Главный монстр НХЛ существует уже 5 лет.

Лето 2015-го. «Тампа» рубится в финале с легендарным «Чикаго», Виктор Хедман на глазах превращается в одного из лучших защитников лиги, в атаке зажигают «Тройняшки», в воротах проводит великолепный сезон великан Бен Бишоп.

К этому великолепию прилагаются Джонатан Друэн, группа крепких ветеранов, включая Филппулу, Бойла и Коберна, а в проспектах есть целый Андрей Василевский.

Пять лет спустя «Тампа» не только не сдулась, но и выставила в финале Востока едва ли не мощнейший состав за всю историю своего существования. Им плевать на травму Стэмкоса. Плевать даже на травму Пойнта, потому что Кучеров может в одиночку держать равный счет в матче. В их защите выходят Хедман, Макдона и Сергачев. Их третье звено – летящая смерть и холодный ужас. И все это в эпоху потолка зарплат.

«Тампа» – удивительный симбиоз из благоприятной локации, адекватного владельца и очень мощного менеджмента.

Преимущество локации выражается в двух факторах. Первый – это климат. Игрокам просто нравится играть во Флориде, под солнцем и рядом с пляжами. Второй, куда более весомый – налоги. Во Флориде нет налога штата, поэтому игроки команды могут подписывать соглашения с меньшим кэпхитом и в итоге все равно получать на банковский счет желаемую сумму.

Например, если взять контракт Никиты Кучерова (кэпхит 9,5 млн за сезон), то сумма, которую он получит после вычета федерального налога в Тампе, будет на целый миллион больше, чем если бы он играл в Торонто.

Разумеется, эти благоприятные факторы помогли команде, но не стали определяющими. Например, есть «Флорида», где тоже нет налога штата, и есть море, пальмы и солнце. И по результатам эти команды просто нельзя сравнивать – между ними пропасть.

Главная причина такой пропасти – менеджмент.

«Тампа» мощно драфтует в первом раунде, и регулярно попадает в поздних раундах – это обеспечивает команде запас прочности

Два года назад Стива Айзермана на посту генерального менеджера сменил Жюльен Брисбуа, который работал с легендой «Детройта» на протяжении 8 лет. Успехи этой «Тампы» – большая заслуга обоих управленцев, и Брисбуа не стремится к тому, чтобы записывать последние достижения на свой счет.

Костяк этой команды так или иначе собирался при непосредственном участии Айзермана. Он стал менеджером «Тампы» в 2011-м и объявлял на драфтах фамилии Кучерова, Палата, Василевского, Пойнта и Чирелли. И он же проводил трейды Бишопа, Друэна и Наместникова.

Одна из фишек «Тампы» – несколько очень важных игроков этой команды выбраны за пределами первого раунда драфта. Да, есть Стэмкос, Василевский, Хедман – а ведь попасть в первораундника, как показывает практика, не так-то просто. Но монстром «Тампу» сделало другое. Они потрясно попадают за пределами первого выбора.

Все – железные игроки основы. Двое – безоговорочный уровень олл-стар. И все эти парни не попали в топ-31 драфта. А ведь еще есть крепкие ролевики Джозеф и Пакетт, которые тоже полезно играют за «Лайтнинг». Хорошие поздние пики есть почти у всех клубов, но «Тампа» превратила это в рутину – они раз за разом достают талантливого парня, который делает команду сильнее и которого проморгали конкуренты.

В этом клубу помогает отдел скаутинга, который возглавляет Эл Мюррей – пару лет назад The Athletic называл его скрытым MVP «Тампы». Зона ответственности Эла – юниоры, и, если посмотреть на состав «Лайтнинг», он выполняет свою работу на топ-уровне.

До «Тампы» Мюррей работал в «Лос-Анджелесе» и набрал в клуб пару важных элементов чемпионской команды – Анже Копитара и Джонатана Куика. Интересно, что «Кингс» выбирали между Куиком и Беном Бишопом – с последним Мюррей как раз пересечется в «Тампе» спустя годы.

Одна из особенностей работы Мюррея – он тщательно подбирает команду и доверяет выбору своих скаутов, которые отвечают за определенные регионы поиска. Так «Тампа» достала Пойнта – его кандидатуру поддержал Брэд Уэлен, который плотно следил за игроком несколько лет. Мюррей услышал своего подчиненного, убедил Айзермана – и тот совершил обмен, чтобы подняться на пару позиций выше и украсть золото прямо из-под носа у конкурентов.

«Нужно нанимать хороших парней. И вы должны доверять своему списку игроков, ведь делали его не зря. Система не работает без региональных скаутов, ведь они знают парней, о которых говорят. Мы знаем топ-проспектов, проспектов похуже, но скауты по регионам следят за игроками в течение трех лет, так что они действительно хорошо разбираются в парнях, которые могут выстрелить чуть позже остальных», – рассказывал Мюррей.

До Мюррея «Тампа» выбирала в первом раунде Картера Эштона, Рику Хелениуса, Владимира Михалика и Энди Рождерса. С ним – регулярно получает игроков основы (в том числе экстра-класса), или драфтует проспектов, которые превращаются в выгодный вариант для обмена и усиления основы. Последние 10 лет «Тампа» показывает стабильно высокий уровень. Последние 5 – стоит первой в очереди на Кубок Стэнли.

Еще одна фишка – свободные агенты. Здесь попаданий немного, и это уже не зона ответственности скаута по юниорам, но бесплатные игроки, в которых никто не верил, принесли «Тампе» один финал и вот-вот принесут второй. Это Тайлер Джонсон и Янни Гурде. У Джонсона была стандартная судьба малыша, которому тяжело прорваться в большой хоккей – в итоге он стал центром суперзвена и был лучшим снайпером команды в плей-офф. Гурде вообще сидел в фарм-клубах, пока не вцепился в свой шанс – в итоге у него стабильное место в основе клуба-претендента и жирный контракт.

Обмены – целое искусство. Менеджеры «Тампы» рискуют, но почти всегда извлекают пользу

Бена Бишопа получили за Кори Конахера. Эрика Чернака получили после обмена Бишопа в «Лос-Анджелес».

Михаил Сергачев пришел в результате размена на Джонатана Друэна.

За Наместникова, пару пиков и двух проспектов «Тампа» получила Джей Ти Миллера и Райана Макдону. А еще был размен Филппулы, обмен прав на Гусева в «Вегас» – взамен «рыцари» забрали контракт Гаррисона.

Все это больше похоже на игру в менеджер, но нет – Стив Айзерман показал себя большим мастером сделок и переговоров. Во многом за счет его действий (ну и контракту-мостику Кучерова) «Тампа» избежала серьезных проблем с потолком зарплат и смогла сохранить свой мощнейший костяк, к которому они добавили несколько важных элементов.

Каждый трейд Айзермана – гвоздь в крышку гроба соседей из «Флориды» и большой привет коллегам из других клубов. Разумеется, многие сделки бы не состоялись, если б «Тампа» регулярно лажала на драфте. К счастью для Айзермана, даже в самые тяжелые моменты у него в кармане был достойный набор активов.

Сделки Жюльена Брисбуа также впечатляют. Речь, конечно, про этот дедлайн, хотя подписание Шаттенкирка тоже пошло на пользу команде и подняло ценность защитника на грядущем рынке.

За Гудроу и Коулмэна «Тампа» отдала два первых пика – полцарства за ролевиков из третьего звена. На деле «Тампа» взяла двух готовых игроков для боттома, которые едва ли не лучше всех в НХЛ играют свои небольшие минуты и имеют контракты на следующий год. Пик «Тампы», скорее всего, будет 31-м. Пик «Ванкувера», который ушел за Гудроу – тоже не в топ-3.

И в этом очень большая заслуга Жюльена Брисбуа – «Сан-Хосе», к примеру, не планировал торговать Гудроу в дедлайн, так что менеджеру «Тампы» потребовалось больше десятка продолжительных телефонных звонков, чтобы договориться с коллегой из Калифорнии.

Еще один большой плюс Брисбуа – он не стал ничего взрывать после провала с «Коламбусом» и держал постоянный контакт с Джоном Купером. Фактически, он рискнул – привел в команду новых игроков, сильно потратился в дедлайн, и оставил тренера, который последние пять лет смотрел на финал со стороны.

Риск полностью оправдался – «Тампа» сильна как никогда. Более того, у нее отличное будущее – все ядро на месте, в системе еще есть талантливые проспекты, а менеджмент готов проводить рискованные обмены. Без сделок точно не обойтись – истекают контракты Сергачева и Чирелли, вступает в силу новый контракт Василевского, а потолок зарплат останется на прежнем уровне из-за коронавируса. Клуб из Флориды ждет еще один раунд «Тампагеддона» – есть ощущение, что и из него клуб вылезет с минимальными потерями.

«Айлендерс» устроили охоту на лучшего игрока «Тампы». Сыграли чисто, но у него травма

Василевский уже сейчас лучший вратарь НХЛ. Только представьте, что будет еще через три года

«Айлендерс» – самая системная команда лиги: не тратят деньги на звезд и запрещают бороды

Фото: Gettyimages.ru/Elsa, Ethan Miller, Bruce Bennett; nhl.com/lightning

развернуть

Благодаря Пепу у Месси есть трофей со сборной.

Футболу нужны истории преданности. Они заставляют поверить, что здесь живы не только огромные эго и всепоглощающая корысть; что есть какие-то принципы, что принципы эти незыблемы и не продаются. Футболу нужна душевность – она приносит больше, чем олимпийские мантры и откровенная коммерция.

Пока в режиме лайв рушится великий миф 2010-х – о вечной и всепобеждающей любви Месси и «Барсы», – самое время вспомнить другую химию. Новые приоритеты Лео известны. Он хочет к Гвардиоле. Уже сделаны нужные звонки и признания, уже появлялись инсайды, что аргентинец только с Пепом ждет счастья и дождя новых «Золотых мячей», и совершены уже первые решительные шаги. Сейчас все сделанное уперлось в тупик, и это тоже логично и вполне ожидаемо – ведь чего еще ждать от ситуации, зависящей от благоразумия «Барсы» и настойчивости Месси – но нам обещают продолжение. Пусть «Барсе» не хватило рациональности, чтобы продать Месси сейчас, а Лео – характера и решительности, чтобы дожать клуб – контракт все равно истекает, и воссоединение, кажется, лишь откладывается на год.

Понятно, что бывшим звонят от отчаяния, что новый сериал Месси – о бегстве от, а не к. Но броманс Пепа и Лео нельзя обойти. Он был не таким подозрительно гладким, как отношения Месси и «Барсы», не таким прилизанным и душным – и потому, возможно, несколько крепче. Даже если Лео понадобился перерыв, чтобы понять место Пепа в своей карьере.

Гвардиола в первое лето сделал для Месси больше, чем любой другой тренер

Невзрачный Лео ничем не напоминал парня, рассказами про которого достали знакомые из Ла Масии. Пеп задумался даже, тот ли это парень. Говорили, что он выигрывает матчи в одиночку, что у него дриблинг Лаудрупа и результативность Роналдо, но подросток вовсе не выглядел спортсменом. «Он был крошечный и застенчивый», – вспоминал тренер.

Ладно, игроки бывают величественнее, чем кажется внешне, и Пеп знал это – он видел Ромарио. Но ему было не до серьезных знакомств. Заброшенная в Катар итальянским антидопинговым комитетом карьера быстро летела к концу и вскоре заглохла, а новая началась почти без перерыва. Гвардиола возглавил «Барселону Б». Шел сезон-2007/08, Месси уже зажег в главной команде и даже услышал от Пепа: «С ним «Барса» выиграет все», но оставил потенциальное величие в прошлом и стремительно гробил талант. Его кумиры Роналдиньо и Деку спали на тренировках, пили вовсю и играли вполсилы. Лео тоже пил и травмировался – наверное, от недостатка опыта.

Зато у Гвардиолы опыта было достаточно, и он знал, чем закончится алкогольный воркаут – ведь видел не только Ромарио, но и Роналдо. Возможно, «Барса» сейчас не держалась бы за отступные в 700 миллионов, даже легенды о Месси могло не быть, если б не Пеп. Летом 2008-го он выгнал Роналдиньо и Деку. Через месяц началась Олимпиада в Пекине, Месси рвался поехать, а боссы «Барсы» не отпускали. Дошло до суда, клуб выиграл, но снова вмешался Пеп: отпустил Лео под свою ответственность и огреб от Лапорты вместо него.

За одно лето Пеп сделал для Месси больше, чем другие тренеры в его карьере – и если первый подарок Лео вряд ли понял и оценил, то второй ему точно понравился. На пекинской Олимпиаде он выиграл первый и последний трофей со сборной. Гвардиола покорил самого капризного игрока в новейшей истории «Барсы».

«Пеп сразу завоевал наше доверие, – рассказывал Месси Sky Sports. – Мы видели, что он все делает правильно».

Месси продавил Пепа. Тренер смирился с его капризами

В другой истории Гвардиоле хватило бы и этого – но мы уже знаем, что любовь Месси не вечна и всегда обусловлена чем-то. Пеп это тоже узнал, хотя и не сразу. Лео никогда не был командным альфой, никогда не пытался им быть, но по-своему устанавливал власть в раздевалке – не для того, чтобы править, а просто ради личной зоны комфорта. 

Сейчас к этому уже привыкли, даже воспринимают как должное – будто привилегии естественны для гиганта, который выиграл с командой все. Больше чем клуб, сами знаете. Но тогда Месси было едва за 20, еще никто не сделал бы его мэром города – культ строился и нуждался в уюте. Маленький гений захватывал раздевалку.

Захват не был последовательным процессом, не был даже осмысленной акцией. Месси просто обижался, когда его не устраивало что-то. Ходил всю тренировку с ложкой во рту, если накануне его меняли. Выбивал мяч на трибуны и сбегал в раздевалку, когда Пеп повышал голос. Несколько дней ни с кем не разговаривал. «Под ангельской внешностью скрывается хищник, за хищными амбициями – капризный ребенок. Дети не умеют прятать эмоции», – описывал молодого Месси журналист Гильем Балаге. 

«До матча оставалось три часа, команда обедала, а Месси вдруг потребовал колу, – рассказывал в эфире TV4 шведский тренер Ханс Бакке. – Пеп ответил, что кола перед матчем запрещена. Месси вышел и вскоре вернулся с банкой колы – а потом демонстративно выпил ее прямо перед Гвардиолой. Знаете, чем все заканчивается, если игрок такого масштаба открыто идет против тренера? В этой битве у Пепа не было шансов».

Шансы, конечно, были – Куман кое-что знает об этом. Но удобнее было делать вид, что их нет. Иначе Гвардиола и Месси точно не сработались бы. «Единственное, что меня беспокоит в Лео – счастлив ли он», – сказал Пеп однажды. Такой была цена за работу с Месси. Пеп проглотил все капризы главной звезды, подвинул свое эго так сильно, как мог, и подвинулся бы до невозможного, если бы захотел Лео. Их отношения никогда не были равными. Тренер всегда уступал.

Сейчас мы знаем, что Гвардиола не прогадал. «Барса» выиграла требл, через два года почти повторила – не хватило внутреннего кубка, – а Месси собрал четыре «Золотых мяча». Но Пеп вряд ли предвидел, что будущее будет настолько прекрасным. Так почему он согласился на роль маленького уборщика, никогда не перечащего тем, кому перечить нельзя? Все просто. Он обожал Месси.

За последние 12 лет Пеп тысячу раз публично восхищался Лео. Говорил, что он умеет все. Называл самым совершенным игроком в мире. Сводил анализ к определению «гениальный». Предлагал журналистам не описывать Месси, а восхищаться им. Тренируя «Баварию», сказал перед матчем с «Барсой»: «Лео не остановить. Нет защиты от таланта такого масштаба. Клубы перепробовали тысячу способов, и ничто не сработало. Нет ни системы, ни тренера, которые гарантированно остановят его».

Лео однажды назвал Гвардиолу лучшим, но в целом был холоднее. Впрочем, аргентинцу и сравнивать было не с чем. Теперь он наверняка ценит Пепа по-настоящему. У Месси были «Золотые мячи», которые никто не оспаривал – но только во времена Гвардиолы. Судя по всему, Лео связывает эти два факта в причину и следствие.

Гвардиола сделал Месси ложной девяткой и супербомбардиром. Ради этого выбросил Ибру

В мае 2009-го «Барса» летела к своему первому треблу, а на пути стоял «Реал» – еще не подавленный и не отставший, всего в 4 баллах позади и очным матчем на «Бернабеу». В канун класико Пеп позвонил Месси.

«За день до матча Гвардиола вызвал меня в офис, – вспоминал Месси в интервью DAZN. – Он просмотрел много матчей «Реала» и обсуждал с Вилановой меня в роли ложной девятки. Он хотел, чтобы я уводил центральных защитников, открывая зоны для наших вингеров. Один из голов Анри забил именно так».

Сейчас уже неважно, почему Пеп сменил стиль. «Барса» тогда нанесла «Реалу» один из страшнейших ударов в новейшей истории – 6:2. «Мадрид» улетел в нокаут настолько глубокий, что проиграл оставшиеся четыре тура и на несколько лет выпал из борьбы за титул. Месси забил дважды.

Гвардиола пообещал Месси, что на новой позиции он будет забивать три-четыре гола за матч. Но получилось не сразу. Летом пришел Ибра, и Лео вернулся на край. Златан притягивал мячи. «Барса» заиграла прямее, целилась мячом прямо в могучего шведа, игнорируя фланги – а он хотя и порол кучу моментов, но все равно забивал больше и лучше Месси.

Аргентинцу в тени, естественно, не понравилось. Прошло полгода, и Лео пришел к Пепу: «Либо я играю в центре, либо не играю вообще. Ставьте на фланг других».

Гвардиола таких вещей не прощал. Но ради Месси он сделал исключение. Ибра остался в центре, но Лео теперь играл прямо под ним. Все пасы шли на него. Златан завял и вскоре сбежал в Италию.

В тот момент Ибра был одним из двух-трех лучших завершителей мира. Для кого-то – вообще лучшим. Златан стартовал лучше всех форвардов «Барсы» за последние 12 лет, забивал больше всех в клубе и был достаточно молод для того, чтобы надолго задвинуть Месси в тень. Пеп снова спас Лео. А Месси доказал правоту тренера: оставшись в центре без Ибры, забил 126 голов за два сезона.

***

Когда Гвардиола объявлял об уходе из «Барсы», в пресс-центр пришли все клубные лидеры. Не было только Месси. Сандро Росель убеждал, что душой он с командой, но медиа говорили другое. Писали, что Лео стал одной из причин ухода. Месси днями играл с Пепом в молчанку и часто критиковал состав. Ему не нравилось, что в решающих матчах шансы получают выпускники Ла Масии.

«Пепу стало сложнее руководить. Одно дело указывать перспективному молодому Месси, и совсем другое – мегазвезде и лучшему игроку поколения», – описал Балаге в тренерской биографии.

Потом они не общались три года, но это вряд ли повод для серьезных выводов. Просто у них слишком много общего. Оба интроверты, не тратят времени на слова и больше доверяют мыслям и действиям, а не болтовне. Оба со скандалом уходили из «Барсы» (одному даже удалось). Оба не выигрывали Лигу чемпионов без Хави. Оба были слишком заняты для того, чтобы тратить время друг на друга, но эта занятость ничего не решила; странно, но им еще есть что доказывать – и как минимум один из них думает, что вместе шансов больше.

Правда, в этой истории есть еще «Барса». И пока один из двоих рассчитывает шансы на ЛЧ и «Золотые мячи», второй помнит о каталонских болельщиках – странно, что не тот, кто играет за них сейчас.

«Бартомеу не сдержал слово». Исповедь Месси об уходе и неуходе из «Барселоны»

Все: Месси остается в «Барсе»

***

Телеграм автора

Подписывайтесь, не пропустите новые тексты!

Фото: Gettyimages.ru/Jasper Juinen, Koji Watanabe / Stringer, Michael Steele, Denis Doyle / Stringer, Chung Sung-Jun, Paul Gilham; East News/imago sportfotodienst via www.imago-images.de/Imago Sport and Ne

развернуть

Андрей Клещенок – о реальном уровне хайп-машины из «Милана».

За два последних года Сандро Тонали стал главной сверхновой Италии: ворвался в сборную из второй лиги, отказал «Интеру» и «МЮ» и заиграл в Серии А в возрасте, в котором местные опорники попадают на стадион только по билетам. Кто-то назвал его новым Пирло, и пока все спорили, потянет ли, сам Пирло убил: «Этот парень совершеннее меня и в защите, и в строительстве игры. Гарантирую, он станет великим».

Но рассказы о 65 миллионах евро от «Барсы» так и остались рассказами. Сандро ушел из «Брешии» в 10-миллионную аренду с необязательным выкупом за 15 млн – в «Милан», а не в «Барсу» – и пока что ни разу не попал в старт. Его подвинули Беннасер и Кессиэ – парни, которых никогда не сопровождали мессианские ожидания.

Это важный момент. Тонали впервые играет за клуб с амбициями. Здесь потенциал не компенсирует косяки и не обеспечивает место в основе. «Милан» подсветил недостатки, которые проявились еще в «Брешии». Оказалось, что Сандро не хватает качества.

Точность паса Тонали в прошлом сезоне едва перевалила за 76% – это 4-й с конца показатель среди всех полузащитников лиги. Отчасти его оправдывает сложность передач, но дело не только в этом. У него реальные пробелы в классе. Сандро в четверке худших игроков лиги по пасам за линию поля, а это говорит именно о нехватке мастерства. Точность длинных передач меньше 50%, и в этом он тоже в топ-4 худших полузащитников лиги.

Но главная проблема – игра в обороне. Тонали оставляет за спиной столько пространства, что между линиями можно устраивать вечеринку. Он часто в полупозиции, уязвим одновременно для обыгрыша и паса. «Брешии» часто прилетало за это.

Весомые оборонительные изъяны Тонали накладываются на жесткую конкуренцию. Беннасер и Кессиэ – одна из лучших пар лиги в плане одновременного прессинга и возврата. Они контролируют большие пространства и тонко чувствуют момент, когда агрессивное сдвоенное давление максимально неудобно сопернику: сразу включаются в отбор и распределяют задачи так грамотно, что не оставляют сопернику шансов – пока один поджимает и навязывает борьбу, другой страхует и перекрывает коридор паса. Эта химия – одна из причин качественного скачка в игре «Милана».

Тонали не только хуже обоих, но и слабо рифмуется с системой Пиоли. «Брешия» предпочитала отбор на краях, минимизировала оборонительную агрессию в центре – и ретушировала недостатки главной звезды. «Милан» сужает пространство и вынуждает соперника идти на цепных опорников. Система Пиоли максимизирует вклад полузащиты в возврат, и положиться на Тонали нельзя: он хуже Беннасера в чтении игры, слабее Кессиэ физически, не очень хорош в отборе один на один (всего 50% успешных) и уступает обоим в позиционной защите.

Все это едва не стоило «Милану» победы над «Боде-Глимтом». На 92-й Тонали продемонстрировал оба своих недостатка: забыл между линиями сразу двоих, выбросившись на соперника, навязал в отборе меньше сопротивления, чем тренировочный конус, и оставил защитников в меньшинстве – повезло, что норвежцы промазали.

Вот почему Сандро – не первый и не второй выбор Пиоли. Но кто сказал, что Пирло неправ?

Тонали-опорник – противоположность Пирло. Он не ведет игру, а связывает линии

Все это вовсе не значит, что нам (и тифози «Милана» в первую очередь) пора приуменьшить надежды. Здесь смысл в корректировке восприятия. Последние несколько лет Тонали существовал в условиях неверного стилистического тождества, неудобной оценочной системы – где фокус определялся ожиданиями, а не сильными сторонами. Но Сандро вовсе не новый Пирло.

Как и маэстро, Тонали отлично видит поле и с детства обречен на игру опорником. Но его интерпретация максимально далека от Пирло – в первую очередь потому, что Сандро совсем не реджиста.

Плеймейкер перед обороной – относительно новая роль. Сорок лет назад долгие позиционные атаки были исключением; мяч не задерживался в защите и сразу доставлялся вперед, атака строилась на чужой половине. Игрой управляли десятки. Но футбол менялся, становился более структурированным и синхронным, и это открывало необычные перспективы. В зонном футболе команды двигались как единое целое – а значит, теперь можно было не просто побеждать в персональных дуэлях, но и управлять соперником целиком. Плеймейкеры больше не могли играть под нападающими – теперь им нужно было видеть все поле.

В этом суть реджисты. Он не просто связывает линии или задает вектор атак – он управляет соперником, дирижирует линиями прессинга и нарезает структурированную защиту на куски. Внушительный тоннаж горизонтальных передач для этого обязателен. Чтобы не создавать разрывы между защитниками, обороняющаяся команда синхронно смещается после передачи на фланг. Несколько таких передач в одну сторону серьезно меняют центр тяжести и открывают пространство на противоположном краю, несколько передач на разные фланги – раздергивают защиту постоянными смещениями и создают разрывы посередине.

Пирло делал это лучше всех в мире: всегда был в центре действия, выстраивал атаку и отдавал каждый 7-й пас «Милана» и «Юве». Тонали играет иначе. В прошлом сезоне он набирал 39 передач в среднем за матч – это один их худших показателей Серии А среди опорников. На карте ниже видно, что «Брешия» строила игру мимо Сандро – ему доставались лишь 10% передач. По вовлеченности в игру он больше напоминает Маркизио-2015/16, но на самом деле и от него бесконечно далек.

Отчасти такая статистика обусловлена командной тактикой. «Брешия» осознавала свой класс и будто боялась мяча: избегала затяжного владения и максимально низко садилась в защите. Организация атаки ограничивалась быстрым переводом вперед, а первой опцией был выход через фланг в обход опорника. В таком контексте сложно набить серьезные цифры, и вполне очевидно, что в «Милане» Тонали будет пасовать больше. Но это не меняет сути. Сандро уже играл в системах, где владения больше – в той же «Брешии» в Серии B. Цифры менялись, но стиль оставался прежним. Тонали не участвовал в управлении игрой и всегда предпочитал вертикальный футбол. В прошлом сезоне он отдавал вперед 39% пасов. Это самый высокий показатель в Серии А: у ближайшего преследователя, Пьянича, – 33,9%.

В общем, он не управляет темпом и не гипнотизирует чужой прессинг горизонтальными передачами. У него другой профиль. Тонали не организатор, а оператор игры. Это другая оценочная категория – и в ней Сандро очень хорош.

