Кристиан Пулишич – топ.

«Когда я впервые увидел его игру, был потрясен. Скорость, дриблинг, техника – все на высшем уровне. А потом я узнал, что этот парень – американец, и удивился еще сильнее, – вспоминает знакомство с Пулишичем бывший тренер сборной США Брюс Арена. – У нас редко рождаются футбольные таланты такого масштаба. Может быть, это прозвучит громко, но у Кристиана есть все, чтобы вскоре превратиться в главную спортивную суперзвезду Америки».

Пока этого еще не произошло, нынешняя спортивная суперзвезда Америки позирует в футболке Пулишича и респектует ему, даря свои кроссовки.

«Он настолько хорош, что это причиняет боль», – так New York Times описал стиль Пулишича, имея в виду, что от игры молодого нападающего страдают все: соперники, болельщики, он сам. Пулишич – это дриблинг и скорость, из-за чего на нем фолят гораздо чаще и жестче, чем на остальных. Легенда сборной США Марсело Бальбоа даже предложил во время матча сборных приставить к нему телохранителя в лице кого-нибудь из партнеров, как это делают в других видах спорта. С такой любовью и заботой тут не относились еще ни к одному молодому футболисту.

***

«Кристиан в детстве был небольшого роста, – рассказывает Келли Пулишич, мама. – Я часто слышала, как ребята из другой команды смеялись над ним: «У вас не хватает игроков и кто-то прислал вместо себя младшего брата, да?». А потом начиналась игра, и эти же люди кричали: «Остановите этого малыша! Эй, кто-нибудь, держите его!». В 12 лет почти на каждой игре моего сына присутствовали скауты местных клубов. Потом они стали приезжать к нам со всего мира».

Родители Пулишича (сами в прошлом профессиональные футболисты) никогда ни в чем не ограничивали сына. Никаких безглютеновых диет или подъемов в 5 утра на 10-километровый кросс; запрет был всего один – заниматься футболом через силу. После матчей отец часто заезжал в 7-Eleven и покупал сыну чипсы с газировкой, если тот хотел. Кристиан до переезда в Германию играл только за команду пенсильванского колледжа (Pennsylvania Classics) и тренировался всего пару раз в неделю (не считая матча в выходные). Марк и Келли специально рассчитали все так, чтобы футбол забирал у ребенка не больше четырех часов в неделю и не превратился в надоедливое обязательство.  

До 14 лет у Кристиана не было специализированных футбольных тренировок, а силовая нагрузка сводилась к отжиманиям от пола и подтягиваниям на перекладине.

В 2006-м Пулишич-старший работал тренером в Детройте и от бразильских легионеров узнал, что многие из них начинали заниматься футболом на площадках с твердым покрытием, маленькими воротами, играя 5-на-5 мячом чуть меньшего размера. Он открыл для себя футзал и решил, что его сын должен полностью скопировать бразильский опыт, чтобы уметь быстро принимать решения на поле, увереннее контролировать мяч и прокачивать технику. Проблема была в том, что в Детройте не было ни одной футзальной арены. Тогда Марк арендовал три баскетбольных площадки неподалеку от дома, переоборудовал их в футзальные и основал первую детройтскую футзальную лигу. Только для того, чтобы 8-летнему сыну было где заниматься. «Футзал действительно сделал меня технически более разносторонним и приучил работать в ограниченном пространстве», – Кристиан до сих пор очень благодарен отцу за ту авантюру.

Через шесть лет Кристиан Пулишич дебютирует в юношеской сборной США, а американская Федерация футбола обяжет Академию развития (местную лигу, в которой собраны лучшие молодые футболисты страны) включить футзал в общую программу тренировок.

***

Родители несколько раз возили Кристиана на просмотры в ведущие европейские клубы: «Европа – центр мирового футбола. Топ-клуб – это здорово, но мы хотели бы отдать сына в команду с мощным молодежным подразделением». Кристиан стажировался в Ла Масии, показывался юношеским тренерам ПСВ и «Бенфики». Одним из решающих факторов при выборе «Боруссии» в 2015 году стало то, что отцу Кристиана предложили здесь работу (тренером юношеских команд). 

Первое время в Дортмунде Кристиан очень комплексовал из-за незнания языка. «Когда я первый раз пришел в новую школу, все учителя разговаривали со мной на немецком. Я пытался объяснить, что я их не понимаю, но они будто меня не слышали». После первого учебного дня Пулишич позвонил маме: «Мам, представляешь, сегодня я пришел в класс, целый час просидел на занятии, и я понятия не имею, что это был за предмет».

Через год после переезда в Германию Пулишич свободно говорил по-немецки, а еще через год его трансферная стоимость увеличилась с 1 до 45 млн евро.

Даже Месси и Роналду не были так хороши в свои 18, как Пулишич.

В прошлом сезоне Кристиан совершил 199 попыток дриблинга (с отрывом лучший показатель в бундеслиге). Но только 79 из них оказались удачными, что немного подпортило его персональный КПД. Однако поскольку большинство обводок американец совершал вблизи чужих ворот, «Боруссия» все равно извлекла выгоду в атаке.    

*** 

Бывший защитник «Байера» Штефан Райнарцт несколько лет назад разработал собственную систему оценки эффективности футболиста в атаке и назвал ее Impect. Ей сейчас пользуется половина клубов бундеслиги. Она помогает выделить тех игроков, которые обостряющими передачами или дриблингом отрезают от игры максимальное количество соперников. Чем больше защитников отрезано, тем больше баллов у игрока, который сделал этот пас. Как показывает статистика, именно количество вертикальных продвижений мяча сквозь защитников в итоге существенно влияет на итоговую победу.

Райнарцт говорит, что профайл Пулишича особенный: «Обычно атакующие игроки, которые так же результативны, как Пулишич, обладают либо отличным пасом, либо умением занять выгодную позицию между линиями для получения мяча, либо умело совершают рывки. Кристиан в равной степени хорош во всех этих компонентах».

Пулишич может посеять панику в финальной трети, прокинув мяч вперед, или преодолеть первую линию прессинга, открывшись под передачу. Кристиан далеко не чемпион Impect-статистики, но он помогает партнерам регулярно зарабатывать на нем баллы, что важно для общекомандного успеха.

 

Синдзи Кагава этой голевой передачей на Пулишича отрезал 7 игроков «Хоффенхайма» и, согласно Impect-анализу, заработал 7 баллов.  

При Тухеле (2016-2017) вся игра «Боруссии» строилась через комбинационную игру в финальной трети – там, где Пулишичу не было равных. Он великолепно считывал пространство вокруг себя и находил идеальные зоны для открывания под резкий пас в чужую штрафную. Статистика насчитала в тот год 35 рывков в его исполнении, после которых «Боруссия» имела голевой момент. Когда удобного паса от партнеров не было, Пулишич активировал дриблинг-мод и врывался в штрафную самостоятельно (16 попыток). Это был его уникальный стиль, никто в лиге не мог приблизиться к его показателям. Добавьте сюда еще 72 процента выигранных дуэлей у защитников на открытых участках поля (пятый показатель в лиге, выше Роббена и Рибери) и станет ясно, кто больше всех расстроился увольнению Тухеля из «Дортмунда».

При Петере Штегере (2017-2018) с его осторожным футболом у Кристиана было мало шансов проявить себя, потому что атаки «Боруссии» распадались еще до того, как к ним подключался Пулишич. Но даже в таких условиях американец был полезен. Он не только создавал голевые моменты, но и забирал мячи, возвращая команде владение (24 удачных отбора в финальной трети – лучший результат в сезоне-17/18 в бундеслиге).  

***

При Люсьене Фавре в этом сезоне все показатели Пулишича упали: за последние три месяца американец лишь однажды появился в стартовом составе «Дортмунда» в бундеслиге.

По факту «Челси» заплатил 64 млн евро за запасного, но Кристиана нельзя обвинить в том, что он растерял форму или перестал прогрессировать. Сегодня в составе «Дортмунда» есть Джейдон Санчо, который в этом сезоне рвется в обыгрыш чаще Пулишича, у него больше удачных обводок и по другим показателям он тоже обходит американца. Для Фавра Санчо – первая опция в атаке на позицию правого нападающего. 

Есть опасения, что и в «Челси» Пулишич надолго застрянет на скамейке запасных. Однако известно, что английский клуб не предлагает контракты больше, чем на год своим игрокам, достигшим 30 лет, а будущие конкуренты американца – Виллиан и Педро – как раз входят в эту возрастную группу. Очевидно, что «Челси», инвестируя в молодого Пулишича, видит в нем игрока основы, который вскоре сместит кого-то из ветеранов.

Правда, все это происходит на фоне слухов о переходе в «Баварию» Каллума Хадсона-Одои – воспитанника «Челси» и одного из главных английских талантов, который как раз играет на позиции Пулишича. Сарри его игнорирует, и в Англии сейчас очень популярен вопрос: не упустит ли «Челси» нового Санчо, вложившись вместо него в дорогого американца.

Другой пример – Тэмми Абрахам. Форварда отправили в «Астон Виллу», и сейчас он лучший снайпер чемпионшипа с 16 мячами, а купленный когда-то за 66 миллионов евро Альваро Мората настолько неубедителен, что клуб подыскивает нового топ-страйкера.

Вероятно, главный тренер лучше бы рассказал о перспективах Кристиана в новой команде, но оказалось, что Маурицио Сарри узнал о трансфере одним из последних, в среду на послематчевой пресс-конференции. «Я ничего не знал про эту сделку. Месяц назад клуб обратились ко мне с просьбой дать оценку этому игроку. Я отозвался о нем положительно. А сегодня я узнал, что Пулишич переходит в «Челси», – сказал итальянец. 

Сарри демонстративно не вмешивается в трансферные дела. Когда его спросили, почему Пулишич станет доступен только летом, а не сейчас, когда травмы подкосили двух ведущих вингеров, он дал еще более странный ответ: «Я не знаю. Я не контролирую дела на трансферном рынке. Я должен думать о следующем матче, а не о следующем сезоне».

Есть еще одна возможная причина трансфера Пулишича. Несколько лет назад Кристиан открыл для «Дортмунда» американский рынок – количество фанатов немецкого клуба в Штатах благодаря ему выросло до 1,5 миллиона человек (6% общемировой фан-базы «Боруссии»). Есть подозрение, что «Челси» сорвет с этим парнем маркетинговый джекпот, ведь Пулишич теперь не просто перспективный талант из колледжа, как три года назад, а сформировавшаяся звезда, в которую влюблена вся Америка. 

Фото: Gettyimages.ru/Dean Mouhtaropoulos, Christof Koepsel / Stringer; globallookpress.com/Yorick Jansens/ZUMAPRESS.com, Roberto Maya/ZUMAPRESS.com, firo Sportphoto/Jürgen Fromme, Anke Waelischmiller/SVEN SIMON; instagram.com/cmpulisic

развернуть

Исторический эксперимент продолжается.

Харден – прикольный.

Уже десятилетие скромно доминирует в качестве главного хипстера НБА.

Регулярно пополняет интернет разнообразными, но одинаково смачными гримасами.

Уважает конфеты и стриптиз.

Любит маму.

Говорит о себе: «Не думаю, что хотя бы один игрок создал столько, сколько создал я за последние три года. Не знаю, был ли такой человек в истории НБА». (Надо сказать, это чистая правда: за последние три сезона он набирал в среднем 30,5 очка и генерировал 23,4 очка передачами).

Оказавшись на дуге в двух метрах перед лежащим Уэсли Джонсоном – облизывается.

Уничтожает «Филадельфию», набросав 51 очко, а после сирены бросает дразнящему его на протяжении всего матча Кевину Харту: «А теперь расскажи своей команде, что ты натворил!».

Набирает жир летом.

Спускает его по ходу сезона, устраивая себе внеочередные забеги по лестницам на арене.

Отвечает хейтерам взаимностью и называет себя при этом “being the dog that I am”.

Тащит в одиночку «Рокетс» и возвращает из небытия Джеральда Грина, Остина Риверса, Дэньюэля Хауза, телеграм-канал «Команда здоровье» и бригаду внебрачных-сыновей-томми-хайнсона, местных комментаторов, уверенных, что все лучшее происходит в Хьюстоне.

И, естественно, ставит рекорды.

Штука, естественно, в том, что все это быстро исчезает из поля зрения, когда Харден на кого-то падает сверху, попадает локтем в голову или стоит вообще в стороне – но обязательно получает возможность для пробития штрафных. По идее все должны ненавидеть судей, но их чередование ни на что не влияет, а потому яростные эмоции направляют на самого бородача.

И вот именно здесь и скрывается основная проблема. Она заключена не в судейских ошибках, не в тонкостях интерпретации и не в расположении к игрокам атаки.

Главная проблема Хардена – в том, что в мир, который приучил к проявлению суперпособностей, подвигов гиператлетизма и триумфов неординарных личностей, к раздвижению границ возможного в баскетболе, он изначально пытается проникнуть с отмычкой. Он стал первым, кто изменил восприятие судей – из сторонних наблюдателей, призванных следить за чистотой игрового процесса, за тем, чтобы условия соревнования были одинаковыми для обеих сторон, они превратились в его непосредственных участников: впервые против Хардена команды начали показательно прятать руки, чтобы у арбитров не было оснований обмануться. Он стал первым, кто не просто ищет защиты у судей против неправомерных приемов защитников, но строит свою игру на поиске приемов и создании у арбитров такой интерпретации, которая бы сочла их неправомерными, пока Яннис, Леброн и Дэвис раздвигают границы игры, Харден раздвигает границы того, как еще можно получить нарушение. Он стал первым, кто изменил отношение к штрафным броскам – раньше это всегда считалось лишь побочным продуктом качественной атаки внутрь, теперь же особенным умением наказывать защитников за неудачно вытянутые руки, неубранные бедра, неуклюжие попытки помешать проходу. При всей грандиозности таланта о Хардене больше говорят как о самозванце – о том, кто манипулирует правилами и судьями, кто подстраивает правила под себя, кто всячески пытается выиграть в эти наперстки очко за очком.

И поэтому он сам, а не судьи и заслуживают этот гнев. Харден даже вслух декларирует намерение взломать игру. 

«Быстрая остановка не поддается логике, но и вся моя игра не поддается логике, – как-то говорил он сам. – Думаю, каждый год я просто стараюсь найти способ приобрести дополнительное преимущество. Именно так… Приобрести дополнительное преимущество и сделать так, чтобы я был на вершине. Поэтому моя игра отличается. Не думаю, что вы видели кого-нибудь, кто действовал бы подобным образом. Естественно, вы видели, как парни делают стэпбэки и евростепы, но если собрать все мои элементы – то, что я делаю, то, как я могу остановиться и резко рвануть с места, то, как я заставляю защитника потерять баланс, как я заставляю его гадать и гадать снова и снова, и даже страхующего защитника – вот  такого вы, вероятно никогда не увидите. Но именно это я и привношу в игру».

В этом он, естественно, преуспел.

Харден гениален. Даже его приземленный на фоне летающей лиги, полный самоповторов, усыпляющий и невыразительный стиль не может скрыть его исключительные качества. Мало кто сравнится с ним по работе ног – лидер «Хьюстона» смущает не самой грациозной кормой, но не испугается сравнений в этом аспекте с Кобе и Джорданом. Он феноменальный пасующий, всегда ищущий оригинальное решение. Его дриблинг – едва ли не идеальный образец академической подготовки: в нем нет излишеств, но он дает своему обладателю свободный доступ к чужому кольцу. Он неимоверно силен даже на фоне суператлетов: Харден показывает защите мяч и провоцирует оппонентов тянуться к нему, потому что знает, что даже если он не сможет поймать их на нарушении, то совершенно точно не позволит вырвать его из рук. Харден как никто в лиге создает себе бросок и атакует с ведения.

Харден гениален. Но за каждым ключевым его навыков проступает натура взломщика.

Первое – это умение зарабатывать нарушения.

Харден преобразует любую ошибку в свисток. Он может поймать чью-то неловко выставленную руку и нарисовать попытку броска. Он врезается в любого «большого», кто посмел выпрыгнуть невертикально. Он резко останавливается, чтобы пытающийся восстановить позицию игрок врезался в него. При трехочковом он зачастую стремится выпрыгнуть так, чтобы наткнуться на оппонента – сам он утверждает, что это его естественная траектория при броске, но это не отменяет того, что никто не пробивает столько нарушений при дальних попытках. Харден даже заставил лигу ввести «правило Джеймса Хардена» – раньше он вообще любой фол пытался выдать за нарушение при броске. Но с появлением новой трактовки всего лишь привнес собственные поправки: раньше он ловил соперника одной рукой, а другой бросал, теперь ловит и бросает одним движением.  

harden1 from r s on Vimeo.

За пять сезонов у Хардена 37 эпизодов с четырехочковыми владениями (больше всех в лиге) и 289 эпизодов, когда на нем были нарушены правила при трехочковом (больше, чем у двух следующих за ним игроков вместе взятых).

Второе – это уже легендарный степбэк.

Харден привнес в хорошо знакомый элемент мистические черты: у него степбэк превратился в двойной степбэк. Сейчас уже другие звезды – в частности, Кайри Ирвинг и Стеф Карри – пытаются перенять этот прием, но, как мы видели на примере последнего, это получается не всегда. Харден с помощью изворотливого ума и феноменальной работы ног нашел лазейку в правилах. Арбитры начинают отчитывать шаги с момента, когда игрок получает контроль над мячом – то есть либо берет мяч в руки, либо придерживает ладонью снизу. И фокус с Харденом заключается в том, что первый шаг степбэка он делает, формально держа ладонь сверху над мячом, то есть продолжая ведение. И потому второй-третий шаги стэпбэка в такой интерпретации не становится пробежкой. Уловить разницу между пробежкой и ее отсутствием в данной случае, тяжело, поэтому судьи в такой ситуации часто полагаются на совесть и техническую оснащенность самого Хардена.

Харден совершает больше всех бросков после степбэков в лиге. Насколько больше? Идущий вслед за ним Лука Дончич выбросил в три раза меньше.

С этого года Харден ворвался на территорию Карри: он выбрасывает больше трехочковых, чем двухочковых, и хотя его процент уступает (39% против 46%), сложность исполнения элемента у него повыше.

Третье – это то, что соединяет два полюса – проход.

Защитник Хардена оказывается между неразрешимыми дилеммами и начинает сходить с ума от догадок: стэпбэк может завершиться трехочковым, если стоять слишком далеко, или выпрыгиванием в защитника, если подбежать слишком быстро; опускать руки или пытаться выбить мяч чревато – Харден не просто готов отбить такую атаку, он ее ждет и надеется на то, что чужая конечность случайно окажется в зоне досягаемости; выставленная нога – это приговор, потому что Харден нацелен на то, чтобы врезаться именно в нее.

И это еще не все – сам он использует свою силу не только для защиты мяча, но и для того, чтобы притормозить куда-то спешащее туловище опекуна, или просто фехтовать свободной рукой и слегка подталкивать потерявших баланс соперников, как нам завещал великий.

И это тоже не все – та же история с тонким расхождением между нулевым и первым шагами с мячом продолжается у него и в проходах: он так хитро подбирает ноги, что умудряется в ходе евростепа три раза сменить направление движения.

Харден – на третьем месте по количеству проходов (за Дерозаном и Холидэем) и на третьем же по средней результативности после них (1,11 против 1,13 у Адетокумбо и 1,112 – у Джеймса).

Это все проговаривается не для того, чтобы придраться. Просто ровно вот эти приемы и определяют игровую уникальность Хардена, то, благодаря чему генеральный менеджер Дэрил Мори назвал его «лучшим атакующим игроком, когда-либо выходившим на площадку в НБА».

