорю на испанском и потому что мне можно доверять. В оргкомитете знают, что я не буду его снимать и сливать куда-то. Ну и приехал я к Трезеге часов в 8 вечера, а вернулся домой только в 3 часа ночи. С тех пор мы дружим, с ним у нас действительно смешная переписка. Вот сообщение от него: «Ты где? Я в Майами, пригоняй в Майами!». И все в этом роде, войсы постоянно шлет. Еще Трезеге – лицо часов Hublot, а они устраивали вечеринку в клубе Siberia для своих амбассадоров и вип-гостей. Он меня туда затащил, и я там два часа выпивал с Усэйном Болтом.

– Болт?!

– Он там сидел со своими черными друзьями из Ямайки, была просто адская туса. Запомнилось, что Болт – просто высоченный чувак, особенно в сравнении со мной. И мы сидели в углу с ним, Трезеге и вратарем Фаридом Мондрагоном. Музыка орет, мы пьем джин-тоник, пытаемся как-то футбол обсуждать. Трезеге хочется увезти Болта в другое место, Болт ни в какую. Говорит Трезеге: «Давид, ты мне напиши, куда ехать, я приеду». Короче, слился.

– Как прошла встреча с Марадоной?

– Здесь надо сказать спасибо Трезеге. У агента Тимура Гурцкая, который стал известен в последнее время, есть кумир – Диего Армандо Марадона. Тимур как-то сказал Трезеге: «Если получится меня познакомить с Марадоной, это вообще будет нереально круто, просто событие жизни». Уже конец чемпионата мира, Трезеге сообщает, что Марадона в отеле, собирается ужинать. Тимур говорит: «Я сейчас все организую, давайте попросим его спуститься к нам в ресторан, поставим к столику охранников, к нам никто не будет подходить». Но Марадоне тогда запретили спускаться в публичные места, потому что это вызывало слишком большой ажиотаж и нарушало порядок. Плюс все уже насмотрелись шоу с его участием на матчах. Марадона пишет Трезеге: «Братан, извини, не могу спуститься. Лучше ты иди сюда». Трезеге ему: «Да я с двумя друзьями, так и так». Марадона отвечает: «Да нормально, бери всех с собой». Попасть туда обычный человек не может, нужно, чтобы кто-то вроде Трезеге обязательно проводил.

Мы поднимаемся, сидит Марадона, он окружен шестью людьми. И начинается эпический ад: по одному из экранов транслируют длинные хайлайты финала Германия – Аргентина на ЧМ-1990. Это не тогда, когда они выиграли, а когда проиграли. И Марадона ест пасту, пьет пиво и громко комментирует происходящее: «Судья, ты такой-то, такой-то! Там не свистнул, здесь не поставил!». И так эмоционально, будто не 30 лет прошло, а он только в раздевалку после игры пришел. Мы постепенно приблизились, пьем шампанское, общаемся. Начинается обсуждение «Наполи» – тут я включился. Марадона был недоволен тем, какого купили вратаря. Говорит: «Почему вместо Рейны взяли Мерета, а не Перина? Как так? Что творит Де Лаурентис?». Я доказываю ему, что Мерет совсем молодой, повыше ростом, мощнее, а Перину уже 26-27.

Марадона ко мне нагибается и говорит: «Эрмано («брат» на испанском – Sports.ru), ты не прав и говоришь глупости. То есть Марадона реально стал обсуждать со мной трансферную проблему «Наполи». А тогда еще Криштиану переходил в «Ювентус». И Марадона говорит: «Посмотри, что творит «Юве». Они берут Криштиану, а «Наполи» – Мерета и еще не пойми кого». В итоге мы с ним выпили, Тимур ему признался в любви, а тот взял салфетку и написал: «Нобелю от Марадоны». Такой же подарок есть и у Тимура.

– Слушай, а как выглядит стол Марадоны? Как в кино? С дорожками, голыми леди вокруг?