Тонали разностороннее Пирло и классно ускоряет игру. Кое в чем он уже один из лучших

Итак, Тонали не новый Пирло – и это не обязательно плохо. Пирло, как и Баджо когда-то, согласен был только на главную роль. Он пульсировал в центре игры, всевидящий и почти всесильный, сшивал девять автономных частей в команду и все происходящее привязывал к собственной мысли. Единственная попытка превращения в чернорабочего закончилась бегством в «Юве» и шредингеровским конфликтом с Аллегри.

«Мне нравится думать о себе как о режиссере – на поле и в жизни. В игре я как бродячий цыган: постоянно ищу пустой угол, пространство, где буду свободен хотя бы миг. Там я смогу реализовать свою философию: приму мяч, найду напарника, вырежу пас, а он забьет. Ассист – мой способ приносить счастье», – описывал Пирло в автобиографии.

Роль разыгрывающего для Андреа не просто функция, а способ постижения мира. Он никогда от нее не отказывался. Тонали не так догматичен. В 20 лет он осознал богатство собственных навыков и превратил универсализм в тактическое оружие. Сандро переключается между ролями в зависимости от соперника.

«Кто я – опорник или восьмерка? Зависит от того, какая у противника схема, – рассказывал Сандро Sportweek. – Против 4-4-2 у меня больше пространства как у восьмерки. Если соперник играет с атакующим полузащитником, я остаюсь перед защитой – потому что как только обыграю десятку, открою большую зону перед собой».

Чтобы раскрыть тактическую адаптивность Тонали, нужна схема с несколькими опорниками, но оно того стоит. В безнадежно унылой «Брешии» он отвечал за быстрый выход из обороны, связывал защиту с атакой и делал это на топ-уровне. Сандро конвертировал в успешные вертикальные передачи больше 30% командных отборов. Это один из лучших результатов в Серии А с сезона-2009/10 – даже выше, чем у Пирло времен «Ювентуса».

Все это объясняет и отчасти (только отчасти) оправдывает низкую точность. Тонали стремится к технически сложным пасам – быстрым, вертикальным, разрушающим линии прессинга. Он часто и не всегда обоснованно рискует, его стиль – проекция атакующего мышления, постоянной тяги к обострению и ускорению темпа. В прошлом сезоне Сандро сделал 122 успешных перевода на чужую половину длиной больше 36,5 м. Это третий результат в лиге – больше только у Брозовича и Де Пауля. Одновременно он стал вторым среди опорников по разрезающим передачам.

Талант к разрушению линий прессинга и связыванию линий проявляется в еще одном нетипичном качестве Тонали – он один из лучших опорников-дриблеров Серии А. На своей позиции Сандро входит в топ-3 и по качеству обыгрыша, и по продвижению вперед – в среднем проходит с мячом больше 5 метров.

***

Тонали идеально подходит контратакующий футбол, завязанный на высокой интенсивности сразу после возврата мяча. Он быстро думает, хорошо сканирует поле впереди и очень силен в самостоятельном продвижении, а его передачи – технически сложные и очень быстрые, – задают игре максимальный темп. Сандро – король переходных фаз. Но его нетипичный профиль не совсем вписывается даже в контратакующий «Милан».

Пиоли ставит вертикальный футбол, в котором быстрый выход на чужую половину играет ключевую роль, и Тонали сможет царить в транзитных маневрах – тем более что схема с двумя опорниками (4-2-3-1) освобождает его от балансировки команды: он сможет подниматься вверх, разрывая линии и ускоряя игру – второй опорник прикроет. Но контекст все равно неудобен. «Милан» намного сильнее большинства клубов Серии А и порой вынужден атаковать позиционно. Футбольной реплике Кайло Рена это не слишком подходит.

Нехватка совместимости проявилась в первых официальных матчах. Пиоли вертикален только в быстрых ответах; если контратака не получилась, «Милан» строит аккуратное владение. Опорники начинают с десятка горизонтальных перепасовок в середине поля и переводят вперед только после того, как форварды захватили позиционный плацдарм – в штрафной, между линиями, на полуфлангах. Тонали не хватает терпения. В одном из таких моментов с «Болоньей» он подхватил мяч и рванул вперед – закончилось, конечно, потерей.

Ему нужно время, чтобы адаптироваться к непривычному стилю, а пока даже прогресс в защите не гарантирует ему места в основе. Динамика и техника Сандро не востребованы в старте, потому что все это дает Беннасер – тоже прекрасно связывает линии и тянется к вертикальным перемещениям. Алжирец не во всем лучше, не так хорош в обострении (хотя большинство голевых Сандро – со стандартов, а Хакан ими вряд ли поделится), но имеет важное преимущество: почти все исполняет на уровень выше.

Сейчас Тонали – первый запасной и тактическая опция, ползунок агрессии в настройке Пиоли. На сегодня это максимум. Дальше все зависит даже не от качества отдельных перфомансов (уникальные характеристики сомнений не вызывают и пригодятся против топ-7, когда «Милан» будет чаще контратаковать – Тонали ведь нет равных в ускорении темпа и переходе из обороны в атаку), а от адаптации к новому стилю и работы над минусами.

В Италии – новый потрясающий талант. Он хочет смешать лучшие черты Пирло и Гаттузо

***

Телеграм автора

Подписывайтесь, не пропустите новые тексты!

Фото: globallookpress.com/Spada/Keystone Press Agency, Maurizio Borsari/AFLO, via www.imago-images.de; Gettyimages.ru/Valerio Pennicino, Marco Luzzani

развернуть

Разбор Дорского. 

1. На дерби Виктор Гончаренко сделал всего одно изменение в старте по сравнению с матчем против «Ахмата» – и то вынужденное. Игорь Дивеев получил травму в молодежной сборной, Бруно Фукс выбыл еще в Грозном, а Кирилл Набабкин – в середине августа, поэтому на «Спартак» Гончаренко выбирал между Вадимом Карповым и Виктором Васиным.

После матча Гончаренко признался, что у Васина было легкое недомогание – правда, непонятно, стало ли оно ключевым фактором при определении состава. Откат на схему с тремя центральными защитниками Гончаренко, видимо, не рассматривался: «Приход Эджуке, Зайнутдинова и Гайча показывает, что схему (с тремя центральными) нужно менять».

2. Доменико Тедеско тоже сделал лишь одну замену после шестого тура – восстановившийся Эсекиэль Понсе сменил в старте Александра Соболева. Причины этого решения Тедеско разложил уже после игры в эфире «Матч Премьер» и на пресс-конференции: «Сегодня стояла задача высоко прессинговать. Некоторые игроки прессингуют лучше, некоторые хуже, кто-то чуть быстрее, кто-то чуть медленнее.

Соболев недавно вернулся из сборной, к сожалению, не получив ни минуты практики. Понсе был с нами, прекрасно показал себя за эти две недели, агрессивно тренировался».

3. Стартовые 20 минут – время агрессивного доминирования «Спартака». «Мы хорошо начали матч. Прессинговали и контрпрессинговали, владели мячом, атаковали. Логичное завершение – первый гол, вели заслуженно», – отметил Тедеско.

Немец явно перегнул с владением (до гола Понсе у «Спартака» было 39,8%, всего за 20 минут – 41,3%), но оно ничего не дало ЦСКА. За 20 минут армейцы отдали всего 2 передачи в штрафную Александра Максименко – неточная от Чалова на 1-й минуте и подача Влашича на 6-й, приведшая к угловому.

Одна из причин пассивности ЦСКА – реальный прессинг «Спартака» на чужой половине, в том числе сразу после потери мяча. При начале позиционных атак армейцев Понсе играл по Карпову (несколько раз вынуждал выносить мяч, но Айртон три раза за матч пустил Фернандеса за спину, поэтому один такой вынос в первом тайме привел к опасности у штрафной «Спартака»), Ларссон – по Магнуссону, Зобнин поднимался к Щенникову, Айртон – к Марио Фернандесу, а Бакаев прихватывал кого-то из пары Обляков – Марадишвили. Обычно давление начиналось при передачах Карпова и Магнуссона во фланг (чаще – на Щенникова).

Давление «Спартака» не всегда получалось своевременным и слаженным, но ЦСКА терял мячи (либо неточной короткой передачей, либо простым выносом в сторону Чалова – в том числе от Акинфеева), даже когда под прессингом оказывался лишь игрок с мячом.

Слабейшими игроками ЦСКА на мяче в этот отрезок стали Магнуссон (две передачи в аут) и Марадишвили (потеря в середине поля и эпизод с Умяровым, едва не приведший к потере у своей трети поля). Давление «Спартака» на старте матча привело к всего одному отбору на чужой половине (Крал вступил в контрпрессинг после потери Айртона) и одному перехвату (Джикия после паса Марадишвили), но разрушило атаки ЦСКА.

4. Худшего игрока всего первого тайма определить очень легко – это Вадим Карпов. 18-летний защитник ЦСКА чуть не поехал отдыхать уже на 1-й минуте – неправильный выбор позиции и нескоординированный разворот к своим воротам привели к выходу Ларссона и едва не повлекли удаление Карпова.

Дальше было не лучше: отпустил Понсе перед голом (еще и отвернулся от мяча в момент удара – хотя тот действительно получился потрясающим), отдавал диагональ в аут, подставлял партнеров под прессинг (либо долгим решением и поперечной передачей на Магнуссона как итогом, либо сильной передачей для Магнуссона и слабой для Щенникова), а на 39-й минуте дважды возобновлял атаку «Спартака» выносами прямо на ноги набегающим соперникам.

Рев Акинфеева на Карпова после удара Джикии во втором тайме – один из хайлайтов дерби, но такая реакция капитана ЦСКА была уместна после каждого второго эпизода с участием Вадима и до перерыва.

5. Вторая половина первого тайма осталась за ЦСКА, хотя по количеству ударов в этот отрезок армейцы уступили (4-5), а по числу ударов из штрафной не выиграли (3-3). Преимущество во владении (возросло до 57,7% с 20-й по 45-ю минуту) и территории сложилось не только из-за ослабевшего давления «Спартака» на чужой половине, но и из-за того, что команда Гончаренко сама стала интенсивнее прессинговать (хотя и в начале матча давление было достаточно активным).

При давлении ЦСКА Тикнизян играл по Маслову, Кучаев – по Джикии, а Щенников и Фернандес поднимались к Зобнину и Айртону. Очень важную роль для Гончаренко играл Марадишвили – единственный игрок середины, который не поддерживал агрессию и оставался рядом с центральными защитниками (и Бакаевым).

Во второй половине первого тайма доля длинных передач «Спартака» возросла с 14,5% до 19,5% – в основном за выносы отвечали Маслов и Джикия (по 4, до 20-й минуты – по 1), в которых армейцы загоняли начало спартаковских атак.

ЦСКА справился с длинными передачами – если Понсе или Ларссон и выигрывали верховое единоборство, то подбор оставался за армейцами. Ларссон собрал всего 1 подбор после скидки Понсе, но шведа тут же накрыли, а Бакаев в этот отрезок вообще не собрал ни одного и коснулся мяча лишь 10 раз (столько же – только Понсе, остальные спартаковцы – от 15), из которых всего 3 оказались передачами вперед.

6. «Спартак» пропустил 6-й гол в сезоне со стандарта – до ЦСКА команда Тедеско дважды пропускала с угловых («Уфа» и «Арсенал») и пенальти («Сочи»), а также после розыгрыша штрафного («Локомотив»). В момент удара Магнуссона против него играл Умяров – как так получилось?

Результативный угловой стал для ЦСКА третьим в матче – два до него тоже подавались слева (но Влашичем, а не Обляковым). Дважды на границе штрафной возникала ситуация 3-в-3: Умяров играл по Кучаеву, а Крал и Жиго – по Карпову и Магнуссону. При этом оба раза Магнуссон прятался за спину Карпову, ожидая блока.

Перед голевым угловым Умяров почему-то стал играть ближе к Магнуссону, а Кучаев остался без опеки на линии штрафной.

При подаче Умяров и Жиго тоже не сориентировались – мяч перелетел через Жиго, а Умяров остался по Магнуссону и проиграл исландцу верховую борьбу.

После матча Тедеско рассказал, что удар Магнуссона получил непростым, поэтому Максименко не ошибся, но скорее это банальное желание тренера оградить вратаря от публичной критики.

Действия Максименко – технический брак, а вот действия Жиго и Умярова – уже нарушение командной дисциплины, которое должно волновать Тедеско гораздо больше. Кажется, так и есть: «Все, что требуется при стандартах – делать свою работу, тут нет места креативу».

7. Описание первого тайма будет неполным без пункта о прекрасном Йордане Ларссоне. Швед блестяще укрывал мяч корпусом и придерживал его, когда это было нужно (например, перед голом Понсе «Спартак» закрепился на чужой половине именно благодаря Ларссону) и традиционно опасно убегал в быстрые отрывы.

В первом тайме «Спартак» нанес 8 ударов – 4 напрямую после действий Ларссона (2 удара и 2 передачи под удар). Перевод в середину поля после замены Понсе и отход ЦСКА в глубокую позиционную оборону (скорее эта причина – главная) сильно снизили эффективность Йордана, но это никак не влияет на оценку его игры до перерыва.

8. На старте второго тайма ЦСКА продолжил прессинговать и владеть мячом (возросло возрос аж до 65,6% до замены Бакаева и Понсе на Соболева и Кокорина), но агрессивности армейцев хватило лишь на десять минут.

Возможно, дело в супермоменте Понсе, который случился как раз в начале тайма, но скорее на более низкие оборонительные блоки Гончаренко заставили перейти не только он, но и счет, а также выход Соболева, через которого «Спартак» мог эффективнее разбивать прессинг армейцев.

После двойной замены «Спартака» ЦСКА откатился назад и уже совсем не претендовал на мяч – 69,9% у команды Тедеско после 55-й минуты. «Во втором тайме попросили по-другому построить наш прессинг. Счет позволял глубоко обороняться, зная, что у нас есть качественные игроки, которые могут организовать хорошую контратаку, что в принципе и произошло», – сказал Гончаренко после игры.

9. Изменение стиля ЦСКА было логично и с учетом соперника. «Спартак» – лидер РПЛ по владению мячом (62% до игры с армейцами, первый тайм против ЦСКА – первое поражение команды Тедеско по этому показателю в сезоне), игроки все лучше понимают требования тренера по позициям во время позиционных атак (особенно это заметно на правом фланге, куда часто сваливается Крал, а Зобнин поднимается ближе к финальной трети), но самые острые моменты москвичей по-прежнему возникают после быстрых отрывов и стандартов.

С выходом Соболева «Спартак» логично упростил игру – это выразилось не в возросшей доле длинных передач (она, наоборот, упала, но из-за возросшего общего числа пасов), а в способах доставки мяча к штрафной. За 35 минут Джикия сделал 6 забросов к штрафной в сторону Соболева, а Айртон и Зобнин бомбили кроссами (7 на двоих с игры, плюс еще один – у Ларссона).

Силовое давление не помогло «Спартаку» – всего 5 ударов после выхода Соболева и Кокорина, 2 из которых из штрафной. Они получились совсем не опасными – удар Соболева головой заблокировали, а попытка Кокорина (тоже головой) вышла неточной.

10. Самый опасный удар «Спартака» после замены Понсе нанес Джикия – и это был удар из-за штрафной после своего же жесткого отбора у Влашича. Акинфеев спас – как и в моменте Понсе.

После дерби есть большой соблазн все свести к игре вратарей – Максименко результативно ошибся, а Акинфеев вытащил все, что мог. По сути, это действительно так – к двум сэйвам вратаря ЦСКА после перерыва добавляем спасение после крученого удара Ларссона, но два из трех ударов пришлись с дальней дистанции.

Они получились безумно опасными, Акинфеев – красавчик, но мысли Тедеско о семи моментах «Спартака» очень наивны. Его команда создала всего 1 явный шанс за матч – и это был даже не гол, а добивание Понсе во втором тайме.

11. Гончаренко прекрасно управлял игрой – откат назад при 2:1, новый выход Эджуке на позицию центрального нападающего (в Голландии в основном играл левого вингера) в расчете на контратаки, появление Бийола нижним опорником на последние десять минут и перевод Марадишвили на правый край, где Кучаев устал бегать за Айртоном (плюс в той же зоне часто оказывался свежий Урунов).

Во втором тайме ЦСКА избежал грубых индивидуальных ошибок в обороне, а более грамотные действия Эджуке при отрывах могли привести к третьему голу намного раньше.

12. Невоспетый герой дерби – Иван Обляков. Конечно, пару раз его легко оббегали соперники (Бакаев – даже перед голом Понсе, когда Обляков читал передачу на Ларссона, а не проход Зелимхана в центр), но в остальном Иван был прекрасен.

5 отборов (столько же – у Марадишвили, у остальных – не больше 3), 7 перехватов (у Умярова – 4), 2 голевые передачи, своевременные выдвижения на Крала и Умярова при прессинге ЦСКА, а также блестящее соло, завершившееся сэйвом Максименко – очень достойно.

13. Мы так ждали дебюта Александра Кокорина, что трудно обойтись без пункта о нем. Дебют состоялся. Пожалуй, это все, что можно сказать.

14. ЦСКА не был намного острее «Спартака» (по ударам из штрафной вообще уступили 5-7), но победа кажется заслуженной из-за решений Гончаренко, спасений Акинфеева и очередной топовой игры Влашича против статусного соперника (пас пяткой в разгон второй голевой атаки – блеск).

Возможно, самое страшное для Тедеско в дерби – не результат, а действия Жиго и Умярова при угловом. В остальном «Спартак» становится по-хорошему предсказуемым, и точно будет претендовать на тройку.

ЦСКА классный, но для Карпова дерби – снова жуть: унижение от Ларссона на первой минуте, шаг до удаления и пенальти, хейтспич Акинфеева

«Спартака» хватило на 25 минут: подвел Максименко, отдали центр поля, не помог даже Кокорин

Мой телеграм-канал/твиттер

Фото: РПЛ/Спартак/Александр Спутников, ЦСКА/Денис Тырин

развернуть

Группа Тутберидзе – сравнительно молодой феномен в фигурном катании.

Этери известна чутьем на таланты: занявшая 16-е место на первенстве России-2017 Алена Косторная за три года в «Хрустальном» выросла в чемпионку Европы, а Юлия Липницкая из провинциальной фигуристки с впечатляющей растяжкой превратилась в олимпийскую чемпионку.

Но лучше всего интуиция Тутберидзе сработала в 2011 году, когда она пригласила в группу малоизвестного тренера Сергея Дудакова. Возможно, она разглядела в нем себя: как и Этери, Дудаков рано ушел из спорта, несколько лет зарабатывал в шоу и работал с детьми в группах здоровья.

Полюбил фигурное катание из-за прыжков, переосмыслил спорт из-за балета на льду

6-летний Сергей часто болел: чтобы закалить, родители отдали его на каток. Зимой дети занимались на открытом льду, а весной группу перевели на каток «Кристалл». Там Дудакова благодаря ярко-рыжим волосам и скоростному скольжению заметила известный тренер Марина Кудрявцева.

Сергей вспоминает, что проникся фигурным катанием, когда в группе начали учить тройные прыжки. На этом этапе многие отсеивались: лишний оборот давался непросто. У Дудакова получилось, и он остался в группе, к работе с которой уже подключился Виктор Кудрявцев – тренер Кулика, Бутырской и Сергея Волкова (первого советского чемпиона в мужском катании).

Возможно, именно Кудрявцев вдохновил Дудакова стать тренером. Виктор Николаевич – фанат работы: даже в 80 лет проводит мастер-классы и семинары, а за реанимацией прыжков к нему обращались Вера Базарова и Анна Погорилая.

«Бывало всякое. Мы взрослели, казалось, что уже все можем, стали самостоятельными. Временами хулиганили, ругались, спорили с тренерами. Но чтобы уйти от тренеров – никогда. Мы были другими», – вспоминал Дудаков.

Преданность, впрочем, не гарантировала высоких результатов. Дудаков ни разу не попадал в пятерку на национальном чемпионате, а на единственном юниорском ЧМ добрался только до 7-го места. Промучившись без медалей и стартов, Сергей завершил карьеру в 21 год.

Кардинально менять профиль Дудакову не хотелось: поиск работы завел его в балет на льду. По словам Сергея, этот опыт помог переосмыслить фигурное катание: увидеть в нем не только прыжки и баллы, но и артистическую сторону. В балете приходилось учить новую хореографию, менять роли и образы – все это увлекло Дудакова на три года.

Следующим этапом стала английская постановка «Призрак оперы»: в труппу отбирали российских спортсменов, а кастинг проходил в Москве. После года гастролей Дудаков остался в Европе, но перебрался в немецкое парковое шоу, где артисты выходили на лед 4 раза в день.

Точку в шоу-карьере Дудакова поставила работа на круизном лайнере. Для фигуристов это популярный вид заработка: на кораблях выступали, например, победительница юношеской Олимпиады Екатерина Борисова и американский парник Тимоти ЛеДюк.

Принял маленьких Медведеву и Липницкую; считает, что нашел себя благодаря Тутберидзе

Уезжать от семьи в полугодовой круиз и работать в одном темпе с юными фигуристами становилось все сложнее. За советом Дудаков обратился к другому бывшему ученику Марины Кудрявцевой – Игорю Пашкевичу, который сказал Сергею: новому московскому катку «Хрустальный» требуются тренеры.

Дудакова взяли, но из-за отсутствия опыта доверили только группу здоровья – впрочем, Сергею нравилось работать с детьми. Спустя два года Дудакова заметила Мария Бутырская и пригласила работать вместе. Еще через пять лет Сергей вернулся в «Хрустальный»: его новыми ученицами стали маленькие Липницкая, Медведева и Шелепень.

Хореограф Даниил Глейхенгауз в «Хрустальный» попал позже: его взяли в команду после Игр в Сочи. В группе еще не было россыпи топовых спортсменов, поэтому Тутберидзе и Дудакова хватало на всех.

В год, когда Сергей присоединился к Этери, Липницкая стартовала на юниорском уровне. Дебют впечатлял: ни одного проигрыша на международных турнирах (включая ЧМ) и второе место на взрослом чемпионате России.

Очевидно, мысли перевернуть женское катание, сделав упор на стабильное исполнение сложных прыжков, были у Тутберидзе и раньше. Еще до прихода Дудакова Этери тренировала Полину Шелепень: та рано выучила двойные прыжки, а в 10 лет делала каскад из двух тройных – достаточно амбициозный шаг по тем временам.

Шелепень рассказывала, что Тутберидзе предложила попробовать четверной в 2007-м, когда Полине было 12.

«На тот момент я уже все выучила, мне стало скучно на тренировках, тогда же еще не было моды прыгать с руками. Тогда я упала пару раз, по пол-оборота перекручивала. Потом мы возвращались к четверному, когда мне было 14 лет. Я падала уже с чистого прыжка, но поскольку это было перед соревнованиями, то попытки приостановили, да и не стояло задачи его выучить».

Приход в группу сильного технаря Дудакова упростил реализацию планов Этери. Техническую революцию они производили поэтапно: сначала приучили мир к прыжкам с усложненной группировкой – с одной или двумя руками наверху; потом к смещению сложных элементов во вторую половину программы; и только после Олимпиады в Пхенчхане перешли к активному изучению четверных.

В академии Плющенко и вовсе настаивают, что именно Сергей – главный человек в команде Этери. Евгений назвал Тутберидзе спортивным менеджером, намекая на то, что она не умеет ставить технику, а занимается лишь финансами и пиаром. Его коллега Александр Волков считает, что Дудаков учит прыжкам, а Тутберидзе «просто давит». С учетом трансферной активности, которую «Ангелы Плющенко» развернули в межсезонье, вполне возможно, что переманить они хотели совсем другого Сергея – не Розанова.

Для Тутберидзе потеря тренера Розанова больнее, чем трансфер Трусовой. Именно он два года воспитывал суперюниорок

Сам Дудаков считает, что в фигурном катании ему повезло дважды – с Кудрявцевыми и с Тутберидзе. «Я всегда говорю, что нашел себя в профессии благодаря Этери Георгиевне и многим ей обязан. Я многому учился у нее, как работать с детьми, что можно сказать этому ребенку, что другому».

«Они с Этери Георгиевной как огонь и вода. И прекрасно уживаются»

Хотя Тутберидзе уверяет, что обязанности они не делят, все же исключения существуют. «Сергей Викторович не ставит программы и в хореографию не вмешивается. Он может высказать мнение – нравится или не нравится. Идет спортсмену или не идет», – рассказывала Этери.

В свою очередь Дудаков часто работает с удочкой: в частности, страховал Алину Загитову, когда та пыталась учить четверные.

Но, похоже, у Сергея есть и другая важная роль. Именно с ним на последний (в статусе фигуристки «Хрустального») турнир вызвалась ехать Юлия Липницкая: Этери позже с обидой рассказывала, что узнала об этом от федерации. Саша Трусова благодарила Дудакова за помощь после Гран-при в Ереване, куда она приехала сразу после болезни; а Адьян Питкеев называл бывшего тренера настоящим мужчиной и человеком слова.

Тутберидзе известна жесткой позицией по многим вопросам: работа с новыми хореографами – блажь, сошел с пьедестала – ты никто, вышел на лед – надо в любом случае докатать программу.

Почему фигуристки уходят от Тутберидзе? Вероятно, Этери никогда не признает, что проблема – в ней

Дудаков одинаково чутко реагирует и на удачи, и на провалы спортсменов: искренне сочувствовал олимпийскому серебру Медведевой, радостно подбрасывал Даниила Самсонова в кисс-энд-крае после победы на первенстве России, трогательно переживал у бортика за четверные Трусовой.

Лучше всего этот контраст между тренерами выразила бывшая ученица «Хрустального» Серафима Саханович: «Они с Этери Георгиевной как огонь и вода. И прекрасно уживаются. Инь и ян, можно сказать. Если она где-то перебарщивает, он всегда успокоит».

Больше текстов про фигурное катание – в телеграм-канале автора

Фото: РИА Новости/Александр Вильф, Нина Зотина; globallookpress.com/Raniero Corbelletti/AFLO

развернуть

«Денвер» уже второй год подряд показывает приличные результаты в «регулярке», но преимущественно воспринимается как команда, которая не слишком подходит для игры в плей-офф. И это легко объяснимо: причин сомневаться в «Наггетс» было предостаточно.

У них медленный и не слишком полезный в защите центр, которого тем не менее нужно держать на паркете как можно дольше, ибо он создает всю атаку. Кто вообще сегодня строится вокруг центра?

Их нападение во многом построено на открываниях, которые вроде как выключаются более плотной защитой в играх на выбывание.