Если вы считаете, что это мнение спорное, то заблуждаетесь. 

«Лучшесть» для цифрового баскетбола – это эффективность, умноженная на продуктивность.

А ровно это и дает Харден.

Игровая уникальность Хардена – это полная автономность в плане трехочкового броска. Подавляющее большинство снайперов ориентируются на броски из ситуации кэтч-энд-шут (80% дальних бросков следуют после паса), тогда как Харден вообще обходится без передач – лишь 15% его трехочковых сделаны после чужих пасов: в этом году он уже положил больше 150 бросков без передачи и готов побить собственный же рекорд прошлого сезона (196). Он создает ситуацию сам, находит пространство сам с помощью двойного степбэка и не ограничивает себя в попытках – 12,6 штуки по сезону, доходящие до +17 в среднем по ходу последнего месяца. И еще отличный штрих: в среднем перед трехочковым бьют в пол 1,14 раза, Стеф Карри в среднем делает это два раза, Харден? Харден – больше восьми раз.

Харден реализует 39% после степбэков, то есть приносит «Рокетс» 1,18 очка за владение. Когда на нем фолят при двухочковом, это равнозначно 1,7 очка, при трехочковом – 2,6 очка.

Игровая уникальность Хардена – это «изоляции». Совмещение трехочковой системы «Рокетс» и умений бородатого взломщика заставили переосмыслить атавизм героического баскетбола. Харден превратил обыгрыш один на один в нечто вполне себе эффективное и уже который год добивается убедительно высоких показателей при непостижимой нагрузке.  В среднем он осуществляет 17,7 «изоляционного владения» за матч – и это на 7 больше, чем у идущего на втором месте Демара Дерозана. И при этом выдавливает из них 1,16 очка за владение, что особенно колоритно выглядит на фоне лучшей позиционной атаки лиги – у «Милуоки» 0,99 очка за владение

Игровая уникальность Хардена – это навевающее одним своим видом зевоту число штрафных (11). С сезона-2014/15 он лидирует в лиге по числу штрафных с огромным преимуществом и накапливает все более фантастические способы доведения чужих болельщиков до плохо сдерживаемой ярости.

Игровая уникальность Хардена – это немыслимая загруженность. В настоящий момент лидер «Рокетс» показывает процент использования 39,22 по сезону и располагается на втором месте, между сезоном-2016/17 в исполнении Расселла Уэстбрука (41,65) и сезоном-2005/06 в исполнении Кобе (38,74).

Игровая уникальность Хардена – это невиданная эффективность. Его не сравнивают с Уэстбруком-2016/17 и Кобе-2005/06, его сравнивают, в принципе, с самыми эффективными игроками, а не только с теми, кто брал на себя запредельную нагрузку. Никто из героических деятелей прошлого не выдавал цифры истинного процента попаданий лучше 56, у Хардена – 62%. Харден на данный момент превышает средние показатели по лиге на 6 баллов. В других шести сезонах из топ-10 – Уэстбрук (2), Джордан (2), Кобе и Айверсон – ни у кого не было больше на 2,3 процента.

Все это подводит к тому, что взлом удался.

Харден попал в систему имеющей преимущества программой, обманул любые естественные антидоты и полностью переиначил баскетбол на другой, непривычный, непознаваемый до этого лад.

В баскетболе были доминирующие на мяче игроки, в том числе игроки задней линии. Но в подавляющем большинстве их высокая эксплуатация говорила лишь о несовершенстве окружения и вынужденности: в историческом топ-25 по проценту использования можно встретить Демаркуса Казинса из «Сакраменто», Аллена Айверсона из «Филадельфии», Дуэйна Уэйда из сезона-2008/09, Трэйси Макгрэйди и Кармело Энтони. Когда Стеф Карри впервые начал стабильно много бомбить с восьми метров в сезоне-2015/16 и оказалось, что таким образом он зарабатывает для своей команды больше очков, чем вся лабуда под названием «позиционное нападение», предложения бомбить побольше воспринимались все же как шутка. В «Хьюстоне» же все измеряется цифрами, а потому любые иррациональные гипотезы спешат проверить опытным путем. Харден начал выходить за границы привычного после того, как выпал Крис Пол, а потом и Эрик Гордон, но что-то такое постоянно витало в воздухе и его прошлогодний процент использования не сильно меньше (тоже в топ-10). Новый этап в развитии самого совершенного оружия в баскетболе был обусловлен сложностями, но при этом и естественным образом напрашивался: «Рокетс» каждый год задирают число трехочковых, логично, что то же самое будет происходить и с их лидером.

И вот так Харден сформулировал правила нового баскетбола – баскетбола, где сверхэффективный индивид при поддерживаемой его системе оказывается мощнее более талантливых команд. И статистически, и визуально это кажется новой ступенью в развитии тренда на индивидуализацию баскетбола. Эта тенденция достигла максимальной отметки в сезоне-16/17 благодаря Уэстбруку, Хардену, Казинсу, Дерозану, Айзейе Томасу, Энтони Дэвису и казалось, что естественным образом рассосалась. Но хьюстонский эксперимент вряд ли можно считать завершенным: в отличие от всех, с кем он начинал, Харден доказал, что обладает и большей выносливостью, и способен не терять эффективности при нагрузке, и лучше остальных может создавать для себя возможности, то есть более автономен. В этом году еще один бонус: ко всему прочему «Хьюстон» показал себя командой, которую абсолютно не напрягает то, что партнеры Хардена отлучены от мяча и вынуждены в основном наблюдать за ним.

Хьюстонский эксперимент в нынешнем виде настолько успешен, что породил мысли о том, как бы его воссоздать и в других местах. Ведь ингредиенты кажутся столь простыми: одна суперзвезда со степбэком, проходом и умением привлекать к себе внимание арбитров, не совсем уж бездарные снайперы, кто-то, с кем можно сыграть пик-н-ролл и навесить парашют, а также обычные парни, готовые рвать жопу в защите и кайфовать от изоляционного баскетбола.  В качестве новых версий Хардена (не самого эффективного гражданина), например, фигурируют Девин Букер и Лука Дончич.

Штука в том, что от одного «Хьюстона» в НБА только веселее. А вот еще несколько таких, а также повальное копирование методов Джеймса Хардена грозит игре катастрофой, которую можно будет только избежать за счет очередного переиначивания правил баскетбола на уровне руководства лиги. Смотреть за бесконечными «изоляциями», статичным  нападением, однообразными маневрами игрока с мячом, отсутствием взаимодействия за пределами пик-н-роллов и скидок и сопоставлять процент с лучшим показателем позиционной атаки по лиге – это явно повод вообще не включать матч. Извините, но спорт – это все же развлечение, а не бдсм-документалка о том, как бородатый сибарит научился вертеть правила на этом самом.

К счастью, есть несколько оснований надеяться, что Харден останется имеющим некоторые привилегии агентом Смитом из первой «Матрицы», а не предстанет воспроизводящимся вирусом.

Прежде всего, потому, что Харден все же уникален. Даже сильное влияние цифровых методов «Рокетс» не заставило его отказаться от осознания собственной уникальности. Фраза «вы вряд ли увидите кого-то, как я» лишена хвастовства – Харден возмущает тем, что только он получает такие фолы, но никто больше, только Харден сочетает классный бросок с перебиранием ногами балерины и совершает элемент, недоступный даже родившемуся с мячом Карри, и, конечно же, только Харден научил, что не стоит недооценивать ни его баскетбольный интеллект, сбивающий с ног, ни силу рук, этому интеллекту помогающую. Харден был (и остается) одним из двух основных претендентов на MVP четыре раза за последние пять лет, и даже если он не возьмет еще один такой приз, вряд ли можно считать, что подобные кадры валяются на каждом шагу.

Даже Харден при всей своей живучести раз за разом показывает уязвимость перед запредельными нагрузками. Он загнал себя в позапрошлом сезоне, когда стремился вырвать трофей у Уэстбрука даже больше, чем представители философской школы имени цифрового бородача, а потом почти физически умер под пытками Грегга Поповича. Он очень явно перегревался и начинал давать сбои в серии с «Голден Стэйт» и окончательно встал, когда некому было его подтолкнуть. Даже в этом году при всей феноменальности такие подвиги в январе рождают помимо восхищения еще и тревогу.

И наконец, даже против такого горячего Хардена, пока всякий раз придумывается противодействие, которое делает его неэффективным. В самом концентрированном виде мы увидели это в игре с «Милуоки», где тренер Бад по заветам Поповича постарался отсоединить лидера «Рокетс» от остальной команды, направлять его под менее удобную правую руку на встречающего его в «краске» семифутера. Харден все же набрал 42 очка, но только для этого ему потребовалось 30 бросков и 9 потерь. Способ Баденхольцера напрягает не меньше, чем все, чем занимаются «Рокетс» – получалось так, что «Бакс» приглашали самого опасного атакующего игрока лиги к себе под щит, ну потому что с точки зрения статистики он там наименее опасен (у Хардена средний по лиге процент попадания из «краски»).

 Харден – действительно «лучший атакующий игрок всех времен». Хотя пока не в баскетболе, а в рокетсболе, в спорте, где команда создает ему пространство, выкладывается за него в защите, радуется за него от всей души и дает ему столько владений, бросков и касаний мяча, сколько в принципе может взять живой человек.

Эксперимент, безусловно, продолжается. И хотя все понимают, чем он может грозить в случае успеха (он же цифровой армагеддон), шансы не так велики. Опять же эксперимент есть эксперимент, и так далее…

Фото: globallookpress.com/TPG; REUTERS/Kim Klement-USA TODAY Sports; Gettyimages.ru/Bob Levey

развернуть

Вадим Лукомский – о проблемах Пепа.

В конце декабря «Сити» неожиданно посыпался: перед Рождеством дома проиграли «Кристал Пэлас» (2:3), в Boxing Day уступили еще и «Лестеру» (1:2). В итоге – падение на третье место и уже минус 7 очков от «Ливерпуля». 

Какие отмазки придумал Пеп?

Послематчевая риторика Гвардиолы свелась к невезению в реализации и хладнокровию соперников. «Иногда футбол таков – соперник три раза бьет и забивает три гола», – прямо сказал испанец после игры с «Пэлас».

Действительно ли реализация – главная проблема «Сити» прямо сейчас? Матчи получились трудными для интерпретации и требуют погружения в контекст.

С одной стороны, даже если считать моменты (или xG), матчи были равными (1,2), следовательно, «Сити» все равно сыграл ниже привычного уровня. С другой, Гвардиолу можно понять: «Лестер» забил первым ударом в сторону ворот, «Пэлас» – двумя первыми ударами. Это действительно аномалия.

«Сити» атаковал намного хуже обычного, но почти ничего не допускал у своих ворот. Дав соперникам маленький шанс, он огреб. Еще один фактор, который не отражает статистика ударов и остроты моментов – передачи в убойную зону. Оба раза «Сити» доминировал по этому показателю: 17:0 и 20:6. Гвардиола это тоже упомянул, сказав, что его команда «раз за разом прибывала в атаку», а соперник забивал с первого же «прибытия». Обычно это приводит к большему количеству моментов.

Матчи, как и аргументы Пепа, в любом случае слабые (даже если оба раза «Сити» мог сыграть вничью). Для полноты картины фактор везения нужно учесть, но у команды Гвардиолы хватает и других проблем.

Вряд ли с такой трактовкой будут спорить даже соперники. Показательно описание гола от Эндроса Таунсенда: «Мяч идеально лег на ногу. Знал, что не смогу сделать еще одно касание, так как игрок «Сити» накроет меня и убежит в контратаку. Это определенно лучший гол в моей карьере против лучшего соперника в моей карьере»

Игрок лупит издали с целью не допустить контратаку и забивает лучший гол в карьере. Ну да, иногда футбол таков.

Ходжсон – кошмар Гвардиолы

«Ман Сити» в эпоху Гвардиолы определенно лучшая команда Англии в плане позиционных атак. В АПЛ Пепа обыгрывали 11 раз, но далеко не всегда переигрывали по моментам и качеству игры. Частый сценарий – соперник готовит эффективный план, но все равно вынужден полагаться на реализацию и суперперфоманс вратаря, потому что атака «Сити» слишком хороша. Это актуально для всех, кроме «Ливерпуля», который может переиграть «Сити» в другом стиле.

Абсолютно нормально, если андердогу слегка везет против фаворита, это вообще главный фактор почти любой сенсации. Просто важно, чтобы команда полагалась не только на удачу. И в этом плане «Кристал Пэлас» Роя Ходжсона на порядок круче других середняков. Да, им все еще нужна отличная реализация, но вратарские чудеса или ужасный день форвардов «Сити» им не нужен, так как они идеально сдерживают тактику Гвардиолы.

Благодаря стратегии Ходжсона у «Пэлас» всегда отличный шанс создать «Сити» проблемы и – с долей удачи – победить. Самое сенсационное поражение в Англии Пепу нанес именно Рой (картинка составлена на основе букмекерских коэффициентов). 

Несмотря на два пропущенных мяча (в одном из них капитально не повезло именно «Пэлас» – залетел навес Кевина де Брюйне), команда Ходжсона показала выдающуюся игру в обороне. Это вообще отличительная черта «Пэлас» в матчах против «Сити».

Вот 10 лучших оборонительных перфомансов против «Сити» Гвардиолы в АПЛ по xG-модели аналитической компании Gracenote Sports. 4 игры – из первого сезона Пепа (в одной из них «Сити» больше тайма провел в меньшинстве), 2 матча – против «Челси» Антонио Конте, еще два матча – из мая прошлого сезона (совсем без мотивации). Две оставшиеся игры – это матчи против Ходжсона.

Рой дважды сдержал мотивированный и уже хорошо знакомый с тактикой Гвардиолы «Сити», не обладая топ-защитой. Это действительно уникально. Крепкая оборона позволяет ловить раздраженного собственной беспомощностью соперника на контратаках – и как раз это дает «Пэлас» приличный шанс в любом матче против «Сити».

В прошлом сезоне команда Ходжсона прервала рекордную победную серию «Сити» (18 подряд) – ничья с нереализованным пенальти Луки Миливоевича. В этом сезоне «Пэлас» сенсационно обыграл Гвардиолу на выезде. Матчи получились разными: на «Этихаде» –ультраорганизованный автобус, дома в начале года «Пэлас» встречал соперника намного выше.

Общий аспект плана Ходжсона – слаженная зонная оборона компактным блоком. Это вообще главная фишка его тренерской карьеры: именно внедрение зонной защиты помогло Рою сотворить тактическую революцию в Скандинавии. Ходжсон обучает ей на топовом уровне, и если футболисты готовы учиться и пахать, то страшно будет даже «Сити».

Саймон Дэвис, работавший с Роем в «Фулхэме», вспоминал: «Мы работали над оборонительной схемой каждый день. Каждый день на тренировке все сводилось к схеме, которая планируется на следующий матч. Не хочу выдавать секретов, но он берет 11 футболистов, которых собирается выпустить в старте, и буквально дрессирует их под конкретную идею. Никаких диаграмм на тактической доске – все отрабатывается на поле».

Команды Ходжсона всегда в числе лучших по игре без мяча. В этом сезоне у «Пэлас» – 4-я оборона лиги, если учитывать только моменты с игры (лучше, чем у «Челси», «Тоттенхэма», «МЮ» и «Арсенала»).

Ходжсон обучает 4 защитников постоянно поддерживать оптимальные расстояния между собой, линия полузащиты из 4 или 5 человек перекрывает центр и смещается в зависимости от положения мяча. Один полузащитник выдвигается на футболиста с мячом, если есть риск передачи за спину защитникам – в такие моменты остальные игроки сужаются.

Зонной обороне труднее обучить, но если команда приняла идею, то сопернику труднее манипулировать позициями игроков. А именно к этому стремится Гвардиола. «Моя идея не в том, чтобы бесконечно двигать мяч, а в том, чтобы двигать соперника», – признал он однажды.

На базовых настройках «Пэлас» играет 4-4-2. В матчах с «Сити» Ходжсон выпускает дополнительного полузащитника со спецзаданием. Команда переходит на 4-5-1 – даже если этот полузащитник уходит в другую зону, четверка легко сужается. В прошлом сезоне Ходжсон использовал номинального защитника Джайро Ридевалда против Кевина де Брюйне. В этом – выпустил вингера Джеффри Шлуппа в центр полузащиты: КДБ не было в старте, Шлупп караулил резкие подключения Кайла Уокера и выдвигался на него. Оба раза ходы оказались меткими и добавили надежности.

Ходжсон легко ломает футбол Пепа – как минимум, его план А. Есть очень простой способ это подчеркнуть. В удачных матчах «Сити» отдает максимум пасов вразрез (при Гвардиоле они лучшие в Англии по этому показателю) и не сваливается в навесы – именно поэтому он так эффективен в позиционных атаках. Но с «Пэлас» ничего не получается.

Показатели Ходжсона в 2-3 раза лучше средних. На 1 пас вразрез приходятся 26 навесов. Если не учитывать первый матч Ходжсона с «Сити» (0:5 – один из первых его матчей в «Пэлас», команда еще не была обучена новым установкам), то картина еще более впечатляющая.

В субботу «Сити» сделал 45 навесов – это рекорд за все время Гвардиолы в АПЛ. Один навес даже залетел в ворота, но в целом это отличное доказательство эффективности плана «Пэлас» и проблем «Сити».

Контраст между первым матчем Роя и двумя другими показателен. Он подчеркивает, как многое упирается в понимание принципов зонной обороны и как хорошо Ходжсон им обучает. До прихода Роя «Пэлас» не показывал выдающихся результатов против Пепа – 0:8 в двух матчах.

«В обороне «Пэлас» сыграл восхитительно. Они заслужили массу комплиментов», – признал Гвардиола.

По замыслу «Лестер» был очень похож на «Пэлас» – те же 4-5-1, те же особенности защиты, те же бесконечные навесы «Сити» (35 штук). Только они делали все это чуть хуже и допустили больше моментов.

Выдвижение Шлуппа на Уокера – Миливоевич сразу же сужает пространство. Последует перехват и контратака, которая приведет к голевому штрафному.

Похожий эпизод у «Лестера». Нампалис Менди выдвигается (с опозданием), но Уилфред Ндиди смотрит в другую сторону. Из-за нехватки слаженности он не успеет сократить разрыв. «Сити» продвинет мяч и завершит комбинацию голом.

Это важные эпизоды. При своевременных выдвижениях футболисты «Сити» не получают свободу, чтобы разрезать оборону или отдавать мяч за спину защитникам, при этом центр остается перекрытым. «Сити» вынужден вешать, а в этом стиле он уже не такой страшный.

У «Лестера» была правильная идея и вполне качественное исполнение (за исключением пары ситуаций). «Пэлас» в обороне использовал ту же идею и был практически безукоризнен.

Потери Менди и Фернандиньо важнее, чем вы думаете

Ходжсон идеально обезвредил основной план Гвардиолы – 4-3-3 с Фабианом Делфом в роли ложного фулбека. Но в оптимальном составе у Пепа есть и другие варианты, просто он лишился их из-за травмы Бенжамена Менди. Француз проводит неровный сезон, но его тактическая важность неоспорима.

«В прошлом сезоне у нас не было левого защитника – сейчас есть Менди. Он достаточно энергичен, чтобы полностью закрывать фланг, поэтому мы можем атаковать более вариативно», – объяснял Гвардиола осенью. При Менди «Сити» может переключаться на смелые 3-3-4 или играть 4-3-3 с инвертировнными вингерами (Стерлинг – слева, Марез – справа). Без него нет вариативности в атаке.