– Ну нет, конечно. Но он сидел очень вольготно, как падишах – вокруг него сопровождение, которые всегда готово выпить, закусить и поржать. Марадона просто ел вкуснейшую пасту, а пиво пил основательно. Два бокала точно было, первый он вообще быстро опустошил.

– С Месси ты виделся минимум дважды. Расскажи про оба случая.

– В 2012 году «Спартак» играл на «Камп Ноу» с «Барселоной». Я делал включение перед матчем, а потом спустился вниз, встретил Месси и Пареху. Они поменялись футболками и шли, обнявшись. Я говорю: «Лео, давай фотографию сделаем». Он был не против. Только кому фотографировать? Рядом стоит один Пареха, но вариантов не было. Я прошу его: «Нико, сфоткаешь?».

Вторая история получилась уже более основательной – когда было мероприятие «Альфа-Банка». У Месси на таких ивентах все расписано по секундам – фотосессии, интервью и прочее. Я совсем немного пообщался с ним, сказал что-то в духе: «Ждем вас в России на ЧМ-2018, вы лучший игрок мира». Да, я так считаю, несмотря на то, что Криштиану играет в «Юве». И даже по этой минуте общения стало понятно, что Лео самый простой чувак на свете. Я просто охренел, когда увидел, на какой машине Месси приехал на съемку. Это обычная Audi A3 или A4 – даже без тонировки, он сам сидит за рулем, просто натягивает кепку пониже и едет. У меня единственное объяснение, что у него какой-то контракт, да и то вряд ли.

Мне кажется, у него просто жизненные ценности немного другие. Не спорткары, а жена, дети, собака и забивать голы. Еще я был в ресторане семьи Месси в Барселоне. Человек с его состоянием мог нанять самое крутое агентство, которое бы сделало лучший ресторан города. Но нет – обычное заведение, футболка какая-то непонятная висит. Даже здесь видно, что это его не очень интересует, он этому не посвящает много времени. Мама Месси и его брат Родриго приезжали на чемпионат мира, были в легком шоке от всех этих отелей в Нижнем Новгороде и спрашивали Трабукки, где жить. В итоге Марко ввел их в курс дела и они приняли решение, что лучше прилететь на самолете и сразу улететь.

– Дель Пьеро – твой главный кумир. Как случилась эта встреча?

– Он был в Москве в позапрошлом году на мероприятии adidas, прямо на свой день рождения. Я его пас. Нашел выход на adidas Italia и узнал, что он живет в «Хаятте». И ждал внизу отеля. Не один – нас человек 30 было, фанатов Дель Пьеро. Многие смеялись, но я подарил ему набор наших подарков – армянский коньяк и черную икру. Отстоял очередь, поймал Дель Пьеро уже у лифта, сказал, что он мой кумир и благодаря ему я футбол полюбил.

Вторая встреча произошла на прощальном матче Пирло – там было созвездие из всех. Меня пригласили как гостя вместе с Артуром Согомоняном (владелец «Пюника» – Sports.ru), а там легенды и действующие, и недействующие, и из «Ювентуса», и из «Милана», и откуда угодно. Так получилось, что мы с Дель Пьеро остались вдвоем у кофейной машины. Он варит кофе, а я подхожу и спрашиваю: «Алессандро, как дела? Не помните меня?». Он понимает, что в эту зону могут попасть только гости Пирло, там не бывает лишних и заблудших персонажей. Смотрит на меня внимательно, но не вспоминает. Говорю ему: «Вы меня на ваш день рождения видели в Москве, я икру еще подарил!». И он вспомнил: «Точно! Вкусная была икра, спасибо!».

– Тевеса ты там же встретил?