Их лучшие игроки периметра – односторонние. Бартон неплох в обороне и хорош в атаке, но он травмирован. Крэйг никогда не отличался дальним броском, Харрис отличался, но года два назад все это дело потерял, и теперь против него в защите идут под заслоном. А ведь это два из трех лучших защищающихся игроков на дуге (третий – Грант, который по сезону был полезен на обеих сторонах, но в плей-офф тоже часто забывает, что умеет бросать). Портер напротив хорош в атаке, но не часто понимает, что делать в защите, и его стараются держать подальше от приличных атакующих игроков соперника.

Состав «Наггетс» в «пузыре» слишком неуниверсальный и слишком большой. Все помнят старт из пять центров в орландовской предсезонке, но «Наггетс» ведь до сих пор не до конца отошли от этого. Они играют с Грантом на «тройке», а он, казалось, пару лет назад уже переформатировался из «четверки» в центрового. Йокич не разменивается, Портер не разменивается, Мюррей не разменивается – это слишком много уязвимых мест.

«Наггетс» могли уже 5 раз вылететь. Но самая волевая команда НБА все еще цепляется за плей-офф

Весь «Денвер» – это слишком много уязвимых мест. В плей-офф такие команды не выживают. Но «Наггетс» снова отыгрались с 1-3 и готовятся к очередной седьмой игре. Так почему же «Денвер» продолжает бороться, назло всем законам современного баскетбола?

Йокич – игрок плей-офф

Йокич – разнообразный. Это, наверное, главное качество для звездного игрока, который собирается преуспеть в плей-офф. Ты не можешь быть хорош только в чем-то одном: соперники сделают все, чтобы убрать это. И скорее всего у них получится, ведь они целенаправленно готовятся к обороне против тебя и привыкают к твоей игре с каждым матчем.

Поэтому так важно, что Никола может действовать по-разному.

Он умеет играть в посте, и кто бы против него не защищался, как правило, соперник стягивает на это дело сдваивания. Йокич может продавить, бросить средний или 18 раз повернуться на опорной ноге, показав 13 ложных замахов, чтобы выйти на лэй-ап или крюк.

Огромного игрока с таким набором навыков почти нереально сдержать в посте один в один, поэтому его часто и пытаются контролировать вдвоем. А учитывая уровень розыгрыша Николы, сдваивания для него, скорее, рабочий способ инициировать нападение, чем проблема.

Но это только начало.

Он часто получает заслоны и открывается под получение на средней, откуда может сразу бросить. А время от времени Йокич и ведет пик-н-роллы, получая заслон на мяче от «маленького». Большинство людей с габаритами Йокича не умеют пользоваться заслонами, умеют только их ставить, но не Никола. И игроки, защищающиеся против Йокича, просто не привыкли преодолевать заслоны и преследовать боллхэндлера, это вообще не их тема.

Играть роллмэна на пик-н-ролле Йокич тоже умеет. Он может остаться на дуге и открыться под бросок, а может пойти к кольцу. И хотя особой резкостью его открывания не отличаются, он такой здоровый, что, стянувшись на боллхэндлера, оборонительный центр уже не сможет вернуть позицию против Николы. Йокич встает на рельсы, и его уже не сдвинешь с этой траектории на пути кольцу.

В итоге получается, что один в один против Йокича защищаться могут только огромные ребята, но они, как правило, не успевают за ним на пик-н-попах и пик-н-роллах. То есть игра Йокича либо слишком быстрая, либо слишком сильная для оппонентов. И это очень забавно, потому что обычно так говорят о выдающихся с точки зрения атлетизма игроках.

А еще получается, что без сдваиваний против Йокича редко справляются даже те самые здоровые ребята. Но сдваивания против игрока, чье главное оружие – пас, не выглядит как путь к успеху.

Йокич в атаке может делать очень много очень разных вещей, и отсечь все их пока не получается ни у кого. Никола снова и снова находит способы оставаться эффективным в нападении на уровне плей-офф.

Я почти надеюсь, что мы увидим Йокича против Дэвиса, потому что ЭйДи – один из немногих игроков, хотя бы теоретически способных останавливать разные проявления Николы. И было бы интересно посмотреть на то, чем это закончится.

Мюррей – подходящий Робин для Бэтмена-Йокича

Джамал Мюррей – одно из главных открытий этого плей-офф. В первом раунде они с Митчеллом устроили историческую перестрелку, и с тех пор разыгрывающий «Наггетс» у всех на виду. Игрок, который еще несколько месяцев назад выглядел переплаченным бастом, предстал молодой звездой.

Мюррей бросает и проходит из пик-н-ролла, заигрывает роллмэна, проходит более медленных оппонентов после размена – он показывает полный набор качеств современного звездного боллхэндлера. Как и в случае с Йокичем, навыков Мюррея достаточно, чтобы нельзя было убрать их все. А значит, он находит способ быть продуктивным.

При этом в Мюррее есть эта задиристость, толкающая его на мощные данки и решающие броски. Он ничего не боится и твердо уверен в своем таланте, иначе ты никогда не наберешь 50 очков в матче плей-офф.

И Мюррей отлично дополняет Йокича. Такой взрывной и бросающий гард рядом с таким огромным и умелым центром создают двоечку, которую по сути невозможно разменять. Кто там эти люди, которые могут защищаться и против Йокича, и против Мюррея? Кавай в клатче пробует, но мы понимаем, что на пост-апе против Йокича придется сдваиваться, а по дистанции матча мы видим, что от Ленарда и Мюррей может уйти. Просто Никола и Джамал – это максимально возможный разброс габаритов и качеств.

Посмотрите на сегодняшнюю НБА, у кого из приличных команд два лучших игрока – это самый маленький и самый крупный?

Сейчас от такого построения пытаются уйти. В лиге универсалов звездная пара «Денвера» выглядит аномалией. И такая неформатность приносит «самородкам» проблемы в защите, но она же и приносит дивиденды в атаке. Становится сложно защищаться и самому «Денверу», и их соперникам. Это такой современный аналог ран-н-ган баскетбола с акцентированной ставкой на атаку. Только раньше «Финикс» Нэша и Амаре делал это маленькой пятеркой и высоким темпом, а сейчас «Наггетс» делают это за счет ярко выраженных «маленького» и «большого» в качестве главных опций. К слову, если проводить параллели, то Йокич – это явно Нэш, а Мюррей – скорее Стаудемайр.

Но сочетаемость Йокича и Мюррея – это не только про габариты.

Это и то, как один может тянуть игру, пока у другого не получается поймать волну. А потом ситуация переворачивается, и они меняются ролями.

Это и то, что они оба не теряются, а скорее даже расцветают в клатче.

Это взаимопонимание на пик-н-ролле, и вообще сам этот их пик-н-ролл в качестве основного маневра в решающие минуты.

И это то, что они делают друг друга лучше. Потому что во время их двоечки соперник вынужден выбирать, на ком сконцентрировать внимание, оставляя другого более свободным.

Это очень многообещающий дуэт.

Атака «Денвера» – это мощь

Акцент на нападение в игре «Наггетс» логично вытекает из предыдущего пункта (и доставляет Мэлоуну видимые страдания). Но атака «Денвера» – это не только Йокич и Мюррей.

С одной стороны тут есть молодой Портер, который и в раннем нападении бросить может, и открыться умеет, как на дуге, так и под кольцом, и потрындеть в прессе горазд. А когда он еще и начнет чаще бросать с ведения, станет совсем весело, потому что высоченная точка выпуска мяча вполне позволяет кидать с сопротивлением.

С другой стороны есть Монте Моррис, который вообще не умеет ошибаться, и отлично поддерживает движение, выходя со скамейки. Запасных разыгрывающих, которые могут так вести игру в НБА, не так много.Открывание без мяча или атака из пик-н-ролла – он всегда найдет свою точку для броска.

С третьей стороны добавляет огня Харрис, который сейчас уже выходит не для атаки, конечно, но все еще не растерял умение двигаться без мяча. Он один из лучших людей в лиге по умению открыться под получение. Учитывая, что Харрис играет рядом с Йокичем, который находит всех, кто хочет быть найденным, такой навык очень даже востребован. А если Гари сумеет еще и бросок вернуть, то ценность его открываний заметно увеличится (по 8 играм плей-офф у него 37,5% из-за дуги).

Вот Харрис открывает трешку для партнера:

А вот он сам атакует из-под кольца:

Плюс где-то рядом есть Миллсэп, который иногда вспоминает, сколько ему платят и идет в пост-ап. И это еще Бартон травмирован, Бизли обменян, а Бол Бол сидит на скамейке, ибо нужно беречь силы для «Лейкерс».

Это все, конечно, никакие не звезды, но от них и не требуется какой-то мощный креатив: с этим справляются лидеры. А поддержать движение или завершить: здесь навыков этих ребят хватает с запасом. Завершить, двинуть мяч дальше на открытого или сделать два удара в пол и принять верное решение – у «Денвера» на это способны многие.

В итоге получается атака, которую пока толком не удалось остановить. «Денвер» снова и снова находит способ выйти на свои броски. Ни у кого не получается как-то систематически их тормозить. Можно замедлить игру: «Наггетс» будут не против, но эффективность атаки останется высокой.

Трансформирующаяся защита

«Денвер» – безусловно атакующая команда. Но именно их защита часто определяет исход их матчей: потому что с атакой-то все будет в порядке, а вот на своей половине есть варианты. Если соперника удается притормозить, то все хорошо. Если с защитой совсем беда, то перебросать у «Наггетс» получается не всех.

Основных оборонительных формации у «Наггетс» две.

Первая – фирменное сдваивание на пик-н-ролле. Пару лет назад Мэлоун придумал эту схему, чтобы минимизировать ущерб для обороны от Йокича. В такой формации от Николы не требуется особая боковая подвижность, ему не нужно размениваться и показывать чудеса подстраховки под кольцом. Его слабые места прикрыты.

Проблема в том, что если ставить двоих на боллхэндлера, то часто кто-то будет открыт, даже если в защите есть хорошие вспомогательные элементы. И один останется либо роллмен, ставивший заслон, либо снайпер в углу (если игрок, опекавший этого снайпера, ушел встречать роллмена). Это достаточно высокоэффективные броски. А, если соперник знает, что ты задумал подобное сдваивание, то, вероятно, мяч найдет открытого.

Вторая схема – более классическая защита. Она подразумевает то, что игрок периметра ведет соперника прямо в Йокича. Тогда на пик-н-ролле не нужна такая акцентированная подстраховка, открытых вариантов у соперника меньше. Но тут от Йокича требуется больше подвижности и защиты кольца, а он в этом вообще не силен.

Так вот, ни одна из этих формаций и близко не достаточно хороша, чтобы останавливать классную атаку. Но регулярное переключение между вариантами усложняет оппоненту задачу и делает оборону менее предсказуемой (расскажите об этом Баду). Сопернику нужно подстроиться, понять, что именно ты играешь. А тренер, выпуская пятерку, должен думать о том, сможет ли этот состав играть против разных «денверских» схем.

В итоге получается команда с потрясающей атакой и проблесками в защите. И они играют так против всех, это никуда не девается. У них почти всегда отличная атака и почти всегда проблески в защите (иногда – больше, иногда – меньше). За счет этого «Наггетс» стали тем, кем должен был стать «Хьюстон» нынешнего сезона – командой, которая достаточно неудобна и нестандартна, чтобы иметь шанс против любого соперника.

Что немаловажно: «Денвер» сам воспринимает себя именно так, у них подходящий для такой роли менталитет. Они всегда знают, что у них есть шанс. Поэтому они и не сливаются, отставая на 15 очков в пятом матче при счете в серии 1-3.

В их случае ничего не закончено, пока не прозвучала финальная сирена. И в удачный год они могут идти 3-3 в серии с главным претендентом на титул.

«Милуоки» потерял Янниса из-за травмы, но избежал позора. Серия против «Майами» (пока 1-3) продолжается!

Баскетбол ВКонтакте

Баскетбол в Телеграмме

Фото: REUTERS/Kim Klement-USA TODAY Sports, Ashley Landis/Pool Photo-USA TODAY Sports

развернуть

Лукомский – о звездах, от которых ждали большего.

Прошлым летом все три испанских гранда сделали по одному большому трансферу: «Барселона» финализировала затяжную сагу с переходом Антуана Гризманна, «Атлетико» заменил француза Жоау Феликсом, а «Реал Мадрид» взял у «Челси» Эдена Азара. 

Все трансферы обошлись в 100+ млн евро. Все не просто не оправдали ожидания в первый год, а основательно провалились. Разберемся в причинах – они не только дадут ответы о прошлом, но и помогут лучше понять перспективы. 

Плохая реализация (своя и партнеров) – общий элемент провала. Это нетипично для Гризманна и Азара

Все трио сыграло ниже ожиданий, но из плохих в провальные их дебютные сезоны превратила именно реализация

Разберем на примере Эдена Азара. В «Челси» он был элитным завершителем трудных моментов. Из сезона в сезон забивал больше, чем средний игрок из шансов аналогичного качества. В «Реале» эта суперспособность пропала. По xG тоже есть очень ощутимый спад – он ниже привычного звездного уровня, но по голам – настоящий обвал. 

Количество моментов в данном случае – процесс (то, насколько работает замысел). А голы – лишь конечный продукт этого процесса. Процесс ухудшился – и это заслуживает критики, но не настолько, как кажется из конечного продукта.

 

Похожая, но менее радикальная ситуация у Антуана Гризманна: 

Азар-2019/20 проигрывает в реализации среднему исполнителю. Гризманн лишь слегка превосходит. Это аномальные результаты – и они вдвойне удивительны для игроков, которые ранее вообще не испытывали проблем с реализацией. И Азар, и Гризманн – в топе по реализации за дистанции 5 сезонов перед трансфером:

 

Только Сон Хын Мин на этой дистанции реализовывал моменты лучше (Мэйсон Гринвуд уже принял этот вызов?). Сразу за ним шли Азар и Гризманн. Для контекста: результат Лео Месси – «+22%». 

Это дистанция 5 сезонов – на такой выборке можно рассуждать об уникальном навыке реализации, который из года в год помогает футболисту забивать неочевидные моменты. На маленькой выборке это можно оправдать банальным «сейчас у него все залетает». На 5-летней – не получится. Очень грубо говоря, каждый момент Азар/Гризманна в «Челси»/«Атлетико» становился на 30% опаснее из-за уровня исполнения. 

С Феликсом труднее, но в «Атлетико» он тоже реализовывал ниже среднего – 7,97 xG при 6 голах. По нему у нас нет такой выборки, поэтому оценить мастерство реализации с такой же уверенностью не сможем. Но в «Бенфике» он выдавал очень перспективные цифры («+40%» – за сезон в первой команде, но не забываем про очень малую выборку). Нет оснований считать его хронически плохим завершителем – скорее наоборот, есть все данные, чтобы забивать из неочевидных ситуаций. Но, как Азар с Гризманном, он был очень плох в реализации в дебютный год.

Все трое не перенесли магию завершения в новые клубы (как минимум, двое ею точно обладают). Эта магия оградила бы их от совсем огромных объемов критики и сгладила бы процесс адаптации. Без нее трудно.

Почему так получилось? Здесь необходимы трактовки (вероятно, одной причины вообще нет – лишь совокупность факторов). Первый аспект – возможное изменение характера моментов  (это точно не прошло мимо Гризманна, чья зона действий сильно изменилась). Второй – необходимость налаживать новые связи с партнерами. Третий – психологические трудности при адаптации. 

Точные пропорции невозможно определить, но настолько глобальные расхождения с нормой – точно аномалии. Аномалии, как правило, не обходятся без внешних факторов (невезение/рандом). Это весомая причина полагать, что даже при таком же уровне игры статистика подтянется в следующем сезоне (но просто легкого улучшения будет мало – сам уровень игры тоже был низким).

Похожая ситуация и с созиданием. Феликс отдал лишь 1 голевой пас (при 2,61 xA), Азар – 3 (при 3,07 xA), Гризманн – 4 (при 4,69 xA). Здесь нет настолько явных аномалий – реализация их пасов была лишь чуть ниже нормы. Но не забываем, что эти игроки окружены элитными партнерами. Реализация в удачный год могла быть выше среднего. В топ-клубах такое регулярно случается: например, у Модрича – 7 ассистов из 3,43 xA; у Суареса – 8 из 3,17 xA. 

На выходе получаем такую картину: провалились и в плане уровня, и в плане баллов результативности. Но в плане статистики намного ярче, чем именно по уровню игры. То есть даже при полном повторений уровня прошлого сезона статистика будет лучше. В конкретный год слишком многое сошлось против них. Но для успеха этого будет мало – каждому все еще нужно прибавить именно в плане стабильности и уровня.

Чтобы приносить пользу в атаке, Гризманну нужна новая роль

План по Гризманну (если допустить, что у режима Жозепа Бартомеу был спортивный план по нему, а не только маркетинговый) выглядел примерно так: 1) схема Эрнесто Вальверде – гибрид между 4-3-3 и 4-4-2; 2) один из тройки атакующих игроков должен пахать явно больше остальных и больше тех, кого пробовали на позиции ранее (Коутиньо, Дембеле); 3) и это должен быть не менее звездный игрок с солидным вкладом в атаку. 

Самое забавное, что часть, где Гризманн работает на команду, действительно неплохо работала. Недооценили другие факторы: например, насколько система Вальверде нестабильна и зависима от Месси в целом (привело к увольнению тренера) и насколько сам Гризманн зависит от зоны обитания в атакующем плане. Левый фланг – для него худшая позиция. Он требует мяч в ноги и лишен возможности для смещений. Лучшую в «Барселоне» занимает Месси.

Формально Гризманн и Месси никогда не играли на одной позиции: Гризманн образца «Атлетико» – нападающий в паре, а Месси в «Барсе» свободный игрок, который стартует на правом фланге. Но по зоне обитания были похожи. Левоногие волшебники, которые предпочитают получать мяч в ноги и творить в правом полуфланге. Дальше начинается масса отличий: Гризманн создает в первую очередь за счет движения, Месси – за счет техники и гениальности передач (но это лишь предпочтения – оба при необходимости переключают режим).

Но без привычной среды обитания Гризманну тяжело показывать лучшие качества – в плане движения он скован, удобный тип паса и удара возникает реже. Косвенным образом это признавали даже публично. «Думаю, Гризманн был очень хорош сегодня. Он был лучше вовлечен в игру и действовал на позиции, где ему удобнее», – объяснял Кике Сетьен после попытки перейти на 4-4-2 с ромбом, где позиция француза изменилась.

Сейчас Роналд Куман наигрывает схему 4-2-3-1. В теории это отдаляет «Барсу» от привычного стиля, но повышает шансы Антуана на успех. В этой формации есть три позиции, которые ему вполне удобны – правый фланг, десятка и нападающий (ложная девятка). Здесь не будет такого контроля в центре поля, как в 4-3-3, но проще развести Гризманна с Месси. В прошлом сезоне проблема решалась топорно: Месси действует как обычно, а Гризманн в скованной неудобной роли, потому что только такая для него осталась в схеме.

Еще один фактор – Луис Суарес, который либо уходит, либо значительно теряет в важности (это уже очевидно из отношения Кумана к нему). Вероятность того, что Гризманна снова запихнут на левый фланг, становится минимальной. Избежать этого – первый шаг его успешной интеграции. Как сильно он прибавит? Зависит от факторов, которые описаны выше, и от околофутбольных (все еще не стихают разговоры, что Месси хотел Неймара, а не Гризманна, и не может поладить с французом). Но прогресс точно будет. 

Оптимистический сценарий описал Андреа Орланди (воспитанник «Барсы» и бывший игрок «Суонси»): «Меня сильно удивило, что боссы «Барселоны» думали, что лучшая позиция Гризманна левый вингер. Они купили его именно для игры там. Но, когда берешь игрока с такими заслугали и за такие деньги, его нужно использовать на лучшей позиции. В случае Гризманна – это роль десятки. Он играет под нападающим, а Месси с правого фланга. Ему нужно действовать на лучшей позиции, чтобы показать себя полностью. Думаю, он смог бы бороться за звание лучшего бомбардира Ла Лиги в этой роли».

Здесь слишком много веры в Антуана и еще не свершившихся «если» (мы не знаем, как именно его будет использовать Куман), но такой сценарий не кажется фантастикой. 

Азару слишком сильно мешали травмы. Это не должно повториться

Случай Азара интересен тем, что «Реал» предоставил ему роль, максимально похожую на ту, в которой он блистал в АПЛ. Поменялось окружение (но оно менялось и в «Челси» с годами), но все стартовые условия выполнялись. Не было лишь Эдена в хорошей форме.

Проблемы бельгийца меньше всего связаны с тактикой. Ему банально не хватало отрезка из матчей, где он играет без пауз, адаптируется и постепенно набирает лучшую форму. Травмы разбили сезон на отрезки. Каждый раз, когда Азар был близок к привычной форме (а такие проблески были), он получал новую травму.

Есть основания полагать, что теперь все изменится. В «Реале» считают, что отыскали причину травм и починили Эдена. В «Челси» он почти не травмировался, но в матче ЛЧ против «ПСЖ» в октябре получил очень неприятное повреждение. Тома Менье неудачно наступил на лодыжку Эдена – именно на то место, где в 2017-м установили металлическую пластину (вместо операции).

Изначально в «Мадриде» тоже пытались избежать операции, но весной все-таки решились. По мнению врачей «Реала», одной из причин возвращающейся боли было то, что Азар из-за манеры игры выворачивает лодыжку скорее как баскетболист, а не как футболист. Клуб обратился к доктору Юджину Карри, который работает с «Даллас Мэверикс». Он возглавил лечение и провел саму операцию.

Эден также отказался от фастфуда, полностью сменил диету и тщательнее соблюдает установки фитнес-тренера Грегори Дюпона (они знакомы еще по «Лиллю»). Зидан хвалил его за физическую форму после карантина, а Альваро Арбелоа (тренирует команду «Реала» до 14 лет и иногда смотрит тренировки) и вовсе сказал, что бельгиец «тренируется как самолет». 

Справедливости ради, еще одну травму Азар получил уже после операции в концовке сезона. Но условия и график были аномальными. Ключевую проблему операция должна была решить. Плюс у него нет истории тяжелых травм. В каждый сезон после попадания в основу «Лилля» (2008/09) Эден играл 30+ матчей чемпионата (мощнейшее достижение для атакующего игрока). В прошлом сыграл лишь 16 из-за повреждений. Похоже на нелепое исключение. 

С мотивацией тоже порядок. Эден публично признал сезон худшим в карьере и полон решимости ответить на критику. Вот позитивный сценарий от Фернандо Морьентеса: «Главный трансфер этого лета на самом деле состоялся прошлым летом – Азар пришел в клуб, но пока не реализовал потенциал. Если он наберет лучшую форму, то будет рядом с Месси по уровню».

Уровень Месси – перебор. Но тактических преград к возвращению на уровень «Челси» у Азара нет. Зидан блестяще адаптируется под игроков и все еще верит в бельгийца. Просто будучи готовым играть весь сезон, Азар сделает огромный шаг вперед. 

Симеоне считает, что у Феликса все идет по плану – Жоау нужно терпение

Случай Феликса кажется самым интересным из-за крайностей при оценке его сезона. 

Например, вот так ситуацию видит Чоло Симеоне: «Ему просто нужно продолжать в том же духе. Он мальчик, который готов слушать и учиться. Он прибавляет в коллективных действиях, особенно в работе на команду и вообще во всех аспектах. Меня не волнуют ярлыки, которые на него вешаются. Я вижу в нем важного футболиста. Феликс – часть команды, и мы постараемся выжать из него максимум». 

Тренер «Атлетико» считает, все идет по плану – никто не ждал, что он должен сходу стать звездой, сначала нужно адаптироваться к стилю, а потом прогрессировать в рамках этой структуры. Все хорошо, потому что Феликс принимает требования и работает, а остальное придет. 

Роль Феликса вполне гармонично дополняет картину. Чаще всего Симеоне использовал португальца на позиции Гризманна – трудной и требовательной. Сам Антуан вспомнил, что прошел через труднейшую 6-месячную адаптацию перед тем, как понял, что к чему, и даже начал наслаждаться интенсивным стилем «Атлетико».

Экс-защитник «Атлетико» Филипе Луис согласен: «Феликс – это жемчужина с безразмерным потенциалом, но переход от игры в команде вроде «Бенфики», которая в своем чемпионате практически постоянно владеет мячом, к игре в «Атлетико», куда меньше доминирующему на поле, дается тяжело. Ему нужно приучить себя к тому, что он будет встречаться с мячом по большим праздникам и в эти редкие моменты должен решать. У Жоау достаточно таланта, чтобы прийти к этому. Гризманну на первых порах тоже было непросто, а в итоге он стал одним из лучших на своей позиции»

А вот оценка бывшего тренера Феликса Жоау Тральхао: «Абсолютно нормально, что Жоау нужно время на адаптацию. У него было несколько ярких моментов, несколько не очень приятных – он играет нестабильно. Симеоне требует от игроков дисциплины при обороне. 

Жоау тратит много энергии на оборону, много бегает, работает без мяча. В то же время ему нужно лучше распределять силы, чтобы он мог делать то, что умеет лучше всего – играть с мячом, создавать моменты и завершать. Сумма его трансфера – безумна. Возможно, поэтому люди считали, что он не оправдывает ожиданий. Но Симеоне отлично понимал, что ему нужно будет время на адаптацию».

Все это рисует цельную и весьма логичную картину. Если оценивать Феликса именно по игре, а не только по статистике и рассматривать его как долгосрочный проект, а не как трату 100+ млн в отчаянной попытке выиграть все и сразу, то первый сезон не такой уж страшный. 

Выходит, просто классический случай «болельщики думают одно, а вот понимающие люди пришли и все объяснили»? Не совсем. Не получится абсолютно все списать на эмоциональные оценки болельщиков и незнание публикой тонкостей требований Симеоне. Так как один из сомневающихся – это сам Феликс.

В январе в Marca были инсайды о жалобах Феликса окружению. Главная из них – стиль обороны слишком выматывает и не оставляет сил на атакующие действия. Также приводилась цитата, приписываемая Жоау: «Здесь нападающие действуют как полузащитники». 

Летом история получила продолжение. В интервью Benfica Play португалец не критиковал стиль напрямую, но бросил многозначную фразу: «Теперь я осознаю, что был счастлив в «Бенфике». Планирую однажды вернуться и оставить след в истории клуба».

То есть все как бы идет по плану, но самого Феликса не предупредили, что план будет таким. Успешность Жоау в «Атлетико» сводится к тому, что перевесит – желание Жоау играть в другой более атакующий футбол или осознание, как он может вырасти в футболе «Атлетико».