Вторая проблемная позиция – опорник. Мы предупреждали: 33-летний Фернандиньо – качественный, но не элитный вариант. Совсем ужасной ситуацию делает то, что ему нет замены.

Против «Пэлас» опорника сыграл Джон Стоунз – Гвардиола подводил его к этой позиции кубковыми матчами, а тут случилась первая игра в такой роли в АПЛ. По манере игры в пас Стоунз напомнил Хавьера Маскерано: шикарно пасует из центра защиты, но не дает команде ритма, оказываясь в опорной зоне. Одной техники паса в этой роли недостаточно. С «Лестером» вышел Илкай Гюндоган – это более традиционный вариант, но немец плохо справляется с оборонительными функциями.

Еще одна беда – сам Пеп начудил в деталях. При стандартах «Сити» использует 10 игроков в штрафной и зонную опеку. В зависимости от соперника есть два варианта расположения – 5-1-4 и 5-4-1.

Обычно Гвардиола делает верный выбор, системных проблем при стандартах у команды нет. Но с «Лестером» ошибка была слишком очевидной. Пеп оставил Рикарду Перейру без присмотра (хотя вторая система предполагает опеку игрока в этой зоне), и португалец наказал.

Что это значит для чемпионской гонки?

«Ливерпуль» теперь явный фаворит. Еще до тура мерсисайдцы обошли «Сити» почти во всех аналитических проекциях. Разница была незначительной (часто меньше 2 очков), но теперь картина более очевидная. За последние 38 матчей АПЛ «Ливерпуль» набрал чемпионское 91 очко – и тут тоже теперь опережает «Сити».

По xPoints «Сити» слегка опережает «Ливерпуль», но разница минимальна, а отрыв в реальной таблице – уже 7 очков. Качество игры команд не предвещает кардинального сокращения этого разрыва. Пожалуй, лидерство команды Юргена Клоппа логично: в лучших матчах «Сити» был ярче, но «Ливерпуль» прошел круг без значимых спадов.

Кризис «Сити» не кажется долгосрочным. Скорое возвращение Фернандиньо даст команде надежность с мячом и без него. Соперники (даже блестяще подготовленные) не будут постоянно забивать первым же ударом в сторону ворот.

В гонке появилась третья переменная – «Тоттенхэм». Лондонцев трудно оценить: слишком часто они набирали очки на фарте и вопреки качеству игры – это прослеживается и в цифрах, и по субъективным впечатлениям. По качеству игры они не превосходят даже «Челси» и очень далеки от двойки.

Но очки на фарте были героически добыты в разгар кризиса травм. Эти баллы никто не заберет, а сейчас команда играет действительно прекрасно. Более того, у «Тоттенхэма» осталось 11 домашних матчей – больше всех в лиге. При определенном стечении обстоятельств они могут включиться в гонку.

«Сити», очнись, ты упал на третье место

Первое поражение Гвардиолы в АПЛ-2018/19 – от Сарри. Тут детали

Использованы данные InStat, Understat.com и Opta

Блог «Англия, Англия» в соцсетях: Twitter / VK / Telegram

Фото: REUTERS/Carl Recine; Gettyimages.ru/Jan Kruger, Laurence Griffiths

развернуть

Очаровательная Саша Бойкова нам все рассказала.

Пара Александра Бойкова и Дмитрий Козловский – одна из самых обаятельных в нашем фигурном катании. В этом сезоне (первом на взрослом уровне) они в порядке: 3-е место на Гран-при Франции, бронза чемпионата России.

Они отобрались на Евро, а из-за пропуска турнира парой Забияко – Энберт вообще поедут в Минск вторым номером.

16-летняя Саша Бойкова прекрасна не только на льду, но и в видеоблоге, который посвящен литературе. Девушка много читает и очаровательно разбирает русскую классику перед камерой: «Горе от ума», «Война и мир», «Обломов»…

Мы узнали, зачем ей это и чего ждать от блога.

***

Завела ютуб-канал летом – когда было много свободного времени, а я решала, на что его потратить. Несколько причин, почему он именно о литературе:

1) планирую поступать на журналиста – литература точно будет важна и нужна дальше;

2) большой вклад внес мой папа – он привил любовь к чтению. У него собрание из 200 томов классической литературы – это все главные произведения. Во многом моя идея родилась благодаря папе;

3) если брать видеоканалы, то большинство – про красоту, про одежду. В основном контент личной жизни – конечно, это много кому интересно, но это же никак не развивает. А когда хочется развития, почему бы не погрузиться в литературу? Если нет времени читать – можно узнать интересное из видео, у меня такой образовательный посыл.

• Подготовка к каждому ролику начинается заранее: я читаю произведение и параллельно выписываю то, что меня заинтересовало и что хочется разобрать. Потом по этой информации спрашиваю или папу, или учителя в школе. Они рассказывают – и самые интересные факты по произведению, или из биографии автора я запоминаю и записываю. Это отнимает два-три дня – зависит от количества и сложности информации.

Получается конспект, который я стараюсь выучить наизусть. Съемка отнимает два-три часа.

Но самое сложное для меня – монтаж. К сожалению, он пока минимальный, но даже в таком виде сильно утомляет. Я в нем не сильна, разбираюсь только на базовом уровне.

Поэтому даже когда весь материал готов, из-за монтажа подготовка одного ролика растягивается даже на неделю. Очень трудоемкий процесс, но он мне интересен – и я точно буду развиваться в этом направлении. Хочется, чтобы ролики были более глубокими, разнообразными.

Пока снимаю на телефон – просто устанавливаю его на штативе; но надеюсь продвинуться и здесь.

• Сейчас нет возможности снять то, что я хочу, и в том формате, в котором хочу. Съемка дома, все статично – меня это не очень устраивает. В планах – по возможности снимать в местах, где жили герои произведений или происходили ключевые моменты из их истории. Но понятно, что не все произведения возможно так снять, потому что далеко не все действия происходили в Петербурге.

И еще одно большое желание – снимать в атмосферных помещениях, для начала хотя бы в библиотеке. Это был бы хороший антураж. Пока максимум возможного – сделать дома что-то вроде декораций: на видео с разбором «Обломова» я разложила на фоне те самые папины книги стопками. Правда, там далеко не все. Это такая робкая попытка создать атмосферу.

• Выбрала ютуб, потому что в этом формате я ничем не ограничена. В инстаграме периодически пишу о книгах, но все же это платформа не для текстов – максимум интересного там не рассказать, многого не показать. Я не боюсь ютуб, не боюсь комментариев. Да и пока никто не писал ничего гадкого.

На первом видео у меня около 1,5 тысячи просмотров – я не ожидала, что будет так много. Но вообще, для меня важнее, чтобы было больше откликнувшихся и тех, кто заинтересовался контентом. То, что мне пишут в комментариях и в личные сообщения в соцсетях, заряжает на работу.

Ролики выходят примерно раз в месяц – меня это, конечно, не устраивает, хочется чаще. Но пока возможности только такие; летом станет больше свободного времени – без большой загруженности по учебе и тренировкам.

• Для блога пока выбираю произведения из школьной программы, по той последовательности. Но я все равно убежала вперед относительно класса: например, «Войну и мир» прочитала еще летом, а одноклассники пройдут ее только весной. «Война и мир» – первая взрослая книга, которую я осилила. Летом – все четыре тома, потом, когда с учителем разбирали ее дополнительно, два с половиной.

Пока что я остановилась на русской классике – она более-менее знакома всем. Кто-то читал и освежит в памяти; кто-то хочет познакомиться, но в легком формате. Позже буду развивать канал и через зарубежную литературу.

Последнее видео на канале – не совсем про классику, это «Письмо» рэпера Мэйти. Я наткнулась на альбом с его стихами в Apple Music. Меня зацепило то, как он пишет, – и сразу началась визуализация в некоторых моментах. У меня такое бывает часто: когда слушаю музыку или стихи, то что-то отчетливо представляю. Наверное, после второго прослушивания альбома поняла, что это возможно снять – и красиво, со смыслом, так, чтобы людей тоже зацепило.

Снимали с подругой в Питере – все одним днем. На съемки потратили часов шесть: бродили по городу, искали виды, ракурсы. Наверняка сделаем еще что-то подобное. Хочется делать такие визуализации на стихи, но пока сложно представить, чьи именно. Меня должно что-то пронять.

Из русской литературы больше всего нравятся «Герой нашего времени» и, как ни странно, «Обломов». В «Герое» любимая часть – «Княжна Мэри». Вообще, книга сильно цепляет сюжетной линией.

А самая любимая – «Маленький принц». Читала ее раз пять и готова еще. Очень нравятся рассказы Джека Лондона. У меня пока не такой серьезный кругозор, но я работаю над этим. Не сказала бы, что учеба на первом месте; скорее, она со спортом на равных – но спорт может закончиться в любой момент, а учеба и знания – это важно всегда.

• Говорят, у меня очень стройная речь. Если что, на видео я не начитываю текст с конспекта – стараюсь все запоминать, это развивает память. И еще меня учат хорошо и складно говорить – и школьный учитель, и родители, и даже партнер.

Мне кажется, мне бы подошла телевизионная журналистика – она мне ближе и понятнее. Когда ты катаешься, то находишься на виду у всех, потом даешь интервью, тебя снимают и ты учишься держаться перед камерой. Потом просматриваешь какие-то определенные моменты и стараешься их скорректировать – например, ракурс, с которого ты выглядишь лучше, речевые ошибки и все подобное. Думаю, благодаря этому опыту в будущем я смогу избежать проблем.

Фото: instagram.com/aleksandraboikova; РИА Новости/Владимир Песня

развернуть

Самый жестокий защитник золотых времен серии А.

Несколько репортеров погнались за Паоло Монтеро, когда тот выходил из больницы через черный ход.

– Пессотто пришел в себя? Что он вам сказал? Это была попытка самоубийства?

– Не хочу быть недружелюбным, но это вас не касается.

Вечерело. Первые порывы прохлады разбавляли жаркий воздух. Некоторое время Паоло молча смотрел в сторону, а потом вернулся в больницу.

«Я и представить себе не могла, что Монтеро прилетит из Уругвая, чтобы побыть рядом с Джанлукой. Он необыкновенный человек», – говорила потом жена Пессотто Риана.

27 июня 2006 года бывший игрок, а на тот момент сотрудник «Ювентуса» Джанлука Пессотто выпал из окна второго этажа клубного офиса. В момент падения он держал в руках четки для молитвы. Пессотто упал на крышу припаркованной на стоянке машины и получил тяжелые повреждения.

Через два года Пессотто выговорился в книге «Самый важный матч»: после окончания карьеры его одолела депрессия, а летом 2006-го добавились проблемы в семье и скандал вокруг Кальчополи. Психика Джанлуки дала сбой. Ночью он страдал от бессонницы, а днем чувствовал нескончаемую тоску или беспричинную паранойю.

Пессотто вспоминал: «Как-то я купил минералку. Мне показалось, что мелочь, которую мне дали на сдачу, обсыпана наркотиками. И это сделано для того, чтоб меня подставить! Чудилось, что в кустах возле дома поджидает полицейская засада. Из проезжающей машины высунулась женщина, похожая на мою тещу, и прокричала: «Тебя ждет кошмарный конец».

В душе Пессотто творился полный сюр. В тот роковой день Джанлука опять убегал от воображаемых преследователей. Последнее, что он помнит, как закрылся в комнате и дрожащей рукой выключил свет. Очнулся только в больнице. 

Монтеро примчался в Турин, как только нашел ближайший межконтинентальный рейс. Уругваец никогда не был близким другом Джанлуки, но почувствовал внутреннюю потребность быть рядом. Несколько раз в день Паоло приходил в палату Пессотто и сидел возле его кровати. Когда врач сказал Джанлуке, что приехал Монтеро, тот без слов, как смог, показал радость.

«Я не уеду, пока Джанлука нуждается во мне. И пока ему не полегчает настолько, чтобы мы смогли поговорить», – говорил Паоло. Он действительно не вернулся в Уругвай, пока Пессотто окончательно не оклемался.

«Когда случилась драма с Пессотто, в Уругвае никто не удивился, что я поехал к Джанлуке. А вот в Италии удивлялись. Наверное, люди считают, что если футболист жесток на поле, то он плохой человек. Это ранит меня. В футболе я не выбирал средств, но в жизни всегда вел себя иначе. Футбол – это лицемерный мир: здесь мы говорим, что собираемся в церковь, а на утро идем воровать», – говорил журналистам Монтеро.

За время карьеры многие ненавидели Паоло. И на то были причины.

***

За 13 лет в чемпионате Италии Монтеро получил 16 красных карточек. Этот рекорд пока никто не побил. Некоторые подкаты уругвайца выглядели особенно по-садистски – как будто он хотел нанести сопернику как можно больший урон. Случалось, что Монтеро бил исподтишка.

Жестокость на поле Паоло перенял по наследству. Его отец тоже был центральным защитником, таким же брутальным и неуступчивым.

На ЧМ-74 Хулио Монтеро запомнился только удалением в матче против «тотальной» Голландии. Кройфф тогда вышел с капитанской повязкой, Реп сделал дубль, а тренер Михелс подвел итог матча фразой «главное, что никого из наших не покалечили».

Паоло Монтеро начинал карьеру в «Пеньяроле» – команде, получившей свое название благодаря району Монтевидео, где жили итальянские эмигранты из городка Пинероло, что недалеко от Турина. Паоло фанател от «Пеньяроля» с детства, хотя главной командой в карьере отца был их самый принципиальный соперник: Хулио Монтеро выиграл Кубок Либертадорес и Межконтинентальный кубок в составе «Насьоналя».

Надежность Паоло нравилась тогдашнему тренеру «Пеньяроля»  – чемпиону мира-78 Сезару Луису Менотти. Тот посоветовал центрбека своему другу Франко Превитали, который работал спортивным директором «Аталанты». Команду из Бергамо тренировал Марчелло Липпи, потом его сменил Эмилиано Мондонико.

В двадцать лет Паоло начал карьеру в Европе. «Я был очень счастлив. Серия А тогда была центром футбольного мира, как сейчас АПЛ или Примера. Все латиноамериканцы мечтали там играть», – вспоминал Монтеро.

В одном из первых матчей сезона «Аталанта» играла против «Милана». После финального свистка Паоло подошел к Франко Барези, которого давно боготворил. Монтеро предложил обмен футболками, хотя мысленно настроился на отказ. Но Барези не просто отдал футболку, но и попросил майку неизвестного молодого новичка Серии А взамен.

Паоло быстро завоевал место в составе, но играл нестабильно: надежные матчи сменялись голевыми ошибками. Критики называли Монтеро неоправданно грубым, а фанаты «Аталанты» недолюбливали из-за латинского происхождения.

В то время семья Монтеро приютила в Бергамо Дарио Убриако – уругвайского футболиста, который позже станет известным арбитром. Вместе с Монтеро-старшим Убриако смотрел игру «Аталанты» против «Пьяченцы» в баре возле стадиона. Паоло снова начудил, фанаты матерились, не подбирая выражений.

– Гнать из команды всех чертовых «sudacas»!

«Так пренебрежительно называли латиноамериканцев. В Италии тогда еще сохранялась дискриминация», – вспоминал Дарио.

Хулио Монтеро вспылил, вместе с Убриако они ввязались в драку, их выбросили из бара. На парковке они вдвоем махались против 20-ти молодых парней, пока ничего не подозревающий Паоло принимал душ в раздевалке после матча.

***

После завоевания Кубка чемпионов-96 Марчелло Липпи обновил состав «Ювентуса». Он позвал знакомого по работе в «Аталанте» Монтеро, а вместе с ним – Зидана, Виери, Юлиано, Бокшича и Аморузо.

За первые пару сезонов Паоло завоевал два скудетто и дважды дошел до финала Кубка чемпионов. Чемпионство-97/98 получилось скандальным: в решающем матче против «Интера» отличился арбитр Чеккарини. Он не дал пенальти за фол против Роналдо, но показал на точку после ответной атаки «Юве», а позже оставил «Интер» вдесятером.

В обоих чемпионских сезонах Монтеро играл в основе. Липпи был требовательным. Уругваец вспоминал свои опасения: «Мне казалось, если тренер кричит даже на Чиро Феррару, то меня когда-то вообще прикончит».

Но отказываться от приключений Монтеро не собирался. Когда Паоло купил первую машину, то прямо из автосалона рванул на вечеринку в Милан вместе с Марком Юлиано. «Сейчас мы оба женаты и не можем рассказать всех подробностей. Но, поверьте, мы здорово зажигали», – шутит Монтеро. Как-то парни повздорили с пьяной компанией, те выбросили футболистов из бара. Юлиано рвался в бой, но Паоло сдержал друга: «Их человек десять, они нас убьют. Сегодня не лучшее время для драки».

«Юве» посыпался, когда Липпи договорился о контракте с «Интером». Тренера сняли с должности посреди сезона после конфликта в раздевалке.

В Турин приехал Карло Анчелотти. Он мог завоевать скудетто еще в сезоне-99/00, но в конце гонки «Юве» разбазарил большой отрыв от «Лацио». Все решалось в последнем туре: туринцам нужна была победа в Перудже. Римляне взывали арбитров к объективности. Фанаты «Лацио» прошлись по улицам города «траурной процессией»: они несли символический гроб и транспаранты – мол, если арбитры опять помогут «Юве», то можно констатировать смерть серии А.

Игра в Перудже прерывалась на час из-за проливного дождя. Поле превратилось в огород. Во втором тайме Монтеро возле своих ворот подарил мяч Калори, который установил окончательный счет – 1:0.

«Мы сидели в раздевалке 64 минуты! Я их даже сосчитал. Но все решилось на поле, это самое главное. У меня есть личный кодекс чести, и для меня имеет значение только счет на табло», – говорил Монтеро. В следующем сезоне «Юве» не смог догнать «Рому» Фабио Капелло.

Несмотря на периодические ляпы, Анчелотти симпатизировал Монтеро: «Паоло – хулиган, но со своим кодексом чести». Однажды Монтеро всю ночь выпивал с соотечественником Фабианом О’Нилом. На базу пришел в таком состоянии, что не мог тренироваться. Журналисты узнали и жаждали крови, но Карло не выдал защитника. В клубе объявили, что Паоло простудился.

Монтеро любил туринский район Мурацци на набережной реки По – там кипела ночная жизнь, тусовалась молодежь, а Паоло мог спокойно пропустить стаканчик пива. Когда-то Монтеро взял с собой Зидана – с тех пор все североафриканские мигранты начали болеть за «Юве».

В еврокубках при Карло тоже не клеилось. Бывший игрок «Торино» Альдо Агроппи разносил на телевидении: «Они позорятся в Европе! А почему? Потому что там, в отличие от серии А, они вынуждены обходиться без помощи судей».

В автобиографии Анчелотти вспоминал, как команда вернулась в Турин после проигрыша Панатинакосу со счетом 3:1. В аэропорту собралась толпа агрессивных болельщиков. Первым шел Зидан, его толкнули. Монтеро остановился, элегантно снял очки и положил их в футляр. А потом ворвался в толпу и принялся отвешивать тумаков обидчикам.

Для Монтеро не существовало авторитетов. Он мог разбить PlayStation одноклубников, которые мешали говорить по телефону. В другой раз Паоло забрел в бар, полный фанатов «Фиорентины». Разборки переросли в массовую драку: Паоло не испугался и принял бой.

Не терял лицо Монтеро и перед своими. Кто-то увидел его в компании фанатов «Торино». Ультрас «Ювентуса» вызвали Паоло на мужской разговор: как можно якшаться с врагами? Уругваец приехал в бар на встречу с лидером группировки и категорично отрезал: «Моя мама не выбирает мне друзей, не говоря уже о вас».