– Да, но после матча и официальной части вечеринка переехала в один из лучших клубов Милана. Туда у меня приглосов уже не было, но я попытался пройти дурачком, так часто прокатывает. Увы, не пустили: «Сорри, вас здесь быть не может». Меня спасло, что я как-то вел мероприятие в Санкт-Петербурге, на котором одним из гостей был Эрнан Креспо. И его агент вынес мне приглос на эту вечеринку в Милане. А там просто все – Анчелотти с шампанским, все выпивают, поют, танцуют. Кто с женами, кто с подругами. Видаль зашел в заведение с четырьмя сомнительными чилийцами или перуанцами – и было понятно, что вечер пройдет у него весело. А Тевес передо мной сидел, ел торт. Я ему говорю: «Карлитос, ты столько сделал для «Юве», хочу с тобой сфотографироваться». Он подвинулся, но как ел торт, так и продолжил есть. Я хочу ему что-то сказать, а он всем видом показывает: «Заткнись ты уже, надоел мне, вали отсюда». Так что этот образ бродяги точно соответствует действительности.

– Ну и остался один аргентинец – Дибала.

– С ним вообще смешная история: за две недели три раза встретил Дибалу. Первая произошла в Милане на мероприятии adidas – у них был съезд блогеров и журналистов, а Дибала их новое лицо. Я был в группе с Машей Командной, с вашим Женей Марковым, сел в первый ряд. И спросил Дибалу, хотел бы он всю карьеру играть за «Ювентус». Он отвечает, что типа да, смотрит в глаза и улыбается.

Вторая встреча – вечер в Милане на Гран Гала дель Кальчо. Иду с шампанским, навстречу Дибала, мы сфотографировались. Проходит неделя: я на матче «Ривер Плейт» – «Бока Хуниорс». Билет подарил Марсело Симонян (агент Дриусси, Паредеса и Пасторе – Sports.ru), причем очень дорогой, в вип-ложу. Рядом – еще одна ложа покруче. Захожу туда, а там стоит Кьеллини. Смотрю дальше – Дибала и человек 8 игроков «Ювентуса». Кто пиво пьет, кто вино, Бонуччи что-то вроде джин-тоника. Я подхожу к Дибале, здороваюсь. По его взгляду понял, что он просто охренел. Типа что за чувак, которого каждую неделю встречаю в разных местах и на разных событиях. Дибала не выдержал и засмеялся: «Ты кто такой вообще, почему я тебя все время вижу?». Ответил ему, что я болельщик «Ювентуса» из России, но возможности нормально поболтать там не было.

– Какие впечатления от Роналдиньо?

– Это кумирище для большинства! И пример, как растерять свой талант и не париться из-за этого. На Кубке Конфедераций Роналдиньо был гостем в Казани. Народу пришло на эту встречу больше, чем на матчи «Рубина». Люди подбрасывали детей, чтобы те посмотрели на Роналдиньо. А он вышел на сцену, мягко говоря, не в лучшей форме. Но зато веселый, стал что-то исполнять. Мне кажется, большинство бразилов такие, хотя Кафу в этом плане – вообще не типичный бразилец.

Я с Кафу играл в футбол в 2014 году на базе то ли «Флуминенсе», то ли «Ботафого». И понял тогда, что всем бразильцам сам бог велел играть в футбол. Я вышел на поле, а оно естественное и идеальное. Поймал себя на мысли, что я всю жизнь играю в футбол, но никогда не играл на естественном газоне. Либо на искусственном, либо на гаревом. Просто запах травы, вид горы в Рио-де-Жанейро, вся эта атмосфера. Клянусь, я почувствовал, что играю намного лучше, чем обычно. Даже сделал голевой пас на Генича с фланга. Это была просто эйфория!

– Тебя атакуют просьбами познакомить со звездами или достать майку?

– Да, такое бывает. Я раньше действительно пытался всем помочь, но на это надо слишком много времени, а я все же не во всем могу помочь, надо это понимать. Конечно, иногда можно сделать чью-то майку, но мне иногда говорят: «Достань майку Дибалы, пожалуйста». Вот как я достану майку Дибалы, да еще и игровую? Ладно бы, российского игрока, которого я знаю, но Дибала! Хотя я давно понял, что даже у наших футболистов я не один такой чудак, кто просит для всех майки. У меня директ в инстаграме завален просьбами сделать майку того или этого.

– Ради кого готов добывать майку Дибалы?