Слова португальца в августе (самый свежий вердикт) дают важный намек: «Буду очень рад, если смогу повторить путь Гризманна или даже превзойти его. Он принес много пользы клубу и вырос благодаря работе с Симеоне. Если смогу повторить это, это будет большим успехом».

Кажется, Феликс все взвесил и готов дать системе Симеоне еще один шанс. В новом сезоне он будет лучше готов к ее требованиям. 

Фото: globallookpress.com/Daisuke Nakashima/AFLO, AFP7/Keystone Press Agency, Juan Carlos Rojas JuanCarlos/Juan Carlos Rojas, Mutsu Kawamori/AFLO, Oscar J. Barroso/Keystone Press Agency

Угадываем итоговую таблицу чемпионата Испании – и сколько голов забьет Месси

развернуть

От редакции Sports.ru: вы в блоге «100% фанатский стиль!», здесь появляются лучшие сюжеты о болельщиках и их культуре. Автор записал красивый рассказ норвежского фаната Андре – после прочтения вы обязаны подписаться на блог и поставить плюс!

В комментариях я иногда читаю, что футбольные фанаты злые и опасные, а их деятельность зачастую деструктивна и не имеет ничего общего с самим футболом. Разумеется, это не так, и сегодняшняя история будет как раз о том, как невероятная фанатская преданность стирает грань между тобой и твоим любимым клубом.

Герой материала – молодой парень из Норвегии по имени Андре, который болеет за «Сантос» и ради любимой команды переехал в Бразилию. Я долго колебался, в каком формате выпустить текст – в виде интервью или монолога, и все-таки сделал выбор в пользу последнего, тем более в последнее время монологи стали очень популярны среди блогеров Sports.ru.

Ниже – набор потрясающих историй о дружбе с Родриго из «Реала», о бразильских фавелах и коронавирусе, о том, как Пеле пригласил Андре к себе в гости, зачем ходить на матчи детских команд «Сантоса» всех возрастов, как потратить несколько сотен тысяч евро на коллекцию футболок, как стать профессиональным скаутом. А еще о том, как не разлюбить свою команду после поражения 0:8 в первом матче, который ты увидел на стадионе.

Как начал болеть за «Сантос»

Привет, Россия!

Меня зовут Андре Остгор и мне 27 лет. Родился и вырос я в норвежской деревне под названием Кнапстад с населением около 1000 жителей. Футбол полюбил с самого детства и какое-то время даже играл на позиции защитника за местную любительскую команду. Нет-нет, спортивное будущее мне не светило, я просто любил и люблю футбол, но не более того. Несмотря на то, что в Норвегии климат столь же суров, как и в России (Кнапстад находится на юго-востоке страны, поэтому зимой температура может опускаться до -20°, зато летом бывает даже 30° градусов жары), норвежцы очень сильно любят эту игру – согласно недавнему опросу, каждый десятый норвежец регулярно играет в футбол. Так что я был одним из таких простых парней – всю неделю ходил на работу (Андре работает в сфере продаж – прим.), а по выходным гонял мяч за команду любителей.

В 2011 году я впервые увидел матч «Сантоса» по интернету – это был Кубок Либертадорес-2011, который впоследствии станет для «рыб» триумфальным. Причем «Сантос» весь турнир шел очень тяжело, но от этого было лишь интереснее: из группы с парагвайским «Серро Портеньо», чилийским «Коло-Коло» и «Депортиво Тачира» из Венесуэлы вышли не без труда, в 1/8 финала противостояние с мексиканской «Америкой» решил один-единственный гол за два матча, в четвертьфинале по сумме двух встреч одолели колумбийский «Онсе Кальдас» (1:0 и 1:1). В полуфинале были невероятные качели со все тем же «Серро Портеньо» (1:0 и 3:3), а в финале был повержен уругвайский «Пеньяроль» (0:0, 2:1). В том сезоне в «Сантосе» зажигали еще совсем юные Неймар и Гансо, так что в тот веселый и красивый футбол невозможно было не влюбиться!

В 2013 году я поехал в Барселону, чтобы наконец впервые увидеть «Сантос» вживую – в товарищеском Кубке Жоана Гампара бразильцы должны были сыграть с грозной «Барселоной» Хави и Месси. На тот момент Неймара и Гансо в «Сантосе» уже не было – Ней как раз перешел в «Барсу» (в той игре он вышел на поле сразу после перерыва), «Гусь» уже год как выступал за «Сан-Паулу», а единственным известным для европейского зрителя именем в нашей команде был 37-летний Маркус Ассунсао, который в нулевых выступал за «Рому» и «Бетис». Шансов на удачный исход было объективно мало.

В итоге «Сантос» проиграл 0:8, но в тот день я был самым счастливым человеком на планете, ведь впервые увидел любимую команду вживую, видел на расстоянии вытянутой руки всех игроков, а также встретил на трибунах немало болельщиков бразильского клуба. Более того, после игры мне удалось встретиться в отеле со всеми игроками и тренерами «Сантоса», сделать с ними несколько фотографий и получить их автографы. После этого меня словно пронзила молния, и в тот момент я решил, что моя мечта – жить в Бразилии и следовать за своей командой на каждую игру.

Переезд в Бразилию

С тех пор мысль о переезде в Бразилию становилась с каждым днем все навязчивее и навязчивее – так продолжалось три года. Я стал копить деньги, и в один прекрасный момент в мае 2016 года просто уволился с работы и купил билет в один конец. Я настолько грезил «Сантосом», что даже не подумал о том, где буду жить – по прилету в Бразилию я поймал вай-фай в аэропорту и на первое время забронировал отель. Я летел в неизвестность, так как оказался на другом континенте совсем один, без друзей и родственников. У меня не было работы, мне негде было жить, и я даже не владел португальским языком – знал только три слова: «привет», «да» и «нет». Но для меня это было абсолютно неважно, ведь у меня появилась главная возможность – ходить на матчи «Сантоса» и видеть команду своими глазами.

Прозвище Noruega, именной баннер и проблемы с фанатами других команд

Довольно быстро я познакомился со многими барра-бравас (ультрас на латинский манер) «Сантоса», меня стали узнавать простые болельщики. Это общение мне помогло освоиться на чужбине и подтянуть язык – я никогда не ходил на занятия по португальскому ни в Бразилии, ни в Норвегии, но уже спустя пару месяцев мог изъясняться в магазине и на улицах города. В конце концов в один прекрасный момент я вдруг понял, что довольно свободно говорю на португальском, и люди меня прекрасно понимают с первого раза. Тогда же фанаты «Сантоса» стали называть меня Андре Норуэга – это пошло от некоторых моих бразильских друзей, которые однажды во время матча начали петь «Ahhh e Noruega!» («Ооо, это норвежец!»). После этого я сделал именной баннер – норвежский флаг с эмблемой «Сантоса» посередине и надписью «Knapstad Noruega» в углу. Я стал возить его (а также белый шарф Knapstad Noruega с логотипами клуба по краям) с собой не только на матчи «Сантоса», но и по всему миру, где я бываю.

Что касается проблем с фанатами вражеских команд, то мне пока удается их избегать, хотя несколько раз я был близок к провалу. Как вы знаете, в штате Сан-Паулу матчи проходят без гостевых секторов из-за участившихся случаев насилия, поэтому когда «Сантос» играл против «Коринтианса» на его стадионе «Итакеран», мне пришлось замаскироваться, чтобы проникнуть на матч. Друзья говорили, что я сошел с ума, ведь к тому моменту меня уже довольно хорошо знали в фанатском сообществе и сразу же атаковали бы, если бы узнали. Но все прошло хорошо, никто не узнал меня, правда, «Сантос» проиграл в той игре.

Именной баннер Андре продолжает висеть на матчах «Сантоса» даже сейчас, когда из-за коронавируса все игры в Бразилии проходят без зрителей. Вернее, с картонными фигурками этих зрителей – напомню, что пост про самые необычные фанатские сектора вы могли читать на страницах блога тут.

Начало работы скаутом и дружба с футболистами

Я уже говорил, что в первый раз приехал в Бразилию, не имея вообще никакого плана действий – только мои норвежские накопления, билет в один конец и мечта быть рядом с «Сантосом». Так как я не знал языка, никакая нормальная работа не светила. Я в принципе и не собирался работать, просто хотел гонять на матчи любимой команды, а там куда кривая выведет.

По субботам я вставал в шесть утра и ходил на игры «Сантоса» всех возрастов. Так я начал скаутскую карьеру, причем не работал на кого-то и не получал за это никаких денег – просто приходил на игры «Сантоса» всех возрастов и отмечал для себя интересных футболистов. Мне нравится смотреть футбол, я кайфовал от самого процесса поиска молодых талантов. Но так как я ни на кого не работал и мне никто не платил за это, спустя семь месяцев у меня банально закончились деньги – пришлось возвращаться домой. Я наскреб по знакомым и друзьям порядка 500 евро и вернулся в Кнапстад.

Повторюсь, что за то время, что я прожил в Бразилии в свой первый приезд, я ходил на матчи и первой команды, и юношеских и детских команд всех возрастов. Разумеется, приходил и на базу «Сантоса», куда меня со временем стали пускать, как к себе домой. Но особенно я сблизился с командой U-20 уже после возвращения домой, когда бразильцы прилетели в Испанию на международный турнир, а я приехал туда уже из Норвегии. Две недели я был вместе с командой и жил таким же распорядком дня, как и они: посещал их матчи и тренировки, ел вместе с ними в столовой на базе, ходил в тренажерный зал (пока парни тягали железо, я плавал в бассейне, ха-ха), а в свободное время мы просто общались и рубились в фифу. Так и началась моя дружба со многими молодыми игроками «Сантоса».

В Бразилии я посетил большинство матчей «Сантоса» U-13, U-15, U-17 и U-20 и каждую неделю видел, как стремительно прогрессирует тот же 15-летний Родриго, за которого впоследствии мадридский «Реал» отвалил 45 млн евро. Из всех игроков я, наверное, наиболее тесно общаюсь как раз с Родриго – мы часто переписываемся в твиттере (Родриго действительно подписан на Андре) и видимся по возможности.

Андре вместе с футболистами молодежной команды «Сантоса» до 20 лет в клубном музее «Валенсии»

Родриго

Мы познакомились во время моей первой поездки в Бразилию в 2016 году, но по-настоящему сдружились уже зимой 2019-го, когда мой визит был более длительным. Я помню, что когда вошел в спортзал, где занималась первая команда «Сантоса», Родриго подбежал ко мне, приобнял и крикнул мое имя.

По просьбе Родриго мы сфотографировались с моим баннером, который я вожу на матчи команды, а также договорились до моего возвращения в Норвегию вместе пообедать в местном ресторане. К нам должны были присоединиться еще 3-4 футболиста, но я просрал эту возможность: за пару часов до обеда мне назначил встречу менеджер по маркетингу «Сантоса», мы с ним быстренько все обсудили, но когда я вышел оттуда и собирался вызвать Uber, то осознал, что дорога до ресторана займет не меньше двух часов, и я никак не успею к игрокам «Сантоса». Отправил Родриго сообщение, что не успеваю, и извинился.

Родриго – невероятный талант. В Бразилии его называют «молнией» – такого звания удостаиваются только игроки с очень большим будущим. До Родриго в «Сантосе» таких было лишь трое – Неймар, Робиньо и сам Пеле. Свой уровень Родриго подтвердил уже во втором матче в Лиге чемпионов против «Галатасарая», когда оформил хет-трик. Знаете, кто делал предыдущий бразильский хет-трик в Лиге чемпионов? Роналдо в том самом матче против «МЮ» на «Олд Траффорд».

У Родриго и Винисиуса много общего – оба очень талантливы, за обоих «Реал» заплатил космические деньги, обоим пришлось пересидеть в Бразилии еще год, чтобы их контракт со «сливочными» вступил в законную силу. Но Родриго талантливее Винисиуса, точнее Родриго – это тот потолок, который Винисиус лишь может достичь путем огромной работы на тренировках.

Я помню, как видел игру Родриго в «Сантосе» U-17, он доминировал практически в каждой игре, забивал голы и делал разницу. И перейдя в первую команду, не затерялся на фоне более матерых игроков. На поле он бесстрашен и прямолинеен в общении с остальными – он легко может высказать свое недовольство судье, если считает, что с ним обошлись грубо в каком-то эпизоде, а судья на это не отреагировал. При этом он никогда не симулирует – в сегодняшнем футболе это большая редкость.

За пределами поля Родриго невероятно серьезен и предан своему делу, поэтому его никоим образом нельзя сравнивать с большинством других бразильских суперталантов, которые любят разгульный образ жизни, дорогие тачки, набивают себе кучу татуировок и покупают море дорогой одежды, из-за чего фокусируются не на футболе, а на тех вещах, которые губят их карьеры. Родриго вообще не такой, он приземленный и очень религиозный человек, который постоянно тренируется и совершенствуется, свободное время проводит со своей семьей и часто посещает церковь. Винисиус в этом плане – полная противоположность: он создает образ типичного бразильского тинейджера.

Единственный ощутимый минус Родриго – он иногда выпадает из игры, если долго находится без мяча. Плюс ему надо набрать еще несколько килограмм мышечной массы, чтобы вести силовую борьбу с защитниками. В этих компонентах Винисиус более эффективен. Зато у Родриго есть преимущество перед соотечественником – те шишки, что «Реал» набил на Винисиусе, он не будет повторять на Родриго, так как Родриго младше на полгода.

После перехода Родриго в «Реал» Андре стал частым гостем на «Сантьяго Бернабеу»

О том, как все-таки стал профессиональным скаутом

В то время я посещал не только домашние матчи юниоров «Сантоса», но и следовал за ними по всей Бразилии, хотя, конечно, не везде удавалось отправиться на выезд, так как я был ограничен по финансам. Я самостоятельно писал отчеты о молодых игроках и, уверен, был первым европейцем, который заметил таких футболистов, как Родриго, Эдер Милитао, Ришарлисон, Антони, Андре Андерсон, Каик Роша.

Позднее я оказался в совсем молодом агентстве под названием X-One Agency. Сейчас у нас еще мало клиентов – это либо норвежцы, либо европейцы из слабых команд, либо африканцы. Но все наши клиенты совсем юные, у них большое будущее. Конечно, со временем наша база и вес наших клиентов будет только расти, но пока что говорить об этом рано, тем более коронавирус сильно осложнил работу.

Жизнь в Норвегии

Сейчас я по сути живу на две страны – основное время провожу в Норвегии, но при первой же возможности стараюсь вырваться в Бразилию. Это не так легко, учитывая стоимость билета (500 евро) в один конец. Обычно я раз в году улетаю туда на один месяц и посещаю абсолютно все игры. В этом году я еще не был в Бразилии, так что надеюсь, что как только эта проклятая пандемия окончательно закончится, смогу вернуться на свою вторую родину.

Пока же совмещаю обычную работу в Норвегии с работой в агентстве. Среди моих клиентов нет норвежцев, но есть парочка совсем юных и пока неизвестных бразильцев. Также работаю с несколькими профессиональными игроками, но это не только мои игроки – мы, скажем так, коллективно ведем их дела.

Поначалу все мои друзья и родные считали меня сумасшедшим, когда я им заявил, что бросил работу, чтобы просто переехать в Бразилию и заниматься там футбольными делами. Но на самом деле мои родители меня прекрасно понимают, ведь они тоже бывали в Бразилии и прочувствовали всю атмосферу этой страны. В 2000 году, когда мне было 7 или 8 лет, мы ездили туда в отпуск к моему дяде, который тогда там проживал. Странно, что я не заболел Бразилией и «Сантосом» еще тогда, тем более мой дядя тоже болел за «Сантос», хоть я этого и не знал. Видимо, это сыграло свою роль в моей сегодняшней мечте и цели – окончательно переехать в Бразилию. Спустя несколько лет, когда друзья и родители увидели, чего я достиг, они очень гордятся мной.

Коронавирус

Пандемию я пересидел у себя дома, в Норвегии. По телевизору показывали, насколько катастрофичных масштабов достигла эта беда в Бразилии, когда могилы для умерших рыли на пустырях буквально экскаваторами. Когда я общался по этому поводу со своими бразильскими друзьями, они подтверждали, что ситуация с коронавирусом в Бразилии была действительно очень плохая, в какой-то момент Бразилия даже вышла на второе место в мире по числу заболевших. Во многом этому способствовали фавелы, где в условиях высокой густонаселенности и антисанитарии проживает около 13 миллионов человек.

Сейчас, кажется, ситуация стала контролируемой, но до полной победы еще далеко, и я надеюсь, что к концу года ситуация окончательно стабилизируется. Кстати, я никогда не был в самых настоящих и жутких фавелах – только в более цивилизованных фавелах у своих друзей, но даже в такой обстановке мне было не по себе, и лишь спустя какое-то время все стало нормально, все ко мне привыкли и были очень милы и приветливы.

В Норвегии изначально были приняты довольно жесткие меры по борьбе с коронавирусом – закрыли все учебные учреждения, большинство офисов, а также рекомендовали не пользоваться общественным транспортом. Летом, казалось, все останется в прошлом, но уже в августе все ограничения начали возвращаться: сначала людям рекомендовали покидать страну только в случаях крайней необходимости, затем всех вернувшихся из-за рубежа сажали на строгий десятидневный карантин (речь идет об Исландии, Мальте, Нидерландах, Польше и Кипре, где норвежские власти посчитали обстановку с коронавирусом крайне напряженной – прим.), а потом уже и в разных муниципалитетах страны (в моем тоже) запретили ходить друг к другу в гости. Надеюсь, что и в Норвегии, и в Бразилии, и во всем мире скоро все забудут коронавирус, как страшный сон.

Коллекция футболок

Я начал собирать свою коллекцию, когда еще жил в Норвегии. Сначала купил бутсы и футболку Неймара на eBay, затем начал скупать футболки остальных бразильских игроков, но в итоге это стало настолько дорого (я пытался посчитать, сколько денег у меня ушло, но не смог, так как эта цифра составляет несколько сотен тысяч евро), что я начал искать контакты людей в «Сантосе», которые могли бы дарить мне футболки игроков или хотя бы продавать за относительно небольшую сумму. Конечно, мне очень помогла та поездка в Бразилию, когда я стал довольно известным человеком среди болельщиков и познакомился со многими работниками и футболистами клуба. Так что теперь мне либо дарят футболки, либо я их покупаю за разумную цену.

Самые ценные экспонаты – футболка Неймара с автографом и надписью специально для меня, его бутсы, в которых он играл в класико, две его футболки с ЧМ-2014 и ЧМ-2018, футболка Роналдиньо с его автографом, а также игровые майки и бутсы Родриго и Габигола.

Знакомство с Пеле

Несмотря на то, что я «вырос» как болельщик «Сантоса» на игре Неймара, лучшим игроком за всю историю клуба однозначно считаю Пеле. Если кто-то не видел записи его матчей или нарезку его игры, непременно сделайте это прямо сейчас – на ютубе полно таких видосов. Он был не просто лучшим, а сенсационно-космическим футболистом своего времени! И для меня он совершенно точно лучше Марадоны. Поэтому вы только представьте мои эмоции, когда однажды мне прислали видео, которое король футбола записал специально для меня!

Когда я был на все тех же сборах в Испании вместе с командой U-20, тренер команды Арао Алвеш, сын лучшего друга Пеле Маноэля Марии (они вместе играли за «Сантос», а Пеле стал крестным Арао), неожиданно сказал, что буквально заставит Пеле прислать мне видеосообщение, а также пригласил меня во время моего следующего визита в Бразилию к Пеле в гости. Я был уверен, что это шутка, но в один прекрасный вечер мне действительно пришел привет из-за океана, где Пеле говорит: «Сейчас за кадром сидит Арао, который видит, что я работал и устал сегодня, но все равно очень сильно попросил передать тебе привет, Андре. В следующий раз, когда ты прилетишь в Бразилию, я могу встретиться с тобой лично».

Девушки, климат и норвежский футбол

Мне повезло, ведь самые красивые девушки на планете живут как раз в Норвегии и Бразилии. Они совершенно разные, но по-своему прекрасны: в Норвегии голубоглазые стройные блондинки, а в Бразилии – знойные, загорелые и более крепкие от природы брюнетки. Но если все-таки выбирать, то я не без труда выберу бразильянок. А вот с климатом все значительно проще – только Бразилия, ее палящее солнце, притягательные пляжи и освежающий океан. Ну и футбол в Бразилии, понятное дело, тоже на несколько порядков сильнее норвежского, хотя сегодня у нашей сборной очень сильное поколение – Холанд, Эдегор, Сорлот, Джошуа Кинг, Эльюнусси, Хенриксен, Йохансен и куча других действительно крепких футболистов.

Если говорить о клубном футболе, то я с детства был фанатом «Русенборга», но только до тех пор, пока мое сердце не пронзил «Сантос». Знаете, это как с женщинами – сначала ты думаешь, что любишь одну, а потом бац – и все, жить без другой не можешь. Сегодня в норвежском футболе я слежу за клубом «Буде-Глимт», потому что они играют в фантастический футбол и лидируют в чемпионате Норвегии с огромным отрывом. Но это просто симпатия, не более того – уж слишком сильно я люблю свой «Сантос».

Узнаваемость в Бразилии

В Норвегии я – обычный толстый парень, который любит футбол. А в Бразилии даже был на некоторых крупнейших телеканалах. Для них очень странно, что норвежец бросает работу ради того, чтобы ездить за клубом, который в то время не попадал даже в первую десятку чемпионата Бразилии.

Однажды я даже попал на первую полосу одной интернет-газеты вместе с Криштиану Роналду и Месси! Разумеется, после такого люди на бразильских улицах меня часто окликают, многие хотят сделать селфи. Мне даже немного неловко от такой известности и узнаваемости, я словно местная знаменитость. Но в целом это очень весело.

Российский футбол и бразильцы в «Спартаке»

Мои знания о вашем футболе довольно скромные, они в основном связаны с бразильцами – Халком, Роберто Карлосом, Виллианом. Сейчас все они из России уехали, да и вообще бразильцев осталось не так много, но вот в «Балтике» играет мой хороший приятель Наилсон. Айртона из «Спартака» я не очень хорошо знаю, а вот Гуга из «Атлетико Минейро», которого сватают к вам в команду, очень хороший игрок, молодой, талантливый и с хорошим будущим. Он мне нравится. Это, пожалуй, все, что я могу сказать о вашем футболе. Ну и, конечно же, у вас была потрясающая сборная с Аршавиным и Павлюченко на Евро-2008, которая показывала очень яркий и открытый футбол.

Мечта

Сейчас я временно живу в Норвегии. Но планирую вернуться в Бразилию – это то место, где я чувствую себя как дома. Я ежедневно получаю множество сообщений от знакомых бразильцев, которые убеждают меня поскорее вернуться туда. «Сантос» хорошо выступает в Кубке Либертадорес, поэтому я сказал им, что если мы дойдем до финала, то я непременно приеду посмотреть на главный матч сезона. Но задумываться об этом пока еще очень рано, так как при самом благоприятном раскладе это случится не раньше следующего года.

Сейчас у нас с руководством «Сантоса» идет диалог по поводу моей возможной работы в клубе в будущем, но там никакой конкретики еще нет. Но я надеюсь, что все пройдет хорошо, и я уеду в Бразилию как можно скорее.

Моя главная мечта в жизни – когда-нибудь стать президентом «Сантоса». Я буду много учиться и работать в этом направлении, чтобы, когда представится такая возможность, я был готов на все сто. Это миссия моей жизни, вот для чего я появился на свет.

Понравился пост? Тогда ставьте плюсы, пишите комментарии и подписывайтесь на блог «100% фанатский стиль!». А еще есть твиттер и инстаграм:

Также обязательно подписывайтесь на соцсети (особенно на инстаграм – там очень много футбола!) нашего героя:

Твиттер

Инстаграм

До новых встреч!

Наш блогер написал докторскую по Родриго. Для прочтения вам понадобится отпуск

«От него шарахались, как от прокаженного. А на улицах показывали пальцем и оскорбляли». Бразильский вратарь, которого прокляла вся страна

Фото: Instagram/andreostgaard

развернуть

Впервые за двадцать два года плей-офф без Попа.

Попович и одержимость

Попович родился в городке Ист-Чикаго, штат Индиана, где баскетбол является предметом поклонения. Главная команда для тех, кто там живет – это школьная команда «Ист-Чикаго Вашингтон Сенаторс».

«С 11 лет меня интересовало лишь одно – я хотел играть за «Сенаторс», за легендарного тренера Джонни Баратто».

Ничего не вышло. Его родители развелись, и маленького Поповича увезли в еще более захолустное местечко, городок Меривилль с населением в 15 тысяч человек.

«Я был совершенно подавлен. Мать била меня метлой, чтобы выгнать из дома. Очень хорошо помню этот момент – просто лупила меня по голове, потому что я не хотел никуда уезжать, хотел остаться и играть в баскетбол».

Удары по голове никак не отразились на одержимости игрой.

На второй год Поповича отчислили из школьной команды. Вместо того чтобы смириться, уже на следующий день отправился в соседний городок, чтобы рубиться там в уличный баскетбол. В самом Меривилле население было белым, в соседнем городке Гэри – на площадках играли темнокожие парни, которые поначалу били Попа и его друзей, несмотря на то, что бегали в ботинках со стальными стаканами.

Летом Попович каждый день ездил в еще один соседний городок – Гриффит, где собирались лучшие баскетболисты со всей округи. «Там он привык к жесткому баскетболу», – рассказывают его товарищи. Если они играли в баскетбол ради развлечения, то Попович был помешан на самосовершенствовании – шел на площадку каждый день и носил на ногах утяжелители, чтобы укрепить ноги. И в итоге вернулся в состав школьной команды и постепенно дорос до статуса игрока, который заинтересовал скромные колледжи.

Даже когда Попович поступал в Академию ВВС, то продолжал делать чуть больше – летом тренер школьной команды открывал специально для него зал, где он в одиночестве отрабатывал самые скучные баскетбольные элементы, например, защитную стойку.

Друзья детства говорят о нем одно: «Мы понимали, что его невозможно остановить».

Жители Меривилля и всего озерного региона пределом мечтаний считали работу на местных сталелитейных заводах. Попович хотел чего-то другого.

Попович и тренеры

«Сперс», естественно, известны тем, что построены на абсолютной дисциплине.

Сам Попович пришел к этому далеко не сразу.

Сам он описывает себя в университетские годы как «хитрожопого всезнайку».

Его тренер Хэнк Эган раскрывает: «Он вел себя так, как обычно себя ведут подростки. Был совершенно несносным, когда все шло не так, как ему хотелось».