Когда доктора «Ювентуса» Риккардо Агриколу судили по делу о допинге, Монтеро оказался единственным, кто не дал показаний. «Мне не нравятся все эти люди, – показал Паоло на собравшихся вокруг журналистов. – Поэтому я ничего не скажу». Прокуроры пытались доказать, что доктор давал игрокам ЭПО – синтетический гормон, который повышает выносливость. Это же вещество применял велогонщик Лэнс Армстронг.

Всего с «Ювентусом» Монтеро завоевал 5 скудетто (один из них отобрали из-за Кальчополи). «Я надевал черно-белую броню и сражался за команду» – так Паоло сформулировал свое кредо. Когда в команду пришел Эдгар Давидс, Монтеро встретил голландца со словами: «Вдвоем мы будем нагонять еще больше страха на соперников».

Давид Трезеге вспоминал, что особо опасных нападающих Монтеро терроризировал весь матч: в те редкие моменты, когда он не лупцевал форвардов по ногам, он постоянно им что-то говорил. Это сводило соперников с ума.

После садистского фола на Тотти защитник так объяснял причины жестокости: «Я выиграл более 100 матчей, но, в отличие от кое-кого, никогда не был хвастуном».

По окончании очередной битвы с «Интером» Монтеро дрался с Тольдо в раздевалке («Франческо был слишком длинным, поэтому я не попал по нему, а потом нас растащили»), а Ди Бьяджо ударил в лицо прямо на поле. На следующий день президент Джанни Аньелли подкалывал Паоло не тренировке: «Боксер, конечно, из тебя никудышный. После такого удара Ди Бьяджо мог улететь в нокдаун, а он всего лишь скривился».

Монтеро тепло относился к президенту, но однажды послал его на три буквы. Получилось случайно: Джанни позвонил рано утром, а Паоло решил, что его разыгрывает кто-то из одноклубников.

Как-то репортер спросил Фабио Капелло: «Представьте, что можете взять одного игрока из «Ювентуса» бесплатно и прямо сейчас. Но только одного. Кого бы взяли?». Ответ тренера «Ромы» всех удивил: «Конечно, Монтеро. Он – мозг и сердце обороны «Юве».

«За пределами стадиона я пожимал руки соперникам, но на поле никого не жалел. Я был защитником, и обязан был оборонять свои ворота, даже ценой фола. Меня интересовала только победа моей команды», – говорил Монтеро.

В Турине до сих пор помнят, как в подтрибунном помещении Монтеро взбадривал команду криками «Vamos, vamos». Болельщики пели на трибунах: «Паоло Монтеро, бейся за нас».

Паоло обожали молодые игроки, хотя частенько он пихал за отсутствие самоотдачи на тренировках. В интервью Денису Романцову дублер «Юве» Ильяс Зейтулаев рассказывал, как осенью шел на тренировку с Виктором Будянским. Было сыро, грязно и дождливо. Мимо проехала машина, остановилась. Оттуда выглянул Монтеро и сказал: «Ребятки, дождь идет – садитесь в машину». Молодые боялись запачкать сидения дорогой тачки, но Паоло настоял: «прыгайте, довезу».

***

Посреди сезона-1999/2000 Алессандро Дель Пьеро почувствовал депрессию. Он тяжело восстанавливался после травмы и сомневался, что когда-либо сможет выйти на прежний уровень.

Перед матчем Сандро возвращался в свой номер отеля, но в коридоре его остановил Монтеро. Они не были близкими друзьями, не тусовались вместе и не доверяли друг другу секретов. Их связывали только профессиональные отношения и взаимное уважение в раздевалке.

Паоло сказал: «Але, парень! Что за хрень с тобой творится? Сколько мы будем еще любоваться твоей кислой рожей? Что случилось?». Дель Пьеро почувствовал, что его застали врасплох. Он пробурчал что-то невразумительное. Монтеро продолжил более мягко: «Что бы с тобой ни случилось, справляйся быстрее. Чем такой унылый чемпион может вдохновить молодежь?».

На следующий день после того разговора Дель Пьеро в раздевалке искал глазами Монтеро. Санро улыбнулся, впервые за несколько недель. Он сосредоточился и преодолел свои страхи.

«Очевидно, Паоло давно за мной наблюдал и увидел на мне тени, которые я и сам не замечал. Его вмешательство было как комета, прилетевшая ниоткуда. Луч света в моей темноте», – писал Дель Пьеро в автобиографии.

С такими способностями к психоанализу Монтеро открывается прямая дорога в тренерское ремесло. Паоло не скрывает, что хочет этого – он пробовал себя в родном «Пеньяроле», а потом в аргентинских «Колоне» и «Росарио Сентраль». Зацепиться где-то надолго не получилось: Паоло признает, что ему еще нужно многому научиться.

Осенью 2018 года Монтеро вместе с Пирло,  Батистутой и Джилардино получили профессиональные тренерские лицензии УЕФА категории А. Теперь они могут работать ассистентами в клубах серии А или В, или быть главными тренерами клубов Lega Pro.

Но даже сейчас можно представить какой будет команда под руководством тренера Паоло Монтеро – очень жесткой, но с собственным кодексом чести.

***

Чумной доктор советует почитать:

«Кость затрещала так, словно дерево срубили топором». Защитник, сломавший Марадону

«Этот парень – король пляжа, казино и дискотек». Две жизни Диего Тристана

«На борту корабля нашли тонну кокаина». Футболист, которого называли главным наркоторговцем Германии

Фото: Gettyimages.ru/Claudio Villa/Allsport, Karl-Heinz RIEDLE/Bongarts, Laurence Griffiths, Salvatore Giglio/Grazia Neri; commons.wikimedia.org/Bert Verhoeff/Anefo; REUTERS/AI Project, Action Images/Rudy LHomme, Daniele La Monaca

развернуть

Гениальность ван Дейка видна не только визуально, но и подтверждается цифрами. 

Семьдесят пять миллионов фунтов – это сумасшествие. Во всяком случае, так казалось в прошлое Рождество, когда «Ливерпуль» провернул трансфер ван Дейка. После провалившихся переговоров по голландцу с «Саутгемптоном» летом 2017-го и последовавших за ними официальных извинений со стороны «Ливерпуля» решение Юргена Клоппа ждать ван Дейка еще полгода казалось абсурдным. На тот момент на рынке было достаточно игроков, которых можно было взять за хорошую цену – но Юрген уперся и хотел видеть в команде именно голландца. Год спустя всем очевидно, почему Клоппу так нужен был именно ван Дейк.

The Times пишет, что «Ливерпуль» следил за ван Дейком минимум четыре года – его не стали подписывать, когда он переходил из «Селтика» в «Саутгемптон», потому что тогда это казалось неоправданным и в «Ливерпуле» не было места для него. В истории The Times есть один интересный момент: Клопп искал нового центрального защитника в пару к Ловрену почти 18 месяцев – в списке было 34 защитника, из которых в итоговый шорт-лист включили только четверых – ван Дейка, Лапорта, Боатенга и Кулибали. Тот факт, что Клопп в итоге предпочел ван Дейка остальным, уже говорит о многом – и в лице голландца он получил то, что искал.

В футболе очень сложно оценивать центральных защитников с помощью статистики. Оценивать игру одного центрального по количеству пропущенных голов – глупо, потому что этот параметр описывает скорее стилистические особенности команды, нежели игру конкретного центрбэка. Также, сами центральные защитники перестали быть штучным товаром, и качество игры в центре обороны зачастую зависит от синергии двух, а иногда четырех игроков обороны. Помимо прочего, в среднем защитники в обороняющихся командах будут иметь большее количество оборонительных действий – а следовательно, и лучшую статистику, чем защитники в атакующих командах. В этом плане нужно очень осторожно использовать статистику и еще более осторожно делать выводы из нее.

Случай с ван Дейком – исключительный, потому что и цифры, и визуальное наблюдение сигнализируют о том, что он очень хорош практически во всем, что он делает. Например, до трансфера ван Дейка «Ливерпуль» очень плохо оборонялся и визуально, и в цифрах. Тем заметнее стал прогресс команды с приходом голландца в клуб.

Для понимания влияния голландца на игру клуба в обороне справедливо будет разделить последние полтора сезона «Ливерпуля» на три больших отрезка примерно по четыре-пять месяцев каждый – первая половина прошлого сезона до прихода ван Дейка, вторая половина прошлого сезона, уже с голландцем в составе, и нынешний сезон, в котором ван Дейк провел полную предсезонную подготовку с командой. Сравнивая эти три отрезка, видно, насколько лучше «Ливерпуль» стал защищаться. В среднем качество ударов соперника по воротам «красных» стало ощутимо ниже:

Тем не менее подобные вещи можно списать на коллективную оборону – нужно принять во внимание, что в то время, когда ван Дейк стал выходить в стартовом составе, в центре поля у «Ливерпуля» начал появляться Окслейд-Чемберлейн, а слева в защите – Робертсон. Первый сильно влиял на командный прессинг, и мог тем самым уменьшить количество моментов у ворот команды и снизить их опасность, а второй мог добавить «Ливерпулю» стабильности в игре в обороне, но факт остается фактом – так или иначе ван Дейк оказал влияние на команду и ее игру в защите.

В свое время Football Whispers показал очень интересное исследование о том, как именно игра «Ливерпуля» в обороне начала улучшаться еще в октябре прошлого сезона (то есть до прихода ван Дейка), когда команда проиграла «Тоттенхэму» (4:1). После того поражения Клопп попробовал изменить подход к организации обороны – игравший справа в защите Джо Гомез стал реже подключаться в атаку и больше участвовал в билдапе из глубины и практически не оказывался в высокой позиции на фланге. Как итог, это позволило иметь на одного игрока больше на своей половине поля в случае, если команда теряла мяч в атаке, следовательно, уменьшился риск опасных контратак. Результат не заставил себя ждать, и по воротам «Ливерпуля» стали наносить менее опасные удары. Когда через два месяца после этого в команду пришел ван Дейк, ситуация стала еще лучше: 

Среднее качество ударов соперников по воротам «Ливерпуля» до игры с «Тоттенхэмом», после игры и после прихода ван Дейка.

Здесь четко видно, что «Ливерпуль» действительно начал исправлять свои проблемы в обороне еще в октябре, но ван Дейк стал катализатором этих изменений. Это вообще одна из главных черт голландца – он как будто делает игроков вокруг себя лучше. Это проявлялось с каждым игроком «красных», с которыми он играл в паре. Так, после прихода голландца Ловрен практически перестал привозить, хотя местами это еще прослеживается – например, момент в матче с «Наполи» на последних минутах, когда по воротам бил Милик. Помимо прочего, до травмы Гомез в паре с ван Дейком смотрелся тоже очень прилично, настолько, что Клопп решил сделать эту пару центральных основной в сезоне.

Влияние ван Дейка на команду видно и в том, как команда стала обороняться при стандартах у своих ворот. С сезона-2008/09 «Ливерпуль» всегда пропускал не меньше 10 голов со стандартов за чемпионат. За первую половину этого сезона – лишь два. Можно списать это на отличную игру Алиссона в воротах, но «красные» даже позволяют бить по своим воротам реже: так, в предыдущие восемь сезонов соперники наносили по воротам «Ливерпуля» минимум 100 ударов за сезон, в первой половине этого чемпионата 32 раза, а если экстраполировать эти данные на весь сезон, то в итоге будет 64 удара за чемпионат. Интересно, что ван Дейк еще и один из лучших центральных защитников в лиге по ударам после стандартов у ворот соперника – во всей лиге опаснее него только Кин, Бамба и Бальбуэна.

При этом ван Дейк, похоже, действительно уникален: он избежал главной слабой стороны почти всех современных центрдефов – он смотрится хорошо практически в любой системе, в которой играет. В «Саутгемптоне» он оборонялся достаточно глубоко и низко, поэтому были опасения насчет адаптации в «Ливерпуле», который традиционно обороняется высоко. В этом сезоне прессинг «Ливерпуля» не такой интенсивный, как в предыдущие сезоны при Клоппе:

*PPDA - количество точных пасов, которое команда позволяет сделать сопернику на своей половине поля прежде, чем совершит оборонительное действие.

Несмотря на то, что Ливерпуль теперь прессингует не так высоко и обороняется ниже, чем раньше, ван Дейк проявляет себя здорово даже в матчах, где команда обороняется высоко: яркими примерами могут быть матчи с «Манчестер Юнайтед» и «Ньюкаслом». PPDA команды там был 8.59 и 4.09, то есть прессинг был достаточно высокий по меркам лиги, но соперники не создали у ворот «Ливерпуля» практически ничего. Это означает, что ему в принципе комфортно играть как при низком прессинге, так и при высоком.

Все эти вещи могут быть следствием системы, которую выстроил Клопп – наверное, он лучше других тренеров умеет выделять сильные стороны своих игроков, при этом пряча слабые. Но даже если абстрагироваться от традиционной оборонительной статистики, которая больше сигнализирует о стиле команды, а не о качестве защитников, и фокусироваться исключительно на том, насколько успешно лучшие центрдефы вступают в борьбу и как часто ее выигрывают, ван Дейк выглядит монстром по сравнению с другими топовыми защитниками:

Это нереальная доминация одного игрока, и особенно здесь впечатляет отрыв от остальных топов. Недавно Харри Реднапп отмечал, что ван Дейк уже играет на уровне с одними из лучших защитников в истории АПЛ: «Представьте лучших защитников в истории премьер-лиги: Джон Терри, Рио Фердинанд, Неманья Видич. Ван Дейк – это они все в одном лице». Реднапп, конечно, как всегда преувеличивает, но в чем-то он прав – на определенных этапах своей карьеры каждый из них с отрывом был лучшим в лиге, ровно так же, как ван Дейк сейчас. Если добавить еще одну сильную сторону игры ван Дейка на график – пасы и участие в билдапе, то доминация голландца над другими топ-защитниками лиги становится очевидной:

По вертикали – точность передач на своей половине поля, в процентах, по горизонтали – процент выигранных дуэлей. Красным выделены игроки «Ливерпуля»: Гомез, Ловрен и ван Дейк.

Ван Дейк – на уровне с лучшими пасующими центральными защитниками лиги, но намного лучше других в единоборствах. Добавляем к этому «чистую» игру практически без фолов, качественную игру в отборе и опасность, которую он представляет у ворот соперника при стандартах и получаем однозначно лучшего защитника АПЛ этого сезона. Такого просто нет больше ни у кого.

Мы уже говорили о том, что статистически игру центрального защитника очень сложно оценить. Случай с ван Дейком – принципиально другой. Глупо говорить, что оборона «Ливерпуля» стала лучше исключительно благодаря ван Дейку, но и глупо было бы отрицать, что он сделал ее лучше. Ван Дейк делает игроков вокруг себя надежнее, а с ним в команде слабые стороны клуба превратились в сильные. На данный момент оборона «Ливерпуля» – лучшая в лиге, а ван Дейк – с отрывом лучший защитник АПЛ. Очень похоже, что в прошлом году фанаты «Ливерпуля» получили дорогой, но полностью оправдавший свою стоимость подарок на Рождество. Сегодня ван Дейк стоит куда больше 75 миллионов фунтов – для нынешнего «Ливерпуля» он бесценен.

развернуть

»...Его образ продолжает общение с поколениями, сменяющими одно другое, его мифическая личность – непочтительная, шутливая, упрямая, нравственно непоколебимая, незабываемая – воспаряет над неолибералистскими заблуждениями знати.»

                                                                                             Пако Игнасио Тайбо. «Гевара по прозвищу «Че»

- Исторический контекст

В 1998-м году человек-баскетбол окончательно покинул НБА (вашингтонский двойник Джордана из злой параллельной вселенной не в счет). Сейчас, по прошествии двадцати лет, достаточно трудно осознать, какого масштаба событием это было.

Никакие уходы Кобе, Данкана и Дидье Илунги-Мбенги вместе взятые не могли сравниться по значимости с этим моментом. Это уже была чистая эсхатология, древнейший культурный архетип – уход бога и возникновение нового мира на останках предыдущего. Джордан был не просто лучшим игроком, величайшим, основополагающим и тыры-пыры; все было гораздо глубже. Фигура Джордана в НБА несла примерно такую же фундаментальную роль, как Солнце в нашей Солнечной системе. Со всех точек зрения – игровой, маркетинговой, легендарной – 23-й номер «Чикаго» был этакими всеобщими духовными скрепами. Насколько это заслуга пиара и талантливой политики Стерна – этот вопрос еще в начале девяностых перестал играть значимую роль. Джордан к тому моменту был уже кем-то вроде коммандера Шепарда в «Mass effect»: вроде как над ним и маячило какое-то мутное начальство, но судьбы галактики решал он единолично.  В общем, лига стала принадлежать одному человеку, чему не было аналогов ни во времена Майкана, ни во времена Чемберлена.

Как известно, массивная звезда после коллапса может превратиться в черную дыру, засосав в себя все вокруг. Так получилось и с Джорданом: главный эльф уплыл в Валинор, а за ним потихоньку потянулись остальные, чье время пришло – и эпические Трандуилы вроде Хакимов-Дрекслеров, и скромные хоббитцы типа Маггси Богса. 

Началась широкомасштабная операция «Преемник»: по всей стране искали человека, который станет новым Джорданом. 

Здесь, однако, проявилась неочевидная на первый взгляд проблема оригинала и его копий. Даже лучшая из реплик Джордана — Кобе Брайант — не смогла стать для лиги фигурой такого гипермасштаба, какой был Эм-Джей. (Это ясно уже из того факта, что по сей день бушуют интернет-дискуссии — Кобе или Данкан; представить себе такую дискуссию в отношении Джордана на вменяемом уровне, разумеется, невозможно).

Короче говоря, прочесывание Америки в поисках «нового Джордана» было изначально предприятием порочным, и к уровню таланта Винсэнити, Кобе и прочих тимаков это не имело отношения — тут уж были, извините за выражение, вопросы экзистенции, а не спорта. Для того, чтобы по-настоящему отвлечь всех от зияющей прорехи и превратить катастрофу безвременья в едва ли не лучшее десятилетие в истории лиги — нужно было нечто совсем другое, асимметричное. Не бог и не суперкиборг, а живой человек из плоти и крови, который бы отважился бросить вызов священным монстрам.

В НБА, конечно, такие были — но одним, вроде Данкана, существенно недоставало харизмы, другим (по типу Джейсона Уильямса) — таланта, третьим (условному Бренту Бэрри) — и того и другого. Так и получилось, что единственным человеком, который мог пойти в полуслучайный поход против нового скучного миропорядка, стал игрок, меньше всего подходящий на эту роль.

 - Образ

Вся прелесть образа Аллена Айверсона – в его противоречивости. Свирепая классовая борьба Айверсона и Стерна стала одним из хрестоматийных нарративов НБА. Однако мало кто задумывается, насколько удобен и даже жизненно важен для лиги был Айверсон именно в его каноническом имидже. Пока НБА пыталась сеять разумное-доброе-вечное и делала ставку на аристократизм Джордана, интеллигентность Хилла, благородство Моурнинга – простецкие парни, браза ин да худ, с разинутыми ртами смотрели на такого же простого, как и они, пацана, который таки пришел к успеху, да еще с настолько небывалой эффектностью. Помните Си-Джея из «GTA: SA», видевшего некоторое дерьмо и охладившего траханье? - да-да, именно эти парни, и Айверсон был в НБА их полномочным представителем.

Бесконечный и внешне непримиримый джихад Стерна против гангста-рэперского имиджа Айверсона оказался очень удобным обеим сторонам. Для НБА и многочисленной прослойки парней из южных централов Айверсон был чем-то вроде групп «Rage Against the Machine» или «Public Enemy» – уютный и коммерчески успешный бунт против системы, которая и сама не прочь, чтобы против нее побунтовали. В разумных пределах.