– Для своих друзей только. Если у человека день рождения, он болеет за «Юве», его сын болеет за «Юве», обоим нравится Дибала, то, конечно, я приложу все усилия и что-нибудь придумаю. Это, конечно, сложно, но через Трезеге как-то можно устроить. Мне, кстати, Василий Березуцкий сделал очень красивый подарок. Помнишь матч с «Сити», когда они 2:1 выиграли? Я тогда типа пытался коллекционировать футболки – потом, правда, бросил, потому что это невозможно, я все раздариваю. Так вот, мы летим в самолете на игру, а я говорю: «Вась, а ты можешь у кого-нибудь забрать футболочку?». Он такой: «Ты что, какая футболка, ничего не буду делать». Я уже и забыл про это, летим обратно. Вася говорит мне: «Нобель, ты готов?». И бросает мне футболку Куна Агуэро – потную, всю в газоне. Я в ней играю теперь.

– Деньги предлагали за майки?

– За майки нет, а вот за встречи предлагали. Во время чемпионата мира мне написал чувак из консьерж-службы и спросил, как познакомиться с Марадоной. Какой-то его клиент хотел провести с Марадоной буквально 2-3 минуты и просто сфотографироваться, а заплатить за это он был готов 5 тысяч евро. Я сказал, что это невозможно.

– Какой уровень взаимоотношений у вас с Мхитаряном?

– Смотри, для любого армянина Генрих – повод для гордости. А мне еще повезло более-менее регулярно с ним общаться. Прошлой зимой, когда его отпускал «Манчестер», у Мхитаряна было предложение из России. Мне звонили из одного клуба и спрашивали, как я думаю, может ли Генрих перейти в российский клуб в аренду на полгода. Я ответил, что не знаю точно, но, скорее всего, это невозможно. Причем звонили не какие-то агенты, а официальный представитель клуба. Я у Генриха после этого разговора уточнил ради интереса, что он об этом думает. Генрих тогда подтвердил мое мнение, что пока будет играть только в Европе, а в Россию может приехать через несколько лет. Тем не менее тот клуб все равно на него все равно вышел, но он им отказал.

– Здесь ты на мероприятии с Глушаковыми. Мог в тот момент поверить, что все закончится вот так?

– Это мой день рождения, 25 лет. Они пришли, мы очень классно общались тогда. Я много раз был у них в гостях, мы ездили в Миллерово, всегда отлично общались. Они были такие дружные, такие сплоченные. Денис и Даша мне казались настолько идеальной парой, что их ничто не может растащить. Я не женат, но происходящее с ними – просто разочарование в браке как в явлении.

– У тебя до фига фотографий с Акинфеевым. Вы друзья?

– Игорь – мой друг, конечно. Есть мнение, что он нелюдимый и необщительный, но это неправда. Акинфеев – умный парень, с ним есть о чем поговорить, он может классно пошутить.

Мы с ним познакомились после первых крестов (2007), когда он в Ростове травму получил. Я тогда только-только зарабатывал себе какую-то репутацию и долго уговаривал пресс-атташе ЦСКА Сергея Аксенова, чтобы Акинфеев пришел ко мне на эфир на радио в программу «Песчаные бури». В итоге получилось, он приехал на костылях. И там случилась неловкая ситуация: нужно было подняться на четвертый этаж, а лифта нет. Я был уверен, что Игорь сейчас развернется и уйдет. Но он ни слова не сказал, а на костылях поднялся на четыре этажа и дал интервью.

Мы тогда начали немного общаться, а уже в где-то в 2009 или 2010 году у нас оказались общие друзья. Я даже ездил с Игорем на зимнюю рыбалку. Для меня это был новый опыт, а Акинфеев – реально спец, ловит рыбу на рыбалке. Сейчас, понятно, у него семья, двое детей, он живет за городом и в Москве редко появляется, но раз в два месяца мы с ним обязательно встречаемся и регулярно общаемся в вотсаппе.

Другие истории в телеграм-канале Глеба Чернявского

Фото: instagram.com/nobel_arustamyan

развернуть