Первые годы все шло не так: Попович не мог пробиться в основную команду, так что буянил, ругался с тренерами, протестовал настолько активно, что его несколько раз выгоняли с тренировок, требовал объяснений.

«Каждый раз, когда мы играли  с основой, я драл им задницы, – рассказывал Попович. – Но, когда я жаловался Хэнку, что должен быть на их месте, то всегда получал один и тот же ответ: «Заткнись и играй».

«Каждый день он мне объяснял, что мы совершаем огромную ошибку», – говорил сам Эган.

Поповича вынудили полностью изменить себя: в школе он зачастую играл центрового и действовал спиной к кольцу, в Академии ему нужно было научиться обращению с мячом и умению обыгрывать лицом. Каждый вечер Попович возвращался в пустой зал и занимался с резинкой на ногах, когда выключали свет – работал с мячом.

«Он не давал спуска партнерам, если те расслаблялись. Хотел играть против превосходящих его в силе и размерах соперниках. Он был таким парнем, что если на него смотрели как-то не так, то он вцеплялся в них и обещал надрать им задницы».

На тренерах Попович отрабатывал не только свою игру, но и изощренное чувство юмора. За физподготовку в Академии отвечал Джим Конбой, человек крайне суровый и к тому же исповедующий непримиримые консервативные взгляды. Хитропожому всезнайке нравилось изводить умудренного специалиста размышлениями на тему «Как было бы круто, если бы в армии могли служить геи?»

В итоге Попович пробился в основу, стал капитаном и лучшим бомбардиром, добился относительного баскетбольного признания, а также получил диплом по советологии. С геями тоже все образумилось: дочь Конбоя Эрин впоследствии вышла замуж за Поповича (она скончалась несколько лет назад).

Попович и шрам

Служба Поповича в ЦРУ хорошо документирована, но лишена эффектных деталей. Сам он эту тему всегда избегал, чем добавлял еще большей внушительности: «Люди представляют, как я бегаю с пистолетами, как настоящий шпион. Чем больше я это отрицаю, тем больше они закатывают глаза и говорят: «Конечно, конечно, верим тебе». Я работал на границе, но это совсем не было похоже на приключения Джеймса Бонда».

Попович работал в Турции, на границе Ирана и Сирии, и занимался тем, что следил за запуском советских спутников. Кроме того, он подал документы о переводе его в Москву на сверхсекретное задание, но позитивного ответа не получил.

Лишь недавно стало известно, что жить скучно Попович стал вовсе не по заветам Иосифа Бродского, а из-за нелепой случайности.

После Академии ВВС Попович должен был стать военным летчиком. Во время церемонии вручения дипломов, когда все кадеты начали подкидывать фуражки в воздух, Попович получил удар в глаз металлической блямбой. «Я упал, всюду была кровь, но никто этого не замечал, на меня наступали», – вспоминал он сам. Загадочный шрам на веке всегда возбуждал его друзей в баскетбольной жизни, они требовали рассказать, в перестрелке с какими злодеями ему досталась такая красота. Но, помимо видимых последствий, у того повреждения были и гораздо более серьезные: Попович частично потерял зрение и был комиссован по состоянию здоровья.

Попович и сборная

Не дали Поповичу и поучаствовать в конфронтации с Советским Союзом на баскетбольной площадке.

В начале 70-х Олимпийскую сборную собирали из игроков, представлявших самые разные уровни студенческих соревнований и армейских команд. Попович попал в широкий список национальной команды, которая готовилась к Мюнхену-72 – и даже участвовал в турне по Советскому Союзу. Участники событий говорят, что он до последнего оставался среди 14-16 основных кандидатов.

Проблема в том, что критерии отбора были какие угодно, но только не спортивные. Итоговый состав составлял не главный тренер, а раздутый комитет из специалистов всех лиг, каждый из которых ратовал за своих игроков.

«На просмотре нас разделил на несколько групп по 10-12 человек, – рассказывал форвард Бобби Джонс, чемпион НБА в составе «Филадельфии». – Попович был в моей группе. Я не помню точно, как он играл. Но я точно помню, что тренер нашей группы Бобби Найт нам честно сказал: в олимпийскую команду из нашей группы возьмут двоих, так что пускай остальные дают нам побольше пасов, чтобы наши шансы были более предпочтительными. Этими двумя были Кевин Джойс и я. Понятия не имею, что в этот момент подумали другие игроки и Грегг в их числе».

«Выбор команды свелся к закулисным интригам, – подтверждает Даг Коллинз, впоследствии лидер той сборной. – Мне казалось, что я выступил едва ли не лучше всех в лагере, но потом я столкнулся с тренером Томми Хейнсоном, который там просматривал игроков для «Бостона». И он мне сказал: «Они могут тебя и не выбрать. Тут решают все за кулисами. Найди кого-то, кто мог бы за тебя побороться. Я позвонил Уиллу Робинсону, тренеру Иллинойс-Стэйт, он примчался в Колорадо и бился за меня».

Попович показал в том лагере лучший процент попаданий среди всех. Но его не включили в число избранных двенадцати.

Хэнк Эган, который тренировал Поповича в Академии ВВС, а потом был его помощником, рассказывал, что тогда его подопечный и друг был в ярости.

«Он боролся там со всеми этими раскрученными игроками из колледжей, и его бесило то, что все думают только о набранных очках, а не о защите. Но это была битва, которую невозможно было выиграть. Я не то чтобы постоянно возвращаюсь к тому моменту, но мне кажется, что это дало ему настоящую мотивацию для того, чтобы изменить баскетбол. Возможно, здесь стоит искать причину того, что его привлекают голодные до побед игроки, которые никому не известны».

«Я никогда не говорил об этом, – говорил сам Попович, когда его спросили о справедливости того отбора. – Они выбрали правильных парней для той Олимпиады. Вот и все, что я когда-либо говорил».

«Это был удар под дых, – отмечал Ар Си Бьюфорд. – Он никогда этого не забыл».

В лагере сборной Попович приглянулся Лэрри Брауну. Тот пригласил его на просмотр в «Наггетс», но также отчислил его в последний момент. «Предпочел мне Дэвида Томпсона», – как потом всегда шутил Попович.

В 73-м он уже получил место помощника тренера в Академии ВВС.

Попович и необычные тренировки

Самостоятельную карьеру Попович начал с программой колледжей Помона-Питцер, одной из худших программ третьего дивизиона NCAA. Во втором сезоне юный тренер выиграл 2 матча, при 22 поражениях. Через пять лет, в 86-м, Попович помог колледжу впервые за 68 лет завоевать титул чемпионов в своей конференции.

Помогло ему все то же упорство. Программа не могла предложить ни спортивных стипендий, ни должной раскрутки тем, кто имел хоть какие-то баскетбольные навыки. Вместо этого главный тренер тратил много усилий для того, чтобы сочинять длинные красивые письма и соблазнял хорошей погодой, комфортным кампусом, высоким уровнем образования и возможностью получить вдоволь игрового времени. Сам он в это время получал скромную зарплату, жил с семьей в общежитии, а работал в чулане.

Попович утверждает, что никогда не был так счастлив в работе, как когда только начинал искать собственный почерк в Помоне. Да и ни один из его бывших игроков никогда не говорил, что уже тогда разглядел в странном мужике лучшего тренера НБА.

Им Попович запомнился главным образом спорными экспериментами.

Он очень много кричал и как-то в большом перерыве сломал доску ударом кулака. «Он хотел быть Бобби Найтом, – объясняет его бывший игрок. – В те времена все хотели быть Бобби Найтом». Попович начинал каждый сезон с тремя-четырьмя разыгрывающими, так как он знал, что несколько из них обязательно уйдут (не вынеся его давления).

Он пробовал самые разные способы, чтобы добиться от игроков приличного процента попаданий с линии. Заставлял их много бросать. Уделял дополнительное время, чтобы исправить форму броска. Наказывал их – заставлял бегать дополнительно после промахов. Наконец, пошел на крайние меры – решил, что им поможет чувство стыда. Попович заклеил окна зала, попросил выйти женщину, которая работала менеджером команды, и объявил, что игроки будут бросать с линии и снимать с себя по предмету одежды в случае промаха. Ничего не помогало – за все время работы в Помоне приличного процента попаданий с линии он не добился.

Физрук. Из какого мира появился Грегг Попович

Он изобрел баскетбол четыре на четыре. Из-за того, что его игроки больше времени уделяли учебе, а не баскетболу, а кроме того часто дезертировали из-за сомнительного тренерского стиля зачастую сложно было найти десять человек для двусторонней игры. Баскетболисты Помоны привыкли действовать четыре на четыре и в какие-то моменты пользовались этим преимуществом в официальных матчах: пятый игрок оставался со своим оппонентом у центральной линии, а если тот садился под кольцо, чтобы помогать остальным, то врывался на свободное место и атаковал.

В Академии ВВС Попович вырос на идеях Боба Спира, который верил, что постоянное движение помогает нивелировать любую разницу в классе игроков. Ребят из Помоны он учил тому же: у них не было ни баскетбольного таланта, ни умения бросать, ни жесткости, ни скорости, но за счет непрерывной беготни и свободного пространства у них получалось вскрывать защиту и получать возможности для хороших бросков.

При этом главный успех Поповича – первое место в конференции – был достигнут не столько из-за всех этих манипуляций, сколько из-за того, что к нему попал Дэйв Дисезарис, игрок на голову сильнее всех, кто вообще играл в третьем дивизионе.

Причем этого самого Дисезариса Попович сам выгнал из команды в начале сезоне. После очередного крупного поражения тренер отменил командный ужин в ресторане и вместо этого устроил им дополнительную тренировку с бросками с линии и челноками. Дисезарис то ли из-за проигрыша, то ли из-за экзекуции разозлился на партнеров – ругался на них во время забегов и в какой-то момент швырнул мяч через весь зал. И после этого был немедленно отчислен.

Попович передумал лишь тогда, когда за Дисезариса попросила остальные члены команды.

Попович и место тренера

Попович стал тренером клуба НБА во многом случайно.

Его и здесь упорно игнорировали, теперь уже в «Сперс».

Он попал в организацию в 88-м в качестве первого помощника Лэрри Брауна. Но когда Брауна уволили в 92-м, то весь штаб был вынужден уйти вслед за ним.

В 94-м, когда Питер Холт приобрел клуб, то о Поповиче вспомнили. Но место тренера отдали Бобу Хиллу, а самого Попа сделали генеральным менеджером.

Так как Поповича нельзя остановить (смотрите выше), то своего он добился: когда в начале сезона-96/97 «Сперс» попал в затяжное пике (3 победы в 18 матчах) из-за травм Дэвида Робинсона и Шона Элиота, генеральный менеджер отправил Боба Хилла в отставку, а себя назначил на его место.

Вопрос лишь в том, насколько он действительно хотел быть главным в клубе НБА.

Злопамятный Хилл уверен, что Попович шел к своей цели. «Помню, он приходил к нам в раздевалку после матчей и говорил: «Ух ты, как вы здорово дабл-тимили Шака! Как вы это выдумали! Он уже тогда планировал стать тренером. В начале второго сезона начал лезть во все дела, раздавать комментарии о том и о сем».

Никто не видел в нем тренера. «Мы все были в шоке», – суммировал тогда отношение всей команды Дэвид Робинсон.

На самом деле, Попович действовал скорее по ситуации. Скорее всего, он и не планировал оставаться тренером дальше – он отчаянно звал в «Сан-Антонио» своего друга и учителя Дона Нельсона, но «Уорриорс» не давал тому разорвать контракт. И почувствовал, что в тот момент нужно убрать Хилла, изменить клубную культуру даже на фоне бесконечных поражений и да, просто принять удар на себя.

«Он хочет сам собирать свой пазл». 20 лет назад Грегг Попович назначил себя главным тренером

«Он всегда говорил: «Послушайте, я не гений. На самом деле, я не так уж хорошо знаю баскетбол, но я буду учиться, как и вы… Сколько людей сделают вот так и возьмут всю ответственность на себя? Подумайте о Попе. В той ситуации у команды было множество травм, никаких оправданий и не нужно было искать. Болельщики все понимали. Но Попа все это не устраивает. Он приходит, потому что «все идет недостаточно хорошо». Если честно, я даже не уверен, что он, и вправду, думал, что может сделать лучше с тренерской точки зрения, но ему казалось, что он может обучать людей лучше и готовить их к следующему сезону», – рассказывал Уилл Пердью.

Такой маневр со стороны генерального менеджера настроил против него болельщиков Сан-Антонио. Его освистывали на домашних матчах, а, согласно проводимым опросам, 90 процентов респондентов считали, что он должен уйти из клуба.

Новичок команды Доминик Уилкинс красочно вспоминал тот момент, когда Попович вошел в командный автобус перед игрой и объявил, что только что отправил в отставку Боба Хилла и теперь будет вместо главного тренера.

«Все удивились. Мы все подумали, что это прикол. Он сел в автобус. Боба Хилла нигде не было, и он сказал, что можно ехать. Я подумал: «Ага, это все серьезно». Вот так вот все это началось».

Попович и Данкан

Как известно, Данкан стал баскетболистом из-за того, что боялся акул. Бассейн, в котором он стремился к олимпийскому золоту в плавании, был разрушен, а лезть в море маленький Тим был не готов.

Именно с моря начался союз, изменивший баскетбол.

После драфта-97 Попович отправился на остров Санта-Крус, чтобы наладить взаимопонимание с будущей суперзвездой. Первым делом тот повел его купаться – сначала они преодолели мелководье, потом проплыли мимо скал, затем уже береговая линия была не так уж хорошо видна.

Поповичу стало не по себе, когда он подумал о глубине. И все же он решил, что не будет показывать никаких сомнений.   

Следующие три дня они провели на пляже – плавали, лежали на песке, ели, обсуждали все подряд.

Именно там, на глубине, все и зародилось: невероятная для лиги «ничего личного, только бизнес» уверенность друг в друге.

«Я действительно очень ценю то время, – всегда говорил Попович. – Мы как будто сразу же прониклись друг к другу уважением, стали понимать друг друга. Как будто мы были родственными душами».

Попович и воспитание

Еще до того как Попович стал самым высокооплачиваемым тренером лиги, чемпионом мира по чаевым, другом всех сомелье и идеальным кандидатом в президенты, он уже для многих был тем Поповичем, которого мы знаем сейчас.

«Как-то мы с Попом поругались маленько, – рассказывал Шак, – И сразу же после этого мне позвонил отец, а он, как вы знаете, армейский человек (как и Попович), и сказал: «Только посмей еще раз прыгнуть на Попа». Он мне рассказал такую историю: в 89-м я был в Сан-Антонио, тогда еще учился в школе, и мы не могли позволить себе купить кроссовки 50-го размера. И вот мой отец поехал на базу «Сперс», они с Попом сразу же подружились, и Поп подарил ему несколько пар».

Можно только вообразить, о скольких подобных историях мы не знаем.

Гораздо более удивительная вещь, чем титулы, чем бесконечность на посту главного тренера одного и того же клуба, чем особенные отношения с игроками – это влияние Поповича на окружающий мир.

Никто не говорит о нем с большим восторгом, чем игроки, которых он отчислял.

«Сижу я у себя в номере после игры, тут стук в дверь. Смотрю в глазок: это Поп. Какого черта он хочет? – вспоминал Кит Лэнгфорд. – Открываю дверь. «Можно минуту?» Он сажает меня в кресло, сам садится на кровать напротив меня. И начинает говорить о том, как я играл, о том, что я выглядел даже лучше, чем он ожидал. «Мне, правда, кажется, что ты талантливый игрок. Есть несколько моментов, которые, как мне кажется, ты не совсем уловил… Я хотел, чтобы ты действовал агрессивнее в некоторых ситуациях. Но я поговорил с помощниками, и все согласились, что ты прекрасно подойдешь этой команде». Возможно, это все звучит пафосно, но он действительно немного растрогался. Говорит мне: «Мне действительно кажется, что ты заслуживаешь играть в НБА, мне очень жаль, что приходится тебя отчислять, но я хотел проговорить все это с тобой один на один». Я встал и протянул ему руку. А он притянул меня к себе, обнял и сказал, что нужно обязательно работать дальше.

Я не болельщик «Сан-Антонио», но за «Сперс» я всех порву».

Никто не говорит о нем с большим восторгом, чем игроки, которых он гонял.

«Изначально мы делили время с Тони Паркером, потом я начал получать все больше минут, но в какой-то момент прыгнул за мячом и травмировал плечо, – говорил Спиди Клэкстон. – В этот момент Тони Паркер стал Тони Паркером, и когда я вернулся, то думал, что буду его подменять, но меня не выпускают на первую игру, не выпускают на вторую. Меня выпустили в концовке третьей или четвертой игры, и я бегал крайне расслабленно. После этого он вызвал меня к себе и устроил взбучку. Он говорил: «Не смей так больше играть. Ты не такой человек. Каждый раз, когда выходишь, нужно давать 100 процентов. Никогда не знаешь, кто за тобой наблюдает. Возможно, мы изучаем тебя для следующего сезона, а возможно, это делает кто-то еще. С этого момента ничего, кроме огромного уважения, я не испытывал».

Никто не говорит о нем с большим восторгом, чем бесчисленные помощники, которые после работы в «Сперс» получили шанс в роли главных. Плоды с тренерского древа Поповича настолько аппетитны, что он не успевает их воспитывать, как их уже кто-то пытается утащить.

Но это все понятно.

Удивительно то, что есть десятки историй обычных людей (барменов, официантов, продавщиц), которые пересекались с тренером «Сперс» и радикальным образом меняли свою жизнь и устремлялись за мечтой.

Грегг Попович выкладывает больше миллиона в год на командные ужины. Из них выросла династия «Сперс»

Благодаря одному из них – девушке, которая работала в баре, но после встречи с Поповичем переехала в Мадрид, где стала учительницей английского – мы знаем, как главный тренер «Сан-Антонио» отдыхает.

«Летом 2006-го он пришел в наш ресторан. Я его спросила: «Вы только что завершили сезон. Что вы тут делаете?» А он ответил: «Это моя ежегодная традиция. Я приезжаю в самое любимое мое место мира, где никто меня не знает». Он объяснил, что проводит неделю в Нью-Йорке, гуляет там в одиночестве и растворяется в толпе, чувствует себя обычным человеком. Так происходит каждый год, побеждает ли он или проигрывает».

Поп и тайна

Представления о Поповиче в Сан-Антонио и о Поповиче за пределами Сан-Антонио расходились чуть более чем полностью.

В системе «Сперс» он всегда был тем, кем мы знаем его сейчас: ворчливым, но внимательным к людям человеком, мудрым и скромным тренером, специалистом, ценящим защиту и дисциплинированность,  но считающим комбинационную мобильную игру лучшим видом баскетбола. Так было с первых дней, так и осталось сейчас.

За пределами «Сан-Антонио» Попович большую часть карьеры был ходячим стереотипом. Помешанным на армейской дисциплине солдафоном. Тренером, не умеющим построить интересное нападение и поэтому требующим от своих игроков 200-процентных усилий в защите. Подонком, который спускал с цепи Брюса Боуэна. Ходячим воплощением серости и скуки. И вообще бывшим ЦРУшником – то есть мутным типом, не гнушающимся ничем: ни «зоной», ни другими незаконными приемами.

Никогда этот контракт не выглядел более красноречиво, чем в первом чемпионском сезоне.

Версия за пределами Сан-Антонио: «Сперс» выиграли первый титул, потому что их тренер придумал, как всех обмануть.

«Сперс» взяли титул, потому что во время локаута тренировались на площадках церковных лиг по всему городу, – рассказывал тренер «Чикаго» Уолли Блэйз. – У них было около дюжины тренеров, которые не числились в штате клуба – они встречались с Данканом и остальными парнями и проводили тренировки за пределами базы «Сан-Антонио». Парни, которые работали на «Сперс», всегда любят рассказывать, до чего хороши «Сперс» во всем. Приезжаешь в Сан-Антонио, а парни показывают тебе эти залы церковных лиг и говорят: «Да, вот там вот я встречался с Тимом». Мне об этом говорили бывшие стажеры, которые сейчас занимают посты помощников тренера в лиге. «Сперс» известны благодаря своим «стажерам» – тогда они не входили в штат, но могли организовать работу команды по всему городу».

Версия в «Сан-Антонио»: в том сезоне «Сперс» стартовали с показателями 6-8 и подошли вплотную к увольнению Грегга Поповича. Чтобы не допустить этого, они сплотились в матче с «Хьюстоном». И с этого начался чемпионский поход.

Крестный отец НБА. Как семья Грегга Поповича захватила лигу

«Мы знали обо всем, – рассказывал Эвери Джонсон. – Увольнение стояло на кону. Все говорили, что Попа должен заменить Док Риверс. Поэтому мы с Дэвидом перед выездом в Хьюстон отправились домой к Попу. Поп поговорил с нами, и… Могу лишь сказать, что когда выходили оттуда, очень четко понимали, что обязаны брать эту игру любыми способами. Вы только посмотрите, что мы тогда сделали с «Хьюстоном».

«Сперс» вынесли «Рокетс» Оладжувона-Пиппена-Баркли со счетом 99:82. И после этого выдали спурт 31-5.

Попович и Нельсон

На самом деле, уникальный баскетбольный синкретизм Поповича проистекает из уникальности его школы: его карьера сложилась так странно, что он побывал в учениках у двух одновременно супервлиятельных и при этом противоположных по воззрениям тренеров. Обычно специалисты тесно ассоциируются с чем-то одним – бывают фанатами защиты или гениями нападения, но Поп развивал идеи на обеих сторонах площадки.

Потому что, с одной стороны, Поп – это продолжение Лэрри Брауна: гиперконцентрация на обороне, выволочки за любую ошибку, внимание к деталям и аналитически выстраданная философия еще до появления всякой аналитики.

Потому что, с другой стороны, Поп – это продолжение Дона Нельсона: готовность к экспериментам с ротацией, импровизация с темпом, любовь к движению мяча и движению без мяча, бесконечный гимн системе равных возможностей.

В общем, Поп – это максимальная незашоренность и открытость вроде бы противоречащим друг другу идеям. И это, наверное, самое важное в нем: именно он показал, что нет тренеров защитных и атакующих, что нет тренеров американских и неамериканских, что идеи и игроков можно искать по всему миру. Не только вся Америка боготворит Поповича и его школу, оккупировавшую всю НБА, но и в Европе и Латинской Америке многие тренеры считают себя его друзьями/хорошими знакомыми. 

Одну из немногих историй о Поповиче, которого никто не знает, рассказывал как раз его друг Дон Нельсон, безумный профессор, гений, создавший современный баскетбол, а также искренний фанат пива и травы.

«Это был лучший розыгрыш за всю жизнь.

«В Академии ВВС у Поповича был один тренер, он его просто обожал. Тот был очень хорошим художником, и перед днем рожденья Попа я ему позвонил, чтобы спросить, не могу ли я что-нибудь у него купить. Он сказал, что из-за артрита перестал писать, но у него осталось несколько картин на чердаке. И не дал мне заплатить – бесплатно прислал прекрасное полотно с индианкой.

Короче, в день рожденья Попа мы собирались пообедать на пристани в Сан-Франциско. Я парням сказал, что мне нужно заглянуть в арт-салон, чтобы забрать заказ. Владелец магазина – мой дружбан, и мы с ним обговорили весь план: я ему заранее привез картину, сказал, чтобы он запросил большую цену, объяснил историю работы на случай, если Поп будет задавать вопросы. Мы туда заехали, и я парням говорю: «Почему бы вам тут не осмотреться? Тут много интересных картин».

Говорю Попу: «Посмотрим вот здесь». А сам веду его к картине – он замечает ее: начинает дотошно разглядывать, видит автограф, понимает, что это может быть тот самый чувак, которого он знает. «У автора то же имя, что у нашего тренера. Не, ну не может такого быть». Я ему говорю: «Пойдем спросим». Он попался.

Он подходит к владельцу. Тот поясняет, что это работа принадлежит кисти баскетбольного тренера из Колорадо, который занимается живописью.

Поп несется ко мне и кричит: «Это он, это он, это он».

«Тебе точно это нравится?»

Поп говорит: «Очень».

«Ну тогда я тебе подарю на день рожденья».

«Нелли, Нелли, она стоит 50 штук, ты не можешь это сделать, я тебе не позволю».

Я кричу владельцу: «Какого черта, заверни это для Попа и запиши на мой счет».

В итоге мы ему все рассказали: «Ты попался, мазафакер». И на протяжении всего обеда мне только и говорили о том, какая же я скотина, вместо того, чтобы оценить, какой же я отличный парень… Кажется, эта картина до сих пор висит у него в гостиной».

Попович и (управляемое) бешенство

Попович – единственный тренер в истории НБА, который насобирал целую коллекцию памятных хайлайтов:  избыток негативных эмоций регулярно выливаются на бедных журналистов, нашкодивших игроков и попавших под горячую руку судей. Из-за этих вспышек, которые сделали бы честь любому югославскому тренеру, он кажется совершенно невыносимым: ну от чьих ядовитых слюней еще с таким трудом спасали арбитров?

«Сперс» же всегда гордились берсеркеровскими припадками руководителя. Игроки команды кайфуют от того, что он орет не только на конкретных людей, но вообще на всех подряд, вплоть до Тима Данкана.

«Мы играли с «Лейкерс», и Шак просто убивал нас, – вспоминал Шоунелл Скотт. – Поп с ума сходил: мы получаем данк за данком. Он мочит Дэвида: «Дэвид, ты один из 50 лучших игроков в истории баскетбола, и ты позволяешь этому парню делать с собой такое». Дэвид всегда оставался спокойным и говорил: «Господи Иисусе, Поп, чувак весит 140 килограммов. Что ты прикажешь мне с ним делать?»

«Играли мы в конце сезона с «Сакраменто», – говорил Дэймон Стаудемайр. – У нас тогда были проблемы, мы проиграли несколько матчей. И вот после той встречи он погнался за Тимом в душ и все не мог успокоиться. Да, вы все слышите правильно. Тим мылся в душе, а Поп обкладывал его прямо там».

«Играли мы с «Денвером», а в предыдущем сезоне я за них бегал, – рассказывал Дермарр Джонсон. – И я объясняю Тимми: «Кеньон считает, что может защищаться против тебя один на один. Они не будут дабл-тимить, но у Кеньона быстрые руки. Так что если ты вынесешь мяч, то Кеньон постарается его выбить. Кажется, мы проиграли тогда, а Кеньон выбивал мяч у Тима раз восемь. После того матча Поп ему говорит: «Ты вроде должен быть лучшим мощным форвардом всех времен, ты должен быть лидером для этих парней, а ты играешь как говно». Ну ни фига себе».