Айверсон с этой точки зрения был идеален. Он как бы и классово близкий элемент, чья история повторяла историю сотен и тысяч темнокожих парней: мать – малолетняя наркоманка, безотцовщина, куча мелких правонарушений и т.д. Только здесь, как у идейно близкого Майка Тайсона с его Касом Д’Амато, вмешался голливудский сюжет – мудрый тренер замечает талант и дает юному гопнику путевку в жизнь (в случае с Айверсоном даже дважды – сначала Кословски, потом Томпсон).

Проговорим ключевой момент еще раз: суть в том, что каждый условный Майкелти Фрэнсис Уоррингтон-младший из Южного Бронкса видел в Айверсоне не игрока НБА, но самого себя в самых фантастических мечтах, «просто парня», который смог. (Что не слишком важно для привлечения зрителя на трибуны, куда ходят богатые белые папики, но критически важно для раскрутки медиа-машины в целом).

С другой стороны, несмотря на вызывающие трусы-из-штанов и приводы в полицию, Ансвер не был по-настоящему опасным (и для окружающих, и для имиджа лиги) отморозком вроде Джавариса Криттентона, которому, пожалуй, хватило бы мозгов притащить на разборку со Стерном дробовик. Контролируемый бунт Айверсона снимал все противоречия: если бы Ответа не существовало, Стерну нужно было бы его придумать. Подобные персонажи, конечно, в тогдашней НБА уже были – от Лэттрела Сприуэлла до Стефона Марбери, – но лишь сейчас такой человек замахнулся ни много ни мало на звание главного игрока поколения.

- Команда

Не самая вспоминаемая история: именно перед судьбоносным сезоном-2000/01 Айверсон окончательно допек тренера «Филадельфии» Лэрри Брауна, поставившего ультиматум – «или он, или я». (Видимо, с тех пор Браун и возненавидел всех низкорослых игроков, откуда и растут ноги у недавно всплывшей истории с Нэйтом Робинсоном).

То были странные времена, когда авторитет коуча еще мог пободаться с авторитетом сверхзвезды. (По другим источникам, впрочем, ультиматум поставил сам Айверсон; истина, вероятней всего, где-то по середине). Был заготовлен масштабный четырехугольный трейд, по итогам которого Ансвер должен был отправиться в «Детройт». Трейд сорвался из-за финансовых аппетитов ключевой фигуры сделки – монструозного лысого мужчины Мэтта Гейгера, которому за некоторое время до этого Билли Кинг отвалил контракт в районе сорока миллионов (сам Гейгер два года спустя тихо-мирно закончил карьеру из-за травмы – как чувствовал). Так что мичиганская эпопея Ансвера закончилась не начавшись – обеим сторонам пришлось утереться и пойти на компромисс. Трения с Брауном были кое-как урегулированы, хотя даже на протяжении того сезона не раз давали о себе знать грозными искрами.

Талантливый менеджмент Билли Кинга привел к тому, что в сезон «76-е» вступили, обладая удивительным составом – в нем, помимо Айверсона, было всего два игрока, выходивших из 10 очков в среднем за игру: человек-тапок Тео Рэттлифф и запасной гард Аарон Макки. Как и для Айверсона, для обоих сезон стал пиковым – впрочем, в середине сезона Рэттлифф сломался и в качестве ходячего контракта поехал в «Атланту». Тут Кинг произвел одно из немногих своих решений, благодаря которым все-таки был достоин называться генеральным менеджером команды НБА: присовокупил к Рэттлиффу разношерстный довесок и выменял действительно элитного игрока – Дикембе Мутомбо. (Правда, лишь для того, чтобы через год поменять его на Кита Ван Хорна и блистательного Тодда Маккалоча, без которого Кинг смог выдержать только один сезон). 

С тяжело бронированным Деке за спиной уже можно было задумываться о чем-то более серьезном, чем задрипанный второй раунд. «Филадельфия» по инерции проползла остаток сезона (несмотря на десяток поражений на этом отрезке, команда закончила чемпионат с 56-ю победами – мантру про слабый Восток начали читать еще задолго до этого) и вышла в плей-офф с первого места в конференции.

- Плей-офф

Там филадельфийцы немедленно наткнулись на своего постоянного обидчика – «Индиану», которая два года подряд вышибала пенсильванцев из кубковой зарубы – оба раза во втором раунде. Однако сейчас это уже была настолько не та «Индиана», что даже поразительно, как она вообще смогла что-то противопоставить маленькой злобной айверсоновской банде: с престарелым Реджи Миллером, который в этой серии выдал баскетбол потрясающего уровня, уже без Рика Смитса и – что самое трагичное для «Пэйсерс» – уже без Лэрри Берда, но зато со специфическим Айзейей Томасом на посту главного тренера.

Далее случилась, пожалуй, лучшая серия того плей-офф: «Филадельфия» замесилась в семи играх с «Торонто». Здесь было все: очная встреча двух главных на тот момент «новых джорданов», каваи, процессы, геймвиннеры и взаимные унижения, а также Классические Баскетбольные Качели™ – то есть все, ради чего мы и смотрим плей-офф. На проигрыш во втором матче «Торонто» ответили яростным адом третьего, где Картер буквально вытер ноги об Айверсона, настреляв немыслимые 50 очков (с 9 точными трехами из 13). Дальше было еще круче.

Тягомотная четвертая игра, живо вызывающая в памяти эпические зарубы «Калева» с «Нимбурком», которую «Рэпторз» проводили фактически впятером и таки окончательно сдохли в концовке.

Пятая, перед которой Айверсон получил свой MVP, растоптал динозавров с разницей «+33», а сам набрал 52 очка с небывалым для себя процентом.

Шестая: здесь процент попаданий выступающего с бодунища Айверсона вернулся к привычным величинам – 6 из 24 и закономерный слив.

И наконец седьмая, где случился эпизод, после которого говорить о Винсе Картере как о наследнике Джордана уже не приходилось: 

 

Известная история: после победы «76-х» над «Оленями» крайне удивленный этим фактом Лэрри Браун подошел к тренеру «Бакс» Джорджу Карлу и сказал нечто вроде: «У вас было бы больше шансов в финале, чем будет у нас. Больше, Карл!».

Рациональное зерно здесь есть: баскетбол «Милуоки» по понятным причинам был куда более разнообразным, чем у «Филадельфии», не зависел так сильно от одной фигуры, стреляющее трио Робинсон-Аллен-Кэссэлл было непросто закрыть даже мощной защитной системе «Лэйкерс», а что касается унылой передней линии «Бакс» с Ирвином «Немэджиком» Джонсоном и Скоттом Уильямсом – ну так и гений обороны в посте Мутомбо против праймового Шакила ничего серьезного показать не смог. Попробуй-ка останови голыми руками «КАМАЗ» – и толку, что ты чемпион по армреслингу?

Однако, как ни странно, все вышеперечисленные плюсы против «Филадельфии» не сработали (что дало повод Биллу Симмонсу выдать одну из своих лучших завиральных теорий о том, что «Филадельфию», дескать, протащил в финал лично Стерн). Айверсон откровенно слабо начал серию, но ударно закончил (46 и 44 очка в двух последних играх), великолепно сработала подтанцовка в лице Мутомбо, Сноу и Макки, набирался опыта и злости будущий великий соперник Кобе Брайанта – Раджа Белл. Главным же было то, что пресловутое стреляющее трио так и не показало чего-то эпохального и судьбоносного: всего в трех матчах из семи «Бакс» набрали больше 90 очков, причем в третий раз – уже в сугубо мусорное время безнадежного седьмого матча.

Аллен Айверсон вышел в финал.

- Противник

Исторически «Филадельфия» была обречена еще задолго до начала первого матча плей-офф – как годом ранее была обречена «Индиана», а годом позже – «Нью-Джерси». История великого восточного доминатора закончилась в 1998-м – а тем временем на Западе уже вылезал из пещеры новый монстр, сжигая все на своем пути.

При этом «Лейкерс» уже тогда сделали вывод, который не смогли сделать непробиваемые «Уорриорз»-2016. В предыдущем сезоне «озерные» рвали и метали, выложившись в регулярке по полной (67 побед) – это заметно аукнулось им в плей-офф, где они откровенно мучились со всеми соперниками кроме «Финикса». Регулярку-2000/01 «Лейкерс» провели куда спокойней; тут, впрочем, сыграло свою роль и объективное старение команды – «Озерники» мало того что собрали у себя диковинную коллекцию ветхозаветных старцев вроде Рона Харпера и Хораса Гранта – так эти мафусаилы еще и пахали в полную силу весь сезон (ладно, Харпер – полсезона, но и то только из-за травмы).Формально это, кстати, было омоложением состава – тот же Хорас Грант заменил, к примеру, сорокалетнего девственника Эй Си Грина, уехавшего доигрывать (и пропагандировать целибат) во Флориду.

Прошлогодний градус накала «Лейкерс» ощутимо снизился и в мелочах: даже мудака с большой буквы заменили на мудака с маленькой – вместо звездуна Глена Райса, рвущего атмосферу в коллективе, пришел Айзейя Райдер. Райс был – в контексте чемпионских ЛАЛ – мудак авторитетный, статусный, с отвращением и ревностью относящийся к функции третьей скрипки. Райдер был мудак – во всех контекстах – менее талантливый, куда более вольтанутый, но зато и дать ему поджопника в случае чего было намного проще.

Впрочем, если исчезла источаемая Райсом токсичность, то сразу же возникла другая – высшего порядка и в отдаленной перспективе разрушительная для «Лейкерс». Началось с того, что Шак на протяжении всего сезона неоднократно давал понять – вся эта возня малышей в песочнице регулярки его давно перестала трогать. Тем временем пригретая им на груди змея оказалась черной мамбой и начала источать яд, заявив свои претензии на трон. 

Однако на тот момент все это не имело ни малейшего значения – Фил Джексон с легкостью рулил управляемым хаосом в команде, создавая искусственные кризисы и плетя интриги поистине макиавеллиевского масштаба. В этот раз «Лейкерс» в плей-офф не смог противостоять вообще никто – ни тяжеловесный, лопающийся от звезд и полузвезд «Портленд», ни «Сакраменто», чья главная драма была еще впереди, ни «Сан-Антонио», сыгравший особенно бездарно (если Уэббер и компания еще поупирались, то у «Сперс» уж совсем все валилось из рук). С таким бэкграундом и шлейфом из 11 легких побед подряд «Озерники» подошли к финалу.

- Финал

Заключительная серия плей-офф 2001 года изучена со всех сторон даже теми, кто считает, что изучать там особо нечего: ну прошлись «Лейкерс» катком по очередному сопернику, а конфуз в первой игре – так раз в год и палка стреляет (по утверждению Владимира Александровича Гомельского, это известная театральная поговорка). В действительности все, однако, обстояло не так, как на самом деле – а несколько сложней.

Даже если не брать во внимание исторический первый матч, «Филадельфия» отнюдь не производила впечатления жертвенного агнца, как годом позже – «Нью-Джерси». Айверсон, у которого было вечно то густо, то пусто, вторую игру провел безобразно, но «Филли» таки сумели затащить «Озерных» в клатч. И даже в третьем матче все в какой-то момент висело на волоске – Шак уселся с шестью фолами, Айверсон рвал жилы, витая над площадкой как грозный конунг из скандинавских саг (тут бы в качестве саундтрека идеально зашел не репчик, а скорее что-то вроде «Immigrant Song» группы «Led Zeppelin»). Еще за минуту до конца «Лейкерс» вели всего одно очко, и казалось, что все в руках «Филадельфии».

Затем за дело взялся Биг Шот Броб. За последнюю минуту он набрал семь очков, в том числе одну из главных трешек своей жизни.

И для «Филадельфии» все кончилось.

- Эпизод

Для того, чтобы стать иконой поколения и заткнуть образовавшуюся после ухода Джордана дыру, одного проходного финала с предсказуемым результатом было недостаточно. Требовался миф, легендарное событие, которое будут вспоминать десятилетиями – как Чемберлена с табличкой «100», как слезы Джордана в раздевалке, как удар Данкана ладонью о паркет.

Айверсон этот миф обеспечил.

Странно, но многие и сейчас воспринимают этот эпизод с отвращением – как недостойную великого игрока низость, глумление над соперником, мелочную месть за то, что Лю залез Айверсону под кожу и на кураже покрасовался своим защитным успехом. (Над Лю сейчас вообще принято смеяться, но в том матче «Мопс» отработал на совесть – 5 перехватов за 22 минуты на площадке).

Все это выглядит очень похожим на правду. Ответ, сам большой знаток и ценитель провокаций, не мог оставить подобное... хм... без ответа. Но ведь мы сейчас не об этом. Забудьте Тайрона Лю. Забудьте все эти убогие мотивации – мы ведь сейчас говорим о другом.

Об эпосе.

О мифе.

I mean, listen, we’re talking about legend, not a game, not a game, not a game, we talking about legend. Not a game. 

Мы говорим о легенде, чувак, мы не говорим о конкретной игре. Мы говорим о легенде. Мы говорим о людях, бросивших вызов богам. 

Даже таким мелким божкам-подпевалам, как Тайрон Лю.

Переступая через Лю, Айверсон переступал не через Лю. Переступал через не-Лю. Он переступал через зрителей.

Через прессу.

Через склоки с Брауном и Стерном.

Через позорную, но необходимую отмену рэп-альбома, что было жестоким ударом для ансверовского бескомпромиссного имиджа.

Через весь царивший вокруг унизительный дискурс – с неизбежностью очередного легкого свипа, с тотальным неверием, с презрительными ухмылками, с советами лечь под «Лейкерс», расслабиться и получать удовольствие.

Через собственное тело и рост.

Забудьте о Тайроне Лю. Тайрон Лю – не того полета птица. Слишком мелкий масштаб – что, кстати, отличает поступок Ответа от иезуитской провокации Леброна, который целенаправленно выводил из игры лучшего защитника соперников. Мы говорим не о Тайроне Лю. Как, черт возьми, можно войти в легенду, переступив через Тайрона Лю?

Перешагивая через Лю, Айверсон шагал, извините, в наследие. Отсюда – в вечность. Маленький шажок для одного человека, но гигантский скачок... эээ... для него же. Придумайте еще эпитетов.

Мы говорим о величии.

- Наследие

Джоан Баэз спела про Сакко и Ванцетти выдающуюся песню:

Here’s to you, Nicola and Bart

Rest forever here in our hearts

The last and final moment is yours

That agony is your triumph

Да, наверное, это очень пошло и постыдно – сопоставлять прыжки негров-миллионеров с абсолютной человеческой трагедией. Но ведь подходит же – что тут поделаешь.

Как-то раз я сравнил ЛаМаркуса Олдриджа с Пирром. Аллена Айверсона можно сопоставить с другим античным царем – Леонидом, которого мы все знаем по кинокомиксу с геями-спартанцами в красных труселях. Франц Меринг пишет, что Леонид добровольно принес себя и свой отряд в жертву, чтобы разжечь в Греции пламя сопротивления иноземным захватчикам. Айверсона вряд ли можно заподозрить в благородных мотивах: он был просто гоповатым парнем из гетто, который вознес свою гоповскую удаль на какой-то немыслимый, поднебесный уровень. Да ведь и настоящие мотивы Леонида сейчас скрыты тайной – осталась лишь величественная легенда.

Прошедшие годы все ярче и рельефней выявляют противоречивость образа Айверсона и неоднозначность его наследия. Но для сотен тысяч людей, для которых баскетбол – это сначала кроссовер Ансвера, а потом уже все остальное, никакой неоднозначности нет. Архетип маленького человека, бросившего вызов непобедимым терминаторам и павшего в этой битве, навсегда останется в истории. Если рассматривать НБА как человека, одного большого человека с множеством лиц, Айверсон на короткое время стал его сердцем. Будь у каждой эпохи НБА свой «The Logo» (как Джерри Уэст для лиги в целом) – именно Аллен Айверсон красовался бы на логотипе Ассоциации в один из ее самых странных и удивительных периодов.

Он принес людям огонь.

Фото: REUTERS/Scott Olson; REUTERS/Sam Mircovich, Brad C.; Gettyimages.ru/Otto Greule/Allsport; REUTERS/Peter Jones; Gettyimages.ru/Newsmakers, Ezra O. Shaw/Allsport

развернуть

Пересказываем большое интервью форварда «Зенита» «Спорт-Экспрессу».  

В январе 2018-го переругался с руководством «Зенита». Это случилось, когда команда улетела на сбор, а игрок остался в «Зените-2». «В исполнении определенных людей началось шоу. Это большой цирк. Пусть все останется на их совести – с ними не общаюсь, не здороваюсь», – говорит Дзюба.  

Под определенными людьми имеет в виду спортивного директора Вячеслава Малафеева и еще кого-то. Но о главе «Газпрома» Алексее Миллере и председателей совета директоров Александре Дюкове отзывается положительно. А вот имя президента Фурсенко в интервью не упоминается ни разу. 

Не подпускает к себе Малафеева, не жмет ему руку. Футболист говорит, что спортивный директор не отпускал его в другой клуб зимой, хотя Дзюба умолял это сделать, чтобы получить практику перед ЧМ. «Готов уйти на понижение в два раза, даже больше – главное для меня играть в футбол. Засунь себе эти деньги, куда хочешь», – говорил Дзюба Малафееву. Перед игрой с «Ахматом» Малафеев обходил игроков в подтрибунном помещении, подал руку Дзюбе, но тот демонстративно ее не пожал.  

«Я могу уважать тебя, даже если ты мой враг или неприятель, но ты не подходи, не обнимайся, не говори со мной о какой-то дружбе. Малафеев не раз пытался меня спровоцировать, разговаривал просто омерзительно. Не потерплю такого», – объяснил это Дзюба. 

Не считает Манчини тренером. Итальянец избавлялся от Дзюбы – считал, что форвард пугает легионеров и плохо действует на Кокорина. Тренер заставлял игроков, которые не выйдут в стартовом составе, бить по пустым воротам, а на просьбы дать вратаря реагировал нервно. Дзюба называет Манчини «истеричным малым» и вспоминает, как тренер выгнал его с занятия за разговоры, хотя игрок говорит, что молчал. Манчини считал, что по характеру Дзюба похож на Балотелли. 

Манчини был уверен, что даже он отберет верховой мяч у Дзюбы – считал это слабостью игрока: «Манчини попробовал, улетел метров на 10, и сказал: «Ладно, я – нет, но другие смогут». И до многих так докапывался». 

Так и не ответил, действительно ли из своего кармана заплатил 120 тысяч евро (сумма, прописанная в арендном соглашении), чтобы сыграть против «Зенита» за «Арсенал» весной, хотя этот вопрос ему задавали как минимум дважды. «Не важно. Главное – победил футбол. Для меня это было дело чести». 

Осуждает поступок Кокорина и Мамаева, но надеется, что друг поскорее выйдет на свободу. Называет Кокорина раздолбаем и добряком. «Все это не очень красиво, но он уже понес наказание, и я надеюсь, что его отпустят, и он, во-первых, перестанет что-то вычебучивать, а во-вторых, своей игрой, своими потом и кровью смоет все это, и мы будем говорить о нем только в положительном ключе, поскольку футболист он очень сильный и нашей команде необходим». 

Уговаривал Кокорина не постить сториз с усами. «Я ему говорю, ты зачем это выложил, совсем дурак? Он мне: «Да ладно, это же шутка, все посмеются». Через два часа говорит: «Похоже, жопа какая-то».