На самом деле, в ярости Поповича (или в том, что называют его игроки, «дать серба») есть система.

Секрет выдал Стивен Коблик, один из самых близких друзей Попа.

«Я как-то гостил у Поповича в 2005-м. «Сперс» тогда выиграли дома у «Денвера», но он был недоволен командой. Сказал мне, что во время следующий игры преподаст всем урок и не будет привычно буйствовать на скамейке. В Солт-Лейк-Сити «Сперс» уступили на последних секундах, впервые за пять лет.

Попович был в бешенстве. Всю дорогу обратно он орал на тренеров. В перерывах между этим он ходил по самолету и орал на игроков. Когда мы прилетели, он все никак не мог закончить – я спустился к его машине, а он все торчал в самолете. Когда он, наконец, появился, то внезапно понял, что он забыл ключи от машины. Уже два часа ночи, в ярости он бросает свой чемодан на взлетной полосе, тот раскрывается. 

Поп вернулся в самолет – нашел там ключи. И когда спустился, снова начал бурчать. Я ему говорю: «Грегг, почему бы тебе не заткнуться? Ты специально проиграл, чтобы появился возможность выместить злость на игроках и на своем штабе. Ты это сделал. А я, честно говоря, не хочу все это слушать».

Поп сразу же остановился. Посмотрел на меня: «Окей». И умолк.

Эти вспышки ярости, конечно, абсолютно искренни и не очень приятны, но он всегда себя контролирует. Если даже его удаляют, то он делает это специально, так как считает, что так помогает команде. Его эмоции никогда не влияют на его мыслительный процесс».

Более того, такое поведение Попович, по всей видимости, воспринимает как неотъемлемую часть работы.

Уилл Пердью рассказывал, каково это – быть мишенью Поповича.

«Сидел я как-то в раздевалке после игры с «Джаз» в плей-офф – я пытался противостоять Карлу Мэлоуну, но особенно не преуспел. У меня лед на коленях. Голеностопы в ведрах со льдом. Лед на локтях… Тут подходит ко мне Попович, приобнимает меня и начинает говорить, что ждал от меня большего. Я был в шоке. Потом всю дорогу в гостиницу я злился на него. Но когда мы приехали, то оказалось, что Попович ждет меня.

«Я сказал то, что должен был сказать. Теперь пойдем поедим, выпьем вина и будем говорить обо всем, кроме баскетбола».

Культура командных ужинов считается одной из тех скреп, на которых выросла недодинастия «Сан-Антонио».

Попович и стриптиз

Попович – это не только травмирующие эмоции.

«Один из самых смешных моментов – просто невероятный – случился после победы в Финиксе, где Шон Эллиот положил мяч под сирену, – рассказывал  Эндрю Гэйз. – Мы в дичайшем угаре прибегаем в раздевалку, начинаем прыгать вокруг. Тут залетает Поп и срывает с себя всю одежду! Буквально – полностью раздевается! Это было очень смешно, но и важно, конечно: он обнажился перед всей командой. Тут дело не в том, что какой-то сумасшедший предстает голым или какой-то эксгибиционист проявляет нездоровые наклонности. Нет, это было такое выражение абсолютной радости, но при этом в этом был и объединяющий всех нас смысл, раздевание – это такая своеобразная метафора. В этом безумии был смысл».

Попович и влияние игроков

Взрывы Поповича легендарны и эффектны. Джинобили шутит про то, как тренер выпрыгнул выше Леброна, Пердью вспоминал, как он опрокинул стол с водой в раздевалке, в прямом эфире под горячую руку попадали Кавай, Грин, Паркер…

«Такая история, – рассказывал Дэймон Стаудемайр. – Мы остановились в Hyatt в Сакраменто – там через улицу огромный парк. Можете спросить у любого: все так и было – я не вру. На следующее утро мы уселись в автобус, тут он приходит: «Вылезайте давайте. Идем за мной». Идем в парк. Там сидим бездомный на скамейке, занимается своими делами. Поп ему говорит: «Извините за беспокойство, можно мы тут проведем собрание?» Говорит нам: «Давайте рассаживайтесь, садитесь на траву». Некоторые парни не хотели садиться на траву, потому что она еще была мокрая. Он им говорит: «Да что ж такое?! Куплю я вам новые штаны. Садитесь на чертову траву». Садится и спокойно начинает разделывать одного за другим. Типа: «Брюс Боуэн, ну ты и пижон. Ты больше не защищаешься так, как все твердят». И разносит всех по порядку. И штука в том, что все, что он говорил – это все было правдой».

Но это какая-то странная диктатура.

«Да, мы уделяем особенное отношение дисциплине, – объяснял Попович. – Но этого недостаточно. Самое важное – это отношения между людьми. Нужно сделать так, чтобы игроки поняли, что они для нас важны. И при этом они должны заботиться друг о друге и проявлять интерес друг к другу. И тогда они проникнутся ответственностью по отношению друг к другу».

В этом вся культура «Сперс» – в командных ужинах, в выездах, на которые игрокам разрешается брать членов семьи, в трогательных отношениях вне работы…

«В середине сезона-2000/01 я выпал из ротации и хандрил, – рассказывал Стив Керр. – В знак протеста я всегда сидел на паркете. И через несколько матчей Поп отозвал меня в сторону и сказал: «Ты себя ведешь просто ужасно. Понимаю, что ты не играешь, но ты ведь профессионал, веди себя соответствующе, а не так. Ты мне нужен на скамейке». Он был абсолютно прав, и я вернулся на скамейку».

Каким бы страшным ни казался Попович, но получалось удивительно: все его звезды заставляли именно его подстраиваться под себя, а не наоборот.

Совсем недавно он пытался переделать Ламаркуса Олдриджа. А затем публично извинялся перед форвардом и признал, что нужно было позволить ему делать то, что он умеет лучше всего.

До этого то же самое было с Джинобили и Паркером. Они в полной мере наслаждались сшибающими с ног волнами югославского темперамента.

«Первые два года – это не чтобы ад, но очень жестко, – говорил Джинобили. – Мы не соглашались с ним по множеству вопросов. И даже когда я добавил во втором сезоне, все равно бегал с постоянным ощущением катастрофы. Мне казалось, что это никогда не сработает. Но я решил не сдаваться просто так. Паркер мне тогда советовал потерпеть. Ему то же самое говорил до этого Данкан. «В конце концов, он увидит, что от тебя больше позитива, чем вот этих безумных штук, которые ты только что натворил». В итоге я понял, что с ним можно договариваться. Хотя и не всегда. Бывают моменты, когда он настолько разозлится, что лучше не продолжать. Мы можем минут десять обсуждать, как лучше защищаться против пик-н-ролла, и он может изменить свое мнение. Но если он убежден, что его способ правильный, то его не переубедить. И если ты не будешь ему следовать, то тебе придется плохо».

Паркер не только вытребовал себе ключи от «Сперс», но и как-то раз убедил Поповича вернуть его в игру, когда результат уже был сделан и тот не хотел подвергать его риску.

«Первый два года Поп постоянно орал на меня. Это было тяжело терпеть – с багровым лицом он сходил с ума.

Потом мы научились понимать друг друга: я знаю, чего он хочет от меня и поэтому чувствую себя комфортно с мячом – знаю, что в итоге я сделаю больше полезного, чем плохого. У нас будут ошибки, но он нормально к ним отнесется. Он все понимает и приспосабливается к нам – нужно отдать ему должное, ведь он привык и к моему стилю, и к стилю Ману, хотя тот творил невероятные вещи поначалу».

Кульминация отношений Поповича с игроками – это то, что произошло после шестого матча серии 2013-го, матча, в котором Попович сделал все правильно (убрал Данкана, чтобы защищаться от трехочкового), но в итоге как будто совершил главную ошибку в карьере.

«Мне кажется, Попу было так же больно, как и всем нам, после того, что случилось. Но он был сфокусирован на том, чтобы вытащить нас из ямы и повести дальше, на том, чтобы мы выглядели достойно в седьмом матче. И мы все посчитали, что на самом деле в седьмом матче мы выступили лучше, чем в шестом… и все это произошло благодаря тому ужину, на который игроки пришли с семьями. Все плакали, все переживали снова и снова, все делали то, что делают в подобных случаях. Но Поп был у каждого стола, поговорил с каждым игроком, пообщался с их семьями, поделился своими эмоциями и подвел нас к седьмому матчу. Именно это была самая невероятная работа со стороны тренера – он смог реанимировать команду и вывести ее в боевом состоянии на последний матч».

Попович и уход Данкана

Летом 2000-го Док Риверс вновь был близок к тому, чтобы прервать идиллию в «Сан-Антонио». «Орландо» мог стать первым клубом, провернувшим объединение «Большого Трио»: под начальством тренера-новичка «Мэджик» собрали Гранта Хилла, Трэйси Макгрэйди и рассчитывали заполучить и Тима Данкана. По крайней мере, сам Риверс уверял клуб, что это вполне реалистично.

Данкан приехал в Орландо вместе с Грантом Хиллом и вроде бы остался вполне доволен увиденным. Но все же сказал: «Перед окончательным решением мне нужно переговорить с Попом».

Впоследствии в числе основных версий отказа будет фигурировать женская: Риверс дал отрицательный ответ на вопрос, сможет ли жена Данкана летать вместе с командой, а потому «Сан-Антонио» получил преимущество.

На самом деле, Данкан больше думал о титулах. Во-первых, Дэвид Робинсон уже совершенно явно прошел пик, а здесь у него бы появлялся звездный партнер в расцвете сил, тот, кого называли новым Майклом Джорданом. Во-вторых, переезд был удобен по личным обстоятельствам: Данкан оказывался ближе к дому, а также ближе к Северной Каролине, где жил тогда его отец.

Именно об этом они проговорили с Поповичем всю ночь.

«Мне кажется, наши отношения стали еще теснее тогда, – рассказывал Попович. – Ведь мы оба – а это очень важно – мы оба во всем были максимально, максимально честны. Даже если бы я потерял его или даже если бы он захотел ранить меня своим отъездом, это не имело значение. Мы все равно высказали друг другу все.

Мы дошли до совершенно невменяемого состояния. Я говорил: «Хорошо, там тебе гарантируют победу, езжай туда! Ничего страшного, у нас все будет хорошо»… Такие вот вещи. А он говорил: «Дэвид становится старше, что вы собираетесь делать? Кого вы сможете получить?» Мы могли перешучиваться, но потом все возвращалось к серьезному разговору. И я говорил: «Тимми, я ничего не могу гарантировать. Не знаю, сможем ли мы взять еще титул. Я даже не знал, что мы возьмем титул в 99-м. Знал ли я об этом? Нет, не знал. Это просто случилось. Случится ли это снова? Возможно. Не могу гарантировать»…

И все было в таком духе. Но мы продолжали сидеть. Там не было ни агентов, ничего такого. Мы сидели и вместе пытались придумать, что будет лучше для него…

И через несколько дней он пришел ко мне и говорит: «Все, я ухожу в Орландо».

Долгая пауза.

И я просто таращился на него, таращился, таращился секунд пять.

Он улыбнулся и говорит: «Я не мог этого не сделать»…

«Гондон ты. Не мог он этого не сделать».

Но таков уж Тимми. Всегда хочет позадирать меня. Я с ним делаю то же самое. Но из-за этого наши отношения стали крепче».

После этого Данкан никогда не задумывался о том, чтобы сменить клуб, и без раздумий подписывал соглашения, которые помогали «Сперс» строить сильную команду вокруг него.

Попович и юмор

«Несколько лет назад мы, по сути, отдали титул в финальной серии, – рассказывал сам Попович. –  Перед следующим сезоном я хотел попробовать что-то другое. Не то чтобы я пытался играть в «мистера Крутого», но хотел, чтобы мы больше поработали над командным духом, прониклись уважением друг к другу. Хотел, чтобы парни вместе с партнерами прошли бы через трудности.

И вот во время тренировочного лагеря команда рассаживается в автобусы – они думали, что мы их повезем на очередную тренировку. Но мы вместо этого поехали в Джекс Вэлли, тренировочный комплекс Академии ВВС. Все в недоумении: что за хрень происходит?

Автобус останавливается. Я говорю тренерам: «Мы с вами выходим». А потом игрокам: «А вы, парни, посидите тут чутка». Выходим мы, и тут в автобусы врываются сержанты и начинают орать. Так когда-то орали на нас, когда мы были духами.

У игроков глаза на лбу, они пытаются что-то спрашивать, но на них еще больше орут: «Ты че, как со мной разговариваешь?!» Все в шоке. Они и понять не могли, нужно ли им смеяться или спросить: «Поп, ты что, совсем спятил?» В итоге все примолкли – орут только сержанты. Они выводят команду из автобусов, выстраивают их в линию, потом разбивают на отдельные отряды. Это было просто невероятно. Мы с тренерами в это время умирали от смеха за ближайшим деревом. Мы и поверить не могли, что такое может быть. Я не предполагал, что все может зайти так далеко, но это очень хорошо показало, что за игроки у нас собраны. Они были готовы слушать, готовы идти так далеко, как мы их поведем.

Внезапно сержант приказывает: «Вольно, все могут расслабиться». И начал смеяться, и тут игроки увидели и нас.

Потом мы провели учения. Сержанты выдали всем по винтовке, показали, что надо делать, и пустили в группах по два человека на полосу препятствий. Вот там много всего интересного произошло. Тони Паркер свалился в воду. Тим Данкан прошел все препятствия, но при этом я дрожал каждую секунду, все представлял, как репортеры будут меня спрашивать: «Когда Тимми сломал себе спину, свалившись с бревна, о чем вы думали в тот момент? Какой гений додумался до такого?»

Но Тим таков. Он сам хотел все пройти, хотя у него и не работала одна нога.

Когда все закончилось, все игроки сказали, что это было самое интересное из всего, что им приходилось делать на протяжении всей карьеры».

Помимо специфического чувства юмора, эта история еще показывает, насколько принципиально иными были игроки «Сан-Антонио» на большой части карьеры Поповича. «Сперс» никогда не верили в собственную исключительность, скорее наоборот: полное смирение заставляло их еще больше работать, еще больше верить в силу коллектива, еще больше прислушиваться к требованиям тренера. В этом и секрет их долговечности: пока одни ищут короткие пути за счет решений, другие обвиняют в неудачах партнеров, третьи выворачивают руки боссам, «Сперс» занимались бесконечным самокопанием и исправлением собственных недостатков.

Попович быстро понял, что все эти качества гораздо проще найти вне Штатов. Даже Тим Данкан по существу был инородным телом для американского баскетбола, потому что вырос вне AAU и не ждал от игры каких-то исключительных благ.

«Все они похожи на клонов в том смысле, что они совершенно альтруистичны, они хотят не только побеждать, но и ценят успехи друг друга, – рассказывал Попович. – Эти иностранные ребята с первых дней понимают, как играть вместе, как двигаться без мяча, как пасовать. В них это вкладывают с самого начала, но при этом никто с них не сдувает пушинки. Они ничего не требуют, не ждут каких-то привилегий, не считают, что им все должны. И это огромное преимущество для работы тренера».

И поэтому для «Сан-Антонио» важны не только габариты, атлетизм, качество броска и сугубо баскетбольные качества.

«Мы оцениваем характер. Это не значит, что ты должен быть выдающимся бойскаутом. Это значит, что ты должен смотреть шире на то, что происходит вокруг. Игроку должно быть наплевать на личные достижения вроде статистики или наград. Должна быть важна команда, а не его «я». Когда вы говорите с ребятами, то быстро это понимаете: понимаете, есть ли у них чувство юмора, эгоистичны ли они, правильно ли расставляют приоритеты.

Если два игрока похожи с точки зрения атлетизма, то мы всегда предпочтем того, у кого есть стержень, то есть страсть к игре, такая, что ему физически больно после поражений, что после проигранных матчей он не может заснуть. Многим наплевать, они легко отпускают проигрыши. Но для нас эти два качества важны, хотя иногда из-за этого и возникают проблемы».

Попович и «Марш пингвинов»

Иногда Попович кажется проникающим в каждую деталь каждого элемента каждого владения «Сперс».

Иногда Попович просто отстраняется.

Такие истории тоже есть.

«Это единственный тренер в моей карьере, который, когда что-то шло не так, брал тайм-аут и говорил: «Ребята, вы сами разберитесь. Вы же понимаете, что происходит. Вот и наведите порядок», – рассказывал Тони Массенбург.

«Мы уступали в серии с «Новым Орлеаном» 0-2, – вспоминал Дэймон Стаудмайр. – Причем «Новый Орлеан» два раза нас разгромил. Садимся мы  в самолет и знаем, что осталось два матча. Тут Поп берет микрофон и говорит: «Парни, это была только первая подача. Ну, обыграли они нас два раза у себя дома. Мы сейчас поедем к себе домой и тоже их обыграем, все будет в порядке». Едем домой, два раза обыгрываем их. В следующем матче «Новый Орлеан» опять нас разрывает, счет 2-3. Поп опять берет микрофон: «Парни, да все под контролем. Нам только нужно выиграть дома». Выигрываем, едем обратно в Новый Орлеан. Мы готовимся к седьмому матчу, но он берет и отменяет тренировку. Говорит: «Ребят, да что вы тут не знаете-то?! Вы же понимаете, что нужно делать.  Знаете, как действовать». Седьмой матч мы выигрываем».

«Тренеры – просто психи». 30 классических диалогов Грегга Поповича с журналистами

Зато Попович открыл новый способ сплачивать команду – заниматься ее образованием при помощи документальных фильмов. Вместо тренировок и изучения баскетбольных видео «Сан-Антонио» собирается на видео-сессии.

Известно, например, что тренер показывал мини-фильмы, которые делал Борис Диао во время морских путешествий.

«Мне очень понравилась фраза Диао «Важна не цель, а само путешествие», – говорил Патрик Миллс. – Это очень подходит для этой команды. Иногда мы слишком сильно концентрируемся на том, где хотим оказаться в конце сезона, хотя в то же время самое лучшее во всем этом – это сам процесс».

А также давал много информации об истории движения за гражданские права чернокожих.

«Иногда за фильмом может стоять какая-то идея, которая имеет отношение к нам или к баскетболу, – объясняет Пелтль. – Иногда это просто истории о том, что происходит в мире, чтобы мы поняли, что все не ограничивается только баскетболом».

Ну и, конечно, главный хит «Сперс» – кино, которое крутят чуть ли не каждый сезон – документалка о жизни пингвинов.

«Пингвины коллективно решают ежедневные проблемы. Они работают сообща и держатся друг друга, – подчеркивает Пелтль. – Это легко транслируется на баскетбол – что нам нужно держаться друг друга и работать вместе».

Попович и Зал славы

– Последний вопрос. Я тут позвонил в Зал славы баскетбола. Сказал им, что подготовил идеальную презентацию для того, чтобы Грегг Попович…

– Больше никаких вопросов не будет?

– Нет.

Попович слез со стула и отцепил микрофон.

– Да подожди же. Вы обязаны услышать мой вопрос.

– К этому моменту вы уже должны были понять, что я тут ни при чем.

– Я хотел задать вам вопрос.

– Понимаю. Но Зал славы – это для Лэрри Брауна или Лэрри Берда, или Мэджика Джонсона, или Реда Ауэрбаха и подобных людей, тех, кто является настоящими тренерами и игроками. Мне просто посчастливилось здесь оказаться.

– Ваше место в Зале славы, Поп.

– Мне просто посчастливилось здесь оказаться. Это можно сравнить с тем, как вы попадаете под цунами. Так получается: я оказался в нужном месте. Но было приятно с вами пообщаться.

– Это не так работает. Выдающиеся игроки и тренеры становятся членами Зала славы.

– Послушайте, я знаю, кто я такой. Я говнюк из сраного третьего дивизиона, где в первом сезоне проиграл 22 матча из 24. Вот кто я.

– Вы будете в Зале славы, Поп. Мой вопрос заключался в другом: почему вы не хотите, чтобы вас ввели туда прямо сейчас?

– Почему вы меня спрашиваете? Я же даже не могу выйти из первого раунда плей-офф.

– Когда я вас номинировал, они мне сказали…

– Вы номинировали меня?

– Я пытался это сделать, но они сказали…

– Вот так вот происходит? Любой может вас номинировать?

– Да. Я написал им письмо, но они сказали, что Поп дал им понять, что не хочет становиться членом Зала славы, пока продолжает работать.

– Хм, это бы означало, что я уверен в том, что стану членом Зала славы и заслуживаю этого. Так что я бы сказал этому парню, что он не знает сам, что говорит. Он говорит от своего имени, а не от моего.

Когда Попович направлялся к выходу, репортер Дон Харрис крикнул напоследок: «Что точно, так это то, что я больше никогда не буду вас номинировать».

– Естественно. Зачем бы вам это делать?! Я же говнюк.

Что делает Грегга Поповича лучшим тренером в истории

Фото: pinterest.co.ukhoopshall.comthefamouspeople.comexpressnews.comGettyimages.ru/Maxx Wolfson, Ken Levine, Chris Covatta, Christian Petersen, Ronald Cortes; globallookpress.com/William Luther; AP/East News

развернуть

Исторически в НБА доминировали гиганты. Считалось, что команду нельзя построить без хорошего центра, а важность габаритов подчеркивалась растиражированной цитатой «нельзя научить игрока быть высоким». До определенного момента вся история лиги была по большей части историей центровых – Майкан, Джонстон, Петит, Расселл, Чемберлен, Анселд, Рид, Абдул-Джаббар, Уолтон, Мэлоун...

Но потом все стало меняться. Это отчетливо видно по лауреатам MVP. За первые 25 лет существования награды (с 56-го по 80-й) в лиге было лишь 2 самых ценных игрока, не являвшихся центровыми: Кузи и Робертсон. За следующий 21 год награды MVP доставались не центровым 14 раз. Данкан стал самым ценным игроком в 2003-м. С тех пор ни один центровой не получал MVP.

Да и чемпионские команды уже не строились вокруг пятых номеров. «Сперс» были последним клубом, который верил, что Данкан – мощный форвард собранным по такой модели и взявшим титул (еще близко подобрался «Орландо»). Более того, все больше команд решали, что в важные минуты центр, в классическом понимании этой позиции, им вообще не нужен. Игра, которая вроде бы создавалась для огромных людей, отвернулась от них настолько, что сегодня полноразмерный центровой – это потенциально уязвимое место на обеих сторонах площадки.

Апогея тема достигла где-то в 2017-м, когда «Уорриорс» и «Кэвс» в матчах финальной серии давали минуты сочетаниям с Дюрэнтом и Леброном в качестве центровых. Казалось, что вот сейчас все ребята с габаритами Адамса повылетают из лиги к чертовой матери, потому что они просто не могут оставаться на паркете в такой игре.

Но дальнейшей эскалации не произошло. Появилось несколько звездных центров, выступающих краеугольными элементами серьезных команд, набор навыков полноразмерных «пятых» расширился, менеджеры продолжили подписывать на хорошие деньги и драфтовать под высокими пиками габаритных ребят, а состав «Хьюстона» все еще выглядит как что-то очень странное, а не как обычная пятерка обычной команды НБА.

НБА – больше не лига великанов? Не так быстро

Лига как бы застыла в позиции, где центровой может быть проблемой в плей-офф, но без него очень сложно в «регулярке», и большинство команд стараются все же играть с более или менее крупным центровым в основе. Даже клубы, которым плюс-минус гарантированно место в плей-офф, зачастую дают полноразмерным «пятым» достаточно серьезные роли. В важных матчах это создает ряд проблем и заставляет тренеров выходить с неожиданными решениями, но гиганты продолжают бороться за жизнь в лиге.

Давайте посмотрим, как и на каких фронтах разворачивается эта борьба.

Центровые не универсальны и не подвижны

С ростом количества бросающих игроков и числа самих трехочковых атаковать команды стали более широко. Как правило, это 4 игрока на периметре и один внутри. Подобная формация снижает плотность защиты, делая ее рыхлой в сравнении с тем, что было раньше, когда атакующие игроки часто открывались не на дуге, а на средней, мощные форварды были действительно мощными форвардами, работавшими ближе к кольцу, а разыгрывающие не бросали с ведения от логотипа. Но Стэф Карри, Крис Бош на «пятерке» и появление кучи бросающих «четвертых» сделали свое дело. Сейчас расстояние между игроками заметно больше.

И в такой игре огромным центровым очень сложно успевать работать в подстраховку: нужно покрыть слишком длинную дистанцию. Размениваться на боллхэндлеров полноразмерные центры тоже не могут: их просто разматывают на дриблинге. Часто центровому приходится выходить дальше от кольца, и это болезненный факт для защиты. Не только потому, что габаритный центр плох наверху, но потому что теряются плюсы, которые он дает в «краске»: защита кольца и подбор.

Тем не менее, тренеры придумывают контр-ходы в надежде сохранить страховку в «краске» и не вытаскивать «больших» на дугу.

«Бакс» и «Сиксерс» держат своих габаритных «больших» ближе к кольцу и не выходят на пик-н-роллы, надеясь на то, что защитники периметра пролезут через заслоны, а перекрытая «краска» окажется важнее всего остального. «Бруклин» не так давно вообще держал Аллена как бы в зонной защите, оставляя Джаретта под кольцом. «Майами» часто использовал зонную защиту по сезону, чтобы держать на паркете большой состав. «Юта» в прошлом плей-офф играла полузону, полуразмен против Хардена, когда игрок периметра загонял Джеймса внутрь, и дальше не бросающий средние Харден был вынужден идти под кольцо, где его ждал Гобер.

В этом плей-офф что-то подобное «Клипперс» использовали против Дончича: Лука уходил внутрь, и под кольцом Зубац как бы разменивался на него, но там мало места, и Ивица занимает его чуть менее чем полностью, так что воспользоваться своеобразным разменом не получается.

Если же рим-протектор из центрового так себе и держат его в основном из атакующих мотивов, то приходится активно сдваиваться на заслоне, как это делает Йокич. Он вынуждает боллхэндлера отдать мяч и надеется, что трое партнеров на какой-то момент смогут остановить четырех соперников, дав Николе восстановить позицию.

Все это неплохо работает по «регулярке», когда соперник не имеет времени на подготовку к конкретному матчу и схемам. А в плей-офф становится очевидно, что такие манипуляции – это не оптимальный сценарий, уязвимый против хорошей атаки. И, например, «Майами» изначально не закладывался играть с Ленардом в важных встречах, и в «пузыре» двинул на пятерку Адебайо, перейдя к тотальному размену в защите. А командам, оставшимся с «большими» в составе, быстренько указали на их слабые места.