Хотел уйти из сборной до ЧМ, когда попал в запас на товарняк с Турцией, но отец уговорил остаться хотя бы ради пять минут на турнире. Когда Дзюба забил Саудовской Аравии, то крикнул Черчесову: «Я должен быть здесь, здесь, #####!». Черчесов не обиделся и отдал честь. В следующей игре Дзюба отдал честь в ответ – так появилось знаменитое празднование. Дзюба говорит, что во время ЧМ Черчесов изменился – стал сдержаннее к футболистам. 

Было предложение из «Локомотива», его приглашал лично Семин, но предупреждал, что переход может сорваться из-за подводных течений. Дзюба общался и с президентом Геркусом, но, по словам игрока, в этой беседе не было конкретики.  

Не вернется в «Спартак», потому что это неправильно, на шарф наступил случайно. Если бы увидел красно-белый шарф во время разминки на «Открытие-Арене», то не наступил бы и поднял бы с газона. 

Не хочет говорить про Глушакова, потому что равнодушен к нему. «Мне все равно, что там у него происходит».

В Китае предлагали 8 млн долларов в год и еще млн бонусов, если Дзюба забьет больше 10 голов. Он отказался по совету человека, ко мнению которого игрок очень прислушивается.  

Дзюбой интересовались «Эвертон», «Вест Хэм» и «Ньюкасл», но в последний момент агенты, которые вели переговоры, исчезли. Футболист уверен, что в России нет агентов, которые могут помочь русскому игроку переехать в Европу. 

Все еще хочет в Европу, но переход зимой маловероятен, хотя «сейчас наклевывается один вариант». 

Фото: fc-zenit.ru/Вячеслав Евдокимов; РИА Новости/Алексей Даничев, Михаил Киреев

развернуть

Топ-2018.

В этом году пользователи Sports.ru наставили нереальное количество плюсов. Спасибо вам! Плюсовать – супер

Благодаря вам и вашим плюсам материалы Трибуны получают больше просмотров и реакций. Это очень важно для авторов. Давайте плюсовать чаще.

Мы составили рейтинг самых заплюсованных постов года. Авторы этих текстов получили больше всего вашей любви.

Итоги года в цифрах: лучший блог, прорыв года и топовый комментарий

30 самых заплюсованных постов 2017 года

развернуть

Александр Логинов разорвал всех в спринте Оберхофа: идеальная стрельба, суперскорость – и почти полминуты преимущества над главным конкурентом Йоханнесом Бо.

Это первая победа в карьере Логинова, которому через три недели исполнится 27.

Сегодня, кроме чумовой скорости, Логинова отличала сверхбыстрая стрельба. По времени на огневых рубежах он второй с символическим отставанием 0,7 секунды от лидера. В ветреном и коварном Оберхофе Логинов стрелял как из пулемета (до полутора секунд между выстрелами).

Мы связались с трехкратным чемпионом мира, экс-тренером женской сборной России Павлом Ростовцевым – который доступно разобрал работу Логинова.

1. Саша давно стремится к быстрой стрельбе, но в Оберхофе его работа особенно впечатляет. Здесь всегда сложно стрелять: мы видели, что был ветер, даже снег пробрасывал.

По лежке я бы сравнил великолепную работу Логинова с очень неуверенной работой Цветкова. Саша прошел по границе возможного – с элементом риска; но он был убежден в правильности технических действий. Максим выглядел крайне неуверенно: вносил поправки, осматривался – и все равно ошибся.

Стойка Логинова и стойка Фуркада – по трансляции получилось очень наглядно. Подошли вместе, и только стрельбой Саша выиграл 6-7 секунд. Гроссмейстерская работа.

2. Оптимальный ритм стрельбы (время между выстрелами) – 2,2-2,8 секунды. То, что быстрее, это уже риск с неполным контролем некоторых технических действий.

За счет чего достигается такой ритм стрельбы, как у Логинова сегодня? В первую очередь – за счет объема вдоха-выдоха, за счет грубой подводки. Когда спортсмен перезаряжает оружие и дышит, винтовка смещается куда-то в стороны от мишени. Насколько далеко она смещается и какой путь проходит при так называемом грубом прицеливании, это те элементы, которые можно совершенствовать.

Быстрая стрельба возможна, если во время перезарядки и короткого вдоха-выхода винтовка остается в поле, грубо говоря, щита или вообще рядом с мишенью. Я вспоминаю, как в лучшие годы работал Алексей Волков: вдыхал, выдыхал и удерживал винтовку в районе центра мишени – это суперуровень. Даже казалось, что он не дышит между выстрелами, хотя, конечно, это не так.

3. Александр Касперович сказал, что главный резерв в стрельбе Логинова – время до первого выстрела и уход с огневой позиции. Это применимо практически ко всем.

Безусловно, высокий ритм стрельбы (1,5-1,9 секунды, как у Логинова сегодня) выглядит очень эффектно. Но какова ценность? Между первым и пятым выстрелом – четыре промежутка. Представим, что спортсмен стреляет не стандартные 2,5 секунды, а 1,6. То есть предельно рискует, но выигрывает сам у себя на этом меньше четырех секунд (четыре раза условно по 0,9).

Гораздо больший резерв – в быстрой и четкой изготовке. Без лишних действий: приклад попадает в плечо с первого раза, за счет положения корпуса винтовка сразу оказывается почти в центре мишени, нет лишних движений локтем, задом, ногами – все это шероховатости.

Что касается ухода с коврика, то мы видим, что многие надевают винтовки быстро. Я это отслеживал, когда тренировал: за счет быстрого надевания винтовки и первых 15 метров на уходе можно выиграть у самого себя четыре секунды. Уже без всякого риска.

4. Стрельба Логинова сегодня – это установка, которую он заранее дает себе на основании своего самочувствия, дыхания, утомленности, ветровой обстановки. Нет такого, что он подошел на рубеж и решил всех удивить. Саша действовал по сформированной в голове программе. Это нарабатывается годами, не приходит в один момент.

***

В декабре Sports.ru общался с личным тренером Логинова – Александром Касперовичем. Он объяснял, как они работают над скорострельностью.

– Раньше у Сани была боязнь стрельбы – он подходил и сам не знал, что там случится. Проскакивали такие мысли: мне сейчас попасть хотя бы четыре – и уже нормально, остальное компенсирую ногами. Но это слабая позиция – в таком случае надо менять отношение к рубежу, избавляться от страха.

Я ему постоянно говорю: Саня, играй с мишенью. Не подходи к рубежу как охотник к берлоге: сейчас оттуда выскочит медведь – и начнется наша борьба. Нужно аккуратно и легко делать то, что умеешь, что наработано – неважно, ветер или штиль. Сейчас у Саши такой уровень и опыт, что он спокойно работает и с выносом, и с поправками.

Страха перед стрельбой уже точно нет. Ошибки остаются, но серьезных срывов все равно меньше, чем раньше. И главное – мы понимаем, откуда они берутся. Видите, с какой скоростью он стреляет? Мы считаем, что сейчас это оправданно. Наша задача на данном этапе – не выигрывать все подряд, а выходить на высочайший уровень во всех компонентах.

Поэтому Саша ищет. Со стороны, может, кажется, что он стреляет бесшабашно – но нет. Если бы он работал наобум, то был бы неправ. Но это его осознанный риск, потому что на тренировках он способен стрелять очень быстро. Надо подождать, скоро этот навык перейдет на соревнования.

***

Логинов по-прежнему второй в Кубке мира, у Йоханнеса все еще огромный запас. Но фора норвежца в лишний промах если и не исчезла, то уже предельно зыбка. Сегодня Логинов обыграл его по всем статьям.

Спринт в Оберхофе: первая победа Логинова, Йоханнес – 2-й, Фуркад без медали

Фото: РИА Новости/Денис Костюченко, Алексей Филиппов, Александр Вильф; globallookpress.com/Jacob Schršter

развернуть

У Жозе Моуринью полно свободного времени, поэтому он снова заглянул в эфир катарской телесети beIN Sports и стал экспертом на трансляции матча «Арсенал» – «Челси» (2:0). В начале второго тайма экран 15 минут был разделен на две части. Слева шел матч, справа вещал Моуринью, зачастую вообще мимо игры. Например, на 57-й минуте он доказывал, что не бился со всеми звездами в своих клубах: перечислял Модрича, Матерации, Дзанетти – тут в штрафную вбежал Виллиан, и Жозе сказал: «О, Виллиан. И с ним я не бился. Два часа могут приводить примеры». 

На самом деле, Жозе выступил очень качественно и обширно (он говорил до и после матча). Как это часто бывает, жаловался. 

Про Клоппа, Гвардиолу и их трансферы

Как менеджер я не фокусируюсь только на футболе. Будущее начинается с принципов. И для меня они важнее футбола, который вы смотрите и комментируете. Важнее культура, которую ты привносишь в клуб. 

Но есть пример «Манчестер Сити». В первом сезоне Гвардиола не был чемпионом. Все складывалось тяжело, хотя люди ожидали побед. Они уже побеждали с Манчини, с Пеллегрини, некоторые игроки становились чемпионами дважды. В этот период Пеп принимал отличные решения, но эти отличные решения были поддержаны [сверху]. Например, ему не нравились Сабалета и Санья, два правых защитника, и Коларов с Клиши. За одно лето он продал четырех крайних защитников и получил четырех вместо них. Он получил Уокера, Данило, Менди и – не помню – Зинченко, как-то так вроде. Его поддержали. 

«Ливерпуль». Как много игроков из этого состава было там до Юргена? Пара? Не было Алиссона. Не было ван Дейка. Не было Робертсона, Салаха, Фирмино, Мане, Фабиньо, Вейналдума, Кейта. Клопп три с половиной года ничего не выигрывал, но у него есть доверие и возможность двигаться дальше. На следующем месте работы я даже не буду начинать разговор без точного знания, чего именно хочет клуб. 

Если ты можешь выбирать игроков, которые будут соответствовать твоей футбольной идее, – это одно дело. Другое – если такой возможности нет.

Еще немного о сравнениях с Клоппом и Гвардиолой

Люди путают страсть с контролем эмоций. Есть пример, который покажет, что я прав. Одинаковые ситуации со мной и другими тренерами – разные последствия.

Когда Моуринью плохо ведет себя у бровки, пинает бутылку, делает это и то, его удаляют, он получает дисквалификацию и платит за это. Когда это делает Юрген – это страсть. Когда это делает Пеп – это страсть. Когда это делает Моуринью – его удаляют

Сейчас я не такой, каким был 10-15 лет назад. Я думаю об имидже, о клубе, стараюсь вести себя на соответствующем уровне. Люди путают это с отсутствием страсти.

Об автобусах, своей философии и отговорках лузеров

Часто для многих все выглядит так, что раз мяч у тебя – ты не пропустишь. Но иногда ты опаснее соперника, хотя не владеешь мячом. Все зависит от стратегии. Возможно контролировать матч без мяча и нанести максимальный урон сопернику в момент перехвата.

Когда красота не приносит результата, а некоторые люди говорят что-то вроде «У меня есть философия», «Моя философия базируется на владении мячом», «В моей философии атака начинает строиться от защитника», я считаю все эти фразы отговорками для лузеров. Если ты владеешь мячом, играешь красиво и побеждаешь – прекрасно, идеально.

[В ответ на вопрос о словах Гари Невилла, который критиковал философию Моуринью] Он не знает мою философию.

– А какая она?

– Все зависит от обстоятельств. Я бы хотел прийти в клуб и получить такие условия, как у Юргена Клоппа и Пепа Гвардиолы. 

Фраза, что мне все равно на методы игры и главное – тупо выиграть, – это ложь, которую повторили сто раз и сами поверили, что это правда. Но это неправда. Вы можете сказать, что «Челси» 2004-2006 не был феноменальной командой, которая показывала интересный футбол? У нас были классные атаки, острые контратаки, изумительная оборона. 

Когда люди вспоминают полуфинал Лиги чемпионов «Барселона» – «Интер» (2010), где мы играли вдесятером, они называют его мастер-классом оборонительного футбола с двумя припаркованными автобусами. Только вот они не говорят, что за две недели до этого «Интер» выиграл у «Барселоны» 3:1. И мы должны были забить 4 или 5.

Когда я пришел в «Челси» во второй раз, мы стали чемпионами, не являясь лучшей командой в стране. А чтобы этого достичь, нужно быть больше стратегом, чем философом. И когда «Челси» стал чемпионом при Конте, они тоже играли в контратакующий футбол. Но так как это был Антонио, а не я, вы не так сильно обращали на это внимание. 

Рекорды испанского футбола по очкам и голам установила не «Барселона», а «Реал», тренер которого, как все думают, был оборонительным. И побил при этом все рекорды, ага. Мы стали первыми в лиге, выиграв оба матча у «Валенсии», «Севильи», «Атлетико», «Атлетика» и «Барселоны». Когда я пришел, они уже забыли, что такое победы. Когда мы обыграли «Барселону» в финале Кубка Испании, мне кажется, они не видели побед в Кубке 25 лет. Да и в последние 10 лет они выиграли чемпионат всего два раза. Да, Лига чемпионов – потрясающее достижение. Но это не моя история. Моя история – когда «Барселона» была лучшей командой мира, мы выиграли чемпионат. Я сделал свою работу там.

У тренеров теперь меньше власти, и это плохо

В тройке с Питером Кеньоном и Романом Абрамовичем (первый этап в «Челси» – Sports.ru) я был superhappy. Потому что у нас была четкая и прозрачная структура. А мне важно быть superhappy, чтобы гореть, находиться в рабочем возбуждении. Мне нравится чувствовать любовь ко всему, что меня окружает. Сейчас люди иногда думают, что достаточно потратить сколько-то денег, купить игроков, сделать инфраструктуру. Нет, недостаточно.

Вчера я прочитал кое-что очень интересное. Томас Тухель пришел на пресс-конференцию. Его спросили, почему Рабьо тренируется со второй командой. Его ответ: это решение клуба. И я подумал: что 15 лет назад было вопросом отношений между тренером и игроком, тренер больше решать не может. Думаю, времена, когда тренер был высшим звеном клуба и был всесилен, уже прошли. Но нужна структура, которая учитывает мнение тренера. Без этого каждодневные решения – критика, обучение, несогласия – усложняются. Структура клуба должна поддерживать тренера.

Еще сегодня прочитал. Иногда такое оказывается правдой, иногда – нет, но в большинстве случаев это правда. Написано: Марсело не сыграет против «Севильи» (из-за лишнего веса – Sports.ru), клуб поддерживает Солари. Есть клубы, где тренеру нужно принимать сложные решения на пользу команде, но вы не прочитаете ни одного слова о том, что клуб его поддерживает. И это сказывается на команде. 

На следующих переговорах я первым делом спрошу не про список трансферов и не про бюджет. Мой вопрос: что дадите мне в структуре управления». 

Как он себя ценит

Вы не очень хорошо знаете меня как человека. Я не тот, в кого вы влюбитесь, когда я попадаю на экраны в рабочие моменты: пресс-конференции, матчи, подготовка к игре. Я понимаю, что в такие момент выгляжу не лучше всех на планете. Я не трачу время на создание позитивного образа и выгодного положения. Свой статус я заработал только результатами. Никто ничего мне не дал. Сейчас намного проще – когда начинал я, не было ни одного топ-менеджера без большой карьеры игрока. Я ломал каждую стену. Я стал первым или одним из первых, кто в одиночку и с нуля стал тем, кем я стал. Никто не дал мне ничего.

Себя я часто очень сильно критикую. Люди, которые меня знают, говорят, что я даже слишком жестко отношусь к себе. Но это моя природа. 

Общение с игроками – наглядная анонимная история из «МЮ»

Тренируя, я привык чувствовать себя свободно. Я будто в семье и хочу иметь возможность критиковать кого угодно. Так вот недавно один из игроков очень вежливо обратился ко мне: «Можете ли вы, пожалуйста, критиковать меня лично?». Я спросил почему. Он ответил, что из-за положения в команде: «Когда вы критикуете меня при всех, мне некомфортно». Это один из лучших игроков своего поколения. 

Сейчас тренеру надо быть особенно умным и чутким в чтении игроков и их индивидуальности». 

Зачем быть таким странным на пресс-конференциях

Я регулярно общаюсь с директором по коммуникациям. Люблю слушать людей, у которых больше знаний – мне нравится смешивать знания профессионала этой области со своими инстинктами, ощущениями и сообщениями, которые я хочу донести. Когда нет такого топ-директора, я делаю все сам. Тогда, возможно, я могу совершить ошибки, которые не стоит совершать топ-менеджеру топ-клуба.

Но я часто выступаю с подтекстом. Да, для умных журналистов и умных людей, которые могут читать между строк.

Не обращает внимания на статистику по ходу матча

В матче я принимаю решения исходя из того, что вижу своими глазами. Плюс некоторые повторы в раздевалке и изображения, которые готовит аналитик. Я не люблю чистую статистику. В последние 4-5 минут первого тайма я просто готовлю месседж для перерыва.

Один полузащитник за 45 минут может пробежать 5,2 км, второй – 4,9, но сделать все, о чем его просили. Я не обращу внимания на его 4,9, а тот, у которого 5,2 и меньше пользы, может быть заменен. 

Я изучаю всю информацию между матчами. Но не думаю, что одна статистика на что-то влияет. Все решает индивидуальный перфоманс – как игрок соблюдал принципы игры и наш план. У игрока может быть невероятный процент точности пасов – но что он создал для команды? Я называю это голой статистикой.

Уже отказался от трех предложений, но в марте потянет работать 

«Я доволен этими тремя неделями [после «МЮ»]. Я проведу время так, как обычно у меня не получается. Меня уже пригласили на хоккейный суперматч в Россию – для меня такое впервые

Но я знаю себя. К концу марта это довольство начнет мены тяготить. Я знаю свою природу. 

Я уже отказался от трех вариантов, потому что не чувствовал, что это то, чего я хочу».

«Я принадлежу к футболу топ-уровня и собираюсь там остаться». Жозе заговорил 

Фото: Gettyimages.ru/Mike Hewitt; REUTERS/Carl Recine; globallookpress.com/Matt West/imago sportfotodienst; twitter.com/beINSPORTS

развернуть

В день рождения баскетбола мы подобрали лучшую для каждого из них.

Сегодня, 21 декабря, во всем мире празднуется День Баскетбола, а точнее – День Нейсмита. Ровно 127 лет назад преподаватель физкультуры в Спригфилдском колледже доктор Джеймс Нейсмит вывел на занятие 18 своих студентов, дал им мяч, объяснил правила и провел первый баскетбольный матч в истории.

125 историй об изобретении баскетбола

За эти 127 лет с момента изобретения баскетбол постоянно менялся. Какие-то изменения были революционными – например, право игрока бросать после ведения или появление трехочковой линии. Другие – эволюционными, как десегрегация профессиональных лиг или современный упор на тактику «высокопродуктивных бросков» – из-под кольца и из-за дуги.

И с каждой новой эпохой баскетболисты становились все сильнее. Накапливается тактическая база, совершенствуются знания о физиологии спортсменов, да и просто становится больше кадров – популярность баскетбола растет, и по последним оценкам ФИБА почти полмиллиарда людей по всему миру занимаются им. Но из каждого миллиона только один попадает в НБА.

Нынешнее поколение избранных, высококвалифицированных и технологически продвинутых баскетбольных звезд НБА – самое разнообразное в истории. Есть феноменальные трехочковые снайперы, разыгрывающие с габаритами центровых, центровые с руками разыгрывающих; многие баскетболисты прыгают не хуже легкоатлетов, бегают на уровне олимпийских спринтеров, в физической силе и выносливости превосходят многоборцев; кто-то славится защитой, кто-то – броском, кто-то – универсальностью.

Мы откопали машину времени и отправили лучших игроков сегодняшней лиги в ту баскетбольную эру, которая каждому из них подошла бы лучше всего.

Клэй Томпсон – 1891, изобретение баскетбола

Черновой вариант баскетбола, который придумал Нейсмит, совсем не похож на современный. Схожа была только цель – запустить круглый мяч в подвешенную на уровне 10 футов (3 м 4,8 см) корзину. Двигаться с мячом было запрещено: получил мяч – отдай обратно или бросай.

Лучший кэтч-энд-шутер в истории баскетбола Клэй Томпсон, который когда-то набрал 60 очков за 29 минут, всего 11 раз стукнув мячом в паркет за весь матч, был бы легендой в этой игре. Если бы он присутствовал в гимнастическом зале Спрингфилдского колледжа тем зимним утром, первая игра в истории точно не закончилась бы со счетом 1:0.

Джимми Батлер – 1900-е

Первоначально корзина подвешивалась на любую стену, балкон или шест – надо было только соблюдать высоту в 10 футов. В 1904 году придумали баскетбольный щит – для того, чтобы сидящие за кольцом зрители на балконах не смахивали мяч, летящий в кольцо. Вскоре игроки научились пользоваться щитом как поверхностью для рикошетов, и результативность матчей возросла.

Тим Данкан уже давно на пенсии, Дуэйн Уэйд проводит прощальный тур, но в НБА еще есть звезды, которые не пренебрегают олдскульным броском от щита. Одним из лучших исполнителей бэнкшотов является Джимми Батлер. Точно так же, как он рикошетом от «Миннесоты» попал из «Чикаго» в «Филадельфию», его броски с регулярной частотой летят не прямиком в кольцо, а по более надежной, хоть и больше не модной, траектории.

Кайри Ирвинг – 1910-е

Без дриблинга баскетбол жил почти 10 лет, да и после его изобретения мяч можно был ударить в пол лишь раз, причем мяч обязательно должен был скакнуть выше головы игрока, и бросать в кольцо после такого «дриблинга» было запрещено. В 1909 году ведение мяча привели в форму, близкую к современной.

С современным мячом Кайри Ирвинг с мячом делает такое:

…такое:

…и такое:

…но и с грубым, тяжелым и не очень ровным кожаным шаром для боулинга, каким играли сто лет назад, Кайри вытворял бы неповторимые финты.

Бен Симмонс – 1920-е

Баскетбол очень долго напоминал регби – не из-за тяжелого мяча или грубости, а потому что игра была унылой и безрезультативной. Игроки перепасывали друг другу, ждали, когда кто-то из защитников уснет, чтобы попасть под кольцо и набрать очки. В стандартной по тем временам тактике «столлинга» больше всего ценились не снайперы, а плеймейкеры и игроки, которые надежно попадают из-под кольца.

В ту эпоху всем было бы совершенно все равно, левша Бен Симмонс или все-таки правша, – если тогда и бросали, то только двумя руками, опустив мяч ниже колен и плотно поставив обе ноги на паркет. Бену было бы комфортно: никаких трехочковых нет и в помине, да еще штрафные до 1924 года мог пробивать любой, а не только тот, на ком сфолили.

Инноватор броска одной рукой, Хэнк Луизетти, появился только в 1936 году.

Дрэймонд Грин – баскетбол времен Великой Депрессии

Хотя в основном баскетбол развивался в школах, колледжах и общественных организациях ЗОЖа, довольно быстро появились и профессиональные команды. Поскольку у них не было своих собственных площадок, для матчей арендовались бальные залы, пожарные части, даже катки. Зрителей отгораживали от игроков сеткой – чаще всего веревочной, но не редкостью была и проволочная. Баскетболисты играли словно в клетке, отсюда распространился термин – «Cagers», и так игроков продолжали называть даже в 1960-е, хотя «клетку» повсеместно отменили еще в 1933 году.

В таких условиях баскетбол больше напоминал бои без правил – нормой считалось пнуть кого-нибудь, поцарапать о сетку, выбить локтем один из трех оставшихся у соперника зубов. Именно в эту эру играл Том Барлоу, ставший звездой (и включенный в Зал славы баскетбола) именно за работу тафгая и провокатора.

10 уникальных членов Зала славы баскетбола

Дрэймонд, это твое время.

Руди Гобер – 1930-е

Одно из ключевых изменений в правилах, спасших зрелищность баскетбола, – это отмена подброса мяча арбитром. Раньше после каждого набранного очка проводилось вбрасывание, словно в хоккее, и игра текла очень медленно, а на трибунах был слышен храп. Отмена спорных мячей случилась только в 1937 году, с образованием профессиональной лиги НБЛ – прямого предка НБА. Другие лиги последовали примеру НБЛ и отменили это в 1940-е.

А до того человек с размахом рук в 236 см и ростом в 216 см выигрывал бы все спорные – и команда могла владеть мячом хоть всю игру. Сегодня средний рост мужчины на 4% выше, чем 100 лет назад, но даже «дефляционный» Руди Гобер был бы выше и длиннее любого баскетболиста 1930-х (самым высоким был Майлас «Тощий» Шаун, но и он не дотягивал до 7 футов).

Энтони Дэвис – ранние 1940-е

Самый продуктивный блокшотер НБА мог бы еще больше доминировать под кольцом, если бы мог действительно все время оставаться под кольцом. До 1944 года любой мяч, пущенный в корзину, можно было смахнуть – даже если он уже летел по нисходящей траектории.

В 1940-е появились настоящие высокие центровые, которые легко допрыгивали до кольца – в первую очередь Джордж Майкан. Джордж регулярно был «голкипером» в колледже, так что в 1944 году ввели правило «голтендинга» (названное «правилом Майкана») и запретили блокировать мяч, когда он уже опускается. Что, впрочем, никак не сказалось на доминировании Майкана в следующее десятилетие.

Никола Йокич – послевоенные 1940-е

В конце 1940-х была настоящая турнирная война, за статус лучшей боролись три лиги: НБЛ с Майканом, «Лейкерс» и «Пистонс», образованная в 1946 году БАА с «Селтикс», «Никс» и «Уорриорс» (в 1949-м две лиги объединятся в НБА) и самая старая действующая лига, ретроградная АБЛ, а также любительские турниры AAU, из которых можно было попасть на Олимпиаду. Все лиги объединяло то, что игроки были гораздо техничнее, чем до войны, но так же неповоротливы, а главное – ослепительно белы. На постоянной основе негры в топ-лигах появились лишь в 1950 году.

А конец 40-х – время белых центровых. Майкан, Курланд, Садовски, Гроза, Оттен были просто крупнее остальных, и чем техничнее был центровой, тем ярче светила его звезда. Лучшие умели не только толкаться под кольцом, но и заигрывать партнеров из «хай-поста». Де-факто разыгрывающий сегодняшнего «Денвера» Йокич стал бы отличным «пивот-центром» в сороковые.

Толстый серб превращается в звезду НБА

Джеймс Харден – НБА до изобретения счетчика 24 секунд

В первые годы НБА баскетбол оставался очень простым, даже банальным. «Столлинг» из 1920-х лишь немного модифицировался, команде лишь нужно было довести мяч до лучшего игрока в его «удобной точке». И разыгрывающий мог 5 минут стучать мячом, пока все остальные игроки вяло перемещались в поисках открытых зон или фола.

Представляете, как бы играл Харден, если бы не был ограничен временем на атаку?

Конечно, ему бы не позволили делать такие пробежки – в те годы судьи очень строго смотрели на ведение мяча. Но он отлично вписался бы в медленный баскетбол начала 1950-х. И если вас клонит в сон от игр «Хьюстона», то вы можете ощутить родство с теми несчастными, кто приходил на игры НБА 65-70 лет назад.

Кемба Уокер – 1950-е после изобретения счетчика 24 секунд

Главное событие в истории баскетбола – его изобретение в 1891 году. На втором месте – переизобретение в 1954 году. Генменеджер «Сиракьюз Нешеналс» Лео Феррис и владелец клуба Дэнни Биасоне решили проблему медленного баскетбола, представив миру счетчик, отсчитывающий время на атаку. Оно теперь равнялось 24 секундам, и акцент в игре смещался от центровых-левиафанов  к резвым защитникам. Не к таким быстрым, как Кемба Уокер, конечно. Таких просто не было еще.

Майкл Джордан скоро заплатит своему игроку 200 млн

Расселл Уэстбрук – сезон-1961/62

Пика скорости новый баскетбол достиг через 8 лет после изобретения счетчика. Это был великий сезон для тех, кто любит запредельную статистику. Лучшие игроки лиги набивали сумасшедшие цифры.

  • Уилт собрал свою знаменитую сотню на древнем стадионе в пенсильванской глуши;
  • Оскар Робертсон сделал трипл-дабл в среднем (и Уэстбрук два сезона назад повторил это);
  • шесть человек преодолели отметку в 30 очков за игру (Уилт – так вообще 50);
  • Элджин Бэйлор установил рекорд финалов по очкам в одной игре (61), а Билл Расселл – по подборам (40).

Только не говорите, что Расс отказался бы играть в ту высокооктановую эпоху, где от тебя даже не требуют чемпионства (оно все равно достанется «Бостону»).

Джоэл Эмбиид – стык 1960-х и 1970-х

Золотой век центровых. С 1965-го по 1974-й все 10 призов MVP сезона и все 10 чемпионских титулов собрали у себя Билл Расселл (1 статуэтка, 4 перстня), Уилт Чемберлен (3+2), Уиллис Рид (1+2), Карим Абдул-Джаббар (3+1), Дэйв Коуэнс (1+1) и Уэс Ансельд (1+0). В большинстве команд центровым был будущий член Зала славы.

Эмбиид словно явился к нам из той славной поры, когда баскетбол был игрой действительно высоких людей, и возрождает эту архаичную позицию в современном спорте.

Пол Джордж – слияние лиг в 1976-м

Менее крупные игроки могли соревноваться с бигменами только в одном случае – если переведут свою игру в вертикальное измерение. Именно этому была посвящена декада 1970-х. В веселой Американской Баскетбольной Ассоциации появились те, кто бросил вызов академичному баскетболу НБА: Джулиус Ирвинг, Дэвид Томпсон, Джордж Гервин. Они не бегали по паркету, они парили и взлетали с данками и фингерролами под самые своды стадионов. Их полеты были не символом мощи и агрессии, как у Леброна, а пластики и грации.

В 2010-е только один игрок в статусе безоговорочного топ-10 НБА согласился участвовать в конкурсе данков – Пол Джордж в 2014-м. После перелома ноги Пол стал осторожнее. Когда-то один из лидеров лиги по данкам снизил норму в два раза, переключившись на трехочковые. Но и они тоже появились в АБА задолго до НБА, так что той эпохе современный Джордж подходит не меньше, чем Джордж пятилетней давности.

Кевин Дюрэнт – ранние 1980-е

До 1980-х лучшими игроками НБА признавались либо центровые – от Майкана до Карима – либо разыгрывающие в качестве исключения. И вдруг в первой половине 80-х позиции между «единичкой» и «пятеркой» стали формироваться в самодостаточные, влиятельные отрасли баскетбола. Легкие форварды были в центре этого движения – Джулиус Ирвинг и позднее Лэрри Берд стали первыми форвардами-MVP.

И начался расцвет забивных легких форвардов. Бернард Кинг, Эдриан Дэнтли, Алекс Инглиш, Доминик Уилкинс, Джеймс Уорти, всевозможные Вандевейи, Агуайры, Шорты – каждая уважающая себя команда пыталась найти третьего номера с неограниченным арсеналом атакующих умений. А Дюрэнт – комбинация лучших качеств каждого из них.

Стефен Карри – первый трехочковый бум конца 1980-х

Хотя трехочковый бросок ввели в НБА еще в 1979 году (а в АБА и до того в АБЛ еще в 60-е), он еще долго был непонятной ненужной хренатенью. Лэрри Берд за карьеру выбросил трехочковых столько, сколько научившийся им лишь позавчера Брук Лопес выбрасывает за одну четверть (окей, здесь я чуть-чуть преувеличил).

Но если в сезоне-85/86 выполняли всего 3,3 дальних броска за игру, то уже в 88/89 эта цифра выросла вдвое. Появились звезды, строящие свою игру на дальнем броске – Реджи Миллер, Марк Прайс. Появился самый ранний прототип Стефа Карри – Майкл Адамс.

Ах да, и еще в 1986 году в лиге дебютировал Уорделл Стефен Карри-старший.

Блэйк Гриффин – первая половина 1990-х

Первые 100 лет баскетбол был спортом тощих людей. Широкоплечие культуристы шли в хоккей, американский футбол, даже в бейсбол, а типичными баскетбольными силуэтами были Карим Абдул-Джаббар или Джерри Уэст. Бодибилдеры вроде Уилта и «шкафы» вроде Мозеса были исключением из правил.

В поздние 80-е и особенно ранние 90-е культура «железа» проникла в баскетбол. Больше всего от этого выиграла позиция тяжелого форварда, которая на самом деле стала тяжелой. Карл Мэлоун и Шон Кемп – самые яркие примеры «мускульной» НБА. Они же – самые очевидные ролевые модели для Блэйка Гриффина. В «булли-боле» ранних 90-х Гриффин смотрелся бы очень органично.

Демар Дерозан – 1994–1997

Трехочковый перестал быть девиацией. Но и обыденностью не стал, хотя все сразу понимали, что 3 больше 2. Причина: Майкл Джордан не любил трехочковые, а моду в НБА задавал именно он. Но в 1993 году Майк перешел в бейсбольные трендсеттеры. Но без Джордана лига теряет популярность. Как ее вернуть? Повысить зрелищность. Как? Раскрыть защиты. Как? Стимулировать больше дальних бросков. Как? Эээ…

В 1994 года лига подвинула трехочковую дугу ближе к кольцу – если раньше она была на дистанции в 23 фута и 9 дюймов от центра корзины, то теперь по всей длине радиус равнялся 22 футам – как в углах площадки. Демар Дерозан прекрасно бросает дальние средние, что если бы за них давали не 2 очка, а сразу 3?

В 1997 году эксперимент прекратили и вернули прежний вид трехочковой.

Кайл Лаури – вторая половина 1990-х

В 90-е в НБА прошла вторая волна «улицизации», через 25 лет после первой. Стритбольная культура стала вновь проникать в профессиональный баскетбол. По какой-то причине в такой среде хорошо себя почувствовали игроки самых скромных габаритов, даже те, в чьем игровом стиле не было ничего от баскетбола улиц. Да, еще раньше лигу удивили Спад Уэбб и Маггси Богс, но именно с середины 90-х маленькие защитники стали считаться полноправными звездами: Тим Хардуэй, Дэйна Бэррос, Аллен Айверсон.

Лаури – самая низкорослая звезда сегодняшней НБА (судя по общим фотографиям, он чуть ниже Кембы), и если в какие-то годы это могло стать препятствием в его карьере, то только не в предлокаутной НБА 90-х. Хотя это не явилось препятствием и в послелокаутной НБА 10-х.

Кавай Ленард – первая половина 2000-х

В НБА было много великих оборонительных игроков – от Билла Расселла до Уолта Фрэйзера до Майкла Купера до Денниса Родмана до Дикембе Мутомбо и далее. Но была одна особенная великая оборонительная эра – начало 00-х. Четыре самых низкорезультативных сезона в истории НБА в эпоху 24 секунд (не считая короткого локаутного 1999-го) прошли именно в 2000–2004 годах – от 93,4 очка за игру до 95,5. Спасибо снятию запрета на зонную (сонную?) защиту.

Очередной «Мистер Замок» в череде великих защищающихся НБА Кавай Ленард просто обязан был появиться в ту эру, когда защита периметра становилась важнее защиты кольца. Но он появился значительно позже, в более яркой НБА, и продолжает выигрывать матчи своей защитой даже в объевшемся каких-то ускоряющих наркотиков 2018-м. Тем ценнее его статус элитного защитника.

Дэмиан Лиллард – вторая половина 2000-х

Когда руководство лиги устало смотреть на падение рейтингов усыпляющего защитного баскетбола, оно придумало убрать основной элемент персональной защиты – хэндчекинг. С 2004 года защитник больше не мог поддерживать рукой соперника при опеке. Всякое касание считается фолом.

Это ускорило игру и дало массу преимуществ тем шустрикам, которые обладали «тройной угрозой»: могли бросить дальний бросок с ведения (опекун теперь не стоит стеной перед лицом), пройти под кольцо (опекун теперь не может приклеиться уже на первом шаге), найти передачей партнера (которые становились более открытыми). Стив Нэш, ранее очень недооцененный разыгрывающий, сразу взял две статуэтки MVP после запрета на хэндчекинг. Дэмиан Лиллард тоже много знает про недооцененность…

Леброн Джеймс – 2010-е

Леброн – человек, который бы гармонично смотрелся в любую баскетбольную эру. С трехочковыми или без, рядом с высокими разыгрывающими или низкорослыми центровыми, с плотной защитной или медленной атакой, при доминировании «больших» или в скоростном баскетболе.

Леброн теперь еще пуляет с центра площадки

Но нынешнее десятилетие стало его собственной эпохой в реальности. Он 8 раз подряд играл в финалах, взял 3 из своих 4 наград MVP, ни разу не выпадал из первой символической пятерки сезона. Во всех видах спорта, во всех сферах общества, во все времена было немного подобных случаев доминирования одного человека на протяжении столь долгого периода времени.

Яннис Адетокумбо – 2020-е

Баскетболист будущего лучше всего будет смотреться в баскетболе будущего. Размытие привычных позиций и функций, игра за счет пространства, а не мяча, зашкаливающий атлетизм, помноженный на командные взаимодействия, – все это будет отличительной чертой следующего десятилетия. И отличительной чертой баскетбола Янниса.

У греческого фрика первый нормальный тренер в карьере. И уже страшно

Следующая баскетбольная эпоха будет еще интереснее нынешней. Как это и было всегда.

А в какую эпоху вы хотели бы переместить Леброна, Карри или других звезд НБА? Поделитесь своими сравнениями в комментариях.

Фото: Gettyimages.ru/Kevork Djansezian, Kevin C. Cox, Lachlan Cunningham, Chris Graythen, Harry How, Al Bello, Maddie Meyer; globallookpress.com/Brian Rothmuller/Icon Sportswire; REUTERS/Winslow Townson-USA TODAY Sports, Jeff Swinger-USA TODAY Sports, Soobum Im-USA TODAY Sports, Dan Hamilton-USA TODAY Sports, David Richard-USA TODAY Sports

развернуть

Прощание Антона Шипулина с биатлоном вышло печальным – так всегда бывает, когда к решению толкают обстоятельства.

«Послужило этому несколько причин, одна из которых и самая важная – прошлогодняя ситуация, когда нас не пригласили на Олимпиаду. Я отдохнул, восстановился, по здоровью у меня тоже были проблемы, но вместе с друзьями и тренером приняли решение, что будем выступать дальше.

Но, к сожалению, из-за ситуации с полицией в Австрии, которые бездоказательно начали нас обвинять и подозревать в чем-то, у меня совершенно опустились руки», – сказал Антон.

В октябре, возвращаясь из полугодового отпуска, он, наоборот, был хозяином: говорил живо, шутил, строил планы – даже до 2020-го. Казалось, что это перезапуск. Но за три месяца все сломалось.

Сейчас – экскурс (видимо, уже последний) для тех, кто немного потерялся в этом сериале.

1) Прошлый сезон – сложнейший в карьере Антона: мононуклеоз, неправильная подготовка, нокаут от МОК, который не пригласил на Олимпиаду.