«Орландо» в первом же матче плей-офф заставил паниковать «Бакс» за счет пик-н-попов и открываний шутеров. Бад быстренько продал все свои идеалы с нацеленностью на защиту кольца и начал перебирать новые варианты защиты, включая те, что не подразумевают наличия на паркете людей с фамилией Лопес. Схема Гобера/Зубаца требует потрясающей слаженности и работает только до тех пор, пока соперник не бросает средние. «Юта» разносила сдваивания «Денвера» трешками из угла.

На этом фоне более современные центровые смотрятся на порядок увереннее. Они не создают своей команде проблемы, они решают проблемы. Дэвис, Грин, Адебайо или Яннис на «пятерке» – отличные мобильные ребята с длинными руками, они могут покрыть большую дистанцию и успеть туда, куда стандартный центровой не успеет, при этом они так же, как и полноразмерные центры, могут страховать под кольцом. А Дрэймонд или тот же Адебайо еще и комфортно чувствуют себя, разменявшись на периметр. Это конечно убирает их из-под кольца, но отсутствие выгодного матч-апа для соперника и возможность не играть в подстраховку там, где это невозможно, явно перевешивают. При этом не то чтобы этих можно было затоптать под кольцом.

К слову о «затоптать под кольцом».

Центровым сложно атаковать за счет габаритов

Если классические центровые слишком велики для современной лиги, они должны извлекать из этого пользу в нападении. И у Эмбиида в пост-апах продуктивность не хуже, чем у Хардена в изоляциях. Но в целом эффективность пост-апов заметно ниже эффективности изоляций. Если посмотреть на людей, исполнявших в этом сезоне не меньше двух айзо за матч (таких игроков было 33), то увидим, что 12 из них набирали 1 и более очка за такое владение. Из пост-апов по 2+ раза за матч атаковали 35 человек, но только 6 из них набирали больше 1 очка за такую атаку.

Так же нужно отметить, что эффективность пост-апов даже у топовых исполнителей проседает в плей-офф заметно сильнее, чем результативность айзо. Если взглянуть на прошлый сезон, то Харден, Карри, Дюрэнт и Батлер, лидировавшие по очкам за изоляцию в «регулярке», держали высокий уровень и в плей-офф. Немного провалился Миддлтон, немного расцвел Лиллард, но в целом уровень перенесся. С пост-апами вообще все не так: Йокич, Кантер, Олдридж, Газоль, Хорфорд, все они были в лидирующей группе по продуктивности пост-апов в «регулярке» и сильно просели в плей-офф. Эмбиид потерял 0,15 очка за атаку, и это выглядело бы хорошим показателем, вот только владений стало почти в 2 раза меньше.

Пост-апы чуть легче перекрыть, и это понижает их ценность.

Часто, когда центр получает мяч на границе «краски», и начинает работать спиной, вся команда уходит на другую сторону, чтобы не мешать.

Отлично, ты думаешь, соперник будет держать 4 игроков на слабой стороне? Ее точно можно перекрыть если не вдвоем, то втроем, и кто-то будет безболезненно страховать под кольцом. Это не говоря о том, что угол – одна из самых жирных точек на паркете, и при таком построении, атакующая команда фактически отказывается от одного из них.

Кроме того, как показал этот плей-офф, в пост не всегда легко доставить мяч. «Бостон» своими сдваиваниями часто мешал Эмбииду на получении. И можно сказать, что это проблема «Филадельфии», где нет ни одного боллхэндлера, способного закинуть мяч в пост. Отлично, тогда почему та же проблема была у «Оклахомы» при попытке заиграть Адамса против «Рокетс»? У «Тандер» трое разыгрывающих, и один из них – Крис Пол, тут есть, кому отдать пас. Что ж, наверное, Адамс – не самый умелый центр. Наверное, чтобы все работало, нужна комбинация из СиПи и Джоэля – одного из лучших пасующих в истории и самого мощного центра НБА. Тогда да, мяч получится стабильно доставлять в пост. Но дальше соперники все равно будут стягиваться, плотность защиты под кольцом всегда выше, что чревато потерями. И центру придется искать передачей открытого партнера, стоя спиной к плюс-минус половине из этих партнеров. Это особенно скверно из-за того, что «большой» находится, по сути, в центре активной части площадки, так что подстраховка может прийти откуда угодно.

Еще один важный фактор: пост-ап – это не только затолкать соперника под кольцо и положить крюк. Пост-ап – это еще и масса средних (зачастую – с разворота), которые никогда не бывают достаточно эффективными. Средние в НБА реализуются с процентом около 40, это 0,8 очка за владение. Знаете, сколько центровых в НБА бросают больше 1 среднего за матч и попадают их с процентом выше 50? Один, и это как бы не совсем центр, а Кевин Лав.

Все эти факторы делают пост-ап не слишком эффективным владением в современном баскетболе, и они отмирают. В плей-офф 2014 Дуайт получал мяч в посте по 24 раза за матч, ЗиБо – по 18. В играх на выбывание 2015 Газоль и тот же Рэндольф, играя в одной команде, пост-апили по 28 раз за матч на пару. В плей-офф 2019 лидером по этому показателю был Олдридж с 11 получениями. Количество активно пост-апящих игроков сокращается, количество пост-апов у тех, кто продолжает этим заниматься, сокращается, лига просто уходит от того, в чем у полноразмерных центров должно быть преимущество.

Центровые не бегут в раннее нападение

Все достаточно просто: грузным «пятым» не с руки рвать в атаку что есть мочи. Их игра это приползти на чужую половину, отдать мяч на хэнд-оффе, потратить 10 секунд, пытаясь выйти на получение, и потом швырнуть кирпич, потому что ТЫ МЭЙСОН ПЛАМЛИ, КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО ТЫ УМЕЕШЬ ПОСТ-АПИТЬ?!

Но сегодня все больше команд стараются накручивать долю ранних атак, потому что они более эффективны. Бежать все чаще стараются даже после попадания соперника. И классические центровые этому никак не помогают. То есть Йокич может отдать пару тачдаун-передач в ранее нападение, но по дистанции матча он чаще будет замедлять атаку, чем разгонять ее. Все команды, поддерживающие идею о том, что центровые должны много возиться с мячом, играют медленно и убегают в прорывы не часто. А с точки зрения статистики это не слишком выгодный подход.

Центровые все еще почти не умеют бросать

В последнее время все больше центровых пытается поставить себе трешку. Кто-то в этом преуспевает, и количество прилично бросающих «пятых» действительно сильно выросло. В каждом из последних 3 сезонов в лиге регулярно набиралось 15 центровых с реализацией не ниже 35% при 2 и более попытках за матч. До 2016-го таких в НБА было обычно 2-4 человека за сезон. Но и лига в целом стала бросать больше трешек, задрав планку, и реально надежных шутеров среди центровых найти все еще трудно.

Часть толком и не пробует бросать, например, Гобер или Адамс. Часть пробует, но использует это скорее как какую-то странную штуку раз-два за матч, чем как полноценный инструмент (типа того, что делает Нуркич или Драммонд). Часть пуляет только в путь, но просаживается по реализации, типа Брука Лопеса. Плюс есть большая группа ребят, которые держат неплохую реализацию, но не готовы брать большой объем бросков. Например, Хорфорд может попасть 2 из 4, но мы будем оставлять его открытым под пик-н-поп весь матч, а бросит он все равно только 4 раза. Сюда относятся и Газоль, и Тернер, и Тайс, и Йокич с Эмбиидом.

Исключения типа Джексона из «Мемфиса», совмещающего объем и точность, редки. Хотя среди центров есть и специалисты типа Олиника, Таунса и Порзингиса, которые не просто бросают много и точно, но активно ищут бросок, двигаясь под получение или выходя на трешку с дриблинга.

Но этих людей, которых соперник действительно боится оставлять на дуге, единицы. А подавляющее большинство центров по-прежнему забивает партнерам «краску» и не дает команде возможность выпустить кого-то еще с проблемным броском. (Например, когда «Оклахоме» нужно держать на паркете не бросающего Лу Дорта, то Адамсу придется освободить место под кольцом, и, раз Стивен не может сделать это, уйдя на дугу, ему придется уйти на скамейку).

В итоге очень многие центры вынуждены часто быть роллмэнами, чтобы привлекать хоть какое-то внимание защиты, называя это вертикальным спэйсингом. И центр, ставящий заслон, а потом агрессивно атакующий кольцо, это, конечно, хорошо, но вы пробовали пик-н-поп? Наличие броска дает вариативность, в одном владении игрок откроется под кольцо, в другом – на дугу, в третьем – вообще не будет ставить заслон, а просто встанет в угол и уведет с собой соперника.

Но у какой-нибудь «Юты» вариантов нет, поэтому они вынуждены снова и снова гонять пик-н-ролл через Гобера. А Руди и отдать следующий пас не всегда может, и сделать пару ударов мяча в пол не в состоянии, на него передачу нужно закидывать чисто под данк. И все его очки и скрин-ассисты – это прежде всего заслуга его боллхэндлеров, делающих всю работу (которым, к слову, Руди своими роллами к кольцу отчасти загораживает «краску»).

При этом и лучшие роллмэны – это, как правило, не классические «большие». Люди, которые реально создают вертикальный спэйсинг, забирая внимание защиты на пик-н-ролле и освобождая боллхэндлера – это обычно резкие ребята с хорошими руками, а не полноразмерные грузные «пятые». Так было, как минимум, со времен Амаре, и ничего не поменялось. Статус лучшего роллмэна лиги он где-то там, между Яннисом и Дэвисом, теми, кто чаще играет на «четверке».

Центровым тяжело

Помните, как в прошлом году мы переживали, что Макколум не потянет игру с 4 овертаймами? Нет. Всем было плевать, что СиДжей отбегал 60 минут, но Йокича после этого мы ожидали увидеть в реанимации. Помните, как уже в этом сезоне Макколум с травмой спины выдыхался к клатчу? Нет. Зато все видели, что Нуркич еле ползает уже к третьей четверти.

Большие центровые, они БОЛЬШИЕ. Такое тело таскать по паркету сложно, и чем дольше идет матч, тем больше это бросается в глаза.

Плюсом идет то, что они напрямую вовлечены почти в каждое владение. Большинство команд атакует за счет заслона центрового, и в защите «пятый» должен страховать, а в атаке – ставить те самые заслоны. Центру гораздо сложнее перевести дух, большинство из них не могут уйти на дугу в атаке или спрятаться на слабом атакующем игроке соперника в защите.

Отсюда вытекает и другой минус – центровые чаще хватают фолы. По ощущениям, среди людей, нарушающих правила больше 6 раз за 100 владений, только центровые и Дилон Брукс (если не по ощущениям, то таких в НБА 49 человек, и 40 из них – это центровые и Дилон Брукс).

То есть, если вы надумали строиться вокруг полноразмерного центрового, то будьте готовы, что в концовке он либо отфолится, либо не сможет перебирать ногами. А, если он вдруг все же будет полезен, то решать в клатче все равно вряд ли будет он, ведь в концовке никто не играет пост-апы по описанным выше причинам.

Резюмируя все эти пункты, можно лишь согласиться с Холлинджером: вокруг центрового сегодня можно построить классную команду... если он не играет как центровой. Классические «пятые» в качестве приводящей силы команды имеют слишком много слабых мест.

Да и в статусе ролевых габаритные центры теряют игровое время с каждым следующим раундом плей-офф. Только вспомните: когда в последний раз такие игроки не просто «не проваливались», а реально помогали команде?

В нынешней сверхзвуковой лиге с ее требовательностью к скиллам, медленные гиганты не выглядят непреодолимой силой, вытаптывающей все на своем пути. Они выглядят неповоротливыми увальнями, в которых бьют со всех сторон. Стадо мелких шакалов носится вокруг и не оставляет шансов.

Наверное, когда-нибудь мы увидим идеально выстроенную команду с условным Эмбиидом, окруженным условным Крисом Полом и кучей условных снайперов. Возможно, тогда что-то получится, и Гуливер порвет эти лилипутские нити, подмяв под себя лигу. Но пока лилипуты побеждают.

Кто заменит Леброна? Мюррэй и Митчелл выбивают по 50 очков, Тейтум и Браун ведут «Бостон» к титулу, а есть еще сын Сабониса

Баскетбол ВКонтакте

Баскетбол в Телеграмме

Фото: Gettyimages.ru/Kevin C. Cox, Ashley Landis – Pool, Chris Graythen

развернуть

«Челси» снова агрессивен на трансферном рынке – вчера подписал Кая Хавертца за 72 млн фунтов (с учетом бонусов 90 млн) и по расходам на новых игроков значительно оторвался от остальных. Вторая в списке «Барселона», но она отстает более чем на 100 млн евро. Откуда у «Челси» такая смелость на фоне жестких ограничений УЕФА?

Ниже объяснение – максимально емкое, но с важными деталями. Составлено на основе разбора Swiss Ramble – одного из лучших медиа по экономике спорта.

И здесь требуется небольшое пояснение, почему вообще у «Челси» убытки. В начале года на этот вопрос отвечал Forbes. Вот главные причины:

• Доходы клуба два сезона подряд (17/18 и 18/19) на одном уровне – поступления от ТВ и матчдэя снизились, но это компенсировалось ростом коммерческих доходов. Эти три статьи суммарно приносят клубу 420 млн фунтов.

• На этом фоне росла амортизация (от трансферов и агентских комиссий): от 88,5 млн фунтов в сезоне 2016/17 до 167,7 млн в сезоне-18/19.

• Расходы на зарплату к сезону-18/19 увеличились на 40 млн фунтов и достигли 263 млн фунтов.

• Состав неиграющего персонала увеличился 236 до 283 человек.

• В сезоне-18/19 «Челси» выплатил 26 млн фунтов как компенсацию уволенному Конте и членам его штаба.

Итог: доходные статьи (без учета продаж) на том же уровне, расходы ползут вверх. Убыток логичен.

Пересчитали ретротрансферы на современные деньги: за Халка и Витцеля отдали более 200 млн евро, за Аленичева в 98-м получили 30!

Футбольный рынок дико сложный: топ-клубы путаются в правилах, а игроки не знают свою зарплату

Призовые ЛЧ – более 2 млрд евро. Откуда у УЕФА столько денег?

 

развернуть

Алина Загитова не выступит на открытых прокатах сборной России – эта новость совсем не удивила.

Удивительно, что в выступление Алины в «Мегаспорте» ее болельщики верили до последнего – даже когда было очевидно, что она совсем не готовится к прокатам.

Сама Загитова не обещала ни участия в стартах, ни вообще возвращения на лед в этом сезоне, но ее окружение сделало все, чтобы она оказалась в положении обманщицы. Ее включили в состав сборной, хореограф Даниил Глейхенгауз интриговал скорым объявлением музыки к новым программам, а чиновники из федерации анонсировали участие в контрольных прокатах.

Алина лишь молчала и улыбалась – никакой конкретики. Да, соскучилась по льду и тренировкам. Да, никуда не ухожу – вот Новогорск, вот тренажерка, лед. Да, начинаю учебу, но смогу совмещать ее с тренировками. И все это – вперемешку с рекламными интеграциями: витамины, косметика, фестиваль гольфа.

Конечно, Загитова заслужила карьерой любые бонусы: россыпь спонсоров, честный отдых, роль ведущей «Ледникового периода». Но есть один ограничитель – большой спортсменке нельзя превращаться в ширму, за которой кто-то ладит свои дела.  

Сейчас слишком много людей вокруг Загитовой имеют с нее профит: администрация «Хрустального», чиновники из федерации и Минспорта, команда Тутберидзе и даже вообще на первый взгляд посторонние.

Жаль, но Загитова – уже не фигуристка, а бренд, который ей не принадлежит

И все, что сейчас происходит с Алиной – не очень красиво. Но давайте по порядку.

Включение очевидно завершивших карьеру фигуристов в списки сборной – старая практика для нашей федерации: так было с Плющенко (3 сезона после Сочи), Сотниковой, Липницкой. Нехитрая взаимовыгодная схема: спортсменам и их тренерам – полагающиеся бонусы и привилегии от государства (лед, сборы, экипировка, зарплата), контракты со спонсорами; федерации – процент от контрактов и выступлений в шоу.

Каждый раз этот наигранный спектакль сопровождался набором похожих оправданий: травмы, подготовка к более важному старту.

Но еще никогда эта постановка не заходила настолько далеко.

«Алина Загитова определится, будет ли выступать на этапах Кубка России, после контрольных прокатов. В прокатах она будет участвовать», – гарантировал директор федерации Александр Коган за неделю до старта продажи билетов (не самых дешевых) в «Мегаспорт».

Конечно, болельщики масштабно раскупили их, чтобы впервые после паузы увидеть Загитову на льду – несмотря на победы вчерашних юниорок, главным хедлайнером в «Мегаспорте» была бы, конечно, она.

Хотя всем в фигурной тусовке (и Когану тоже) было понятно: Алина не готовится к прокатам. Ей просто не с чем на них выходить – программы не накатаны (да и чего уж там – не поставлены даже на уровне макета), прыжки не восстановлены, тренировок отчаянно не хватает.

Выходит, зрителей развели: билет есть, Алины нет.

И дело ведь не только в билетах – у Загитовой есть богатые спонсоры (которым не очень интересна фигуристка, завершившая карьеру), действующие контракты (их подписывали с чемпионкой и лидером сборной России), будущие шоу. И часть этих денег тоже залетает на счета федерации – система в фигурном катании, которая устраивает всех.

«Алина вернется» – по сути, это беспроигрышный бизнес-план, в котором Загитовой вообще не надо ничего делать. Просто улыбаться и молчать – все остальное за нее сделают другие.

«Ни о каком уходе или завершении я даже не думаю». Загитова до сих пор убеждает всех (и похоже, себя), что еще вернется

Но проблема в том, что от обмана Когана и мутных схем, придуманных кем-то очень предприимчивым, страдает совсем не репутация Когана. И чем дольше будет молчать Загитова – о планах, будущем и вообще обо всем, что сейчас вокруг нее происходит, тем активнее станет ее участие в этом бизнес-плане.

Потому что ее «я приняла решение не участвовать в контрольных прокатах, так как на данный момент мне очень интересно попробовать себя в качестве ведущей «Ледникового периода» – совсем уж детский сад.

Конечно, не Алина придумала эту схему – делать вид, что когда-то ее возвращение случится. Даже не обещать – просто делать вид, достаточно и этого. Возможно, ей и самой кажется, что все еще будет – когда закончатся паузы в карьере, ледниковые периоды, кубки России, институт, экзамены, сессии.

Но взрослые люди, которые ведут этим путем Алину, должны понимать – нельзя так цинично и расчетливо пользоваться ценностями, которые дороже любых денег.

Фото: globallookpress.com/Raniero Corbelletti/AFLO; РИА Новости/Александр Вильф, Екатерина Чеснокова; instagram.com/azagitova

развернуть

Нобель Арустамян выпустил целое кино о главном трансфере лета: он зафиксировал детали вокруг переезда Алексея Миранчука в «Аталанту».

Нобель давно дружит с Миранчуком: еще в 2013-м они вместе ездили в Милан (это была первая поездка Алексея в Италию), а сейчас Арустамян не просто ходил за новичком Серии А с камерой, а еще и помогал ему: советами об итальянском укладе жизни, тонкостями языка и базовых фраз, а еще организовал несколько приятных напутствий – от Генриха Мхитаряна и Массимо Карреры.

Видео действительно очень душевное, Алексей Миранчук в нем – открытый и непосредственный, за такого парня хочется переживать еще больше. Это ощущение сложно пересказать, проникайтесь им в самом видео, а мы выбрали для вас несколько ключевых сцен и новых деталей вокруг трансфера.

Сцена дома: Леша собирает вещи, разговаривает в обнимку с мамой и начинает учить итальянский

Пока Алексей Миранчук укладывает вещи в чемодан, Нобель объясняет: в Италии нельзя заказывать капучино после полудня – футболист о таком правиле не знал, теперь не опозорится перед местными.

Еще одно важное знание – от переводчика Левы, которого по телефону подключает Нобель: Бергамо правильно произносить с ударением на «е», там нужно называть всех по титулам (Гасперини – только мистер) и кричать Forza dea («Богиня» – прозвище клуба).

Мама братьев Елена – счастливая, но очень взволнованная – рассказывает, почему Италия классная:

«Так это же как Краснодарский край! Тепло, солнышко, люди открытые».

Главный знак для мамы – дата основания клуба, это 17 октября. День рождения «Аталанты» совпадает с днем рождения Леши и Антона.

Алексей рассказал, что на семейном разговоре первым в «Аталанту» его отправил брат: Антон очень радовался предложению и сразу сказал, что нужно ехать.

У мамы пока нет визы, она первый раз прилетит к сыну в Италию чуть позже, а пока дает ему с собой знаковую фотографию – на ней Елена с братьями – и икону.

Леша рассказал, что несколько раз прослезился: после прощания с болельщиками «Локо» и когда понял, что надолго расстается с братом.

По пути в Италию: подписал бумаги с «Локо» прямо в аэропорту, поставил автограф на фото Антона и вылетел с опозданием

Леша очень удивился, когда Нобель назвал сумму четыре миллиона евро как зарплату по новому контракту с «Локо», от которого Миранчук отказался в пользу «Аталанты»: его «Ого!» звучало точно неподдельно. Агент Вадим Шпинев погом говорил, что четыре – может и нет, но три с половиной миллиона там были вполне возможны.

«Знал, что больше [чем «Аталанта»], но не знал, что столько, – говорит Миранчук. – Но я в последнюю очередь думал о том, что теряю деньги. Хочу выйти из зоны комфорта».

«Я плохой агент, – с улыбкой комментирует Шпинев на шутку, что надо было настаивать на самом выгодном контракте. – Да, это наш бизнес, но деньги не всегда решают. Просто посмотри на видео, на его глаза. Он хотел! Для меня это самое главное».

На несколько часов безработным Миранчук стал в переговорной «Внуково-3»: прямо там он подписал документы о расторжении контракта с «Локомотивом».

Кстати, именно в фильме у Нобеля впервые так публично появился замгендиректора «Локо» Андрей Лосюк (тот самый, которого Семина называл продавцом обоев), еще он крупным планом расскажет о важном достижении клуба в переговорах с «Аталантой».

Ставить подписи приходится часто: например, это автограф для сотрудницы аэропорта. Нобель вроде бы в шутку спросил, точно ли это правильное фото – но Алексей серьезно ответил, что, кажется, распечатан не он, а Антон. Однако автограф и пожелание все равно оставил!

Внезапная проблема настигла Миранчука, Шпинева и юриста Михаила Прокопца в аэропорту: из-за сложных согласований чартерного рейса (все организовала и оплатила «Аталанта») вылет из Москвы пришлось перенести, Алексей полетел на подписание с небольшой задержкой. А оператором итальянской части стал собственно Прокопец, потому что на Нобеля специальное разрешение для въезда в Италию не сделали.

Пока ждали, в глазах Алексея появился ужас – когда Нобель сказал, что в «Аталанте» точно придется петь, такая традиция для всех новичков. Миранчук еще не решил, что именно исполнять – выберет позже.

В Бергамо: Миранчука очень долго обследовали (из-за этого задержалось объявление), Гасперини пообещал подготовить Алексея за 10 дней

Все дела со стороны «Аталанты» ведет Лука Перкасси, сын владельца. Он сам провел для Миранчука экскурсию по базе. 

– Мы следили за Алексеем последние три сезона, – говорит он на камеру.

– А вы уверены, что купили Алексея? У него ведь есть брат-близнец Антон.

– Ну, в крайнем случае у нас будет брат – он тоже хорош.

У Алексея были очень напряженные три с половиной дня в Бергамо: после подписания контракта его очень внимательно тестировали медики, в том числе изучали свежую травму задней поверхности бедра. Агент признался, что напрягся: вроде бы обо всем договорились, но с официальным объявлением так долго тянут – оказывается, в том числе из-за дополнительных обследований, по каждому вопросу собирали как минимум два мнения разных докторов.

Даже в день долгожданного официального анонса Алексея возили к известному итальянскому футбольному врачу, который работал в «Интере», чтобы тот дал дополнительное заключение о травме.

Сам Миранчук уверен, что быстро восстановится и вольется в общую группу. Главный тренер «Аталанты» Джан Пьеро Гасперини пообещал, что через десять дней его полноценных тренировок Миранчук будет в полном порядке физически.

Еще несколько любопытных историй о трансфере: «Аталанта» появилась после трех топ-клубов, у «Локо» будет процент с продажи, все согласовали через Zoom

•‎ Агент Шпинев подтвердил, что за полдня в Милане однажды встретился сразу с тремя топ-клубами – но среди них не было «Аталанты»: разговаривали с «Интером», «Миланом» и Фабио Паратичи из «Ювентуса», который специально ради встречи приехал из Турина. Только потом на Шпинева вышел шеф-скаут «Аталанты».

Шпинев уточнил, что отступные восемь миллионов евро появились из-за сложной финансовой ситуации в «Локо» в момент переподписания. Тогда у клуба не было возможности платить комиссию или подъемные, поэтому в тот момент никто ничего не заработал, но сумму выкупа прописали скромную, чтобы была возможность затем комфортно вести переговоры о продаже Алексея в Европу.

• «Локо» договорился о проценте со следующей продажи: Андрей Лосюк уточнил, что «Аталанта» включает такое условие в контракты далеко не всегда, но московскому клубу удалось договориться об этом. По информации Нобеля, речь 10% от будущей сделки, Лосюк не подтвердил, но и не опроверг эту цифру.

Трансфер Миранчука согласовали полностью через Zoom: судя по всему, с представителями «Аталанты» впервые лично встретились уже на подписании контракта.

В сделку пытался влезть агент Деннис Лахтер, известный по истории с продажей Аршавина в «Арсенал». Вадим Шпинев рассказал, что Лахтер звонил маме Миранчуков, говорил о связях в «Аталанте» и близком знакомстве с президентом клуба, подтверждал интерес к Алексею и обещал устроить трансфер. Елена выслушала, отказалась от таких услуг и передала суть разговора Шпиневу.

•‎ В сделке помогал агент, который продавал Торреса и Икарди: это Габриэле Джуффрида и его агентство GG11, среди клиентов Диего Перотти («Рома»), Яго Фальке («Торино»), Родриго Паласио («Болонья»). Агентство работало над переходами Пентека из «Краковии» в «Дженоа» и из «Дженоа» в «Милан», трансфером Наингголана в «Интер», Рюдигера в «Рому» и «Челси», Торреса в «Милан» и «Атлетико». В инстаграме у Джуффриды – фото с Икарди на его презентации в «ПСЖ». Сам Джуффрида заболел коронавирусом и не участвовал в подписании, там за все отвечал его брат Валерио.