2) С весны – пауза на размышления, лечение и отдых.

3) В середине осени – допуск от врачей и простой план: этот сезон – экспериментальный, со следующего – полноценная подготовка.

Вообще, все это было абсолютно в духе Шипулина: сомневаться, выбирать, советоваться. Потом импульсивно принять важное решение и вскоре передумать. И разумеется, все равно переживать.

«Не жду, что Антон продолжит. По его высказываниям понятно: психологически он подготовил себя к завершению карьеры», – Владимир Аликин, первый тренер Антона в сборной, еще ранней осенью все просчитал.

Увы, наш главный биатлонный талант не справился – с хандрой, с болезнями, с нервами. Устал настолько, что даже голод по титулам больше не замотивировал на борьбу. Пожалуй, это не очень по-спортивному, не по-хищному: в 31 год бросить все, не выиграв, по большому счету, ничего.

Но запоминать Антона как талантливого неудачника, который ушел от трудностей, – тоже неправильно и несправедливо.

Он заслужил теплые проводы – благодарность за самоотдачу, авторитет, репутацию, терпение. За яркую борьбу. За эстафеты, наконец. За все то, к чему мы так привыкли – и потому, наверное, ценили чуть меньше, чем следовало.

Эпоха Шипулина – время вечной надежды. Все эти годы мы напоминали себе: в биатлоне беда, но у нас есть Антон – и значит, как-нибудь прорвемся. 

После олимпийского Сочи и шумной эпохи Прохорова, которая вознесла рейтинги до небес, за наш биатлон отдувался один супергерой. Он пытался конкурировать с Фуркадом, регулярно брал подиумы и побеждал хотя бы раз за сезон (даже в нелюбимой индивидуальной гонке), вытаскивал эстафеты и вступался за Логинова – на ЧМ-2017 – как за младшего брата.

Антон, если мерить по таланту и физическим возможностям, мог выиграть гораздо больше. И уж точно долгой стабильной карьерой заслужил личное золото (олимпийское или ЧМ) сильнее, чем условные Венсан Жей или Лоэулл Бэйли. Но в спорте так бывает – остаются непокоренные вершины.

Пусть они теперь покорятся в жизни.

• Шипулин – в топ-9 по количеству подиумов в истории:

1. Уле Эйнар Бьорндален – 179 (95-53-31)
2. Мартен Фуркад – 140 (76-39-25)
3. Рафаэль Пуаре – 103 (44-39-20)
4. Свен Фишер – 90 (33-20-37)
5. Эмиль Хегле Свенсен – 88 (38-21-39)
6. Рикко Гросс – 52 (9-21-22)
7. Фруде Андресен – 47 (15-15-17)
8. Йоханнес Бо – 45 (28-11-6)
9. Антон Шипулин – 44 (11-14-19)

• На протяжении 8 сезонов Антон выигрывал хотя бы одну гонку. Среди действующих биатлонистов достижение перебивает только Фуркад (у него – 10 таких сезонов).

• Четыре года подряд (с сезона-2014/15) Шипулин финишировал в топ-3 общего зачета – такое не удавалось никому в истории СССР/России.

Антон, спасибо!

Большое интервью Шипулина: когда он еще хотел на Кубок мира

Фото: РИА Новости/Александр Вильф

развернуть

Фамилия парня и интервью с ним – внутри.

Вы вряд ли подписаны на инстаграм Эрика Бикфалви – он ведет его спокойно и редко публикует собственные картины, потому что по максимуму вкладывается в футбольную карьеру. При этом продолжает рисовать в свободное время, и это не мешает ему на поле: румын со шведскими корнями входит в топ-3 лиги по количеству единоборств, в топ-5 – по ударам и ведет игру «Урала».

За карьеру 30-летний Бикфалви сменил четыре страны: начинал в Румынии, в 2012-м уехал в «Волынь» к резкому Виталию Кварцяному – Эрик до сих пор называет его лучшим тренером в жизни. В последнем сезоне при нем игрок неожиданно стал лучшим бомбардиром чемпионата Украины, получил предложение из «Шахтера», но выбрал Китай. Оттуда снова поехал в Румынию, в 2016-м попал в «Томь». На следующий год подписал контракт с «Уралом».

Бикфалви – футболист в третьем поколении: на поле выходили его дед по отцовской линии и сам отец.

«Отец играл в любителях но, конечно, в искусстве он был лучше. Громко говорить про его карьеру художника, при этом у него имелся несомненный талант: он рисовал картины, лепил скульптуры. Это не стало его работой: он человек свободной профессии, развивал бизнес. Искусством занимался, как хобби, – в свободное время. Но он достиг успеха во многих вещах. Думаю, мой талант пришел от него, это все наследие отца. Он умер, когда мне исполнилось семь, – у меня не оказалось времени, чтобы узнать о нем много, но я до сих пор помню некоторые его картины».

Сыновьям Эрика по три и четыре года, но он говорит, что даже в таком возрасте у них тоже заметны способности.

«То, что они сейчас рисуют, – это очень-очень хорошо. Кстати, мой талант тоже обнаружился, когда я ходил в детский сад. Получилось неожиданно: нас повели за территорию сада, чтобы мы рисовали на асфальте. Что угодно: животных, растения. Рядом стояла церковь. И я в четыре-пять лет стал рисовать эту церковь – то, как вижу ее. Когда рисунок увидели наши воспитатели, они были в шоке. Не понимали, как ребенок в подобном возрасте может изобразить такое. И дали мне первый приз – я получил диплом за первое место. Я помню это, потому что для маленьких всегда важны бонусы, награды».

Для полузащитника церковь – не просто здание, которое он впервые нарисовал на асфальте. Его семья очень верующая – придерживается православия. При этом мама не ограничивала ребенка в выборе активностей.

«Я мог выбрать любую школу: художественную, рукоделия… Но у меня был друг, который играл на саксофоне. И я пошел с ним к музыкальную. Ничего серьезного – просто для фана. Во время перемены я вдруг начал делать какой-то набросок. Учитель подошел: «У тебя ничего не получится с музыкой, лучше иди рисовать». Это классное воспоминание, потому что так я попал в художественный кружок, но получилось не то, что ожидал: мы были вынуждены рисовать статуи. Хотя это быстро закончилось: я сфокусировался на футболе.

Из-за тренировок у меня не было времени на рисунки. Но если рисовал, то любил маслом или карандашом – графику. Не граффити. Кстати, про граффити – я видел в Краснодаре большое – на четыре этажа – с Рамосом. Это очень круто. Как они это сделали, с какой достоверностью – так профессионально. Многие говорят, что граффити – агрессивное искусство, но мне нравится. В будущем я хочу найти того, кто отлично делает их, чтобы он нарисовал что-то особенное в моем доме».

Бикфалви выбрал футбол вместе искусства, но решение принял не сразу.

«В школе меня уговаривали уделять больше времени рисованию, они пытались изменить меня. Но футбол – это футбол. Рисование – хобби. Я люблю футбол больше. Искусство – больше для релакса. Тем более в то время искусство было развито в моем городе не так сильно, как футбол. Оно считалось чем-то не очень престижным.

Мама сказала выбирать, что я чувствую. Она знала, что я люблю футбол, и поддерживала в этом. Но ценила и то, как я рисовал. И до сих пор любит мои старые рисунки, они такие простые, хранятся у нее. Хотя даже в детстве случались разные периоды. Например, я никогда не рисовал ради того, чтобы что-то нарисовать. Делал это только тогда, когда чувствовал, что хочу. Бывало, что я не рисовал месяц. Но неожиданно просыпался и следующую неделю только и делал, что рисовал».

***

Четыре из пяти картин, которые Эрик публиковал в инстаграме, – портреты.

«Я не люблю рисовать здания, улицы. На каждой картине желательно иметь лицо, потому что оно выражает экспрессию. Человеческие портреты более экспрессивные, ты видишь в них больше, чем в чем-то еще, какой-то дух. Природа хороша, чтобы сделать фото и смотреть на нее, быть там. Лица  – лучше. Я подписан на многие аккаунты в инстаграме, где есть забавные портреты с глазами, которые дают тебе эмоции, чувства.

Я попросил Эрика прокомментировать несколько его работ.

«Вы говорите, что этот человек похож на меня, хотя не думаю, что прям сильно. Но я уже слышал подобную версию: что это я 70-летний, который давно закончил карьеру. Рисовать его я начал с глаз. Для меня глаза – самая важная часть лица. И каждый раз начинаю с этого. Еще кто-то предпочитает идти сверху вниз. Я – слева направо. На сначала, конечно, глаза и форма лица – получается набросок. Потом работаю с цветами, тенями. Кстати, на этом портрете самое сложное – сделать маленькую, почти исчезающую тень от шляпы на лбу. Для этого нужно смешать разные цвета и действовать аккуратно.

Вариант портрета, который у меня в инстаграме, еще не готов – только на 60-70%. Я уже добавил дым – классно, когда ты видишь дымок из трубки. Кроме этого, нужно было сделать фон – теперь там подсолнухи. Добавил птиц на небе.

«Она тоже не закончена, пока это часть работы. И я не знаю, что будет дальше – никогда не планирую этого. Просто просыпаюсь, когда есть желание, сажусь часа на три-четыре – и готово. Смысла у этой картины тоже нет, это больше эмоции. Эмоции позволяют тебе рисовать, я переношу их на бумагу. Мозг не работает при рисовании. Эмоции и чувства – вот что важно. Когда ты начинаешь, и перед тобой чистый лист, все должно идти изнутри, а не от мозга. Так что тут нет никакой загадки».

«Ее я нарисовал, когда играл в «Динамо» из Бухареста. Перед тем, как начать, как раз смотрел результаты аукциона Christie’s, на котором продавали картину с африканской женщиной. Она ушла за 40 миллионов евро, хотя свежая, новое искусство. И я попытался воплотить похожее. Не один в один, но тоже черную женщину, потому что мне понравились краски. Мне нравится экспериментировать с цветами на одной картине. Она уже закончена, я облачил ее в черную рамку. Очень классно смотрится на серой стене.

В подписи я написал «Бургунди». Это из-за друга. Он постоянно произносил это слово без всякого смысла. И когда я начинал рисовать женщину, друг как раз находился в комнате. Поэтому я решил назвать ее Бургунди – такое африканское имя.

Эту картину я сделал за три-четыре часа, она не такая трудная. Другие, которые вы показывали, сложнее. Но если я рисую, то не останавливаюсь. Я не люблю тратить месяц, чтобы нарисовать что-то. Сел, потратил несколько часов – готово. Если нужно что-то дорисовать, сажусь снова и делаю за раз. Не растягиваю процесс».

***

Все картины, которые комментировал Эрик, он сделал через приложение на iPad. Кажется, что с помощью гаджета изображение получается красочнее, чем на холсте, но автор не согласен.

«На самом деле то же самое. Вы сравниваете с картиной с усами – но там просто другие цвета. И она тоже не закончена – работы еще больше половины. Я покажу вам, как все происходит».

Бикфалви уходит в номер за iPad, открывает приложение и показывает последние карандашные наброски. По его словам, приложение очень удобное: можно выбрать любой инструмент для рисования – краски, карандаш, маркер. Есть много цветов, их реально смешивать. Стереть любую деталь тоже не проблема.

При мне Эрик снова выбирает карандаш и начинает очерчивать тот образ, который только что пришел ему в голову. Сначала появляются глаза, затем овал лица, ухо.

«Рисую в основном дома, в самолете не могу – там движение. Но в Екатеринбурге я пока ничего не нарисовал. Там семья, двое детей – тоже все движется. Конечно, можно закрыться в своей комнате и рисовать, но дети растут, им нужно внимание. Поэтому рисую в отпуске».

В коллекции полузащитника нет портретов знаменитостей, и он не хочет рисовать их в будущем.

«Когда ты выходишь на улицу и видишь людей с особенными лицами и глазами, это намного лучше, чем условные политики или футболисты. У меня есть картина с Тотти, но ее делал друг. Подарил мне ее в тот день, когда родился мой сын. Тогда я еще играл на Украине. А друг – сосед по дому в Румынии, художник. Его отец тоже отлично рисует, делает иконы для церквей.

Сам я не хочу рисовать футбол. Он не такой экспрессивный. Даже победа не цепляет. Вот парни из команды иногда шутят, просят, чтобы я сделал для них карикатуры. Я не отказываю, это занимает минут 10-15».

Бикфалви говорит, что нарисовал за жизнь 20-30 серьезных портретов, небольших рисунков – намного больше.

«Любимая собственная картина – та, которую сделал по скульптуре отца: старый охотник стоит между озерами. Но я не покажу ее, она очень личная. Придет время, я открою все, но не сейчас. Пока я не закончил карьеру и не хочу смешивать футбол с искусством. После того, как закончу, куплю дом со студией, может, открою небольшую галерею, буду инвестировать в живопись. Сейчас совмещать сложно. Когда ты распыляешься, ты не можешь быть лучшим. Плюс мои картины пока хорошие, близкие к этому, но если я хочу стать лучше, я должен ходить в школу, изучать, как рисуют другие художники, как они тратят время, как смешивают краски, какой тип карандашей используют. Говорю про это серьезно. В 35-40 лет я поступлю в школу, чтобы развить навыки.

Пока на это нет времени. У меня есть сосед-художник, он все время в поездках по делам искусства. Как я путешествую из-за футбола, так и он из-за картин».

Продавать собственные картины Эрик не хочет.

«Они останутся детям. Когда умру, они смогут их продать. Когда художник умирает, цены всегда взлетают. Пока я живой, я получу за них ноль. А потом можно миллионы. Каждый раз так. Вся цена – это история. Хотя, если честно, не думаю, что это может стать бизнесом».

***

Картины футболиста различаются по стилю. Я прошу назвать его тот подход, который он использует и который ему ближе.

«Никакого стиля у меня нет. Если настаиваете, это универсализм, все сразу. Вот если я пойду в художественную школу, они увидят, какой у меня стиль, и будут его развивать. Но сейчас я люблю все».

При этом у Эрика есть любимый художник.

«Очень люблю Да Винчи. потому что он совершенен во всем: художник, изобретатель – он же изобрел прообраз танка и акваланга. Когда я приезжаю в Италию, мне нравится рисовать его статуи. Да Винчи очень хорошо делал их. А какие картины! «Спаситель мира» побил все рекорды на аукционе и ушел за 450 миллионов долларов. Это очень сильный портрет Иисуса Христа. Для меня эта картина – номер один на все времена. Мне кажется, он даже более таинственный, чем Мона Лиза.

Мона Лиза – не номер один, но как манит этот секрет, который скрыт внутри, и то, что никто не может разгадать его, найти ответ. Загадка: никто не может понять, кто эта женщина, почему она, что она скрывает. Думаю, из-за этого картина стала такой известной. Это не фэйк, определенно за ней есть какой-то бэкграунд. Но он не для нашего понимания, мы никогда не узнаем ответ. Понятно, что это на уровне спиритизма, но это есть».

Когда я спрашиваю, какая загадка скрывается в картинах Эрика, он смеется:

«У меня нет секрета, я футболист».

Показываю ему «Черный квадрат», оказывается, Бикфалви про него не слышал.

«Хм, это может быть искусством, хотя я его не понимаю. Вот Ван Гога понимаю, нравятся его линии, мазки, работа с цветом, подача – как красти стекают по холсту. Даже делал копию его автопортрета. За Ван Гогом стоит история, его работы дают мне эмоции. Вы показали мне «Черный квадрат» – может, он стоит 20 миллионов евро. Но для меня это ничто. Он не дает мне эмоций.

Я много смотрю на Леонардо и Ван Гога. И каждый раз удивляюсь. Их стили невозможно понять. Да так со всеми художниками. Как в футболе: у каждого свой стиль. У меня свой, и никто его не повторит. Я знаю парня, который скопировал «Девушку с жемчужной серьгой». Он сделал это идеально, не отличишь. Но это копия Вермеера. Может, она стоит тысячу-две евро. А оригинал – миллионы. Когда ты делаешь оригиналы, это возносит тебя на другой уровень».

Пока мы разговариваем, Эрик продолжает рисовать. Он закончил набросок лица и теперь взялся за пейзаж. Начинает с дерева.

«Видишь, я просто рисую, что приходит в голову. И не знаю, что дальше. Просто говорю, что тут можно нарисовать воду, камни, лодку, маленький дом. Я не знаю и 90%, что будет потом.».

В одном интервью Бикфалви сказал, что любит рисовать в стрессе и злым, потому что искусство его успокаивает.

«Это неправда. Когда ты злой, у тебя нет страсти, и хорошей работы не получится. Кто-то неправильно написал, я читал то интервью. Автор неправильно меня понял. Наоборот, нужен покой, чтобы не чувствовать спешку, стресс. Когда ты недовольный, ничего не получится. И нервным – тоже. Вот когда играет музыка, ты расслаблен, тогда – да. Слушать музыку во время рисования – самое любимое. Но не хард-рок. Я люблю баллады».

Эрик несколько раз повторяет, что хочет поступить в художественную школу. Говорит, что в этом точно есть смысл.

«Когда я начинаю рисовать после перерыва, то не чувствую себя на уровне. Но проходит немного времени и становится лучше. День, два, три – и ты намного лучше. А если пойду в школу, я стану намного-намного лучше».

***

Кроме живописи Бикфалви нравится архитектура.

«Если бы я не стал футболистом, то выбрал бы эту опцию. И если мои дети не станут футболистами, я бы хотел, чтобы они работали в этой сфере. У одного из них большой талант. Он очень изобретателен, не только рисует. Кстати, как-то я сам делал план экстерьера. Не для себя – для соседа. Они в итоге наняли архитектора, но я попробовал. Мне нравится Средиземноморский стиль – большие окна».

Кто-то написал, что эскизы тату полузащитник тоже делал сам.

«Нет-нет, я просто объяснил мастеру, что именно я хочу. Но рисунок сделал не я, а он. Тату – это не то же самое, что картины. Нужны другие навыки, это другой тип работы, ты не знаешь, как все получится на коже».

***

– Мы совсем не говорили о футболе. Как думаете, это тоже часть искусства?

– Возможно. Но футбол – больше страсть. Благодаря нему жизнь более динамичная, поэтому моя профессия – игрок.

– Воображение помогает вам на поле?

– Воображение в искусстве и футбольное – разные вещи. Ты можешь иметь 10 баллов по математике, но быть нулем на поле.

Фото: Instagram/erik_bicfalvi; РИА Новости/Павел Лисицын, Александр Вильф; ru.wikipedia.org

развернуть

От редакции Sports.ru: вы находитесь пользовательском блоге «Старая школа». Автор очень старался, чтобы попасть на главную страницу сайта. Поддержите его подпиской и плюсами, и на главной будет больше ностальгических материалов.

Капитан московского «Спартака» и сборной СССР Игорь Нетто и начальник «Спартака» Николай Старостин снялись в передаче «Голубой огонек» 1962 года. Оба выступали с тостами про футбол.

Только послушайте, как четко и стройно они формулируют мысли.

Старостин: «Предлагаю тост за дальнейшее повышение класса советского футбола, за его большие международные успехи в наступающем 1963 году. За усиленную и успешную работу всех футбольных команд, которым желаю в сезоне 1963 года достичь вершин творчества и удач».

Нетто: «Я всецело согласен с тостом Николая Петровича. Мне бы очень хотелось, чтобы наш футбол был более техничным, более зрелищно красивым. Поэтому я предлагаю тост за футбол, который бы приносил нашим зрителям, нашим болельщикам больше эстетического удовлетворения, больше радости».

Мой Telegram-канал, с любовью к советскому футболу: https://t.me/sovietfootball

развернуть