Итак, Алексей прошел медосмотр, дал интервью и познакомился с Гасперини. На его коротком возвращении в Москву, чтобы оформить рабочую визу, закончился фильм Нобеля, но итальянская история Миранчука только начинается.

Верим же в него?

Миранчук + «Локомотив» = ❤️💚 Попал после отчисления из «Спартака», жил в общаге даже взрослым, выиграл все в России

Миранчук четыре года уходил из «Локо», этим летом его хотела вся Италия

От Миранчука в «Аталанте» потребуется тотальная адаптация под Гасперини. Поначалу у него не будет места в старте

развернуть

Дария Конурбаева – одна из тех, кто увидел 4:3 вживую.

Первое, что встречает вас в Ливерпуле – огромный плакат Трента Александер-Арнолда прямо у выхода с вокзала.

«Доморощенный чемпион» смотрит на дом напротив. С него радостно улыбается Юрген Клопп, поднимающий пинту немецкого пива.

Чемпионское настроение не успело развеяться за пару месяцев. Ливерпуль все еще ждет парада. Правда, с новыми правилами правительства он вряд ли случится раньше 2021-го: в стране вновь растет количество заболевших, и с понедельника англичанам запрещено собираться больше чем по 6 человек. Зато сувенирные палатки в центре пестрят шарфами, а один велосипедист промчался мимо с флагами и воздушным шаром в честь титула.

Первый уикэнд АПЛ совпал с английским бабьим летом. Кажется, впервые за пять лет поездок в Ливерпуль мне пришлось доставать солнечные очки, а все скаузеры высыпали в центр города, и многие – в футбольных майках. Большинство праздновали возвращение футбола новой формой «Ливерпуля», но за пару часов я наткнулась на одного фаната «Арсенала» и смущенного мальчика в форме «Эвертона».

Правда, градус радости от теплой субботы и грядущего матча постепенно снижался по мере приближения к «Энфилду». В последний раз я была здесь еще до карантина, и теперь готова согласиться с Бьелсой: «Энфилд» мощен лишь когда заполнен.

Годами дорога до стадиона занимала почти 60 минут: даже за несколько часов до матча автобусу или такси приходилось долго пробираться через поток машин, а затем людей. Вокруг стадиона пели музыканты, аниматоры развлекали детей, старожилы оккупировали многочисленные пабы в округе. Так происходит на любом английском стадионе, и без фанатов, конечно, страдают все, но пустой и отцепленный забором «Энфилд» смотрится ультратоскливо. У нового граффити Хендерсона не толпятся фанаты, а проехавший по пустым улицам вагончик с мороженым лишь усилил ощущение сюра.

Атмосферу спасли только дети, живущие по соседству со стадионом. Если раньше автобусы команд встречали фанаты с файерами, то теперь – маленькие болельщики на самокатах.

Внутри стадиона, правда, было чуть веселее. Главной звездой предматчевой разминки стала бочка Бьелсы. Тренер сидел на ней всю чемпионскую кампанию в чемпионшипе, а теперь бочка начала тур по стадионам АПЛ. На прочность ее проверил даже Джейми Каррагер.

Во вратарской «Ливерпуля» Алиссон несколько минут молился на линии ворот, пока Адриан и тренеры вратарей начинали разминку.

Кажется, не помогло.

От встречи «Ливерпуля» и «Лидса» ждали огня, а Клопп явно максимально сконцентрировано отнесся к сопернику (перед матчем наблюдал именно за разминкой «Лидса»). Но ту перестрелку, что устроили команды в первые 30 минут, предсказать было сложно.

«Невероятная игра, невероятный соперник, невероятный футбол от обеих команд, – Юрген Клопп после матча высказал мнение всех зрителей. – Настоящий спектакль, мне очень понравилось. Редко увидишь так много голов в одном матче, нам есть что улучшать в своей обороне, но это нормальная ситуация для первой игры сезона. Соперник заставлял нас делать ошибки, и мы можем и будем играть лучше, но мы играли против хорошо организованного и страстного «Лидса».

За первый тайм можно было 5 раз дополнительно пожалеть о пустых трибунах: на заполненном «Энфилде» такой триллер смотрелся бы еще круче. На пустом стадионе яростнее всего реагировал ван Дейк: второй гол «Лидса», к которому привела его ошибка, защитник встретил криком отчаяния, который слился с клопповским «Сome on, boys!»

Бьелса же реагировал лишь на пропущенные голы и неудачные атаки своей команды: резко вскакивал с бочки, подпрыгивал на краю технической зоны и раз в минуту садился на корты. Забитые же «Лидсом» голы Марсело, кажется, не интересовали совершенно: пока тренерский штаб вокруг ликовал, Бьелса использовал это время, чтоб наконец-то спокойно отпить свой чай.

Третий гол «Лидса» все же заставил Бьелсу радостно подпрыгнуть (а через 30 секунд для профилактики наорать на защитников), а всех сотрудников «Ливерпуля» – потерять дар речи. Сидящий рядом со мной диктор (его необходимость на пустом стадионе все еще не до конца понятна) озадаченно вглядывался в празднующих игроков и в лист с составами, опознавая автора забитого гола. А затем с раздосадованным лицом отложил микрофон, так и не объявив Клиха.

«Внимательнее, парни, внимательнее!» – в последние 15 минут разобрать подсказки Бьелсы было почти невозможно, потому что одновременно с тренером на поле кричали еще трое его помощников. Когда Клиху свело ногу, Марсело взревел: «Вставай! Вставай сейчас же!» Одновременно с этим доставалось и «Ливерпулю»: в той же атаке Робертсон вылетел за лицевую линию и задержался там на секунды дольше, чем хотелось Клоппу. Тот громким «эй!» остановил аут Трента и нервно прикрикнул на Энди: «Роббо, что за черт? Быстрее, быстрее!» Через минуту ВАР с Оливером отменили гол ван Дейка, и Юрген устало рухнул в кресло.

Победа далась «Ливерпулю» невероятно тяжело, о чем свидетельствовал хмурый ван Дейк. Всегда сконцентрированный, но располагающий к себе защитник пришел на послематчевые интервью злой и напряженный: «Если кто то ожидал от матча нашей легкой победы, то вы ошибались. Мы видели их [«Лидс»] в чемпионшипе, и знали, что против них будет непросто. Уверен, их ждет отличный сезон».

Игроки «Лидса» же вели себя будто только что выиграли матч. Джек Харрисон буквально светился: «Мы провели отличную игру против чемпиона Англии, и забить в такой встрече, пусть даже и на пустом стадионе – большое счастье».

Кажется, счастья нам «Лидс» в этом сезоне принесет еще немало.

Фото: Дария Конурбаева; REUTERS/Shaun Botterill/Pool

развернуть

История НБА – во многом это история суперзвезд. Лучшие представители поколения определяют игру, олицетворяют лигу и выигрывают титулы.

В последние годы лучшими баскетболистами планеты были Джеймс, Карри, Ленард, Дюрэнт, Харден и Адетокумбо. Они побеждали, они забирали индивидуальные награды.

Но время идет. Карри уже 32, и он почти полностью пропустил сезон с переломом. Дюрэнту исполнится 32 к старту следующей «регулярки», и у него за плечами тяжелейшая травма. Леброну – 35. Хардену – 31. Это 4 из 6 лучших игроков последних лет, и все они уже вряд ли станут лучше, а в ближайшие сезоны, скорее всего, начнут сдавать. Ленарду пока только 29, и он продолжает работать над своей игрой, но вопросов по здоровью Кавая хоть отбавляй.

Эти люди все еще держат лигу за жабры, сдерживая поколения Яннисов и Дэвисов, но до заката эпохи Карри-Джеймса остается все меньше времени. Природа берет свое.

Однако это не означает, что после Леброна лига отойдет к Адетокумбо.

Ленард, Карри и Джеймс узурпировали власть слишком долго: последний финал, в котором не играл кто-либо из них, был в 2010, а начиная с 2013-го в главной серии неизменно участвовали двое из этого трио (еще и Дюрэнт играл в 4 финалах из последних 8).

За это время появилось не только поколение Янниса-Дэвиса, есть и новая поросль, которая уже попадает на Матчи звезд, дает результат и ломится в топ-10 игроков НБА. И эти люди не собираются ждать своей очереди.

Ниже список наиболее талантливой молодежи, игра которой уже была проверенна в по-настоящему важных матчах. Фактически это рейтинг команд плей-офф с наибольшими шансами вырастить следующую суперзвезду.

Несколько параметров, по которым отбирались игроки:

учитывались только баскетболисты не старше 25 лет, и только те, для кого текущий сезон является первым, вторым, третьим или четвертым в карьере. Если ты уже пятый год в лиге или по возрасту ты как тот же Яннис, то тебя трудно считать новым поколением. Это касается, в первую очередь, Сиакама и Лаверта, которые в НБА не так давно, но уже в годах. А, например, Майлзу Тернеру и Ди-Ло пока по 24, но они только что закончили свои пятые сезоны в НБА, то есть уже год проработали по второму контракту, и это не совсем та территория, на которой легко ждать прогресса.

учитывались игроки с как минимум около-звездным потенциалом в нападении. Аллен, Айзек или  Дежонте могут быть полноценными звездами защиты и играть очень важную роль в настоящем контендере. Но их атакующая ограниченность неприемлема для настоящей суперзвезды. То же самое касается и Адебайо.

Эдрис – самый талантливый молодой игрок, из не вошедших в окончательный список. И прямо сейчас он полезнее половины тех, кто в этот список попал. Но речь ведь не о текущем уровне, не о нижней планке, а о суперзвездном потенциале. И у Адебайо с этим туго. Бэм – это такой новый Дрэймонд, с универсализмом в защите и хорошим видением партнеров в атаке. Да, без таких крутых инстинктов, но на порядок атлетичнее. Опять же, такие игроки могут быть очень полезны и играть ключевую роль в успешных командах, но без умения выводить себя на бросок невозможно стать полноценной звездой, вокруг которой строится команда.

учитывались игроки, у которых уже есть опыт плей-офф. Можно конечно обсуждать талант Уильямсона, Моранта, Янга и Фокса, но всерьез анализировать их суперзвездный потенциал необходимо только после проверки играми, которые чего-то стоят. Когда плотность защиты растет, когда соперник готовится играть конкретно против тебя, когда ротация сжимается, а Маркус Моррис пытается порвать тебе ахилл. Только плей-офф показывает реальный уровень и реальные проблемы игроков.

Поехали.

Домантас Сабонис, «Индиана»

В этом сезоне «большой» был ключевым игроком «Индианы». И атакующий талант Сабониса очевиден – он завершал пик-н-роллы, разыгрывал и пост-апил. До пандемии Сабонис делил с Уорреном первое место в команде по очкам за матч и второе место – с Макконеллом – по результативным передачам. В итоге именно Домантаса отправили на Матч звезд представлять «Индиану».

При этом нужно отметить, что Сабонис, в общем и может существовать только вот в таком статусе ключевого атакующего игрока (отчасти поэтому раньше он преуспевал как «шестой» – играя с запасными Домантас получал большую роль). Он не элитный оборонец, редко бросает из-за дуги, чтобы оправдать его присутствие на паркете, через него нужно играть постоянно. И «Индиана» это делает и добивается неплохих результатов.

Сабонис-младший за 4 года в НБА превратился в элитного центра. В отличие от отца, его уже звали на Матч всех звезд

Но выше Сабониса поставить не получается. Даже в небогатой на звезд «Индиане» он скорее «один из», чем реальный лидер, а его игра с пост-апами и не самой надежной защитой выглядит как что-то, что не очень хорошо переносится на плей-офф (например, в прошлом сезоне Сабонис с 14 очков в «регулярке» упал до 8,5 в плей-офф). Строиться вокруг центровых сейчас вообще сложно, даже вокруг более талантливых.

Шей Гилджес-Александер, «Оклахома-Сити»

В случае с защитником «Тандер» очень радуют две вещи.

Во-первых, он выдал лютый прогресс в плане броска. Еще в прошлом сезоне Шей неуверенно бросал даже из угла с получения. Сейчас он валит три с ведения, выдавая вдвое больший объем дальних бросков. В данной ситуации это гораздо более важно, чем просадка на 2 процентных пункта по реализации. Естественно, наличие броска упростит фирменные проходы и сделает на порядок эффективнее атаку из пик-н-роллов.

Во-вторых, кажется, Крису Полу не лень с ним возиться. Все подряд рассказывают о менторстве СиПи, но когда Гилджес забегает под кольцо, упирается в чужого центра, а потом с дриблингом вытаскивает «большого» на дугу, тут не надо никаких рассказов, влияние очевидно.

Прогресс в броске и элитный наставник заметно увеличивают шансы Гилджеса на звездность. В этом сезоне он выдал увеличение количества очков за матч вдвое при сохранении эффективности и росте доли бросков с ведения.

Смущает только то, что, играя с Полом и Шрудером, Шей несколько недополучает нагрузки в качестве разыгрывающего. «Оклахома» больше использует его как такого второго номера и почти не выпускает его без СиПи или Денниса (отчасти из-за того, что у команды просто недостаточно приличных вингов). В итоге, несмотря на мощный скачок в минутах и нагрузке, количество результативных передач Гилджеса-Александра никуда не сдвинулось.

Джамал Мюррей (и Майкл Портер-младший), «Денвер»

Долгое время Мюррей не отличался надежностью. Он не мог отдать простую передачу, проваливался в защите, а на каждый фееричный матч в атаке приходилось два провальных (окей, возможно, это упрощенная математика, но суть ясна). Но прогресс был, и в этом плей-офф что-то защелкало.

Мюррей еще по ходу «регулярки» перестал выглядеть откровенной дырой в защите и в плей-офф «Юта» не то чтобы в него целится (хотя возможно дело в том, что у «Юты» есть две еще более выгодные мишени).

Мюррей начал гораздо лучше пасовать. Там, где раньше не проходили даже простые передачи на роллмэна, появились сложные скидки из толпы, включая передачи наверх дуги, что из прохода сделать не просто.

И при этом Мюррей по-прежнему уверен в том, что он – лучший игрок на паркете. Он будет переть против Гобера под кольцо, будет пролезать между соперниками на сдваивании и будет выбрасывать клатчевые джамперы один за другим.

Конечно, серия «Юты» и «Денвера» выглядит атакующей аномалией, и ждать такой реализации от Мюррея на постоянной основе не стоит. Но его прогресс в навыках очевиден, и он никуда не денется. По сути, сейчас это уже комплексная угроза в нападении, отвечающая всем современным требованиям: боллхэндлер с поставленной трешкой, прокачанным видением партнеров, бесстрашным проходом, способностью обыграть соперника один в один после размена и борзотой, которая теперь выглядит скорее плюсом.

Добавляет «Денверу» шансов на новую суперзвезду и кандидатура Портера. Господин пока очень далек от готового продукта высокого уровня, особенно печально выглядит защита, где игрок вообще не понимает, что происходит. Но он ведь и начал играть совсем недавно, опыт решит ряд его проблем (та же защита уже не всегда соответствует статусу полномасштабной дыры), а талант там очевиден.

Есть незаурядное сочетание уверенного броска, высокого роста и хорошего понимания игры, благодаря которому Портер в атаке выглядит очень органично. Пока там больше движения без мяча и бросков с получения, что отлично раскрывается передачами Йокича, но в раннем нападении, где Портер явно чувствует себя еще увереннее, часто проскакивают и броски с ведения. И, если игрок с такими габаритами будет так поливать с дриблинга, то это точно будет мощь.

Бен Симмонс, «Филадельфия»

Симмонс – одна из главных загадок современной НБА. Все видят его талант, понимают потенциал, но не знают, насколько это все реализуемо.

Симмонс в современной лиге, как и любой игрок без броска, должен быть центровым. Или, по крайней мере, играть в команде, где в атаке нет другого человека, выступающего центром. Это то, почему Уэстбрук не сработался с Капелой. Это то, почему Лопес в «Бакс» в атаке стоит на дуге, и идет в пост-ап только тогда, когда Яннис отдыхает. И это то, почему Симмонс так расцветает, играя без Эмбиида.

Ему нужно гнать темп. Ему нужно, чтобы никто не занимал место под кольцом и давал пройти за счет физики. И ему нужно ставить заслоны в статике, Симмонс был хорош в этом даже с Раулем Нето в качестве боллхэндлера, а представьте, что будет с настоящим разыгрывающим уровня основного состава.

Бен Симмонс – суперзвезда НБА или переоцененный ролевик?

Примеров того, что Симмонс был бы намного полезнее в роли фактического центра в атаке, хоть отбавляй, включая игры плей-офф в отсутствие Эмбиида. Но «Филадельфия» не дает Бену такой возможности. Тут же не только Эмбиид, тут еще и резко проседающий Хорфорд, который не может нормально играть на «пятерке», а Эл надолго в клубе из-за неподъемного контракта. Тут и неспешный темп, и то самое отсутствие разыгрывающего, и недостаток пространства в нападении. В итоге Симмонс помогает, чем может, отрабатывает в защите на уровне одного из лучших оборонцев НБА, понемногу гонит ранее нападение и немного разыгрывает.

Но понятно, что потенциал у Симмонса гораздо выше. Тут есть по-настоящему суперзвездный талант. Вот только условий для его развития – никаких. И если держать игрока в такой среде достаточно долго, талант легко можно загубить. Играя на вспомогательной роли в неподходящей системе, Бен никогда не разовьет нужные навыки и инстинкты и не получит нужный опыт. А когда придет время делать вещи, этого-то может и не хватить.

Джейсон ТейтумДжейлен Браун), «Бостон»

Тейтум после не самого выдающегося второго сезона вернулся на правильные рельсы и стал тем, кем в Бостоне его считали уже давно. Он начал чаще и эффективнее выводить себя на бросок – 6 пик-н-роллов за матч со средней результативностью выше очка за владение против 2,5 пик-н-ролла в прошлом сезоне и 0,9 очка за атаку. Количество изоляций выросло с 2 за матч до 3,5, а результативность увеличилась с ужасающих 0,6 очка за атаку до 1 очка. Росту эффективности на этих владениях поспособствовало и перераспределение бросков: средние и дальние средние Тейтум стал брать реже, а трехочковые – чаще. В итоге выросла как нагрузка, так и эффективность, что привело к скачку результативности с 15 до 23 очков.

Сейчас Джейсон стал такой полноценной самостоятельной опцией и к моменту остановки сезона реально внушал в соперников страх, подбираясь к десятке лучших игроков НБА. Тейтум просто мог выйти на свой бросок, когда хотел, и никто ничего не мог с этим поделать. В итоге в одном из матчей на Джейсоне стали агрессивно сдваиваться, и тогда собственно и обнажилась его главная слабость – розыгрыш. Пока там нет отточенных передач и мгновенных решений. У Тейтума просто не было богатого опыта игры на мяче, ему нужно к этому привыкнуть. И речь не идет о том, что он совсем никого не видит, или о том, что ему нужно выйти на 10 ассистов за матч. Нет, плановым и достаточным развитием для Тейтума будет переход от прошлогодних каваевских 3 передач за матч к нынешним каваевским 5. Потому что в сегодняшней НБА нельзя быть только скорером или только кем-то одним. Соперники быстренько найдут способ убрать твою сильную сторону, если она у тебя одна.

Так или иначе, после этого сезона стало очевидно, что разговоры о суперзвездном таланте Тейтума – это не просто бредни Билла Симмонса. И по окончании «регулярки» это никуда не делось. При всех проблемах «Сиксерс» конкретно Тейтуму приходилось работать против отличных защитников: Тайбула на периметре и страхующего под кольцом Эмбиида. Но Джейсон продолжал снова и снова выходить на удобные для себя броски.

У Брауна же с прямо таки суперзвездным потенциалом все не так весело. Он гораздо реже создает для себя бросок. Почти все его трехочковые приходят после передач. Львиная доля его атак – раннее нападение, а такие владения нельзя создать по заказу. В позиционке он часто атакует клоуз-ауты или еще как-то наказывает уже раскачанную защиту, то есть даже на статистически самостоятельных владениях Джейлен пользуется движением, создаваемым партнерами, а не генерирует это движение сам. Это не плохо, просто не совсем по-суперзвездному. Но Браун отлично дополняет Тейтума, и у них получается очень мощный дуэт.

Джейлен играет в более математически правильный баскетбол. Он чаще атакует из-под кольца, он чаще встает на линию штрафных (если считать относительно бросков с игры), и он обладает каким-то подсознательным чутьем к этому раннему нападению, которое дико эффективно. Браун просто летит в быстрые прорывы, там он оказывается в своей стихии, где его атлетизм и улучшенный бросок раскрываются на полную.

Но главное: Браун и Тейтум это два молодых игрока, набирающие по 20+ очков за матч. И при этом у них ноль слабых мест.

Они хорошие защитники, способные отработать персонально на нескольких позициях и не теряющиеся в командной обороне. На своей половине они не просто выходят в ноль, а действительно очень полезны (наверняка по карьере будут защитные пятерки как минимум у одного из них). В атаке оба хорошие шутеры и могут сделать пару ударов в пол и принять правильное решение, поддержав движение мяча. То есть, когда наступает плей-офф, их нельзя сделать проблемой для «Бостона». Когда Йокич не может защищаться, команде приходится извращаться, чтобы это прикрыть. Когда Яннис не может бросать, команде приходится подбирать ему строго определенное окружение, чтобы раскрыть потенциал грека. Браун и Тейтум не забирают у команды ничего и не заставляют ее прибегать к странным ходам.

В общем, у «Бостона», может, и нет самого талантливого молодого игрока в НБА, но, видимо, у них лучший молодой дуэт. И, возможно, это важнее.

Донован Митчелл, «Юта»

Как-то так исторически сложилось, что отношение к Митчеллу снисходительное.

Если речь заходит о главной звезде команды или самом важном игроке выделяют обычно Гобера. И то ли это такой способ заявить, что «я понимаю баскетбол и ценю защиту», то ли еще что, но такое мнение как компромиссный вариант несколько удивляет. От чего «Юта» больше потеряет: от замены Гобера на среднего центрового НБА (уровня Зубаца или Тайса) или от замены Митчелла на среднего второго номера (уровня Дилона Брукса, Тима Хардуэя или Уилла Бартона)?

А что, если речь об играх на вылет и играть предстоит не с «Денвером»? В двух последних плей-офф «Юта» лучше защищалась, когда Гобер был на скамейке, что визуально, что статистически. Выбирая между Гобером и Митчеллом, как минимум, есть что обсудить. А как максимум и обсуждать нечего, Митчелл просто важнее. Ни один ограниченный в атаке и не всегда сильно полезный в защите центр не даст такого выхлопа, как приводящая сила атаки команды.

То же самое касается и любого обсуждения задних/боллхэндлеров: «Ну да, Митчелл как бы ок, но чем он лучше Лавина...»

При этом на деле мы видим, что человек с первого же сезона в НБА тащит все нападение команды, которая не пропускает плей-офф. И если вы думаете, что «Юта» – защитная команда, которой просто нужно хоть что-то наковырять в атаке, то у меня для вас плохие новости: в этом сезоне атака «Джаз» котировалась выше, чем их защита.

Митчелл берет высокую нагрузку, а после избавления от Фэйворса на «четверке» и появления пространства в атаке выдает и адекватную эффективность. Виден прогресс в розыгрыше и броске и качественную защиту. Видны яркие данки, уверенный клатч и трофейный шкафчик со скальпами Джорджа и Уэстбрука (хотя эти трофеи, конечно, встречаются нередко).

Донован может обыграть один в один, попасть три с ведения или резко уйти к кольцу, отдать правильную и удобную передачу из сдваивания, тут полный комплект, и все это играя в серьезной команде. У Митчелла есть все, чего можно хотеть от молодой звезды.

Лука Дончич, «Даллас»

Я пытался пропихнуть в список дуэт Пончича, даже придумал использовать поправку Бена Симмонса, чтобы не учитывать пропущенный Порзингисом год, а нынешний сезон можно было бы считать для него четвертым. Но чертов Кристапс слишком стар, в начале августа ему стукнуло 25.

Так что остается только Дончич.

Лука в этом сезоне превратился в такого нового Хардена с несколько лимитированной эффективностью (не сильно), но заметно прокачанной харизмой и яркостью игры. Гигантская нагрузка с полным контролем над атакой, куча стэпбэков, безошибочное чтение защиты соперника, способность обыграть +/- кого угодно один в один, несмотря на отсутствие сверхатлетизма, и, прямо скажем, не выдающаяся защита, на которую с такой ролью в нападении всем плевать.

Что немаловажно, Дончич в качестве двигателя атаки привел нападение «Далласа», состоящего из себя и кучи шутеров, к лучшему атакующему рейтингу в истории. То есть TS% у Хардена может и повыше, но его команда никогда не показывала такой эффективности нападения, как «Маверикс» в этом сезоне.

Лука Дончич – идеальная суперзвезда сегодняшней НБА

А потом стартовала серия с «Клипперс». И многие ждали, что Дончич дебютирует в плей-офф не ахти, потому что так часто происходит с молодыми. Но Луке было плевать. Приличные оборонцы периметра «Клипперс» не могли сдержать его (за исключением некоторых эпизодов с Ленардом), и Дончич снова и снова проходил под кольцо. Позже Риверсу пришлось думать, как бы оставить на паркете Зубаца и пихнуть его под кольцо просто, чтобы подстраховать проходы Луки. И кто знает, каким был бы счет в серии, если бы оставленный Зубацем на дуге Клибер не принялся мазать одну открытую трешку за другой, активировав протокол «Харрисон Барнс 2016».

Но и в таких условиях Дончич сделал свое дело и удержал «Даллас» на плаву. В итоге у Луки почти трипл в среднем по серии с 29 очками при eFG% в 55 и уже совсем не такой ужасной обороне. Все это частично травмированным и частично без Порзингиса, которого заменяют Бобан и Кидд-Гилкрист, убивающие спэйсинг. И все это под действием бесконечных тычков и затрещин.

В общем, к этому все шло, и проверка плей-офф подтвердила ожидаемые результаты. Лучшие шансы вырастить суперзвезду у той команды, в которой эта суперзвезда уже выросла. Лука Дончич прямо сейчас один из лучших игроков НБА, лидер поколения и один из главных символов лиги. Он готов принять эстафету. И недостатка конкурентов у него не будет.

Баскетбол ВКонтакте

Баскетбол в Телеграмме

Фото: Gettyimages.ru/Jamie Sabau / Stringer, Sean M. Haffey, Andy Lyons, Ron Jenkins / Stringer, Ashley Landis – Pool, Mitchell Leff / Stringer, Maddie Meyer, Kevin C. Cox, Ronald Martinez

развернуть